<<
>>

Заключение

«Искаженная» макроэкономическая среда в период построения в КНР закрытой директивной системы способствовала обострению дисбалансов спроса и предложения на валюту, кредит, сырье и товары.

«В связи с углублением макроэкономических диспропорций и утратой контроля на макроуровне при переходе от административно-командной системы к рыночной» [255] китайские исследователи стали проявлять повышенное внимание к зарубежным теориям равновесия. Подвергаемая внутренним и внешним дисбалансам экономика в упрощенном виде использует две категории инструментов (монетарную и фискальную политику, а также внешнеторговую и валютную политику) для поддержания естественного уровня безработицы при стабильном низком уровне инфляции и для сохранения устойчивой позиции платежного баланса. То есть валютная политика как блок мер в области международных валютных и экономических отношений, соответствующих как первоочередным, так и долгосрочным целям государства, играет значимую роль в управлении макроэкономическими процессами. Несмотря на то, что воспроизводство первично к валютным отношениям, курс национальной денежной единицы, в свою очередь, влияет на некоторые экономические переменные (уровень внутренних цен, статьи платежного баланса, государственный бюджет, денежный рынок страны). В силу этих обстоятельств, для исследования эволюции валютной политики предпочтительной становится отражающая взаимозависимость валютного курса, процентных ставок, выпуска модель Манделла-Флеминга. В ее основе лежит подход с позиции эластичности спроса и предложения, согласно которому совокупность потоков товаров и услуг, портфельных и прямых инвестиций формирует стоимость валюты. На базе модели Манделла-Флеминга впоследствии была сформулирована концепция трилеммы, обозначающая «ограничители» процесса интеграции в мировое хозяйство в виде выбора конфигурации элементов «невозможной троицы».

Такого рода анализ позволяет точнее описывать происходящие в валютной сфере изменения в сравнении с подходом, основанным на идее паритета покупательной способности (из-за слабого эмпирического подтверждения). В свою очередь, монетарный подход к определению валютного курса и подход «портфель-финансовые активы-торговый баланс» неприменимы в условиях развивающихся стран ввиду начальной стадии развития финансового рынка, а также сохраняющихся в стране ограничений по счету операций с капиталом и финансовому счету.

Корректировать осуществляемую политику с учетом варьирования степени гибкости валютного курса, монетарной независимости и финансовой интеграции Китаю позволяют характерный для общеэкономических реформ КНР принцип «двухколейности»; Гонконг, как специальный

административный район с высокой долей автономии (включающей контроль над денежной системой); возникшая «многоярусность» субъектов КНР (по степени их индустриализации); адаптация опыта экономических преобразований в Республике Корея, Сингапуре, Малайзии, на Тайване к условиям КНР; китайские общины в других странах («хуацяо»).

Изучение этих особенностей, наряду с ограничениями

(лимитированность статистических сведений при большом числе (10) регрессоров в классической модели), предопределили разработку собственной модификации модели Манделла-Флеминга. Ее суть состоит в составлении единого результирующего уравнения. Регрессоры выделяются в соответствии с суммированными положениями классической модели Манделла-Флеминга при ограниченной мобильности капитала:

- валютный курс и чистый экспорт в условиях осуществления внешнеторговой политики при свободном курсе;

- денежная масса и ЗВР при осуществлении денежно-кредитной политики при фиксированном курсе.

Подготовительный этап работы с временными рядами включает приведение их в стационарность. На заключительной стадии выявляется статистическая значимость и экономическая последовательность коэффициентов. Отсутствие автокорреляции подтверждает достоверность описательной и эвристической способности преобразованного варианта модели Манделла-Флеминга при анализе валютной политики Китая на каждом из выделяемых этапов.

Анализ эволюции валютной политики КНР реформенного периода можно разбить на 3 этапа. На первом этапе разрабатывается законодательство; создаются специальные институты, поскольку в обязанности Банка Китая было вменено лишь предоставление услуг по проведению внешнеторговых расчетов и трансграничных переводов денежных средств. На начальной стадии эволюции экономической модели для КНР по-прежнему была характерна ограниченная открытость международной торговли; сохраняющийся валютный контроль; риски инвестирования в плановую экономику со слабыми институтами. В этих условиях портфельные инвестиции и внешние заимствования занимали незначительную долю общего притока капитала. Для привлечения иностранных средств Китай в основном использовал методы, ориентированные на прямые иностранные инвестиции (ПИИ).

Изменение курса не оказывало влияние на общий торговый баланс, так как валютная выручка 14 уполномоченных государственных корпораций в обязательном порядке продавалась и приобреталась под исполнение новых контрактов. Это накладывалось на значительную завышенность курса к 1978 г. Введение специальных валютных курсов для внешней торговли (1981-1985 гг., 1987-1993 гг.) позволило добиться девальвации официального курса в необходимом для уравновешивания платежного баланса темпе, избегая нейтрализации влияния внешнеторговой политики на доход, как в классическом варианте модели Манделла-Флеминга при плавающем курсе, благодаря повышению чистого экспорта. Можно отметить, что до 1994 г.

Китай сделал выбор в пользу политики «реальных целей». Факторы, указывающие на нарастающий избыточный спрос (перебои транспортной системы, дефицит основного сырья и энергоресурсов, рост инвестиций в основные фонды) на данном этапе оставались без внимания.

Сигналом для начала реализации политики предотвращения как разгона инфляции, так и рецессии, известной в теории как «мягкая посадка», стало достижение показателя ИПЦ в 24% в 1994 г.

Для ограничения волатильности курса была введена система сдачи и покупки валюты. Задачи сглаживания резких колебаний обменного курса и содействия экономическому росту официально закрепились в законе КНР «О НБК». Для удовлетворения спроса на валюту начал работу единый общегосударственный межбанковский валютный рынок, банки получили возможность предлагать форвардные продукты в юанях.

307

В то же время на начальной стадии этапа стабилизации юаня 37% госпредприятий оставались убыточными, а удельный вес их «плохих» долгов достигал 20-25% от общего объема выданных кредитов . Реформы по повышению эффективности госпредприятий (сокращение штата, оформление процедур банкротства, приватизация малых и средних предприятий, акционирование крупных) способствовали увеличению корпоративных и частных сбережений. С учетом обозначившегося на первом этапе подъема уровня сбережений вслед за ростом доходов, итогом политики «мягкой посадки» стал более быстрый темп прироста показателя нормы сбережений по сравнению с показателем нормы инвестирования и формирование положительного сальдо счета текущих операций. Фиксация курса юаня к доллару США в этих условиях способствовала расширению внешней торговли и притоку инвестиций ввиду сокращения валютных рисков.

Придерживаясь стороны «стабильность валютного курса» треугольника «невозможная троица», Китай осторожно подходит к расширению [256] [257]

финансовой открытости. Рациональность соответствующей стратегии подтвердил Азиатский финансовый кризис, наиболее существенно ударивший в условиях повышающейся волатильности мировых капиталопотоков по странам, активно снимающим барьеры на деятельность иностранных агентов по счету операций с капиталом и финансовому счету.

Либерализация внешнеэкономического сектора продолжилась вслед за вступлением КНР в ВТО. На фоне перемещения в Китай мировых фабрик и улучшения инвестиционного климата ускорился приток капитала. Чтобы не допустить ревальвации, НБК скупал валюту. Спецификой стало применение «компенсационного тезиса». Хотя в связи с этим, в отличие от классического сценария, предписываемого моделью Манделла-Флеминга, сохранялась возможность использования процентных ставок при модификации конфигурации элементов трилеммы, именно валютный курс в 1994-2004 гг. выступал в качестве «номинального якоря» в условиях влияния на динамику ИПЦ немонетарных факторов: бюджетной реформы; расширения

полномочий местных органов власти и управления; усиления хозяйственной самостоятельности предприятий; роста уровня заработной платы вслед за внесением поправок в Закон КНР «О труде». Валютная политика способствовала достижению ценовой стабильности.

Ускоряющаяся эмиссия стерилизационных облигаций повышала ставки по ним. Расчет стерилизационных издержек НБК выявляет отрицательное сальдо по итогам трех из четырех лет в 2012-2015 гг.

Одновременно усиливалась негативная реакция руководителей основных промышленных стран в связи с сохраняющимся положительным сальдо платежного баланса КНР. Основным аргументом становилось то, что заниженный курс юаня субсидирует экспорт и создает трудности торговым конкурентам в регионе. 21 июля 2005 г. НБК объявил о введении управляемого плавающего курса. К середине 2008 г. курс доллара США составил 6,8 юаня, после чего Китай до июня 2010 г. отказался от ревальвации, главным образом, из-за снижения мирового спроса на свою

продукцию, а также резкого падения товарных цен.

При установленном курсе ЦБ несет обязательства по сохранению фиксации через валютные интервенции. Это означает, что на денежную базу как кратное от общего предложения денег, равное сумме активов на балансе ЦБ, сложно воздействовать через международные резервы. В то же время внутреннее кредитование для компенсации резкого падения экспорта при установленном курсе поддается управлению. В результате, правительством КНР был представлен комплекс мер по использованию 4 трлн юаней. Со стабилизацией и оживлением экономики страны вновь был поднят вопрос о ревальвации юаня.

Успешность эволюционных реформ КНР очевидна. В соответствии с постулатами теории несбалансированного роста Китай добился увеличения объема выпуска трудоемкой продукции с низкой добавленной стоимостью, что отвечало относительным преимуществам страны.

Политика частичной привязки юаня к доллару (который начал укрепление по мере восстановления экономики США) привела к завышению стоимости китайской валюты. Взвешенный торговый индекс БМР свидетельствует, что юань длительное время больше других 60 валют корзины дорожал к базовому году (до 31%). С 2005 г. до своих пиковых значений в июле 2015 г. эффективный валютный курс юаня вырос примерно на 57%.

Вместе с тем быстрый подъем экономики Китая вызвал новые трудности, связанные со слишком высокой долей инвестиций в ВВП; с ограниченной долей частного сектора и сферы услуг; со стабильно высоким неравенством доходов; с формированием «пузырей» на рынке недвижимости, избыточных мощностей; с расширением долговой нагрузки, c чрезмерным накоплением ЗВР.

Одновременно девальвационное давление усиливалось на фоне естественного замедления экономики в ходе начала реализации официально утвержденной стратегии партии на тринадцатый пятилетний план, обозначенной как «новая норма»1. В ее основе — меры стимулирования экономики как со стороны предложения (снижение избыточного инвестирования и повышение эффективности использования производственных факторов), так и со стороны спроса (стимулирование внутреннего потребления). При этом относительно высокие процентные ставки, сохранение низкого уровня инфляции оказывают определенную поддержку юаню.

В этих условиях в валютной сфере обозначилось формирование «валютного дуализма» — стремления к снижению или укреплению валютного курса в зависимости от выбора между поддержанием комфортных условий для экспортеров и обеспечением крепких позиций на мировом рынке

309

капитала '

Представленный в ходе работы анализ выявляет, что с 2005 г. доля Китая в мировом экспорте расширялась, несмотря на значительный рост курса юаня. При этом в 2015 г. тенденция продолжилась (с 10,5% до 11,4%) на фоне сокращения показателя экспорта в КНР в абсолютных показателях. Активное сальдо счета текущих операций в объеме 330,6 млрд долл. США в 2015 г. стало крупнейшим в мире. Активное сальдо торгового баланса достигло 567 млрд долл. США. Кроме того, необходимо учитывать совокупный внешний долг Китая, который превышает 1,3 трлн долл. США , а также усилия по улучшению структуры экспорта, требующие импорта технологий и оборудования. Таким образом, в современных условиях КНР, вероятно, не будет прибегать к умышленной девальвации юаня.

Текущее падение курса с августа 2015 г. вслед за изменение порядка расчета справочного курса юаня в направлении ориентации на цену закрытия предыдущего дня на межбанковском рынке компенсирует чрезмерную ревальвацию к июлю 2015 г. [258] [259]

Результирующее падение (несмотря на которое на ноябрь 2016 г. только реальный эффективный валютный курс Венесуэлы, Исландии, Г онконга и Саудовской Аравии вырос к базовому году больше, чем реальный валютный эффективный курс юаня) относительно индекса на 6,5% сопоставимо номинальному падению к доллару США. В отношении двусторонних валютных курсов к другим основным валютам (евро, фунту стерлингов, индийской рупии, австралийскому доллару, канадскому доллару, малазийскому ринггиту, японской иене, мексиканскому песо,

южноафриканскому ранду, шведской кроне, индонезийской рупии, бразильскому реалу, турецкой лире, российскому рублю) к декабрю 2016 г. юань подорожал с июня 2010 г. более чем на 10%. Поддержание покупательной способности национальной валюты — обязательная мера на пути переориентации экономики на внутренний спрос в соответствии с задачами, обозначенными в рамках стратегии «новой нормы».

Вместе с тем в современных условиях курс юаня меняется и в положительную, и в отрицательную сторону. Обращает на себя внимание активное использование форвардных операций с юанем и опционов, применяемых в качестве средств хеджирования валютных рисков. Более гибкий режим валютного курса обеспечит колебание юаня вокруг долгосрочного равновесного уровня и снизит объемы валютных интервенций при достижении предельных суточных значений. Гибкость юаня позволит НБК обрести свободу в вопросе установления процентных ставок, ограничив приток «горячих денег» в результате разнонаправленных колебаний курса и усилив потенциал регулятора смягчать инвестиционные всплески через ценовые инструменты. Рыночные процентные ставки являются важнейшим условием для либерализации счета операций с капиталом и финансового счета.

Расширение доступных каналов для иностранных инвестиций будет способствовать накоплению богатств и увеличению расходов на внутреннее потребление. Без конвертируемости по счету операций с капиталом и

финансовому счету становятся недостижимыми другие цели: превращение Шанхая в международный финансовый центр, интернационализация юаня. Вместе с тем, ответственное отношение к использованию административных рычагов после формального учреждения рыночной экономики не означает полный отказ (в особенности в кризис, на лимитированный промежуток времени) от использования подобных инструментов.

Благодаря объему экономики Китая, темпам ее роста, макроэкономической стабильности, диверсифицированной структуре международной торговли, юань, добившись статуса «якорной» валюты в азиатском регионе, обладает наибольшим потенциалом из остальных валют развивающихся стран для международного использования. Спрос на юань в последние годы неуклонно растет в соответствии с выводами Ф. Хартманна, эмпирически подтвердившего «широко распространенное в экономической литературе положение о наличии обратно пропорциональной зависимости между объемом торговли той или иной валютой и величиной спрэда» . Интернационализация юаня проходит по трем направлениям: использование национальной валюты в расчетах по трансграничной торговле; учреждение своп-линий; оффшорные депозитные счета и облигации. Зона

312

распространения юаня по-прежнему асимметрична не в его пользу. Примечательно, что значительная часть расчетов в юанях (до 80% )

приходится на импорт КНР. Это соответствует выводам о сохраняющейся на данном этапе «усеченности» мирового использования юаня «между иностранным государством и Китаем: из Китая в иностранное государство для оплаты импорта, из иностранного государства в Китай — для инвестиций» [260] [261] . Дальнейший процесс важно сопровождать ускорением реформ в финансовом секторе. При этом к реформе своего валютно-

финансового регулирования КНР приступил только тогда, когда этого потребовали нужды собственной экономики и ее возросшая вовлеченность в общемировые экономические процессы .

Опыт Китая в управлении инструментами валютной политики в условиях усиления роли юаня по отношению к рублю на общемировом и двустороннем уровне (доля рубля в обслуживании товарооборота между РФ и КНР составляет 3%, доля юаня — 9%[262]), а также девальвации рубля в 2014 г., несмотря на различия объема экономик и статуса валют, может оказаться полезным для РФ в вопросах поддержания стабильности национальной валюты, обеспечения заинтересованности использования национальной валюты в расчетах по операциям по счету текущих операций, счету операций с капиталом и финансовому счету. Особое значение это приобретает в условиях активного поиска новых источников развития. Отток капитала, погашение внешних обязательств, политика ЦБ по абсорбированию ликвидности, зависимость России от экспорта энергоресурсов сыграли значительную роль в падении рубля. В КНР оптимизация экономической политики привела к тому, что по итогам 2014 г. внутреннее потребление, догнав инвестиции, стало главным драйвером роста экономики. По доле ВВП более трудоемкий третичный сектор опередил вторичный. В этом же направлении активное сальдо счета текущих операций уменьшилось до 2,8% ВВП (в 4 квартале 2015 г. при максимальном значении в 3 квартале 2007 г. — 10,8%), а изменение объемов ЗВР за 2014-2015 гг. продемонстрировало разнонаправленное движение (рост по итогам трех из восьми кварталов, падение — в четырех из них, балансирование около ноля — в одном) . При этом отмечаемое в статистике формирование новых «точек роста», включающих также наукоемкие и высокотехнологичные производства, интернет-торговлю, частные инвестиции, уже в значительной мере отражается на курсе юаня.

Вместе с тем, ухудшение, несмотря на активное сальдо счета текущих операций, состояния платежного баланса КНР, как и в ситуации с нашей страной, таит в себе определенные угрозы: помимо отмечавшихся неясных перспектив внешнего спроса, это тот факт, что основной вклад в активное сальдо вносит товарная торговля, остальные статьи (торговля услугами, первичные и вторичные доходы) дефицитны. Данные тенденции усиливают давление на валюту и ЗВР. Поддержание экспортного потенциала способствует сохранению ЗВР для противостояния финансовым рискам, что актуально и для Китая, и для РФ. Это стало особенно заметным в ходе валютного кризиса в России, когда с января 2014 г. на защиту рубля, по данным ЦБ РФ, было израсходовано 81,264 млрд долл. США и 5,647 млрд евро, а также девальвации юаня в августе 2015 г. Характерно, что ЗВР КНР

-5 1 о

составляют около 30% от общемировых , а в 2015 г. КНР обошла РФ по величине золотого запаса.

Далее со второго квартала 2014 г. в рамках политики поощрения китайских предприятий к «выходу вовне», ускоренного погашения долга в иностранной валюте, а также снижения объемов операций «carry trade» и активного хеджирования валютных рисков, Китай испытывает дефицит сальдо счета операций с капиталом и финансового счета. В то же время, отрицательное сальдо по счету операций с капиталом и финансовому счету становится каналом для дальнейшей интернационализации китайской валюты и необходимым буфером для «насыщения» ею мировых рынков для расчетов с КНР, а в будущем и взаиморасчетов третьих стран.

Глобализация юаня стала одним из факторов признания КНР как сильной экономики. Усилия монетарных властей РФ, включавшие введение полной конвертируемости рубля и проработку вопросов его использования в

318 Currency Composition of Official Foreign Exchange Reserves / International Monetary Fund. URL:

http://data.imf.org/?sk=E6A5F467-C14B-4AA8-9F6D-5A09EC4E62A4 (дата обращения: 07.06.2016).

рамках стран СНГ и ЕвразЭс, для его интернационализации перечеркнул валютный кризис, сделавший рубль одной из самых волатильных валют. Можно констатировать, что стремление придерживаться практики исключительно рыночного управления может иметь определенные негативные последствия.

В этом же русле повышение ставок ЦБ России дало монетарным властям время в борьбе с девальвационным и инфляционным давлением, с оттоком капитала. Однако из-за того, что экономика РФ замедлялась, поднятие ставок стало тормозом для инвестиций, потребления, повысило операционные издержки банков и предприятий. Кроме того, политика, акцентированная на использование только одного инструмента рынка менее эффективна, чем политика комплексных решений. Помимо управления процентной ставкой, такого рода мерами могли бы стать реформы в налоговой сфере (в частности, введение налога на покупку валюты), обязательная продажа части валютной выручки для увеличения предложения валюты. Так, КНР, с ноября 2014 г. смягчающая монетарную политику, в условиях нормализации монетарной политики ФРС, для стимулирования экономики и минимизации девальвационного давления на курс юаня и оттока капитала все активнее обращается к таким инструментам, как нормы обязательных резервов, по-прежнему сохраняющиеся на высоком уровне.

В случае РФ несвоевременная либерализация валютного и финансового рынков, введение полной конвертируемости рубля по счету текущих операций и далее по счету операций с капиталом и финансовому счету ограничивали инструментарий правительства РФ и Банка России. Преследование одновременно трех целей (стабильность валютного курса, финансовая интеграция, монетарная независимость) неоднократно нарушало в противоположность Китаю принципы трилеммы. С другой стороны, с точки зрения Г оссовета КНР и НБК, валютные ограничения — важная часть пакета регулятивных мер. Полная конвертируемость достигается не административными решениями, а укреплением торгово-экономических связей и повышением спроса на валюту. Именно статус Китая как основного торгового партнера для 124 стран привел к тому, что по объемам использования в международных расчетах, по данным SWIFT, на ноябрь 2015 г. юань в 5 раз опережал рубль. Кроме того, часть своих сбережений в рублях хранят лишь ЦБ соседних с РФ государств, в то время как для КНР соответствующий показатель приближается к 40.

Такого рода тенденция — это не одноактный, а длительный процесс. Перспективы юаня в дальнейшем будут подкреплены фактическим включением в корзину СДР и началом активной деятельности учрежденных Китаем международных финансовых институтов (Азиатского банка инфраструктурных инвестиций и Фонда Шелкового пути), что доказывает рациональность валютной политики КНР и ценность данного опыта для дальнейшего изучения.

<< | >>
Источник: КОНОНОВ Артем Юрьевич. ЭВОЛЮЦИЯ ВАЛЮТНОЙ ПОЛИТИКИ КНР. Специальность 08.00.14 - Мировая экономика. Диссертация на соискание ученой степени кандидата экономических наук.. 2017

Еще по теме Заключение:

  1. Статья 1427. Публичное предложение о заключении договора об отчуждении патента на селекционное достижение
  2. КОММЕНТАРИИ В ЗАКЛЮЧЕНИЕ__________
  3. § 5. Заключение, исполнение и прекращение международных договоров Российской Федерации
  4. Заключение
  5. § 3. Заключение трудового договора
  6. Статья 9. Права и обязанности хозяйствующего субъекта, осуществляющего торговую деятельность, и хозяйствующего субъекта, осуществляющего поставки продовольственных товаров, в связи с заключением и исполнением договора поставки продовольственных товаров
  7. Отчетность Сбербанка по МСФО с заключением аудиторов
  8. Расторжение трудового договора в связи с нарушением правил его заключения
  9. Статья 301. Незаконные задержание, заключение под стражу или содержание под стражей
  10. Заключение эксперта. Заключение специалиста
  11. Окончание предварительного расследования составлением обвинительного заключения или обвинительного акта
  12. § 5. Заключение и показания эксперта
  13. § 6. Заключение и показания специалиста
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика