Задать вопрос юристу

ОЛИВЕР И. УИЛЬЯМСОН Логика экономической организации

Корни логического осмысления экономической организации в терминах трансакционных издержек лежат в тавтологии, которой Рональд Коуз дал саркастическое определение “тезис, справедливость которого очевидна” (разд.
4 наст, книги). Основное открытие, которое Коуз впервые сделал в классической статье 1937 г. и заново сформулировал на данной конференции, состоит в следующем: “...фирма... начинает играть роль в экономической системе, когда можно организовать внутрифирменные трансакции с издержками меньшими, нежели те, что пришлось бы нести при осуществлении тех же трансакций на рынке. Предел размеру фирмы ставится тогда, когда масштаб ее операций увеличивается до такой степени, что издержки организации дополнительных трансакций внутри фирмы превышают издержки проведения тех же трансакций на рынке”. Хотя “справедливость [этих тезисов] очевидна”, они дают повод для такого возражения: “можно рационально объяснить почти все что угодно, апеллируя к соответствующим образом специфицированным трансакционным издержкам” (Fischer, 1977: 322, п.5).

Если экономическая теория трансакционных издержек была в 1972 г. примерно в том же состоянии, в каком ее сформулировал Коуз в 1937 г.16, то этот факт можно в значительной степени отнести на счет того, что в течение 35 лет не удавалось придать операциональный характер самой концепции трансакционных издержек. А то, что за последние 15 лет эту пологую траекторию сменила экспоненциально возрастающая кривая, объясняется окрепшей уверенностью в том, что экономическая теория трансакционных издержек выдержала тест на следствия, опровергающие традиционные представления. Интересно, что усилия по операционализации исходных понятий этой теории породили все растущий поток эмпирической литературы. Как об этом уже говорилось в другом месте (Уильямсон, 1996) и как демонстрирует представленная на данной Конференции статья Пола Джоскоу (разд. 8 наст, книги), итоги эмпирической проверки в целом оказались положительными.

Таким образом, хотя вышеупомянутое открытие Коуза было решающим первым этапом в деле разработки сравнительной логики экономической организации, где ключевой характеристикой служит экономия трансакционных издержек, в дальнейшем возникла потребность в дополнительном аппарате. Как будет показано ниже, это повлекло за собой (1) выявление микроаналитических факторов, ответственных за различия в величине издержек при разных трансакциях, (2) дифференцированную состыковку (discriminating alignment) трансакций со структурами управления сделками* и (3) обнаружение и учет межвременных характеристик процесса, предсказуемым образом сопутствующих экономической организации.

В параграфе 1 излагается микроаналитический подход к изучению экономической организации, на котором основана экономическая теория трансакционных издержек. В параграфе 2 описано, как путем “дифференцированной подгонки” (discriminating match) (как в общем виде, так и в контексте эффективного использования заемного и акционерного капитала) можно получить следствия, опровергающие традиционные представления. В параграфе 3 аргументируется и иллюстрируется важность анализа процесса контрактации. Далее следуют заключительные замечания.

Таким образом, подход Крепса — Спенса отсылает изучение микроаналитических аспектов куда-то на сторону или же — альтернативный вариант — призывает уповать на то, что экономистам повезет. В первом варианте главный риск заключается в том, что те, кому отсылается изучение деталей, либо неправильно проведут наблюдения, либо же сообщат о верных результатах наблюдений так, что их экономическое значение будет замаскировано2. Поскольку надежда на удачу еще более проблематична, следует признать, что экономисты должны серьезно отнестись к изучению организации.

Поучительный контраст между микроаналитическими аспектами естественнонаучных и экономических исследований отмечает Герберт Саймон. Он пишет (Simon, 1985, р. 40):

“В естественных науках, если ошибки измерения и другой шум оказываются сопоставимыми по величине с исследуемыми явлениями, то попытки выжать из имеющихся данных дополнительную информацию статистическими методами прекращаются; вместо этого ставится задача найти для наблюдения за данными явлениями технику с более высокой разрешающей способностью. Стратегия экономической науки в аналогичной ситуации очевидна: добыть новые данные микроуровня”.

Экономическая теория трансакционных издержек солидарна с Саймоном как в концептуальном, так и в эмпирическом аспекте. Безусловно, такая концентрация внимания на микроаналитических аспектах возлагает большое бремя на исследователей-эм- пириков: нужная информация редко появляется в статистических материалах на полках библиотек и магнитных носителях. Тем не менее альтернативный выбор между широтой охвата и глубиной решается в пользу большей детализации, за которую те, кто занимается сбором исходных данных, заслуживают большого уважения.

Удачное противопоставление старой и новой институциональной экономической теории формулирует Кеннет Эрроу. Он задается вопросом: “Почему у старой институциональной школы был такой плачевный конец, несмотря на то, что к этой школе принадлежали такие талантливые аналитики, как Торстейн Веблен, Дж.Р. Коммонс и У. Митчелл?” Эрроу предлагает два ответа. Один ответ — трудности, органически присущие данной проблематике. Но, что важнее, старой институциональной школе недоставало стратегии исследований. Напротив, «новое институциональное движение в экономической науке ... не сводится главным образом к тому, чтобы давать новые ответы на традиционные вопросы экономической науки, как то размещение ресурсов и степень их использования. Скорее это движение стремится ответить на новые вопросы типа “почему экономические институты возникли именно так, а не каким-то иным путем?” Новый институционализм углубляется в экономическую историю и приводит аргументы более отточенные, “наноэкономические” ... (“нано” — крайняя степень “микро”)17 по сравнению с привычными» (Arrow, 1987, р. 734).

С точки зрения экономической теории трансакционных издержек есть три аспекта, в которых микроаналитический подход играет важную роль: 1) допущения о поведении; 2) параметризация трансакций; 3) характеристики процесса контрактации. Рассмотрим эти аспекты по порядку. 1.1.

Допущения о поведении

Как об этом подробно говорилось в другом месте, экономическая теория трансакционных издержек использует два ключевых допущения о поведении. Первое допущение носит когнитивный характер: предполагается, что люди — экономические агенты “преднамеренно рациональны, но лишь в ограниченной степенны” (Simon, 1961, p. xxiv). Это условие обычно именуют ограниченной рациональностью. При этом допущении всеобъемлющая контрактация (будь то при наличии конфиденциальной информации или без таковой) невозможна ни в какой форме. Тезис о том, что сложная контрактация в любой жизнеспособной форме неизбежно является неполной, породил огромную и разветвленную область исследований, к зондированию которой только сейчас приступили (Hart and Holmstrom, 1987).

Много путаницы в связи с концепцией ограниченной рациональности вызвано ошибочным представлением, что она неявно предполагает иррациональность или принцип нахождения удовлетворительного результата {satisficing)18. Между тем в той мере, в какой ограниченно рациональные агенты пытаются эффективно справляться с проблемами, иррациональность не рассматривается (за исключением некоторых патологических случаев). Поиск удовлетворительного результата есть просто одно из проявлений ограниченной рациональности. Этот принцип апеллирует к психологии и срабатывает на уровне психологического механизма устремлений. Неполная же контрактация, напротив, апеллирует к экономической науке; здесь задействованы механизмы выбора совсем иного рода. Поэтому из того, что принцип нахождения удовлетворительного результата оказался не очень плодотворным подходом к изучению экономической организации (Aumann, 1985, р. 35), не следует, что такая же участь ожидает и неполную контрактацию. Напротив, несмотря на трудности, с которыми сопряжено исследование неполной контрактации, и скромные успехи в этой области на сегодняшний день, уже сейчас есть основания для гораздо большего оптимизма.

Второе допущение о поведении состоит в том, что люди как экономические агенты склонны к оппортунизму, т. е. глубоко укорененному стремлению к личной выгоде, не гнушающемуся коварством. Поэтому нет уверенности в том, что они будут выполнять обещания вести себя ответственно, если эти обещания не подкреплены достоверными (надежными) обязательствами (credible commitments)19.

Хотя оппортунизм — нелестное, а кое для кого и отвратительное допущение о поведении, замечания X.JI.A. Харта указывают ему должное место (Hart, 1961, р. 193, курсив автора):

«Ни осознание собственных долгосрочных интересов, ни сила соображений личного престижа... не присущи в одинаковой степени всем людям. Временами у каждого возникает искушение отдать предпочтение собственным сиюминутным интересам... “Санкции” ... необходимы не как нормальный побудительный мотив к послушанию, а как гарантии, что те, кто готов добровольно подчиниться, не окажутся жертвами тех, кто к этому не готов».

Не будь этих двух допущений о поведении — и взятых по отдельности, и особенно в сочетании друг с другом, — изучение экономической организации весьма бы упростилось. Так, “организации являются полезными инструментами достижения целей людей только по причине ограниченности у индивидов времени, знаний, умений и дара предвидения” (Simon, 1957, р. 199).

Но дело не только в этом. Коль скоро ограниченная рациональность и оппортунизм имеют место, при исследовании экономической организации необходимо принимать во внимание оба фактора. Поэтому предлагается следующий императив: организовать экономическую деятельность так, чтобы ограниченная рациональность давала экономию и одновременно текущие трансакции были бы защищены от риска оппортунизма. Основные контрактационные и организационные следствия из этой комбинированной поведенческой ориентации сведены в табл. 7.13.

Таким образом, в то время как ортодоксальная микроэкономическая теория обычно уделяет мало внимания допущениям о поведении, экономическая теория трансакционных издержек настойчиво утверждает, что эти допущения жизненно важны — не в последнюю очередь потому, что из них выводятся следствия, опровергающие традиционные представления. Разумеется, следствия, представленные в табл. 7.1, имеют весьма общий характер. Тем не менее поддаются проверке обе части следующих двух тезисов: (1а) все сложные контракты неполны, поэтому (16) будут наблюдаться такие способы контрактации, которые поддерживают адаптивный, последовательный процесс принятия решений (как средство совладать с неполнотой контрактов); (2а) “обещания”, не подкрепленные надежными обязательствами, подвергают стороны риску, поэтому (26) торговый обмен будет подкрепляться обеспечением гарантий рыночного и нерыночного характера. Изучение контрактного права и контрактной практики (в том числе случаев вертикальной интеграции и отказа от нее) показывает, что фактические данные подтверждают эти тезисы.

Таблица 7.1

Организационные следствия нз допущений о поведении Допущения

поведении

Следствия Ограниченная

рациональность Оппортунизм Для теории контрактации Всеобъемлющая контрактация невозможна | і Контракт в виде обещания і наивен Для экономической организации Обмену будут способст- | При торгах требуется вовать такие типы поведе- | обеспечение спонтанных ния, которым будет при- {или тщательно разрабо- сущ адаптивный, много- I танных гарантий шаговый процесс приня- 1 тия решений 1 1.2. Параметризация

Экономическая теория трансакционных издержек принимает тезис Джона Р. Коммонса (Commons, 1934) о том, что трансакция может служить базисной единицей анализа4. Важно выделить ключевые параметры, по которым различаются трансакции. Главные параметры, на которые опирается современная экономическая теория трансакционных издержек при описании трансакций, суть (1)

частота повторения трансакций, (2) тип и степень присущей трансакциям неопределенности, (3) уровень специфичности активов. Хотя все эти параметры играют важную роль, именно с последним из них связаны в настоящее время многие следствия экономической теории трансакционных издержек, опровергающие традиционные представления5.

Понятие специфичности активов затрагивает вопрос о том, в какой мере некий актив можно переориентировать на альтернативное использование кем-то другим, не принося при этом в жертву продуктивную ценность актива. Специфичность активов связана с идеей невозвратных издержек. Но увидеть воочию разнообразные проявления специфичности, присущие активам всех организаций, можно только в контексте неполной контрактации. А это было недоступно эпохе экономической теории, предше-( ствовавшей идее трансакционных издержек (Williamson, 1975, 1979; Klein, Crawford, and Alchian, 1978)6.

Главное значение фактора специфичности активов заключается в следующем: в то время как при трансакции в неоклассическом смысле индивидуальные черты сторон не имели значения (Ben-Porath, 1980), при трансакции, подкрепляемой ненулевыми инвестициями в трансакционно-специфические активы длительного пользования, эти черты приобретают решающее значение. По сути при подобных трансакциях стороны попадают в, двустороннюю зависимость. Вследствие такого положения вещей управление контрактными отношениями во времени сильно усложняется.

I'

1.3. Анализ процесса контрактации

Тезис о значимости самого процесса контрактации отторгается многими и редко служит предметом согласованных исследовательских усилий экономистов (Langlois, 1986). Хотя экономическая теория трансакционных издержек слабо развита в аспектах,. связанных с анализом контрактного процесса, тем не менее аргументация, опирающаяся на эти аспекты, играет в ней видную роль.

Одной из иллюстраций тезиса о значимости процесса контрактации является фундаментальная трансформация, о которой пойдет речь в параграфе 3. Суть рассуждений в сжатом виде такова: недостаточно продемонстрировать, что изначально имеет место конкуренция между большим количеством экономических субъектов. Необходимо также исследовать вопрос, сохранится ли, такое положение вещей или же в дальнейшем разовьется состояние двустороннего торга, обусловленное трансакционно-специфическими инвестициями и неполной контрактацией. Возникновение где бы то ни было двусторонней монополии ex post оказывает колоссальное влияние на управление контрактными отношениями (последнее включает и вертикальную интеграцию, но никоим образом к ней не сводится).

В более общем виде явления, которые я называю последствиями процесса контрактации, обладают тремя общими характеристиками: они дают о себе знать с течением времени, их не предвидят заранее, зачастую их трудно уловить. Чаще всего непредвиденное поведение, о котором идет речь, является последствием нежелательным, но вовсе не обязательно, чтобы всегда было так.

Иллюстрацией может служить то, что социологи называют “дисфункциональным поведением”. В ряде работ (например, Merton, 1936, Gouldner, 1954) документально подтверждено, что организация деятельности часто сопровождается дисфункциональными последствиями. Это происходит потому, что “потребность в добавочном контроле” в организации имеет не один, а два эффекта: первый (запланированный) эффект — лучшая управляемость; второй же (незапланированный) эффект состоит в том, что работники, на которых распространяется этот добавочный контроль, со временем к нему адаптируются. Таким образом, возникла необходимость заменить старую “машинную модель” организации, не предусматривавшую такой адаптации, более богатой моделью организации, где должным образом учитываются и тот, и другой эффекты.

Экономисты не остались безучастны к этому импульсу. Действительно, на протяжении последних 15 лет теория агентских отношений развивалась именно под его влиянием. Коль скоро агенты пользуются информационными преимуществами и, реализуя схемы стимулирования, сверяются с собственными предпочтениями, при разработке системы стимулов следует иметь в виду указанные эффекты “обратной связи”. Так что анализ контрактного процесса принес результаты, принятые и усвоенные экономической наукой.

Однако одно дело чувствительность к вторичным последствиям контрактации в принципе, а другое дело — знание деталей, среди которых могут быть и очень тонкие. Далее, если все сложные контракты неизбежно неполные, то возникают серьезные сомнения в том, насколько вообще уместен подход к экономической организации, основанный на разработке механизма контрактации (Grossman and Hart, 1986; ch. 9). Исследование тонких деталей процесса неполной контрактации и составляет суть предложенного здесь анализа. Необходимо разработать единый с точки зрения экономической теории и теории организаций подход7. 2.

<< | >>
Источник: Башутская Т.Г.. Природа фирмы: Пер. с англ. — М.: Дело. — 360 с. . 2001

Еще по теме ОЛИВЕР И. УИЛЬЯМСОН Логика экономической организации:

  1. ' ОЛИВЕР И. УИЛЬЯМСОН Введение
  2. Глава 1 СИСТЕМА УПРАВЛЕНИЯ ФИНАНСАМИ ФИРМЫ: СУЩНОСТЬ И ЛОГИКА ОРГАНИЗАЦИИ
  3. 9 ОЛИВЕР Д. ХАРТ Неполные контракты и теория фирмы
  4. Глава 2 Логика потребителя
  5. «СКВОЗНЫЕ» ПРОБЛЕМЫ ЛОГИКИ «КАПИТАЛА» К. МАРКСА
  6. 4.5.8. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НЕЧЕТКОЙ ЛОГИКИ
  7. Приоритеты: логика стратегической чистки
  8. Часть I Логика делового письма
  9. Часть II Логика делового мышления
  10. Глава 3. ЛОГИКО-ЯЗЫКОВЫЕ МЕТОДЫ
  11. Логика политики и политологии
  12. Глава 6 ЛОГИКА И ТЕХНИКА ФИНАНСОВЫХ ВЫЧИСЛЕНИЙ
  13. 9. Логика корпоративного внедрения системы
  14. Нечеткая логика
  15. 16.3. ЛОГИКА ПРОЦЕССА ИЗМЕНЕНИЙ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ ПРЕДПРИЯТИЯ
  16. Вазюлин В.А.. Логика «Капитала» Карла Маркса, 2002
  17. ЛОГИКА ОБЩЕСТВЕННОЙ ДИНАМИКИ