<<
>>

ВЫВОДЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Подчинение консервативных партий неолиберальной идеологии и воплощение этой идеологии в политике необратимо изменили общественный и политический ландшафт таких стран, как Великобритания.
Отказывая в легитимности традиционным институтам и спутывая планы и ожи дания, которыми руководствовался весь электорат консерваторов, но особенно средний класс, авторы неолиберальной политики сделали ничто иное, как подорвали социальную базу консерватизма в Великобритании. Светский консерватизм, нацеленный на защиту экономических интересов своих избирателей, — единственный сколько-ни- будь вероятный тип консерватизма в такой пострелигиоз- ной стране, как Великобритания, — в обозримом будущем не встанет в политическую повестку дня благодаря политике тори, которая разрушила и почти полностью лишила британский консерватизм его традиционной экономической опоры. Сегодня в политической жизни Британии и схожих с ней стран уничтожение консерватизма силами экономического либерализма является установленным фактом. Вероятность длительной полосы электоральных неудач, которую этот факт предвещает консервативным партиям и правительствам, с точки зрения перспектив нашего исследования менее важна, чем предрекаемое им истощение самой консервативной мысли. Шанс на то, что какая-нибудь случайность, которую мы не можем предвидеть сегодня, в будущем вернет консерваторов к власти, нельзя полностью исключить. В отличие от спятивших неолиберальных идеологов 1980-х годов, провозглашавших, что «лейбористы больше никогда не придут к власти», мы всегда должны помнить о роли случая в политической жизни — о постоянном политическом значении «носа Клеопатры»40 — и не отвергать всякую мысль о таком подобном случаю феномене, как внезапное и непредсказуемое обращение вспять глубоко укорененных тенденций. Если на долю консерваторов в Великобритании, как я рискну предположить, выпадет долгий период политической маргинальности, возможно, равный времени смены в политике целого поколения, то этот период пребывания на второстепенных ролях, тем не менее, может быть сокращен ошибками и неудачами, допущенными в эпоху правления «левых» партий.
Однако остается совершенно неясным, консервации чего посвятит себя консервативная власть, возникшая на местах поражений правительства «левых». Парадоксально, но здесь есть вероятность того, что, во всяком случае в Великобритании, задача сохранения, возможно, в уже измененной форме лучшей части нашего институционального наследия перейдет к тем партиям, которые сегодня сами себя относят к «левым». Если эти предполагаемые консерваторы уступят свои позиции псевдорадикализму свободно-рыночной идеологии, то истинным консерваторам ничего не останется, кроме как стать настоящими радикалами. И если рядовые граждане не увидят, что партии «правых» озабочены тем, как защитить их от преступности, экономического риска и распада общности, то они станут смотреть в другую сторону. Таким образом, они лишь придадут электоральную форму выражения тому давно известному факту, что консерватизм в Великобритании утратил всякое отчетливое понимание того, что больше всего на свете хотят защитить рядовые граждане. Именно этот куда более веский повод отречься от всей приснопамятной философии тори, чем ее усталость и утрата воли к власти, вызванные слишком долгим бессменным правлением, наилучшим образом объясняет то электоральное поражение, с которым сегодня сталкивается британский консерватизм. Пока еще не ясно, что в ближайшие годы будут значить для нас такие понятия, как «левые» и «правые», и вообще останутся ли они столь же широко употребительными, как раньше. Безошибочно можно утверждать только то, что интеллектуальная гегемония «правых» в привычном нам понимании этого слова в политической жизни закончена. Более того, сегодня стало очевидным, что консервативная мысль, не располагавшая интеллектуальными ресурсами, необходимыми для того, чтобы справиться с проблемами, низвергшимися на нас вследствие консервативного курса 1980-х годов, тем самым создала условия для собственно го свержения с пьедестала. Ни отрицание консерваторами реальности противоречий между нерегулируемыми рыночными институтами и стабильными общностями, ни реакционный проект возрождения того, что кануло в прошлое, не входят в число достойных решений наших проблем.
Обе эти альтернативы, хотя и каждая по-своему, уклоняются от того, чтобы принять вызов постсоциалистической эпохи, то есть поставить рыночные институты на службу потребностям стабильного общества, тем самым снова дав либеральной цивилизации право на жизнь. Явное бессилие консервативной мысли — это всего лишь один из признаков устаревания принципиальных западных идеологий, отражающегося в практически повсеместной эрозии политических и экономических моделей, духовной подоплекой которых они служили. Мне здесь были прежде всего интересны благовидные, на первый взгляд, претензии архаично-либеральной идеологии, в которых индивидуальный выбор возводится в категорию высшей ценности и в то же время лишается всякого нравственного значения. Наша нынешняя ситуация затруднительна тем, что мы сможем воспроизводить и развивать свою либеральную цивилизацию, только признав то, что она заключается в коллективных формах жизни, — именно этот факт не признавался в либеральной теории. Мы едва ли преуспеем в том, чтобы снова дать право на жизнь либеральному обществу, если наше интеллектуальное мировоззрение, по крайней мере, ход мыслей о либеральной цивилизации, не станет пост либеральным. В рамках либерального мышления, так нее как и в рамках консервативного, нам вряд ли откроются такие догадки и истины, которые уцелеют, несмотря на крушение либеральной идеологии; но именно крах идеологии либерализма является несомненным фактом нашей нынешней непростой ситуации. Как только мы смиримся с этим фактом и тем самым начнем строить для себя постлиберальные перспективы, мы просто вынужде ны будем отвергнуть все те разновидности консерватизма, в которых нашел политическое пристанище фундаменталистский либерализм. Надлежащим ответом на нашу сегодняшнюю ситуацию станет стратегия спасения и возвращения, которую мы попытались построить здесь применительно к истинам, уцелевшим после крушения консервативной философии. С новыми дилеммами, стоящими перед нами, мы справимся наилучшим образом только в том случае, если смиримся с закатом консерватизма и усвоим уроки, которые этот закат должен нам преподать. Тогда мы сумеем собраться с духом и заново поразмыслить о мире, в котором консервативная мысль больше не служит для нас ни путеводной нитью, ни источником вдохновения.
<< | >>
Источник: Грей Джон. Поминки по Просвещению: Политика и культура на закате современности. 2003

Еще по теме ВЫВОДЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ:

  1. 4.1. Перспективы расширенного понимания маркетинговых коммуникаций
  2. Перспективы развития политической культуры Индии
  3. 28.3. Перспективы информатизации управления персоналом
  4. 2.1.5. Перспективы применения нового методического обеспечения кредитного рейтинга
  5. 2.3.4. Перспективы развития внешних источников информации в России
  6. Выводы урока 2
  7. Приложение к части II Интерпретация мотиваторов и возможные варианты выводов
  8. 8 ВЫВОДЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ
  9. Федеральный резервный банк Филадельфии: обзор экономической перспективы
  10. ВЫВОДЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ
  11. 2.2.15 Выводы
  12. 2.3.13 Выводы
  13. Перспективы дальнейшегорасширения ЕС
  14. Перспективы расширения зоны евро
  15. Перспективы управления принятием и распространением инноваций
  16. Глава 19 ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ АГРАРНОГО СЕКТОРА
  17. Огибенина М.П.УРФУ им.Б.Н.Ельцина (ф)НТИг. Нижний ТагилПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯМОНОГОРОДА – НИЖНИЙ ТАГИЛ
Яндекс.Метрика