<<
>>

§ 2. Значимость репродуктивных прав для выживания и сохранения идентичности и стабильного развития отдельных наций и человечества в целом

В развитии концепции репродуктивных прав большая роль принадлежит ряду международных конференций по населению и развитию, проводившихся под эгидой ООН: в Бухаресте (1974 г.), Мехико (1984 г.), Каире (1994 г.).
Как известно, работа бухарестской конференции завершилась принятием Всемирного плана действий в области народонаселения. В этом документе всем странам рекомендовалось «уважать и обеспечивать... право людей принимать свободно, с полной осведомленностью и ответственно, решение относительно числа и частоты рождения своих детей». В отношении существования этого неотъемлемого права члены международного сообщества впервые пришли к согласию на Тегеранской конференции по правам человека (1968 г.). На Международной конференции по населению и развитию (1994 г.) впервые было заявлено о необходимости объединить два понятия — «репродуктивные права» и «права человека». Очень важно, что одна из главных задач была определена как необходимость изменения отношения к женщине, ибо в развивающихся странах роль женщины сводится фактически к деторождению. Практика показывает, что в ходе демографического перехода цивилизация открывает перед женщинами перспективы, связанные с возможностью участвовать в экономической и общественной жизни наравне с мужчинами как это происходит в развитых странах. В разрушении патриархальной семьи и закреплении права принимать решение о рождении детей без какой-либо дискриминации решающую роль играют экономическая независимость женщины, ее ориентация на свободу выбора и личное развитие, в том числе и в общественной и профессиональной деятельности, конечно, при поддержке государственных институтов. Таким образом, в жизни общества, женщины и семьи происходят огромные перемены (причем в глобальном масштабе). В итоге на определенном историческом этапе в силу ряда социальных факторов — от увеличения доходов до эмансипации женщин, изменения отношения отдельного индивида и социума в целом к деторождению — рост населения Земли стабилизируется.
Как известно, международно-правовые документы исходят из идеи равноправия женщин с мужчинами, ориентируя на необходимость предоставления им возможности гармоничного выполнения семейных и производственных обязанностей. Бесспорно, что зафиксированное в международном законодательстве право на репродукцию рассматривается как одно из неотчуждаемых прав человека1. И столь же очевидно, что в концепцию основных прав человека должно быть включено и право на репродуктивное здоровье. Это право является жизненно важным аспектом в борьбе женщин за равноправие, ключом для достижения тендерного равенства. 1 См.: Корбут Л. В., Поленина С. В. Международные конвенции и декларации о правах женщин и детей. М., 1997. С. 54. Согласно определению ВОЗ, репродуктивное здоровье — это состояние полного физического, умственного Л социального благополучия во всех вопросах, касающихся функций и процессов репродуктивной системы, а также психосоциальных отношений на всех стадиях жизни. Понятие «репродуктивное здоровье» относится как к женщинам, так и к мужчинам, а право на репродукцию принадлежит не только супружеским парам, но и отдельным лицам. Охрана репродуктивного здоровья предполагает объединение методов, технологий и услуг по его защите. По сути дела, рассматриваемое право — это право на контроль и свободное, ответственное принятие решения в отношении всех вопросов, связанных с рождением детей, без какого-либо принуждения и насилия. Тем самым признается, что женщины имеют не только общечеловеческие права, но и специфические права: право на материнство, равно как и на отказ от него, а также право на выбор времени и интервалов между рождениями детей. Представляется, что лишение женщины специфических прав под предлогом «равного партнерства и равной ответственности» неизбежно негативным образом отразится на ее общечеловеческих правах. Гарантией репродуктивных прав конкретного индивида являются такие факторы, как обеспечение его благополучия, безопасности и достойной жизни, а также доступность основных социальных благ; отсутствие таковых нередко ведет к отказу многих людей от возможности иметь детей.
По мнению венгерского автора А. Шайо, индивид должен иметь возможность свободно реализовать свои репродуктивные установки — иметь право создавать семью на основе свободного выбора количества детей и времени их рождения, достойно их содержать, давать им образование ит. д.1 1 См.: Шайо А. Гарантии социальной защиты в посткоммунистических странах // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2001. № 4. С. 5-6. В современной России отказ от деторождения вообще становится массовым явлением. Отечественный демограф В. Елизаров, акцентируя внимание на острых демографических проблемах современного российского общества, возникающих под влиянием неблагоприятной социально-экономической ситуации, приходит к выводу, что проблема рождаемости является прямым следствием падения уровня жизни и роста уровня бедности. Этот автор заключает, что без продуманной и реалистичной семейной политики, расширения экономической поддержки семей с детьми едва ли возможно ожидать улучшения демографической ситуации1. Как показывает исторический опыт многих стран, реализация права на труд и на его справедливую оплату, высокий уровень здравоохранения и образования, обеспеченность жильем, наличие государственной системы поддержки семей, достойное социально-правовое положение женщины предопределяют не только благополучное су - ществование, но и (что не менее важно) — воспроизводство населения любой страны. Анализируя взаимосвязи демографических и социальных процессов, А. Шевяков делает акцент на том, что мотивация социально-экономического поведения нередко основана на сопоставлении своего материального положения и своих возможностей с положением и возможностями других людей. Ключевую роль в таком сопоставлении играют относительные показатели уровня и качества жизни по сравнению с референтными группами индивидуумов и их семей. «Именно самооценки, формирующиеся при таких сравнениях, в случаях, когда они оказываются негативными, вызывают и психологический стресс, ведущий к преждевременной смерти, и снижение склонности к бракам и деторождению»2.
1 См.: Елизаров В. В. Демографическая ситуация и проблемы семейной политики // СОЦИС. 1998. № 2. С. 55-60. Шевяков А. «Болевые точки» России: избыточное неравенство и Депопуляция // Общество и экономика. 2005. № 12. С. 86—102. Проблема изучения стереотипов и мотивации репродуктивного поведения, которое чаще всего является результатом адаптированности индивида к существующим социально-экономическим условиям и процессам, остается весьма актуальной. В отечественной научной литературе справедливо отмечается, что к факторам, выступающим ограничителями рождаемости, можно отнести деформацию общественного сознания и проверенной мировым и отечественным опытом системы семейных ценностей, институтов материнства и отцовства; прогрессирующее снижение качественных характеристик генофонда нации, вызванное тяжелыми социальноэкономическими условиями в стране1. По данным опросов Всероссийского центра изучения общественного мнения, 31% опрошенных видят причину демографического кризиса в России в состоянии общественной морали, указывая на ослабление традиционных семейных ценностей; 45% респондентов полагают, что нужно развивать социальную инфраструктуру, необходимую для содержания и воспитания детей2. Что касается переориентации репродуктивного поведения, то данные о брачности (и рождаемости) различных поколений подтверждают наличие глубинных изменений как в современном мире, так; и в России: неотъемлемой чертой современных демографических процессов стало семейное регулирование рождаемости, откладывание браков и рождения детей на все более поздний возраст. С точки зрения демографических перспектив, кардинального изменения этих новейших тенденций ожидать не приходится. Во всяком случае, ориентируясь на прогнозные расчеты Центра демографии и экологии человека, можно утверждать, что наиболее «достижимый» суммарный коэффициент рождаемости к 2025 г. будет равен 1>7 (а самый «низкий» — 1,0) . 1 См.: Лаврентьева И. В., ИлышевА. М. Указ. соч. С. 52. См.: Московская правда. 2007. 28 февр. См.: Копейкина М. А. Социально-демографическая значимость репродуктивного поведения // Национальная идентичность России и демографический кризис: Материалы IIВсероссийской научной конференции. М., 2007. С. 277. На основе международно-правовых стандартов российское законодательство закрепляет определенные гарантии для женщин в связи с материнством. К числу первостепенных морально-этических и социальных проблем, связанных с правовым регулированием в сфере репродукции в России, специалисты относят следующие императивы. Абсолютно необходимо четко обозначить пределы государственного вмешательства в репродуктивную деятельность граждан, в соответствии с международными стандартами сформулировать и законодательно закрепить базовые понятия во избежание их произвольной трактовки, определить место репродуктивных прав в классификации прав и свобод человека. Кроме того, следует зафиксировать основные принципы репродуктивного регулирования. И, наконец, четко разграничить законодательную и исполнительную компетенцию правительственных структур в области правового регулирования репродуктивной деятельности1. Кроме того, необходима адекватная оценка со стороны общества и государства репродуктивного труда, по сути дела, как считают эксперты, представляет собой часть человеческой деятельности по воспроизводству будущей рабочей силы. Поэтому ни в теоретико-методологическом, ни в практическом плане «нет достаточных оснований для того, чтобы считать репродуктивный труд чем-то второсортным по отношению к труду продуктивному, а тем более отрицать его общественную полезность»2. 1 См.: Бодякина Т. П. Репродуктивные права человека в Российской Федерации // Национальная идентичность России и демографическим кризис: Материалы II Всероссийской научной конференции. С. 820. ЛаврентъеваИ. В., ИлышевА. М. Указ. соч. С. 50—51. Репродуктивные права (право на репродуктивный выбор и охрану репродуктивного здоровья) соответствуют международным обязательствам Российской Федерации в рамках ратифицированных нашей страной международно-правовых документов. Рассматриваемые права регламентируются действующей Конституцией РФ, Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г., Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», Семейным, Трудовым кодексами и другими законодательными актами. Фундаментальное, касающееся основных принципов реализации репродуктивных прав положение (ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан) гласит: каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Право на материнство сводится к праву на охрану здоровья в период беременности, специализированную медицинскую помощь в родах и послеродовом периоде. Гарантированный объем бесплатной медицинской помощи предоставляется женщине во всех организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения за счет средств бюджетов всех уровней и обязательного медицинского страхования. Законодательством РФ предусмотрены соответствующие льготы, гарантии и компенсации для беременных женщин и женщин с малолетними детьми, в частности, право на работу в условиях, отвечающих физиологическим особенностям состояния здоровья беременных женщин (ст. 23 вышеупомянутых Основ). Необходимость поддержания репродуктивного потенциала и здоровья каждого человека требует проведения конструктивной государственной политики в социально - экономической сфере, в санитарно-экологической культуре, совершенствования качества оказания и доступности получения медицинской помощи. При существующей демографической динамике в России охрана детородных прав существенно выходит за пределы здравоохранения, являясь одновременно фактором национальной безопасности, эта область требует принятия радикальных комплексных мер со стороны государства. В настоящее время состояние репродуктивного здоровья населения, определяющее здоровье и жизнеспособность будущих поколений, вызывает серьезное беспокойство. В частности, важным свидетельством неблагополучия является высокая распространенность в России бесплодия (15—20% супружеских пар). Из этого следует, что успешно преодолевать депопуляционные процессы, способствовать достижению семьями желаемого числа детей необходимо в том числе и посредством новейших достижений «вспомогательной репродукции». Наряду с этим абсолютно необходимо совершенствовать службы родовспоможения, что означает создание разветвленной сети новых перинатальных центров, соответствующих современному уровню оснащения. В этом контексте следует упомянуть недавнюю законодательную новеллу — введение так называемого родового сертификата1 в целях улучшения медицинской помощи роженицам и снижения младенческой смертности. Его основное назначение — не только стимулировать лучшее качество медицинских услуг женщинам в период беременности и родов, но и предоставить им возможность выбирать медицинское учреждение, в котором они получат соответствующие услуги. Действующий Трудовой кодекс РФ сохраняет меры по защите прав беременных женщин, работающих в неблагоприятных условиях, путем предоставления им другой работы, исключающей воздействие неблагоприятных производственных факторов, с сохранением среднего заработка по прежнему месту работы. Вместе с тем от полного за - прета на работу в ночное время женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, действующее трудовое законодательство перешло к регулированию их занятости с одно - временным принятием защитных мер: они допускаются к работе в ночное время только с их письменного согласия и при условии, что это не запрещено медицинскими рекомендациями. При этом они должны быть ознакомлены в письменной форме со своим правом отказаться от работы в ночное время. 1 Родовой сертификат был введен в 2006 г. в качестве средства оплаты услуг государственных медицинских учреждений. Трудовой кодекс сохраняет контрольный механизм соблюдения прав женщин на охрану материнства и санкции за нарушение действующего законодательства. Однако большой проблемой является несоблюдение базовых требований законодательства в так называемом теневом секторе экономики, где трудовые отношения не оформляются. В условиях, не отвечающих санитарно-гигиеническим требованиям и нормам, в России работает около 15 млн человек; около 50% лиц, работающих во вредных и опасных условиях труда (в промышленности, строительстве, на транспорте), это женщины фертильного возраста. Среди общего числа случаев профессиональных заболеваний каждый пятый приходится на женщин. Очевидно, что работа женщин в подобных условиях является одним из существенных факторов снижения рождаемости, ухудшения здоровья женщин и появления на свет детей с врожденными пороками развития и детской инвалидностью. Поэтому ныне, несмотря на наличие законодательных гарантий для женщин детородного возраста, остается по-прежнему актуальным обеспечение их прав и интересов. Имеет значение и то, что коммерциализация сферы медицинских услуг, отсутствие надежной страховой медицины, децентрализация службы профилактики заболеваний ведут к тому, что все большему числу граждан становится недоступной квалифицированная медицинская помощь, в том числе в сфере репродуктивного здоровья. Все вышеизложенное дает основание для следующего вывода. Необходима разносторонняя поддержка государства (в первую очередь правового характера), направленная на создание оптимальных условий, позволяющих женщине гармонично сочетать профессиональную деятельность и материнство. Роль, место и положение женщин на рынке труда во многом определяются реальными возможностями совмещения профессиональной деятельности и семейных обязанностей, степенью развития со циально-бытовой инфраструктуры, стереотипами в распределении семейных обязанностей. Надо признать, что эволюция законодательства Российской Федерации в части предоставления социальных гарантий работникам, имеющим детей, действительно нацелена на установление равноправия женщин и мужчин, обеспечение равных возможностей1. 1 Тем долее что действующий Семейный кодекс (ст. 61) декларирует: родители имеют равные права иравные обязанности в отношении своих детей. Так, если до 1990 г. отпуск по уходу за ребенком (до достижения им возраста одного года) имела только мать, то в настоящее время этим правом может воспользоваться любой член семьи. Здесь уместно отметить, что подобная практика полностью оправдала себя в западных (например, Скандинавских) странах. Что касается специального законодательства, то следует указать на Концепцию охраны репродуктивного здоровья населения России на 2000—2004 годы (как и План мероприятий по ее реализации), определяющие мероприятия по охране репродуктивного здоровья. В числе целей упомянутой Концепции фигурировали сохранение и улучшение репродуктивного здоровья, увеличение воспроизводства населения и повышение его потенциала. Задачи и направления Концепции касались комплексных мер по созданию эффективной системы охраны репродуктивного здоровья населения. Основные направления сводились к подготовке медицинских кадров, разработке приоритетных научных направлений и целевых программ, созданию новых подходов к гигиеническому и нравственному воспитанию и образованию детей и подростков, повышению ответственности населения за состояние своего здоровья. В качестве главных задач ряда федеральных целевых программ были определены вопросы социальной поддержки материнства и детства, профилактика материнской и младенческой заболеваемости и смертности1. В Концепции демографического развития Российской Федерации на период до 2015 г. в области стимулирования рождаемости и укрепления семьи указаны следующие приоритеты: формирование системы общественных и личностных ценностей, ориентированных на семью с двумя детьми и более; повышение материального благосостояния, уровня и качества жизни семьи; создание социально-экономических условий. 1 Федеральные целевые программы «Планирование семьи» (1991 г.). «Молодежь России» (2001—2005 гг.), «Предупреждение и борьба с заболеваниями социального характера» (2002—2006 гг.). Поскольку трудно переоценить задачу изменения стереотипов репродуктивного поведения, чрезвычайно своевременным представляется скорейшее принятие федерального закона о репродуктивных правах граждан РФ и гарантиях их осуществления. Острая необходимость принятия такого федерального нормативного акта подтверждается хотя бы принятием законов о репродуктивных правах граждан в ряде субъектов РФ, где предусматривается право на выбор репродуктивного поведения (речь идет о праве каждой семьи принимать ответственное решение о наиболее оптимальных для семьи сроках рождения детей и их числе), право на речение бесплодия и использование методов контрацепции, право женщины на искусственное прерывание беременности. С учетом того что законодательные гарантии осуществления репродуктивных прав относятся к государственным мерам по поощрению материнства, охране интересов и здоровья родителей и ребенка, представляется, что принятие такого специального федерального закона и его реализация являются чрезвычайно актуальными. Этим нормативным актом должно быть закреплено и гарантировано осуществление базовых конституционных прав и свобод, таких, как право на охрану здоровья и получение специальной медико-социальной помощи, право на государственное попечительство материнства и детства, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Все эти установки утверждают значимость не только количественных, но и качественных аспектов рождаемости, которые находят наиболее полное выражение в Формулировке термина «репродуктивное здоровье». Ключевую роль при создании службы охраны здоровья приданы выполнять «центры планирования семьи и репродукции», которые проводят общественные просветительские кампании по таким важным вопросам, как, Например, безопасное материнство, жестокое обращение Детьми, насилие в отношении женщин, равноправие полов. В настоящее время в российских регионах существует около 500 учреждений такого рода1, являющихся методическими и практическими центрами по оказанию медицинской помощи, подготовке кадров и проведению просветительской деятельности по вопросам охраны репродуктивного здоровья. Само собой разумеется, что этого количества явно недостаточно: важно понимать, что неблагоприятная ситуация с охраной репродуктивных прав, патология беременности и родов становятся в России одними из важнейших факторов, усугубляющих кризис рождаемости. Об этом же свидетельствует абсолютно неблагоприятная ситуация в области беременности среди несовершеннолетних лиц, складывающаяся в России с конца 1980х гг. и до начала нового тысячелетия. Например, в Москве ежегодно фиксируется около 10 тыс. беременностей среди несовершеннолетних лиц — 10—15% от общего числа женщин, готовящихся стать матерями. Эта проблема имеет не столько медицинский, сколько медико-социальный характер и крайне негативно сказывается на здоровье матерей и детей , ибо до настоящего времени преобладающим способом регулирования деторождения остается искусственное прерывание беременности: это является причиной не только высокой материнской смертности, но и нарушения фертильности, а также различных хронических заболеваний . Согласно данным статистики, в России на 100 родов приходится 115 абортов, в результате чего ежегодно количество бесплодных женщин увеличивается на 200—250 тыс.4 1 См.: Шарапова О. В. Современные проблемы охраны репродуктивного здоровья женщин // Вопросы гинекологии, акушерства и перинтологии. 2003. Т. 2. № 1. С. 8. 2 См.: Новые известия. 2007. 20 марта. См.: Каткова И. П. Репродуктивное здоровье россиянок //Народонаселение. 2002. № 4. 4 См.: Российская газета. 2005. 11 авг. Отметим, что в истории России были периоды, когда аборт запрещался государством, декларировавшим стимулирование роста численности населения страны. Такая попытка была сделана в виде правительственного постановления от 27 июня 1936 г. «О запрещении абортов», которое на деле спровоцировало волну «криминальных» абортов. Справедливости ради надо сказать, что декларируемая политика сопровождалась увеличением размера социальных пособий «роженицам и многосемейным», расширением сети родильных домов и детских учреждений, усилением уголовного наказания за «неплатеж алиментов» л «отказ в приеме на работу беременных женщин» и т. д. Как известно, запрет абортов ввиду его абсолютной неэффективности был отменен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 ноября 1955 г. Хотя число абортов в современной России все еще остается недопустимо высоким, факт его постепенного снижения все-таки ощутим, и его не следует недооценивать. Это снижение, особенно в условиях сокращения рождаемости, может означать только одно: позитивные изменения в массовом контрацептивном поведении россиян, которые все чаще и успешнее прибегают к методам планирования семьи, предотвращению нежелательного рождения ребенка вместо искусственного прерывания беременности. Выход из достаточно неблагоприятной ситуации видится в создании действенной федеральной государственной программы, основной целью которой является массовое просвещение российских граждан в вопросах сохранения репродуктивного здоровья; очевидно, что для сохранения и восстановления репродуктивного здоровья населения необходим комплексный подход, целенаправленные скоординированные действия федеральных и региональных органов исполнительной власти, органов местного самоуправления, служб системы здравоохранения, научных и общественных организаций. Что касается нынешнего состояния репродуктивного здоровья российских граждан, то, по данным специальных исследований, заболеваниями репродуктивной системы страдает каждый третий мужчина и каждая вторая Женщина. Анализ показывает, что нарушение фертильности (т. е. бесплодие) супружеских пар — это в 55% случаев бесплодие женщины, в 45% случаев — бесплодие мужчины1. По другим данным, доля бесплодных браков в нашей стране — более 15%; зарегистрировано 5,5—6,5 млн женщин и около 4 млн мужчин, страдающих бесплодием . Очевидно, что репродуктивное здоровье женщин выделяется своей общественнополитической значимостью так как оно напрямую связано со здоровьем детей, а следовательно, с будущим государства и нации. Указанный фактор является проблемой многих индустриальных государств и признается одной из приоритетных задач охраны репродуктивного здоровья. Очевидно, что вынужденная бездетность большого числа мужчин и женщин детородного возраста служит источником дополнительных демографических потерь, из чего вытекает необходимость обеспечения права на использование вспомогательных репродуктивных технологий. Причем это право нуждается в особой законодательной защите, ибо его реализация напрямую зависит от поддержки государства. В научной литературе бесплодие подразделяется на два вида: «физиологическое бесплодие», обусловленное состоянием здоровья, и социальное бесплодие, когда здоровые и желающие иметь собственного ребенка люди не могут реализовать свое желание из-за несовершенства законодательства. Многие эксперты считают, что в целях обеспечения равного доступа всех граждан к вспомогательном репродуктивным технологиям необходимо законодательно утвердить это право3. 1 См.: Тендерные проблемы в России (по национальным публикациям 1993—2003 годов). Всемирный банк. 2004. См.: Врач (электронная версия). 2006. Ne 9//http://rasvrach.ru. 3 См.: Свитнев К. Н. Нужен ли закон о ВРТ? Вспомогательные репродуктивные технологии и их правовое регулирование // Национальная идентичность России и демографический кризис: Материал»11 Всероссийской научной конференции. С. 819— 825. В большинстве современных государств лечение бесплодия осуществляется именно с помощью таких технологий, как донорство и хранение половых клеток, искусственное оплодотворение и имплантация эмбриона, использование метода суррогатного материнства (суррогатная мать — женщина, вынашивающая плод после переноса донорского эмбриона). Например, во Франции женщинам (до 43 лет) оплачиваются государством четыре попытки искусственного оплодотворения; в Дании женщинам (до 35 лет) оплачиваются три такие же по-0ытки. В США этот вопрос решается в каждом штате по-разному, но бесплодным супругам в любом случае оказывается финансовая помощь со стороны государства. Российское законодательство также регламентирует указанное право: раздел 7 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан специально посвящен медицинской деятельности по планированию семьи и регулированию репродуктивной функции человека. Так, ст. 35 указанных Основ закрепляет право каждой совершеннолетней женщины детородного возраста на искусственное оплодотворение или имплантацию эмбриона. По свидетельству академика РАМН В. Кулакова, «наша страна обладает высокими репродуктивными технологиями, которые позволяют в течение шести месяцев не только поставить точный диагноз, но и пролечить бесплодие», но для этого, по подсчетам ученых и практиков здравоохранения, должно существовать хотя бы 16 специализированных центров репродуктивной медицины1. Появление так называемых детей из пробирки, т. е. с помощью метода современного экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), позволяет решить проблему бесплодия в среднем в 70% случаев. Однако ежегодно в России делается всего лишь 10 тыс. процедур ЭКО, с их помощью на свет появляется 5—6 тыс. младенцев (всего лишь 0,5% от всех новорожденных детей)2. 1 См.: Российская газета. 2005. IIавг. См.: Аргументы и факты. 2005. 28 дек. Вместе с тем следует отметить тот факт, что в 2007 г., к примеру, 7 тыс. семейных пар планировалось оплатить Процедуру ЭКО в соответствии с государственной Прочимой оказания высокотехнологичной медицинской помощи (по сравнению с 3 тыс. таких случаев в 2006 r.)i Из приведенных фактов следует, что с учетом высокого процента бесплодия в России необходимо значительно увеличить масштабы применения высокотехнологичной медицины, в частности распространения современных репродуктивных технологий, оказывать бесплодным парам государственную финансовую поддержку в более значительных объемах. Одной из устойчивых тенденций в России является повышение заболеваемости от осложнений беременности родов и послеродового периода. Например, частота анемии при беременности достигла в 2000 г. 43,9% (максимальное значение показателя) и практически не снижалась впоследствии (42,8—41,8% в 2002—2003 гг.). В некоторых регионах частота ее повышается до 70—75%, а корреляционный анализ показывает, что анемия беременных выше в «бедных» регионах, что свидетельствует о тесной взаимосвязи заболеваемости беременных женщин и родившихся детей с условиями жизни. Их ухудшение порождает замкнутый цикл: больная женщина — больной плод — больной ребенок — больной подросток — больные родители . К этому следует добавить такой негативный фактор, как неудовлетворительное состояние системы родовспоможения, острую нехватку современных родильных домов, как и квалифицированной акушерской помощи. Важно отметить, что институт страхования врачебной ответственности находится пока на начальном этапе развития, поскольку в этой области существуют абсолютные пробелы в законодательстве. По свидетельству известного детского врача Л. Рошаля, в стране должны функционировать не менее 100 областных перинатальных центров, тогда как в настоящее время их менее 303. 1 См.: Демоскоп-Weekly. 2007. № 279-280. 2 См.: Демоскоп-Weekly. 2006. № 241—242. 3 См.: Новые известия. 2007. 20 авг. Согласно данным фонда «Общественное мнение» подавляющее число опрошенных лиц (83%) полагают, что причиной снижения рождаемости является падение уровня жизни населения во всех проявлениях, 6% респондентов связывают уменьшение численности населения с социально-политической нестабильностью, 2% респондентов видят причину в жизненных позициях молодого поколения1. 1 http://www.fom. ra/reports/frames/d011837.html. Как показывает практика, во многих странах (включая Россию) наиболее важный для профессиональной карьеры отрезок времени все реже совпадает с периодом создания семьи и появления малолетних детей. Это предопределяется тем фактом, что семейная жизнь отодвигается на более поздний возраст, и одновременно увеличивается период времени между завершением образования, началом трудовой деятельности и рождением первого ребенка. Поэтому для полноценной реализации каждым гражданином своих репродуктивных прав необходимо формировать новые подходы, ориентированные на понимание того, что основная масса работников — это трудящиеся с семейными обязанностями, имеющие ответственность перед социумом за семью. Это значит, что следует не придумывать меры поддержки мифических домохозяек, а четко отдавать себе отчет в том, что во многих современных странах женщины, как правило, работают. Дело, однако, в том, что нехватка детских учреждений вынуждает многих российских женщин продолжать жить на социальные пособия, вопреки желанию возобновить свою трудовую деятельность. Поэтому нельзя не отметить, что желание иметь ребенка в значительной мере зависит от состояния рынка социальных услуг (наличия детских садов недалеко от места жительства, групп продленного дня). Кроме того, как показывает российский опыт, многие женщины, находившиеся в отпуске по уходу за ребенком в возрасте до трех лет, испытывают серьезные трудности при возвращении на прежнее место работы или при новом трудоустройстве. В настоящее время на федеральном Уровне (совместно с регионами) разрабатываются программы профессионального переобучения женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребенком, что позволит им обрести новую профессию или пройти повышение квалификации. В ближайшие годы планируется таким образом вернуть в экономику более 720 тыс. неработающих и невостребованных ныне матерей, имеющих несовершеннолетних детей1. Следовательно, наличие, доступная оплата и хорошее качество детских учреждений, а также возможность для женщин, имеющих малолетних детей, вернуться к трудовой деятельности после декретного отпуска, в такой же степени влияют на демографическую ситуацию, как и материнские и детские пособия. Поэтому государство должно в различных формах оказывать помощь семьям в уходе за детьми (содержание детских учреждений, организация отдыха детей, создание сети услуг по уходу за малолетними детьми и др.) и регулировать тарифы на указанные услуги. Таким образом, со стороны государства необходимы неотложные меры по выполнению конституционных положений о защите материнства и улучшении положения детей. Важнейшим приоритетом должно быть не только четкое соблюдение действующего законодательства, направленного на создание правовых и социальноэкономических условий для реализации прав и законных интересов указанных категорий, но и принятие дополнительных правовых актов по защите материнства, детства и семьи. Тем более что регулярные репрезентативные опросы общественного мнения свидетельствуют: двухдетная модель семьи по-прежнему сохраняется в качестве идеала и желательной целевой доминанты для подавляющего большинства населения развитых стран, в том числе и России. 1 См.: Российская газета. 2008. 22янв. Однако обращает на себя внимание тот факт, что установки респондентов на определенное количество детей в семье, их идеальные представления об оптимальном составе собственной семьи (даже в случае, если они будут реализованы) не позволяют надеяться на увеличение численности российского населения, по крайней мере, в ближайшее время. Соответствующие статистические данные, которые некоторым образом варьируются от источника к источнику, сигнализируют о весьма" неблагоприятной ситуации в рассматриваемой сфере. Так, в настоящее время в России насчитывается 41 млн семей, при этом из них лишь 2,7% многодетные, 1,6% семей с детьми-инвалидами, 15% — семьи с двумя детьми, 34% — с одним ребенком и около 50% семей вообще не имеют детей (в половине случаев — по медицинским показаниям)1. По другим оценкам, из 42 млн российских семей 47% не имеют детей , а 65% имеют только одного ребенка3. Кроме того, сохраняется значительный тендерный дисбаланс, проявляющийся в неравномерном распределений домашних обязанностей между мужчинами и женщинами. Проблема достижения тендерного равенства в доступе к образованию достаточно сложна для реализации в глобальном масштабе. Более того, хотя право на образование и является системообразующим элементом тендерного равенства, российский опыт решения проблемы равенства между мужчинами и женщинами показывает, в частности, что преодоление неравенства между полами в сфере образования (даже на всех его уровнях) не является полной гарантией обеспечения реального тендерного равенства в других социальных областях. Труд женщин по воспитанию детей вообще не рассматривается как вклад в национальное богатство страны. Имеют место тендерные различия и в потенциале здоровья мужчин и женщин. Это объясняется не только отсутствием у населения жизненных установок и мотиваций к сохранению здоровья и здорового образа жизни, но и отсутствием возможностей для получения полноценных медицинских услуг, обеспечивающих охрану здоровья женщин и мужчин в течение всего жизненного цикла4. 1 См.: Демоскоп-Weekly. 2007. № 279-280. 2 См.: Демоскоп-Weekly. 2006. № 287-288. 3 См.: Российская газета. 2007. 6 июня. 4 См.: Тендерная стратегия Российской Федерации. М., 2004. Таким образом, причины ухудшения демографической ситуации в России носят системный характер и требуют многосторонних решений долгосрочного плана, включая Меры, направленные на материальное стимулирование Рождаемости. Возможно, меры такого рода, осуществляемые в настоящее время государством, могут улучшить демографические показатели, побудить семью ускорить реализацию своих репродуктивных планов (так называемый эффект сдвига «календаря рождений»), но отнюдь не изменить их. Более того, такого рода сиюминутный рост рождаемости не решит демографических проблем, потому что за ним может последовать затяжной спад. Поэтому государству следует не только предоставлять значительную финансовую и правовую поддержку семьям, но и содействовать обоим родителям в их усилиях по совмещению семейных и производственных обязанностей. В целом для решения существующих проблем в системе охраны репродуктивного здоровья российских граждан необходимо обеспечить совершенствование нормативно-правовой базы и повышение ответственности всего населения за состояние своего здоровья. В целях улучшения здоровья матери и ребенка и развития службы материнства и детства необходимо реализовать государственные гарантии по обеспечению женщин и детей бесплатной медицинской помощью, сделать доступными дорогостоящие виды медицинских услуг. Необходимо также проведение информационных и образовательных мероприятий в области безопасного материнства. С точки зрения правового решения этой проблемы, задача законодателя состоит в том, чтобы определить основные направления организации социальной защиты женщин и детей, а также привести их в соответствие с социальной политикой государства, учитывая как степень участия женщин в общественном труде, так и необходимость выполнения ими репродуктивной функции и семейных обязанностей. Для этого как минимум следует реформировать законодательство о социальном обслуживании населения в части определения финансовой базы для реализации предусмотренного законом обязательного перечня услуг, оказываемых семьям с детьми. В любом случае целесообразна работа по дальнейшему совершенствованию законодательства, направленного на социальную поддержку беременных женщин и семей с детьми - речь идет о праве на безопасное материнство, на использование вспомогательных репродуктивных технологий разумеется, в этом процессе следует органически соблюдать важнейшие правовые принципы, автономию личности, господствующие в обществе этические нормы. По мнению специалистов, необходимо поставить решение проблемы преодоления депопуляции населения России «на строго научную основу» хотя бы потому, что «чрезмерный упор делается на материальные факторы рождаемости и ее количественные параметры», тогда как «профессионализация родительства и преференции за качественный уровень человеческой репродукции не проработаны и не предусматриваются», в связи с чем, в том числе, ценностные сдвиги в репродуктивном поведении людей обусловливают дисбаланс в обществе между его потребностями в воспроизводстве и социализации новых поколений и тем, как социальный институт семьи выполняет свою важнейшую репродуктивную функцию1. Это связано с тем, что родившие ребенка женщины отвлекаются с рынка труда с заменой, хотя и временной, оплаты труда материнскими пособиями. При этом остается проблема, сможет ли государство наращивать размер детских и материнских пособий,:"чтобы сохранить их конкурентоспособность и обеспечить семье достойный уровень жизни. Иными словами, вопрос о том, будут ли эти пособия достаточной компенсацией за отказ женщины от работы, остается открытым. 1 См.: Лаврентьева И. В., Илышев А. М., Лаврентьев А. С. О степени Научной обоснованности демографической политики России и неотложных мерах по ее повышению // Проблемы формирования государственных политик в России (материалы научной конференции). М., 2006. С- 744, 746. В этом контексте следует упомянуть постановление Конституционного Суда РФ от 22 марта 2007 г., в котором Суд пояснил, что само по себе установление максимального размера пособия по беременности и родам конституционные права граждан не нарушает. Это следует, в частности, из сложившейся международной практики, а именно из Конвенции № 102 МОТ «О минимальных нормах социального обеспечения» (1952 г.). Согласно Упомянутой конвенции, сумма денежного пособия, выплачиваемого в связи с предоставлением отпуска по беременности и родам и рассчитываемого на основе пред. шествующего заработка женщины, не должна составлять менее двух его третей, но допускается и установление максимальных пределов для размера заработка, учитываемого с этой целью. В вышеуказанном постановлении Конституционного Суда РФ подчеркивается, что «в современной социально-демографической ситуации в России институт материнства и детства приобретает повышенную публичную значимость, что обусловливает необходимость создания федеральным законодателем адекватной системы социальной защиты и социального обеспечения работающих женщин в связи с беременностью и родами». Вместе с тем размер материнских (и детских) пособий должен быть достаточен для того, чтобы материально поддержать семью, когда ребенок нуждается в материнском воспитании. В таком подходе четко проступает понимание, что федеральный законодатель, вводя соответствующее правовое регулирование, не учел, что требуется достижение большего соответствия между платежами, из которых формируются средства фонда социального страхования РФ, и выплатами, осуществляемыми в пользу застрахованных женщин в соответствии с их заработком (страховым обеспечением). В результате ухудшилось положение тех женщин, чей средний заработок значительно превышает установленный максимальный размер пособия. Поэтому федеральному законодателю Судом было предписано внести соответствующие изменения в действующее законодательство. Как известно, в числе мер, призванных улучшить демографические показатели, периодически возникает и обсуждается введение так называемого налога на бездетность. Абсолютная неэффективность этого одиозного налога («на холостяков, одиноких и малосемейных граждан») была доказана еще в советский период. Утверждение о том, что это может стать одним из источников финансирования государственных программ по повышению рождаемости, представляется весьма спорным. К тому же специфика этого налога состоит в том, что он, по сути, представляет собой серьезное вмешательство со стороны государства в частную жизнь гражданина. С учетом проведенного выше анализа следует еще раз подчеркнуть, что единственным институтом, способным обеспечить наилучшим образом рождение и социализацию детей, по-прежнему остается семья. При этом, как считает А. Вишневский, снижение рождаемости отнюдь не связано с понижением ценности самого деторождения. Напротив, ценность эта возрастает, поскольку семья имеет возможность вложить много больше в воспитание одного-двух детей, сохранение их здоровья1. Иными словами, семьи с меньшим числом детей имеют возможность выделять больше средств на образование и обеспечение здоровья своих детей, что в дальнейшем делает рабочую силу более продуктивной. Следовательно, предоставляя конкретной личности и семье право и возможности выбора наиболее адекватной для них стратегии реализации своих фертильных установок и планов и не прибегая при этом к принудительным санкциям, государство тем самым стимулирует желательные модели демографического поведения в целях достижения оптимальных параметров демографического развития. Более того, именно таким образом достигается гармонизация личных и общественных интересов. Применительно к цивилизованным странам концептуальный подход к репродуктивным правам следует, очевидно, скорректировать с учетом множества других социальных ролей женщины в современном развитом обществе. Очевидно, что право граждан на планирование семьи, использование средств ограничения рождаемости, т. е. гарантии репродуктивных прав, находятся во взаимосвязи не только с правом на медицинское обслуживание и развитием здравоохранения, но ис правом на образование. 1 См.: Интервью А. Вишневского //Медицинский вестник. 2005. 9Марта. Гарантии репродуктивных прав связаны с признанием Материнства важной социальной функцией, а также обеспечением не только юридического, но и фактического равенства мужчины и женщины во всех сферах общественной жизни. Кроме того, восстановление нормальной демографической динамики в регионах (странах), находящихся под угрозой депопуляции, но экономически стабильных предполагает в качестве приоритета адекватное социальное обеспечение матери и ребенка и формирование рациональной системы занятости женщин. Как известно, в рамках Европейского сообщества приняты серьезные меры по обеспечению прав и охране здоровья работающих беременных женщин, как и женщин, имеющих малолетних детей. По общему правилу, запрещается увольнение по основаниям, связанным с беременностью, рождением ребенка или материнством, а также изменение по инициативе работодателя условий трудового контракта по тем же причинам. Устанавливаются минимальный размер пособий и компенсаций данной категории работников (не менее пособия по временной нетрудоспособности); длительность отпуска по беременности и родам. В соответствии с пересмотренной Европейской социальной хартией (ст. 8) отпуск по беременности и родам с оплатой за счет средств социального обеспечения или из государственных фондов должен быть продолжительностью минимум в 14 недель. По сути дела, антидискриминационные нормы по отношению к женщинам-матерям и беременным применяются в интересах сохранения здоровья женщин (и детей), что, в свою очередь, обусловливает нормальный уровень здоровья всего населения и сохранение генофонда любой нации. В процессе становления социального законодательства, касающегося прав женщин, остро встает проблема обеспечения реальных гарантий. Не случайно некоторые европейские страны при подписании и ратификации Европейской социальной хартии 1961 г. не включили в свои обязательства те ее статьи и пункты, которые они посчитали затруднительными для выполнения. Так, из 20 стран, ратифицировавших к 1998 г. Европейскую социальную хартию 1961 г., 11 стран не взяли обязательства по ст. 8 (п. 4) — регулирование работы женщин в ночное время в промышленности; запрещение женского труда на подземных и других тяжелых работах, опасных или вредных для здоровья. Ряд стран (всего девять) не взяли обязательства по ст. 8 (п. 3) — предоставление оплачиваемых перерывов в работе для кормления грудных детей. Точно так же восемь стран не включили в свои обязательства ст. 8 (п. 2) вышеуказанной Хартии (о незаконности увольнения женщины, если предприниматель уведомляет ее об увольнении во время отсутствия ее на работе в связи с отпуском по беременности)1. В ц елом исторический опыт развитых стран дает основание утверждать: реализация репродуктивных прав предполагает наличие блока государственных, социальных мер протекционистского характера. В их числе — применение гибких форм организации труда, включая использование надомного труда и труда на условиях неполного рабочего времени; существование развитой инфраструктуры дошкольного и внешкольного воспитания детей (детских садов, игровых площадок, спортивных сооружений) и проч. Вместе с тем приходится констатировать, что ориентация трудового законодательства на защиту права работницы-матери, а не любого родителя независимо от пола (в частности, наличие норм, устанавливающих запрещение ночных сверхурочных работ и направление в командировки женщин-матерей) снижает спрос на женский труд, усиливает предпосылки для дискриминации женщин в сфере занятости. Нельзя не отметить, что женщины (особенно с детьми) вообще более беззащитны перед угрозой потери работы, а, следовательно, менее конкурентоспособны на рынке труда. Косвенно этот вывод подтверждается тем фактом, что по общему правилу Доля женщин, воспитывающих несовершеннолетних детей, среди безработных значительно выше, чем доля мужчин. См.: Горшкова С. А. Указ. соч. Современные тенденции развития международных Норм, закрепляющих трудовые права, свидетельствуют об определенной корректировке и весьма важной тенденции: на производствах и работах с вредными и тяжелыми условиями труда необходимо вводить новые технологии Подобные законодательные новеллы имеют исключительно большое значение. Во-первых, очевидно, что для здоровой репродукции важна наследственность лиц обоего пола, а неблагоприятные условия труда являются негативным фактором, влияющим на здоровье не только женщин и новорожденных, но и мужчин. Во-вторых, важно и то, что законодательные запреты труда всех наемных работников на вредных и опасных производствах не могут не стимулировать работодателей к улучшению условий труда. Что касается искусственного прерывания беременности, то Парламентская ассамблея Совета Европы в резолюции № 1607 (2008) подтверждает, что «аборт ни при каких обстоятельствах не может рассматриваться как метод планирования семьи». Все средства, не противоречащие правам женщин, должны быть использованы, чтобы снизить число как нежелательных беременностей, так и абортов. Таковым может быть, например, обязательное, учитывающее тендерные особенности, сексуальное образование молодежи. Согласно данным ООН, женщины и мужчины в разных странах (включая Россию) вступают в брак в более зрелом возрасте и позже заводят детей (и эта практика глобализируется). Кроме того, постоянно увеличивается средняя удельная доля незамужних женщин в возрасте от 25 до 29 лет; аналогичные показатели наблюдаются среди мужчин. Эта динамика подтверждается и в докладе немецкого Федерального института демографических исследований (2005 г.), в котором констатируется: «Создание семьи — это идеал, который в Германии утрачивается». Этот тезис подтверждается тем фактом, что 15% женщин и 26% мужчин в возрасте от 20 до 39 лет вообще не хотят иметь детей, тогда как в 1992 г. этот показатель составлял 10% для женщин и 12% для мужчин1. 1 См.: The Washington Times. 2005. 25Nov. Более того, наблюдается и увеличение процента добровольной бездетности в ряде стран Западной Европы, Прежде всего в Австрии, Германии и Швейцарии, а также Центральной Европы. Аналогичные тенденции и процессы имеют место и в странах Восточной Европы. К примеру, согласно социологическим опросам, в Венгрии демографическая ситуация в минувшие годы ухудшилась: около 20% женщин в возрасте до 27 лет не планируют рождение потомства даже после создания семьи1. В Чехии за 1995—2006 гг. почти вдвое выросло число детей, отцы которых старше 50 лет (с 240 детей в 1995 г. до 532 в 2006 г.). Тенденция общего повышения возраста родительства характерна не только для мужчин, но и для женщин, которые все чаще предпочитают рожать детей после 35 лет, уже имея материальную базу2. Не менее важно и то негативное влияние, которое оказывает на демографическую ситуацию в целом и репродуктивную функцию в частности девальвация института брака, почти повсеместный рост разводов и переоценка моральных принципов поведения. Так, по данным Евро-стата, в странах Европейского Союза на 2,2 брака приходится один развод, а каждый третий ребенок рождается вне брака3. В России последняя перепись населения (2002 г.) показала, что 48% россиянок в возрасте старше 16 лет не состоят в браке4. По данным социологических исследований, в период 2000—2003 гг. число желающих иметь одного ребенка выросло с 21,7 до 25,9%; в то же время число стремящихся иметь двух детей сократилось с 53,6 до 51,4%. Отказ иметь детей молодые люди мотивируют материальными трудностями (21,7%) и боязнью за будущее Детей (также 21,7%)5. 1 См.: Демоскоп-Weekly. 2006. № 229-230. 2 См.: Демоскоп-Weekly. 2007. № 279-280. 3 См.: Демоскоп-Weekly. 2006. № 247-248. 4 См.: Труд. 2007. 6марта. 5 См.: Демоскоп-Weekly. 2003. № 139-140. Механизм формирования моделей репродуктивного поведения находится под воздействием множества факторов: социально-экономических условий в конкретной стране, сложившегося в обществе нравственно-психологического климата, образа жизни и преобладающих репродуктивных установок. Поэтому, как утверждают социологи, психологическая готовность родить ребенка, как правило, связывается с рядом факторов — хорошими заработками — в 26% случаев, уверенностью в завтрашнем дне — в 22%, имущественными условиями — в 20% и политикой государства в отношении семей с детьми — в 16%'. На репродуктивные ориентиры конкретной личности и политику в области ограничения общественного выбора для женщин оказывают большое влияние и национальные особенности, религиозные законы, равно как и быт, культурные обычаи и традиции того или иного народа. Иными словами, сказывается влияние общих экономических, демографических и социальных изменений — долгосрочных эволюционных и кратковременных конъюнктурных. Вместе с тем не существует статичных культур, они меняются вместе с политическими и религиозными силами в пределах одной страны. При этом изменяется и понимание роли женщин, в различной степени ограничивается их доступ к средствам правовой защиты, образованию и социальному прогрессу. Многие обычаи, регулирующие сферу семьи и репродукции в развивающемся мире, такие, как тендерная дискриминация, множественное параллельное партнерство и проч., играют негативную роль. К тому же весьма распространенным методом демографического регулирования в развивающихся странах, абсолютно противоречащим естественному праву на свободный репродуктивный выбор, служит принудительная стерилизация. Важно понимать, что роль женщин существенно варьируется в различных государствах и обществах. В частности, в мусульманском мире существуют различные политические и культурные установки в отношении женщин, том числе и в силу различий экономического и социального уровня государств. 1 См.: Демоскоп-Weekly. 2005. № 211-212. Кроме того, в мусульманских странах имеется множество взаимоисключающих толкований Корана. Опыт мусульманских стран свидетельствует: начиная с 1980-х гг. прошлого столетия возрождение консервативного ислама в ряде государств поставило под сомнение западные концепции прав человека, основанные на автономии и свободе выбора. Им на смену во многих случаях пришла идея об ограничении прав женщин с упором на «почитание семьи и религии». Во всех арабских странах есть семейные законы, также известные как «кодексы личного статуса», ставящие женщину в положение «зависимого и второстепенного члена общества в вопросах брака, развода, опеки над детьми и наследства... вкупе это порождает тендерную дискриминацию и «второсортное» гражданство для женщин»1. Но и с появлением в современных условиях юридического статуса женщин их реальное правовое положение определяется в большинстве стран главным образом нормами морали. В частности, семейное право в мусульманских странах регламентируется нормами шариата. Ислам регулирует абсолютно все аспекты жизни человека, и фундаментальные западные ценности не находят отклика в исламской культуре. В их числе индивидуализм, либерализм, права человека, равенство, свобода, демократия, свободные рынки и отделение церкви от государства. Шариат лишает женщин права занимать государственные и общественные должности, которые предполагают осуществление власти над мужчинами. Пилч Л. Потенциальная роль женщин в противодействии идеологической поддержке терроризма на примере Боснии и Афганистана // Connections: The Quarterly Journal (приложение к зимнему выпуску психическое, экономическое и социальное неблагополучие. В том числе серьезнейшие проблемы возникают с связи с тем, что около 2 млн девочек в возрасте до 15 лет ежегодно вовлекаются в «индустрию секса». 1 См.: Гарипов Р. Ш., МухаметзариповИ. А. Указ. соч. С. 24—31. См.: Архангельский В. Н. Факторырождаемости. М., 2006. С. 120-126 Известно, что материнская смертность является важнейшим мониторинговым показателем состояния репродуктивного здоровья женщин. Статистические данные свидетельствуют о том, что каждая третья женщина в мире не получает в течение беременности никаких медицинских услуг, а 60% общего количества родов имеют место вне учреждений системы здравоохранения. Сохраняющаяся на протяжении жизни вероятность умереть во время беременности (или родов) для женщины из Западной Африки равна 1:12(1: 2800 в экономически развитых странах)1. Поскольку, как уже отмечалось, по сравнению с наиболее благополучными странами, женщины в странах «третьего мира» подвергаются многоплановой дискриминации, это непосредственно отражается и на сфере репродукции. Так, например, женщины из беднейших африканских стран южнее Сахары имеют в 25 раз больший риск потерять ребенка в первый год его жизни ив 500 раз больший риск умереть самой во время беременности или родов, чем в цивилизованных странах2. По данным ВОЗ, каждую минуту на Земле при рождении ребенка умирает одна женщина; 529 тыс. женщин ежегодно умирают во время беременности или родов, более 99% из них — в развивающихся странах. По другим данным, в беднейших африканских странах к югу от Сахары вероятность смерти женщины от беременности или родов составляет 1 : 16. Согласно статистике ООН, среди неграмотных и тех, кто живет за чертой бедности, женщин — 70% . Очевидно, что чрезвычайная бедность резко увеличивает вероятность материнской смертности. Проведенный краткий анализ дает основание утверждать, что многие развивающиеся страны из-за низкой материальной обеспеченности и социальной незащищенности большинства семей не достигли в борьбе с детской и материнской смертностью никаких Успехов, а в некоторых из них положение даже ухудшилось. Уровень бедности и младенческой смертности еще более велик у женщин, лишенных внутрисемейной материальной поддержки, воспитывающих детей без мужа (в результате развода, вдовства, рождения ребенка вне брака). 1 http://un.by/news/digest/18-25 oct.2004. л http://www.savethechildren.org. 3 См.: Демоскоп-Weekly. 2006. № 239-240. В таких странах, как Ангола, Сомали, Нигер и бе рия, на первом году жизни умирает каждый четвертый ребенок, в Сьерра-Леоне — каждый третий1. Этот факт указывает на острую необходимость постоянного увеличения доступных и надежных методов контрацепции. В целях защиты репродуктивных прав в странах «третьего мира» абсолютно необходимо внедрение комплекса таких мер, как защита прав женщин и подростков на информацию и услуги в области репродуктивного здоровья, строгое выполнение законов о минимальном возрасте вступления в брак, практическая ликвидация неравенства между детьми разного пола и ролями, отводимыми мальчикам и девочкам в семье и обществе, и проч. Иными словами, высокие показатели материнской и младенческой смертности, равно как и заболеваемости, могут быть снижены посредством реализации указанных выше мер. К ним следует добавить необходимость осуществления дородового ухода и нормального питания матери в дородовый период, соответствующее оснащение больниц для матерей и детей, общее улучшение условий жизни большинства семей. На Международной конференции по населению и развитию (1994 г.) была подчеркнута прямая связь, существующая между уменьшением бедности, с одной стороны, и улучшением материального положения женщин и увеличением доступа к услугам в области охраны репродуктивного здоровья — с другой. Поэтому в развивающихся странах необходимо добиваться расширения доступа к ква лифицированной медицинской помощи и улучшения здоровья матери, ликвидации чрезвычайной бедности и голода, замедления темпов распространения ВИЧ/СПИДа и обеспечения населения основными, необходимыми средствами контрацепции2. 1 См.: Sueddeutsche Zeitung. 2005. 7Apr. Около 90% зараженных ВИЧ/СПИДом женщин находятся в репродуктивном возрасте, происходит вертикальная передача ВИЧ-инфекции от матери к ребенку во время беременности иродов. Очевидно, что в основе выполнения указанных задач в рассматриваемых странах должна лежать реальная поддержка со стороны экономически развитых государств в рамках реализации соответствующих программ. В ходе работы вышеназванной конференции правительствами 179 стран мира был принят рассчитанный на два десятилетия план действий, призванный обеспечить для населения стран «третьего мира» универсальный доступ к медицинским услугам и тем самым значительно сократить к 2015 г. материнскую смертность. Как ни парадоксально, но запрет аборта в большинстве стран Африки, как признают международные эксперты, существенно поднимает уровень материнской смертности. Дело в том, что официальный запрет аборта в большинстве развивающихся стран не означает, что женщины там не прерывают беременность; напротив, в ряде стран аборт — распространенная практика. По существующим оценкам, в развивающихся странах производится до 40% всех производимых в мире абортов, в основном нелегально, с тяжелыми последствиями для женского здоровья. В этом случае настоящей альтернативой аборту может служит планирование семьи; оно позволяет «супружеским парам и отдельным лицам свободно и с чувством ответственности решать вопрос о количестве и времени рождения детей»1. Кроме того, возможным становится преодоление проблем, связанных как с демографическим взрывом, так и с высоким уровнем материнской смертности. Реальное проведение политики планирования семьи, развитие и укрепление соответствующих служб приводит к конкретным позитивным результатам; правильное (без вреда здоровью) использование методов контрацепции, когда женщины получают возможность планировать интервалы между рождением детей, резко снижают риск материнской и младенческой смертности. 1 Доклад Международной конференции по народонаселению и развитию. Каир, 5-13 сентября 1994 г., п. 7.12. Например, в Египте в последнее время благодаря специальной программе повышения качества медицинской Помощи при родах и различным мерам по охране репродуктивного здоровья женщин уровень материнской смертности существенно сократился. Позитивные результаты связаны и с тем, что во многих развивающихся странах Юго-Восточной и Восточной Азии, как и Северной Африки, улучшилось обеспечение квалифицированным акушерским персоналом. Однако, как уже отмечалось, в беднейших странах к югу от Сахары, где наблюдается самый высокий уровень материнской и детской смертности, нет положительных сдвигов1. Показатели материнской заболеваемости и смертности в странах с переходной экономикой по-прежнему высоки и в большой степени вызваны отсутствием адекватной инфраструктуры здравоохранения, включая качественные услуги в сфере родовспоможения. Согласно официальной статистике, уровень младенческой смертности в России в 2—2,5 раза выше показателей европейских стран, и среди новорожденных детей составляет 14 тыс. случаев в год2. Очевидно, что сокращение младенческой смертности в стране возможно лишь за счет применения высокотехнологичной медицинской помощи, использования эффективных и безопасных лекарственных средств, увеличения строительства перинатальных центров. Как указывается в Концепции демографической политики Российской Федерации до 2025 г., решение задач по сокращению уровня материнской и младенческой смертности, укреплению репродуктивного здоровья населения, здоровья детей и подростков включает в себя ряд радикальных мер по качественному улучшению человеческого ресурса. В их числе обеспечение доступности и повышение качества профильной медицинской помощи. 1 См.:ВойтенковаГ. Ф. Выполняются цели развития тысячелетия, первые итоги и перспективы // Народонаселение. 2006. № 2. С. 78—91 2 См.: Демоскоп-Weekly. 2007. № 239—240. Существенное влияние на число рождений в отдельно взятой стране оказывает общественное (социально-правовое) положение женщины. Как подчеркивается в докладе Международной комиссии ЮНЕСКО по образованию, «все эксперты сегодня согласны признать стратегическую роль образования женщин в процессе развития; в частности, легко прослеживается связь между уровнем образовали женщин, с одной стороны, и общим улучшением здоровья и питания населения, а также снижением рождаемости»1. Разумеется, в каждой национальной социально-правовой системе существуют свои приоритеты, складывающиеся из культурно-исторических и религиозных традиций и стереотипов, идейно-духовного состояния конкретного общества. Но в любом случае уровень рождаемости находится в обратной зависимости от степени образованности и занятости женщин. Базовый постулат состоит в том, что в современном мире женщины, представляя собой особую социогендерную общность, обладающую конкретными демографическими характеристиками и многоролевыми функциями, нередко являются объектом дискриминации по половому признаку. Эта практика весьма распространена в большинстве стран: женщины, составляющие половину населения Земли, «выполняют 2/3 работы в мире, получают 1/10 всех доходов и владеют менее чем 1/100 всей собственности»2. С позиций социологического анализа, в основе реальной дискриминации женщин, с которой нельзя не считаться, лежит их социальное неравенство с мужчинами. Это детально рассматривает американский социолог Н. Смелзер . Природа вещей такова, что проблема обеспечения реального равенства мужчин и женщин в правах не может быть разрешена только запретом дискриминации: не может быть полного равенства между мужчиной и женщиной в силу физиологических и генетических отличий. 1 Образование: сокрытое сокровище. Париж, 1997. С. 78. Lindsey L. Gender Roles: A Sociological Perspective. Englewood Cliffs. N. Y., 1994. P. См.: СмелзерН. Социология. Пер. сангл. М., 1994. С. 274. Современный опыт социальной практики свидетельствует о том, что предоставление женщине равных прав с мужчиной во всех сферах жизнедеятельности фактически ставит ее в неравные условия, так как со стороны общества к женщине предъявляются особые требования, связанные с выполнением миссии материнства Иными словами, чтобы больше уравнять в определенных сферах общественной жизни женщин и мужчин, различных по своей природе и имеющих разные интересы, их юридические права должны быть различными. Только тогда женщины смогут пользоваться фактически равными с мужчинами возможностями получения благ, доступных в общественной сфере. Кроме того, существует неразрывная взаимосвязь демографической ситуации в той или иной стране и такой острой социальной проблемы, как вопиющее неравенство мужчин и женщин в сфере образования. Важно отметить в данном случае, что из 65 развивающихся стран, по которым есть полные статистические данные, лишь около половины достигли тендерного паритета в начальном образовании, 20% — в среднем и лишь 8% — в высшем1. В отсталых африканских странах южнее Сахары в среднем один из четырех детей не ходит в школу и две из трех взрослых женщин неграмотны; например, в Буркина-Фасо только 8% женщин умеют читать и писать . Между тем установлено, что семьи, имеющие более высокий уровень образования и большие возможности в приобщении к достижениям культуры, имеют меньшее число детей, чем семьи с более низким уровнем образования и культуры. Уровень рождаемости в экономически развитых странах, где женщины проводят в школе около 10 лет, в 2 раза ниже соответствующего показателя в развивающихся странах (например, в 1990 г. общий коэффициент рождаемости равнялся, соответственно, 31 и 15 на 1000). Иными словами, обучение женщин в школе более 7 лет приводит к снижению суммарного коэффициента рождаемости почти в 2 раза. Аналогичные тенденции прослеживаются на примере одной и той же страны. 1 См.: Демоскоп-Weekly. 2007. № 273—274. http://www.savethechildren.org. Так, в Турции на долю семьи, где женщина имеет высшее образование, приходится один-два ребенка, а на долю семьи, где женщина имеет начальное образование или не имеет его вообще, — в 4—5 раз больше1. Практика показывает, что образованные женщины более склонны откладывать вступление в брак, обращаться за медицинской помощью и обучать своих детей. Одним словом, качество жизни детей напрямую зависит от качества жизни матерей. К сказанному следует добавить, что задача преодоления неграмотности женщин, достижения равенства между мужчинами и женщинами в области образования ставится на международном уровне. В качестве основной задачи, которая должна быть решена в рамках поставленной цели, декларируется ликвидация неравенства между полами в сфере начального и среднего образования, и не позднее, чем к 2015 г., — на всех уровнях образования. 1См.: УрсулА. Д. Указ. соч. С. 166-167.
<< | >>
Источник: Наталья Сергеевна Колесова. Права человека и демографические процессы. 2009

Еще по теме § 2. Значимость репродуктивных прав для выживания и сохранения идентичности и стабильного развития отдельных наций и человечества в целом:

  1. § 2. Значимость репродуктивных прав для выживания и сохранения идентичности и стабильного развития отдельных наций и человечества в целом
- Право интеллектуальной собственности - Авторсое право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Гражданский процесс - Гражданское право - Жилищное право - Зарубежное право - Защита прав потребителей - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - Коммерческое право - Конституционное право России - Криминалистика - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право Европейского Союза - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Правоприменительная практика - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Теория права - Трудовое право‎ - Уголовное право России - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право - Экологическое право‎ - Экономические преступления - Ювенальное право - Юридическая этика - Юридические лица -
Яндекс.Метрика