<<
>>

ТИПЫ НЕФОРМАЛЬНОГО КОНТРОЛЯ

Рассмотрим механизмы неформального контроля. Для этого зададимся вопросом: откуда администратор или служащий черпает ценностные предпосылки своих решений, если они не привносятся процедурами формальной подотчетности.
В каком-то смысле мы будем возвращаться к нашему отправному пункту, когда впервые был поставлен вопрос о том, как индивидуумы ведут себя в организациях. В данной главе мы попытаемся вспомнить весь ход наших рассуждений о воздействиях на поведение, но сосредоточим внима ние на тех из них, которые представляются наиболее важными для привнесения ценностных предпосылок в решения. ВНЕШНЯЯ ПОДДЕРЖКА И ВЫЖИВАНИЕ В предыдущей главе мы уже наметили ту линию, которая отделяет механизмы формального контроля от механизмов неформального контроля, показав, что реальности формальной административной подотчетности тесно связаны с борьбой за выживание организации. Механизмы формального контроля имеют первостепенное значение как каналы, по которым распространяется политическое влияние на администрацию и устанавлением условий выживания обеспечивается адаптация политических программ к соответствующим ценностям. Там, где каналы формального контроля отвечают структуре влиятельных и значительных политических групп, они становятся существенным элементом механизма подотчетности. В противном случае они скорее всего атрофируются. Следовательно, самые важные формальные каналы в системе подотчетности — это те, которые соединяют учреждения, управляющие выполнением конкретных программ, с соответствующими законодательными комитетами и организованными группами, представляющими интересы клиентов. Но не только ’’внешние” группы — руководители исполнительных учреждений, законодательные органы, суды и группы по интересам — могут повлиять на шансы и условия выживания. До тех пор, пока ожидания служащих не будут признаны и удовлетворены, все планы руководителей встретят их серьезное сопротивление.
Мнение служащих о том, как к ним следует относиться, в значительной степени вытекает из нравов общества, в котором они живут. Эти установки служащих на надлежащее отношение к себе внутри организации существенно ограничивают ее возможности формировать поведение своих членов. Таким способом институциональные стереотипы, характерные для данного общества, — общепринятые взгляды на то, что правильно и уместно, становятся важными ценностями, учитываемыми в административных решениях. Какие же ценностные предпосылки войдут в административное решение? Даже принцип выживания не объясняет этого в полной мере. Организация, удовлетворяющая требованиям внутренних и внешних групп, достигает ’’избыточной удовлетворенности”, превышающей вклад ее членов. Лица, принимающие решения, могут, не нанося ущерба выживанию организации, иметь в своем распоряжении избыток удовлетворенности, созданный самыми различными путями. Чем выше этот избыток удовлетворенности, которую пропорционально участию в ее деятельности получают все члены организации, тем шире свобода действий. ФИЛОСОФИЯ ОРГАНИЗАЦИИ Немалая часть этой свободы действий поглощается ’’философией организации”. Под ней мы понимаем всю совокупность групповых ценностей, принятых способов ведения дел, с которыми ее члены себя отождествляют. Учреждение, работающее по стабильной программе в течение длительного времени, развивает в себе определенную философию. Согласно этой философии развивается комплекс рационализирующих принципов, которые примиряют прошлое и настоящее: нынешние решения согласуются с прошлыми, а прошлые и нынешние — с будущими. Действуют мощные психологические факторы, обеспечивающие соответствие принимаемых решений ’’философии организации”. Если решения выпадают из этой философии и ставят под сомнение все принятые учреждением в прошлом решения, то они требуют трудных и болезненных объяснений. Философия организации развивается таким же путем, как обычное право. Изменение условий требует разработки и приспособления принципов так, чтобы новые решения могли быть приведены в соответствие с предыдущими и последовательность восстановлена.
Философия организации делает возможными групповые решения там, где иначе преобладала бы анархия, каждый член группы старался бы навязать свое собственное ’’неоспоримое и важное решение” остальным. Связывая конкретные решения с внутренне последовательным кругом принципов, она облегчает их защиту. Устанавливая правило, она проникает в те бреши в свободе действий, которые оставлены механизмами формального контроля, и предоставляет членам организации возможность принятия решений. Философия организации склонна к самосохранению. Учреждение стремится набирать и удерживать персонал, согласный с его философией, и постоянно приучает новых сотрудников к ценностям этой философии. В той мере, в какой позволяют процедуры гражданской службы, организация экзаменует новых работников и потенциальных кандидатов, чтобы удостовериться, ’’подходят” они ей или нет. Отождествление себя с группой усиливает согласие с философией организации в целом, поэтому индивидуум, чтобы быть полностью принятым в группу, должен идентифици ровать свои ценности с ценностями группы. Для тех, кто не разделяет эти ценности, пребывание в организации порождает неудобства, и через некоторое время такие люди обычно уходят из нее. Лишь в исключительных ситуациях в организациях остается относительно большое количество несогласных индивидуумов на длительное время, неся в себе угрозу изменения ее философии. Когда философия организации институционализирована, организация может упорно сопротивляться требованиям, не согласующимся с ее философией, которые ей навязываются через формальные процедуры подотчетности. Конечно, это сопротивление ограничено требованиями выживаемости, но часто эти требования могут быть смягчены или стать предметом компромисса без угрозы существованию организации. ПОТРЕБНОСТИ ЛИЧНОСТИ Разграничение между поведением, выражающим ’’потребности ситуации”, и поведением, выражающим ’’потребности личности”, приблизительно соответствует разграничению в повседневной речи между словами ’’объективное” и ’’эмоциональное” поведение.
На страницах этой книги мы приводили примеры эмоционального поведения: участник заседания, который хочет ’’сказать свое слово”; полицейский-регулировщик, который получает удовлетворение, обругав водителя, и др. Описание подобного эмоционального поведения остается делом психологов. Однако уже известно достаточно много, чтобы доказать, потребности личности оказывают значительное воздействие на административное поведение104. Ограничимся одним примером. Лассвелл и Эмонд изучали поведение группы сотрудников, ведущих прием посетителей в одном из отделений муниципального агентства общественных работ. Цель состояла в том, чтобы определить, при каких обстоятельствах служащие будут, а при каких не будут делать исключение из правил агентства в пользу клиента. Лассвелл и Эмонд выявили весьма дифференцированные типы реакции сотрудников, ведущих прием посетителей. Один сотрудник давал благоприятные ответы посетителям, которые подходили к нему с покорным видом, но, как правило, отклонял просьбы тех, кто обращался к нему агрессивным тоном. У другого сотрудника тип реакции был совершенно противоположным. Исследователи смогли найти связь между этими типами реакции и другими компонентами личности и биографии сотрудников1. Некоторые наблюдатели, особенно критики бюрократии, выдвинули гипотезу, что государственные и муниципальные должности привлекают индивидуумов, имеющих ’’авторитарные” склонности. Под авторитаризмом понимается властолюбие превыше остального независимо от того, сопровождается ли оно той или иной рационализирующей философией. Властолюбие может вытекать как из садистских, так и из параноидальных наклонностей. К первой категории относятся люди, которые ищут работу в тюрьмах и психиатрических клиниках, чтобы иметь возможность издеваться над заключенными и больными. Нацистский режим в Германии систематически использовал людей с садистскими наклонностями для управления концентрационными лагерями и тюрьмами. Параноидальные склонности могут присутствовать у индивидуумов, которые получают удовольствие, чувствуя, что их высокая должность дает им власть над целыми отраслями промышленности или даже страной. Параноидальные индивидуумы, потерпевшие неудачу на работе у частного нанимателя, могут искать значительности и престижа, связанных с должностями правительственного уровня. Отождествление себя с властью государства становится для параноидальной личности источником глубокого удовлетворения. Авторитарные взгляды, какова бы ни была их психологическая основа, становятся причиной большинства случаев мелочной тирании администраторов на периферии — наглый секретарь в приемной или злобный полицейский. При выработке программ деятельности такие взгляды препятствуют осуществлению целей, ведущих к меньшим издержкам и волнениям клиентов. Авторитаризм приводит к чрезмерному использованию судебного наказания и к безразличию к судьбам людей, не согласных с осуществляемой программой. Во внутриорганизационном управлении авторитаризм ведет к пренебрежению чувствами подчиненных и чрезмерному упору на ’’нейтральные средства”. Когда авторитаризм склонен разделять людей на управляющих и управляемых, он становится основой для большинства проявлений страха перед бюрократией и недоверия к ней. 1 Harold D. Lasswell. The Analysis of Political Behavior. L.: Kegan Paul, 1948. Part 111. Chap. 3. ПРОФЕССИОНАЛИЗМ И МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТОВ Профессиональная группа отличается от непрофессиональной тем, что она обладает: 1) этическим кодексом; 2) методами реализации этого кодекса (например, исключение из профессиональной ассоциации). Профессиональный кодекс ограничивает количество целей, во имя которых могут быть использованы профессиональные навыки. Так, профессиональные кодексы часто вступают в конфликт с целями и ценностями организации. В таких случаях механизмы иерархического и даже законодательного контроля могут оказаться совершенно бессильными. Профессионализм мог бы отлично вписаться в формальные механизмы подотчетности, потому что профессиональная этика иногда навязывается формальными средствами. Многие профессии обеспечили себе законное право определять, кому разрешить работать в данной профессии, а у кого такое разрешение изъять. Адвокатура и врачебная деятельность — вот знакомые всем примеры. Кроме профессиональных этических кодексов, существует и другой способ, при котором технический опыт влияет на ответственность, говорим ли мы о врачебной деятельности или слесарном деле. Человек, который овладел общественно признанными навыками, умениями или ремеслами, одновременно овладел и набором стандартных решений сходных между собой проблем. Эти стандартные решения рассматриваются как корректные. Человек, который овладел ими, приобретает функциональный авторитет в обществе, т.е. его признают как человека, имеющего правильные ответы в своей сфере специализации, и с мнением которого в этой сфере следует считаться. Но любое стандартное решение содержит в себе неявно выраженные ценностные обязательства: если данное решение конкретного типа проблем признано всеми как наилучшее, то тем самым подразумевается приоритет соответствующих конкретных ценностей над другими. Реальные возможности специалистов решать ценностные проблемы ясно видны на примере градостроителей и архитекторов. Люди этих профессий часто совершенно четко говорят нам, что мы обязаны иметь массивы зеленых насаждений между нашими жилищами или что мы обязаны строить общественные здания в современном стиле, а не в стиле, подражающем готике или ренессансу. Представители многих профессий и специальностей менее открыто заявляют о своих ценностях. Инженерные нормы и технические приемы проектирования автодорожных мостов содержат не выска зываемые в прямой форме обязательства надежности, удобства, экономичности и т.д. Считается, и совершенно ошибочно, что инженер принимает лишь технические решения и у него нет реальной свободы выбора ценностей. Рекомендации специалистов воспринимаются с большим уважением, и в завуалированной форме они привносят в административные решения ценности, о которых не подозревают даже сами специалисты. Из-за того, что неспециалисты не решаются им возражать, в административные решения попадают ценностные предпочтения, о которых специалисты совершенно определенно знают. Но часто они заучивают свои стандартные решения, плохо или совсем не понимая лежащих в их основе причин, отчего становятся невосприимчивыми к новым идеям и нередко сопротивляются им. Все эти трудности в отношениях между специалистами и неспециалистами ясно видны в дискуссии об обязательном медицинском страховании. Оставляя в стороне существо вопроса, отметим следующее: 1) специалисты-медики рассматривают этот вопрос как узкоспециальный, который они, как специалисты, компетентны решать; 2) непрофессионалы никогда не чувствуют себя вполне уверенными, когда сталкиваются с профессиональными медиками и их суждениями по социальным вопросам; 3) большинство врачей не сталкиваются с проблемами организации медицинской деятельности и придерживаются традиционного пути решения проблемы. Высокая степень специализации, присущая нашей эпохе, и высокий статус специалиста усиливают плюралистический характер общества и способствуют развитию независимых центров административной власти. Если специалисты по работе с персоналом говорят, что коллективные методы их работы требуют решений определенного типа, кто будет возражать им? Если специалисты по проблемам военной авиации говорят, что оборона страны требует бомбардировщиков В-36, кто противопоставит их суждениям свои? Наряду с группами, отстаивающими конкретные экономические, социальные или религиозные интересы, растет количество политических групп, образованных для сохранения права специалистов принимать безапелляционные решения в сфере своей компетенции (которую они сами и определяют) 105. ПОЛИТИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ Разграничение между ценностными предпосылками ’’потребностей личности” и ’’политической и социальной философии” произвольно. Авторитарная личность может в философских терминах обосновывать свой авторитаризм. Напротив, последователи фрейдовской психологии считают, что любая политическая или социальная философия есть просто обоснование некоторых потребностей личности. Не принимая чью-либо сторону в этом споре, мы хотим обсудить определенные взгляды, будь то философские или рационализирующие, которые имеют серьезное отношение к ценностным суждениям. Под ’’философией” мы понимаем общие воззрения индивидуума, его мнение о роли правительства и о взаимоотношениях с ним, об обязательствах индивидуума по отношению к людям, работающим в правительстве. Существуют некие общие этические взгляды, которые разделяют все. Большинство согласно с такими присущими обществу в целом этическими нормами, как честность, справедливая игра, достоинство личности и т.д. Без таких норм демократия была бы невозможна, потому что многие люди не проявляли бы желания принимать политический вызов, победа на выборах была бы более важной, чем соблюдение норм избирательного процесса. Вокруг сферы действия этих общих взглядов есть другие сферы, где существует некоторая степень согласия, но никоим образом нет единодушия, и есть еще сферы, где люди придерживаются широчайшего спектра взглядов. Особенно важны для поведения администрации этические взгляды 1) на ответственность и 2) на роль правительства в экономике. Взгляды на ответственность. В предыдущей главе мы определили ответственность как восприимчивость к ценностям, а подотчетность как реализацию этой ответственности. Но восприимчивость может быть более широкой, чем подотчетность. Люди могут воспринимать конкретные ценности, даже если никто их к этому не принуждает. В частности, в стране, где демократические ценности преобладают, большинство людей, занимающих государственные должности, чувствуют, что в своих решениях они обязаны быть восприимчивы к демократическим ценностям. Они могут использовать их как основу своих решений, совершенно не испытывая воздействия законодательной власти, суда или своих начальников. Трудность состоит в том, что даже если администратор иск ренне желает подчиниться ’’воле народа”, ему придется испытать много тревог и сомнений, чтобы узнать эту волю; и то, где он ее обнаружит, будет зависеть от его собственного понимания демократии, т.е. от его собственных ценностей. 1) Законодательные намерения. Возьмем администратора, который твердо верит в право большинства принимать любой закон. Этот администратор стал бы искать ’’волю народа” в действиях его представителя — законодательной власти, скажем, во время комитетских слушаний и дебатов в зале заседаний, надеясь таким образом ’’заполнить разрывы” и преодолеть двусмысленности статута, в соответствии с которым он работает. Нет ничего необычного в том, что много времени и сил федеральные учреждения посвящают изучению материалов комитетских слушаний, чтобы узнать законодательное намерение, которое привело к включению конкретных пунктов в закон. Выявление намерений законодательной власти в значительной степени оказывается химерой. Во-первых, слушания часто столь же двусмысленны, сколь и сами законы. Например, Закон 1948 г. об экономическом сотрудничестве предусматривал, что выбор между прямыми дотациями странам—участницам плана Маршалла и кредитами, которые должны быть возвращены, ’’будет зависеть от характера и цели помощи и от того, существует ли приемлемая гарантия возврата на основе способности страны осуществить подобные выплаты...” Здесь в одной фразе присутствуют два разных критерия, которые могут привести к сильно отличающимся друг от друга решениям относительно того, когда нужно требовать возврата кредитов. Но на комитетских слушаниях и в докладах комитета по законопроекту те же самые два критерия упоминаются без какого бы то ни было четкого указания, когда должен применяться один критерий, а когда — другой. Вторая трудность при выявлении намерений законодательной власти состоит в том, что на слушаниях четко формулируются только мнения конкретных приглашенных или конгрессменов, а в докладах комитета — только взгляды комитета. Крайне опасно полагать, что эти мнения и взгляды представляют ’’коллективный” взгляд законодательной власти. В конечном итоге законопроект сам по себе есть только средство, с помощью которого намерения всей законодательной власти могут быть выражены как нечто отличающееся от индивидуальных намерений комитетов и их членов. 2) Воля народа. Возьмем другого администратора, столь же при верженного демократии, который не доверяет законодательной власти, подозревая ее в том, что она контролируется влиятельными частными лицами, и пытается выявлять волю народа в каком-то ином направлении. В случае с фальсификацией протоколов РЕА, рассмотренном в одной из предыдущих глав, должностные лица РЕА, ответственные за сокрытие фактов, полагали, что защищают общественную волю от нападок одного из законодателей. Здесь трудность, как и при выявлении законодательного намерения, вытекает из неосязаемого характера ’’воли народа”. В рамках демократии существуют определенные процедуры осуществления партийной деятельности, выборов, законодательства, действий исполнительной власти, а иногда — осуществления инициатив, референдумов и права отзыва. Посредством этих процедур граждане воздействуют на направление действий своего правительства. Сложно понять, какое реальное значение может быть придано словам ’’воля народа”, кроме как значения итога (каким бы он ни был) этих политических процессов. Проведение неофициальных опросов общественного мнения, наподобие опросов Гэллапа, привело к идее о том, что может существовать воля народа, которую администраторам следует воспринимать отдельно от решений законодательной власти. Когда законодательные действия вступают в конфликт с общественным мнением, полученным в результате опроса, некоторые администраторы считают, что они вправе не принимать во внимание законодательную власть (если это можно сделать безопасно) и следовать ’’общественному мнению”. Администрация строительства в долине реки Теннесси (ACT) также основывала свои мнения на выявлении воли народа отдельно от законодательного выражения этой воли. Идея ACT состояла в том, что ’’простые люди”, т.е. те, кто охватывается той или иной программой, должны непосредственно участвовать в формулировании политики, в частности, когда клиенты могут передать некоторые из своих ценностей административному учреждению. Процедуры ACT на деле и привели к такому результату. Но следует ли рассматривать взгляды столь влиятельных клиентов как выражение ’’воли народа” — трудный вопрос, как со смысловой, так и с этической точки зрения. 3) Социальный интерес. Другие администраторы могут не согласиться с тем, что вообще существует какой-либо политический процесс, который реально отражает волю народа, и станут искать в своем собственном сознании ориентиры, указывающие на ”соци альный интерес”. Если допустить, что воля народа должна определять действия правительства, в качестве средства для выявления этой воли такие люди будут доверять главным образом самоанализу. Работник муниципальной библиотеки, принимающий решение об ассортименте книг для нее; социальный работник, дающий рекомендации о воспитании ребенка; директор арендного бюро, рассматривающий заявление об увеличении квартплаты, — все они выносят ценностные суждения в пределах, которые установлены расплывчатыми общими законодательными и административными инструкциями. В той мере, в какой эти люди отождествляют себя с конкретными социальными ценностями, они будут черпать из них понимание социального интереса, которое привнесут в свои решения. Конечно, когда смотришь в зеркало, видишь свое отражение. Восприимчивость к социальному интересу — это восприимчивость к своим собственным ценностям и взглядам на социальные проблемы. Тем не менее эта восприимчивость создает немаловажный канал, посредством которого ценности, разделяемые всем обществом или значительной его частью (либо теми кругами общества, из которых набраны конкретные группы администраторов), входят в административные решения. . 4) ’’Естественный закон”. Несколько в стороне от понятия "воля народа” лежит суждение о том, что желания народа несущественны для определения целей правительства. Здесь мы сталкиваемся с понятиями ’’естественного закона” о правильном и справедливом. Понятия ’’естественного закона”, даже утверждаемые как ограничители превосходства ’’воли народа”, представляют собой важный компонент политической традиции нашей страны. Самое значительное из них — вера в естественные права индивидуумов, которые не могут быть нарушены даже большинством: право использовать свою собственность и право на свободу слова, вероисповедания и собраний. Администраторы и правительственные служащие, подобно другим людям, живущим в нашем обществе, имеют определенные понятия о демократии и, следовательно, подготовлены к восприятию тех ценностей, которые, по их мнению, узаконены демократическим процессом. В той мере, в какой для администратора демократия означает формальные процедуры судопроизводства, законодательства и иерархии, его демократические взгляды сделают его восприимчивым к этим процессам даже за пределами их воздействия на него с целью добиться формальной подотчетности. Если администратор придерживается определенного представления о воле народа, о всеобщем интересе или естественных правах, которые выходят за рамки формальных политических процессов, его демократические взгляды могут сделать его менее восприимчивым к судебной, законодательной и иерархической подотчетности и способным оказать ей сопротивление. Любая политическая мера, которая предписывается администратору, будет им истолкована и осуществлена в его понимании законности. Если администратор относится к статуту как конечному выражению воли народа, он приложит все усилия, чтобы точно ему следовать. Если он считает, что есть иные средства выражения воли народа, он будет отказываться от выполнения некоторрых законов (например, законов, регулирующих режим воскресного дня). Исповедуя понятия ’’естественного закона” (например, право на свободу слова), он, вероятно, откажется признавать авторитет устава, который, по его мнению, посягает на этот высший закон. Роль правительства. Другим примером способа, каким политическая и социальная философия входят в решения, могут служить взгляды на роль правительства, и особенно на его отношения с экономическими институтами. Основное соперничество ведут между собой ’’консерватизм” и ’’либерализм”. Под ’’консерватизмом” мы понимаем следующие взгляды: сохранение как можно более широкой свободы частной собственности и сделок; преобладание в производстве и распределении товаров частного бизнеса; необходимость для индивидуумов ’’стоять на собственных ногах” при минимуме помощи от правительства; работа правительства ”в манере бизнеса”, обеспечение экономичности и эффективной организации. Под ’’либерализмом” мы понимаем следующие взгляды: необходимость значительного правительственного вмешательства в экономический механизм, чтобы предотвратить преобладание своекорыстных интересов над общественными и обеспечить экономическую демократию и справедливое распределение доходов; оказание помощи со стороны правительства слабым и неимущим, их защита; работа правительства во имя гуманных целей, уважение к личности. Конечно, в американской политике никогда не было ясно очерченного противостояния этих двух противоположных точек зрения. И концепция ’’Нового курса” демократов, и ’’твердый индивидуализм” республиканцев равным образом вытекают и из консервативных, и из либеральных ценностей. Вопросом практической политики всегда был вопрос приоритета. Но проблема, чему отдавать приоритет — консерватизму за счет либерализма или наоборот, всегда оставалась доминирующей в американской политике на протяжении всей истории наших институтов. Если бы борьба вокруг этой проблемы велась только на выборах или заседаниях законодателей, у нас не было бы необходимости упоминать о ней здесь. В действительности же она возникает на каждой стадии административного процесса в связи с решениями людей, которые выполняют и истолковывают закон. Администратор, работающий в консервативной политической атмосфере и заходящий слишком далеко в своих либеральных ценностях, почувствует политическое давление, равно как и консервативный администратор там, где доминирует либерализм. Но и здесь мы обнаруживаем ’’углы и закоулки”, а иногда весьма значительный простор, для свободы действий, которые могут использоваться для реализации своих ценностей. Можно назвать целые учреждения, где относительно доминирующей становится одна или другая точка зрения. Реконструктивная финансовая корпорация РФК и ACT представляют собой примеры федеральных учреждений, созданных примерно в одном политическом климате. Однако они осуществляли политику, в которой приоритеты в отношении консерватизма и либерализма отдавались совершенно по-разному. РФК в целом находилась под сильным влиянием консервативной точки зрения, с упором на процедуры и политические шаги ”в манере бизнеса”. ACT, особенно в первый период, в гораздо большей степени отражала либеральную точку зрения. Частично это различие между доминирующими ценностями было всего лишь отражением различий в политическом давлении, которому подвергались учреждения. Но немалое значение имели также ценности, которых придерживались их главные администраторы. Не было никакой надобности осуществлять политическое давление на Джесси Джонса из РФК, чтобы заставить его смотреть на проблемы под консервативным углом зрения — он и так сопротивлялся мощному политическому давлению противоположного толка. Точно так же, не может быть никакого сомнения в том, насколько глубоко Дэвид Лилиенталь был привержен философии либерализма. Для Конгресса очень важно быть осведомленным о взглядах высших административных лиц, поэтому он уделяет пристальное внимание назначениям на ключевые административные должности, например оппозиция консервативного Конгресса назначению Генри Уоллеса на пост министра торговли; настойчивое стремление Конгресса к тому, чтобы высшие должности в ОПА занимали бизнесмены. Но в целом процедуры назначения на посты в американском правительстве (за исключением высших постов) не ориентированы на отбор в соответствии с взглядами. Согласно теории ’’системы заслуг” никого нельзя даже спрашивать о его личных политических и социальных взглядах, не говоря уж об отборе на их основе. Достаточно много известно о тестировании мнений, так что через какое-то время характер бюрократии в целом, вероятно, может быть определен. Однако любые сознательные официальные усилия в выборе были бы политически неосуществимы, они вошли бы в слиш-- ком острый конфликт с общим мнением (каким бы нереалистичным оно ни было) об обязательной нейтральности государственной службы. Тем не менее конкретные учреждения или организационные единицы могут проявлять склонность или даже пытаться концентрировать у себя служащих, придерживающихся одной из этих точек зрения. То, что мы назвали ’’философией организации, отражает в большей или меньшей степени взгляды ее служащих на консерватизм и либерализм. Конкретные профессиональные группы, из которых учреждение отбирает свой персонал, могут быть активно привержены социальным взглядам того или иного типа. В одних организациях индивидуумы найдут более подходящую для себя философию, чем в других, и, следовательно, в значительной степени происходит самоотбор. Не следует преувеличивать степень единообразия социальных позиций в правительственных учреждениях. Однако нельзя и пренебрегать значением социальных взглядов в ценностных предпосылках принятия решений и тем, в какой степени социальные взгляды индивидуума модифицируются атмосферой в организации.
<< | >>
Источник: Герберт А. Саймон, Дональд У.Смитбург, Виктор А. Томпсон. Менеджмент в организациях. 1995

Еще по теме ТИПЫ НЕФОРМАЛЬНОГО КОНТРОЛЯ:

  1. Эта разноцветная теневая экономика
  2. § 1. Типы и вилы политических конфликтов
  3. 9.6. Стиль работы и типы менеджеров-руководителей
  4. 12.4. Система контроля в менеджменте
  5. Эффективное управление проектами и контроль
  6. ОСНОВЫ ТРУДОВОЙ МОТИВАЦИИ ПЕРСОНАЛА
  7. 1.6. Реализация маркетинговых планов и контроль
  8. НЕФОРМАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СФЕРЕ ОТНОШЕНИЙ С РАБОТНИКАМИ
  9. 7.1,2. Частные, статические» менее важные законы организации
  10. Продолжительность бюджетного периода. Типы бюджетов. Текущее и стратегическое бюджетирование
  11. Контроль (мониторинг) исполнения сводного бюджета
  12. МЕХАНИЗМЫ СУДЕБНОГО КОНТРОЛЯ
- Cвязи с общественностью - PR - Бренд-маркетинг - Деловая коммуникация - Деловое общение и этикет - Делопроизводство - Интернет - маркетинг - Информационные технологии - Консалтинг - Контроллинг - Корпоративное управление - Культура организации - Лидерство - Литература по маркетингу - Логистика - Маркетинг в бизнесе - Маркетинг в отраслях - Маркетинг на предприятии - Маркетинговые коммуникации - Международный маркетинг и менеджмент - Менеджмент - Менеджмент организации - Менеджмент руководителей - Моделирование бизнес-процессов - Мотивация - Организационное поведение - Основы маркетинга - Производственный менеджмент - Реклама - Сбалансированная система показателей - Сетевой маркетинг - Стратегический менеджмент - Тайм-менеджмент - Телекоммуникации - Теория организации - Товароведение и экспертиза товаров - Управление бизнес-процессами - Управление знаниями - Управление инновационными проектами - Управление качеством товара - Управление персоналом - Управление продажами - Управление проектами - Управленческие решения -
Яндекс.Метрика