>>

ВВЕДЕНИЕ

последние 20-25 лет Европейский союз (ЕС) ведет всё более активную деятельность на международной арене и позиционирует себя в качестве одного из ведущих центров мировой политики. В пользу этого говорят развитие общей внешней политики и политики в области безопасности (ОВПБ), создание Европейской службы внешнеполитической деятельности, повышение роли Еврокомиссии (ЕК) и Европарламента (ЕП) в отношениях интеграционного объединения с третьими странами и международными организациями.
Об этом также свидетельствуют процесс расширения ЕС на страны Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) и регион Западных Балкан, интенсификация связей Брюсселя со Средиземноморьем и постсоветским пространством в рамках политики добрососедства (ПД). Очевидно, что активизация на международной арене и позиционирование ЕС в качестве одного из ведущих центров мировой политики неразрывно связаны с углублением европейской интеграции. В этом смысле большой интерес представляет расширение компетенции интеграционного объединения за счет принятия Единого европейского акта (1986 г.), Маастрихтского (1992 г.), Амстердамского (1997 г.) и Лиссабонского (2007 г.) договоров. В результате этого Брюссель обрел возможность принимать нормативно-правовые акты в тех сферах, успехи в которых в значительной степени зависят от сотрудничества с третьими странами и международными организациями или затрагивают их интересы (наука, охрана окружающей среды, иммиграционная политика, борьба с организованной преступностью, энергетика и др.). Конечно, в какой-то степени внешнеполитические аспекты внутренних политик Евросоюза присутствовали и ранее. Наиболее целесообразно в этой связи упомянуть торговую политику, однако она занимает особое место, поскольку является фактически неотъемлемой частью созданного еще в 1968 г. таможенного союза. В остальных случаях приходится признать, что внешнеполитические измерения - относительно недавно возникший и еще не до конца сформировавшийся феномен: на это указывают и существующие разночтения в терминологии.
В рамках данного диссертационного исследования будет использоваться термин «внешнеполитическое измерение», а не «внешнее измерение». С точки зрения автора, такая формулировка позволяет избежать калькированного перевода (англ. external dimension, франц. dimension exteme), тем самым лучше от разив вкладываемый смысл - достижение целей внутренних политик за счет вовлечения третьих стран в этот процесс и применения внешнеполитических инструментов. Кроме того, в случае с внешнеполитическим измерением пространства свободы, безопасности и правосудия (ВИ ПСБП) можно говорить о том, что оно постепенно эволюционирует от поддержания международных связей со странами и регионами мира (в терминологии С. Кёкелейре и Дж. Мак-Нотан - external relations) к оказанию влияния на партнеров Евросоюза для обеспечения интересов, защиты ценностей и достижения целей интеграционного объединения (foreign policy)1. Особенность ВИ ПСБП вытекает из формулировки статьи 3 Лиссабонского договора. В ней одной из целей существования ЕС заявлено создание «пространства свободы, безопасности и правосудия, внутри которого обеспечено свободное передвижение людей во взаимосвязи с надлежащими мерами в сфере контроля за внешними границами, предоставления политического убежища, иммиграции, а также предотвращения преступности и борьбы с этим явлением»2. Таким образом, сама концепция ПСБП (и, соответственно, его внешнеполитического измерения) предполагает рамочный характер для сразу нескольких направлений деятельности (и их внешнеполитических аспектов), объединение которых не всегда представляется естественным и бесспорным вне контекста процесса европейской интеграции. Наряду с этим, с точки зрения автора, внешнеполитическое измерение следует рассматривать не как составной элемент пространства свободы, безопасности и правосудия, функция которого заключается в том, чтобы способствовать реализации этого внутриевропейского проекта, а как самостоятельное направление внешней политики ЕС. Это означает, что ВИ ПСБП не является прямой внешней проекцией внутренних аспектов: главным смыслом его существования является обеспечение безопасности интеграционного объединения, что потребовало исключить из рассмотрения в рамках диссертационного исследования вопросов, связанных с судебным сотрудничеством по гражданским делам.
Наконец, несмотря на то что с юридической точки зрения понятия «пространство свободы, безопасности и правосудия» и «юстиция и внутренние дела» (ЮВД) не являются равнозначными, автор будет использовать их как взаимозаменяемые. Такое допущение в целом не противоречит предмету, объекту и цели исследования, а также соответствует сложившейся практике в научной литературе и ряде источников по выбранной тематике3. Актуальность темы Актуальность темы диссертационного исследования объясняется следующими причинами. Во-первых, даже на фоне очевидных успехов по формированию внутреннего рынка, а до 2008-2009 гг. и экономического и валютного союза (ЭВС) пространство свободы, безопасности и правосудия, включая его внешнеполитическое измерение, превратилось в одну из самых динамично развивающихся сфер европейской интеграции последних 20 лет. Об этом говорят частые и существенные изменения институционально-правовых основ и механизмов его функционирования в результате вступления в силу новых договоров и объявления политических инициатив, а также быстрый рост числа документов, принимаемых по тематике юстиции и внутренних дел Советом Евросоюза4. Во-вторых, создание пространства свободы, безопасности и правосудия тесно ассоциируется с превращением ЕС из преимущественно экономического объединения в политический союз. Действительно, сфера юстиции и внутренних дел включает вопросы, которые непосредственно затрагивают государственный суверенитет, судебные системы государств - членов Европейского союза, а в ряде случаев - даже легитимность власти. Симптоматично в этой связи, что цель существования ЕС в качестве ПСБП, указанная в статье 3 Лиссабонского договора, предшествует положениям о внутреннем рынке и ЭВС, уступая первенство лишь формулировке о содействии миру, ценностям и благосостоянию народов интеграционного объединения. В-третьих, внешнеполитическое измерение играет едва ли не более важную роль в становлении пространства свободы, безопасности и правосудия, чем его внутренние, присущие сугубо Евросоюзу или его государствам-членам аспекты.
Это связано с тем, что со временем в ЕС утвердилось мнение о преимущественно внешнем по отношению к нему характере таких негативных явлений, как нелегальная иммиграция, потоки беженцев, наркоторговля, организованная преступность, терроризм и т. д. Отсюда и придание приоритетного статуса действиям Брюсселя по их нейтрализации за пределами интеграционного объединения путем выстраивания тесных связей по вопросам юстиции и внутренних дел с третьими странами. В-четвертых, с 2000 г. отношения с Европейским союзом неизменно провозглашаются в качестве одного из региональных приоритетов внешней политики России5, а несколько лет назад сформулирована амбициозная цель по созданию общего пространства свободы, безопасности и правосудия и введению безвизового режима поездок для граждан ЕС и РФ. Всё это придает дополнительную актуальность изучению процессов, лежавших в основе формирования ВИ ПСБП, институционально-правовых механизмов его функционирования и особенностей взаимодействия Брюсселя по вопросам юстиции и внутренних дел не только с Россией, но и другими странами. Степень разработанности темы в научной литературе Серьезное внимание исследователей тема внешнеполитического измерения пространства свободы, безопасности и правосудия привлекла лишь в 2000-е гг., что связано с его достаточно поздней концептуализацией в результате решений, принятых на заседании Европейского совета в Тампере (Финляндия) осенью 1999 г. Повышению интереса авторов, конечно, способствовал и общий вектор развития ПСБП в направлении укрепления компетенций наднациональных органов, а также интенсификация связей интеграционного объединения с отдельными странами: вхождение в 2004 и 2007 гг. в состав ЕС стран Центральной и Восточной Европы, запуск процесса стабилизации и ассоциации на Западных Балканах, начало реализации политики добрососедства, расширение повестки дня в диалоге с Россией и США. Внешнеполитические аспекты стали рассматриваться прежде всего в рамках более общих работ, которые посвящены в целом интеграционным процессам в сфере юстиции и внутренних дел. Наиболее важными здесь представляются труды таких авторов, как Э. Гилд, С. Каррера и А. Эггеншвилер6, Э. Барб и Э. Булланже7, К. Каунерт8, П. Я. Кёйпер9, С. Гарсиа-Журдан10 11 12 13. Гораздо большее значение для диссертации имеют работы комплексного характера, в которых анализируется непосредственно внешнеполитическое измерение пространства свободы, безопасности и правосудия, его институционально-правовые основы, историческое развитие, взаимодействие с другими «внешними политиками» ЕС, а также особенности отношений Брюсселя с третьими странами по вопросам ЮВД. Следует, однако, подчеркнуть немногочисленность и разнородность таких работ: присутст- 11 12 13 вуют публикации в Интернете и статьи (П. Бертле , Т. Бальзак , М. Кремона , С. Вольфф, Н. Вихман и Г. Мунье14), в то время как число монографий остается явно недостаточным15. Существенно разнообразнее и богаче представляется научная литература, в которой затрагиваются различные тематические аспекты ВИ ПСБП. Речь в первую очередь идет о внешнеполитическом измерении иммиграционной политики и предоставления политического убежища, находящемся в центре внимания Чжоу Мэнсюань16, К. Босуэлл17, С. Лавенекс18, Г. Нолл19 и Т. Гаммельтофт-Хансена20. В этих работах исследуется история развития экстернализации иммиграционного контроля и комплексного подхода, изучается роль представителей министерств юстиции и внутренних дел государств-членов и наднациональных органов, дается оценка значимым политическим инициативам. Ряд авторов обращается непосредственно к отдельным и наиболее важным инструментам экстернализации иммиграционного контроля - реадмиссии и визовой политике, в том числе в рамках Шенгенского сотрудничества. К числу первых относятся Д. Бутейе-Паке21, А. Руа и Т. Хаддлстон22, М. Шиффер23, К. Бийе24. Ко вторым - представители Парижской школы исследований безопасности, среди которых главная роль принадлежит Д. Биго и Э. Гилд25. Именно эти исследователи утвердили тезис о политическом значении шенгенских виз и их защитной функции от притока иммигрантов. Среди прочих авторов можно также отметить работы А. Мелони26 и Ж. Бодю27. Наряду с экстернализацией в научной литературе уделяется внимание критическому анализу комплексного подхода, в том числе борьбе с первопричинами миграции. 28 29 30 31 В частности, в работах С. Джент , С. Каслса , Дж. Торберн и С. Лавенекс показано, с какими трудностями политического и концептуального характера были сопряжены попытки Еврокомиссии утвердить видение «работы» с проблемами миграции, не совпадавшее с точкой зрения государств-членов и Совета ЕС. Вышеуказанные авторы также продемонстрировали, каким образом изменение доминирующих взглядов на взаимосвязь между миграцией и развитием стран третьего мира, произошедшее в международных организациях системы ООН, привело к смене акцентов в политических позициях внутри Европейского союза. Большой интерес исследователей вызывает тематика, связанная с деятельностью агентств интеграционного объединения в рамках внешнеполитического измерения пространства свободы, безопасности и правосудия. В особенности это касается происходящей интернационализации работы Европола посредством активного развития связей с третьими странами и более тесного взаимодействия с полицейскими офицерами связи 32 государств - членов ЕС, размещенными за пределами Старого Света. Вслед за Д. Биго изучение полицейской деятельности вне национальных границ, но уже с учетом последних достижений европейской интеграции продолжают Г. Мунье33 и Л. Блок34. Что касается Агентства ЕС по управлению оперативным сотрудничеством на внешних границах государств-членов (Фронтекс), то в работах Й. Поллака и П. Сломински , Э. Нила , С. Леонар и С. Карреры не только подробно рассмотрены 28 Gent S. The root causes of migration: Criticising the approach and finding a way forward [Электронный ресурс]. Систем. требования: Acrobat Reader. - URL: http://www.sussex.ac.uk/migration/documents/mwp11.pdf (дата обращения: 17.11.2010). 29 Castles S. Development and migration - migration and development: What comes first? [Электронный ресурс]. Систем. требования: Acrobat Reader. - URL: http ://www. imi. ox. ac.uk/pdfs/S%20Castles%20Mig%20and%20Dev%20for%20 S SRC%20April%2008.pdf (дата обращения: 03.11.2009). 30 Thorburn J. Root cause approaches to forced migration: Part of a comprehensive strategy? A European perspective // Journal of Refugee Studies. - 1996. - Vol. 9, No 2. - P. 119-135. 31 Lavenex S. The migration-development nexus in EU external relations // Journal of European Integration. - 2008. - Vol. 30, No 3. - P. 439-457. 32 Bigo D. Polices en reseaux : l’experience europeenne. - Paris: Presses de Sciences Po, 1996. - 356 p. 33 Mounier G. Europol: A new player in the EU external policy field? // Perspectives on European Politics and Society. - 2009. - Vol. 10, No 4. - P. 582-602. 34 Block L. Bilateral police liaison officers: Practices and European policy // Journal of Contemporary European Research. - 2010. - Vol. 6, issue 2. - P. 194-210. 35 Pollak J., Slominski P. Experimentalist but not accountable governance? The role of Frontex in managing the EU’s external borders // West European Politics. - 2009. - Vol. 32, No 5. - P. 904-924. 36 Neal A. Securitization and risk at the EU border: The origins of FRONTEX // Journal of Common Market Studies. - 2009. - Vol. 47, No 2. - P. 333-356. 37 Leonard S. EU border security and migration into the European Union: FRONTEX and securitisation through practices // European Security. - 2010. - Vol. 19, No 2. - P. 231-254. 38 Carrera S. The EU border management strategy: FRONTEX and the challenges of irregular immigration in the Canary Islands [Электронный ресурс]. Систем. требования: Acrobat Reader. - истоки и особенности его создания, но и сделаны выводы о нем как одном из ключевых секьюритизирующих акторов. Прочие тематические аспекты ВИ ПСБП также находят отражение в научной литературе. Следует отметить труды К. Каунерта28 29, Д. Кеохейна30, О. Буреша и С. Ахерн31 32, посвященные внешнеполитическому измерению борьбы с терроризмом; Г. Мунье и К. Чиввиса33 по невоенному урегулированию кризисов; Т. Букхаут ван Солинге34 и К. Четуин35 по борьбе с наркоторговлей. Помимо тематических аспектов ВИ ПСБП в центре внимания исследователей присутствуют и особенности взаимодействия Европейского союза с третьими странами по вопросам юстиции и внутренних дел. Приоритет в основном отдается процессу расширения интеграционного объединения на страны ЦВЕ, причем превалирующими темами выступают процесс и последствия переноса на кандидатов acquis communautaire в сфере иммиграции, предоставления политического убежища, а также охраны границ. Всем этим проблемам посвящены работы С. Лавенекс36, В. Митсилегаса37, К. Фыонг38, Х. Граббе39, С. Леонар40, Л. Борисовой41 42. Отметим, что именно на изучении опыта расширения на страны Центральной и Восточной Европы были сформулированы основные положения концепции «внешнего управления» (external governance). Труды с более широким тематическим охватом посвящены расширению ЕС на страны Западных Балкан. В них анализируются в том числе такие аспекты, как невоенное урегулирование кризисов, реформа аппарата принуждения государства (security sector reform), облегчение визового режима с Евросоюзом как средство обеспечения масштабных преобразований в сфере юстиции и внутренних дел. В них же рассматриваются особенности применения принципа политической обусловленности, адаптированного к условиям региона. Наибольшее значение в этой связи имеют работы Ф. Траунера . Не менее разнообразной представляется и научная литература по политике добрососедства. В ней рассматриваются в первую очередь общие вопросы пространства свободы, безопасности и правосудия, характерные для всех стран-соседей, анализируются положения планов действий, оценивается достигнутый уровень сотрудничества и роль двух конкурирующих дискурсов в формировании позиции Евросоюза в отношении своих партнеров на востоке и на юге (работы С. Лавенекс и Н. Вихман43, В. Кнелангена44, Дж. Христу45). Кроме того, ряд авторов выбрал в качестве предмета исследований взаимодействие ЕС с одной страной или регионом, подпадающим под действие политики добрососедства. В частности, это особенности осуществления реадмиссии (Ж.-П. Кассарино46) и борьбы с терроризмом в Средиземноморье (С. Вольфф47), а также отношения с Белоруссией (Е. Коростелева48). Ярким отличием работ, в которых рассматривается взаимодействие Европейского союза с США, является внимание, уделяемое борьбе с терроризмом. Прочие вопросы если и затрагиваются, то лишь в связи с этой проблемой или как производные от нее. Это касается обеспечения транспортной безопасности в воздухе и на море, сохранения безвизового режима въезда граждан ЕС в США, защиты персональных данных, сотрудничества правоохранительных органов по обоим берегам Атлантики. Все эти вопросы, так или иначе, нашли отражение в трудах У. Рис49, А. Маккензи50, Дж. Оккипинти51, Э. Гилд и Э. Браувер52. Ряд авторов (П. Павляк53 и Х. Аргоманис54) анализирует и институциональные особенности диалога Евросоюза и США по обеспечению внутренней безопасности, отмечая, что их отличает высокий уровень доверия и нередко неформальный характер, позволяющий преодолевать возникающие сложности из-за объективно существующих различий между правовыми системами. Вопросы, связанные с местом России в контексте формирования внешнеполитического измерения пространства свободы, безопасности и правосудия ЕС, остаются недостаточно проработанными в западной научной литературе. Отдельные авторы (Р. Эрнандес-и-Сагрера55, Ф. Траунер и И. Крузе56 57) чаще всего затрагивают Россию в связи с исследованием так называемого пакетного решения, в рамках которого облегчение визового режима обуславливается заключением реадмиссионного соглашения. В отечественной европеистике неоценимый вклад в изучение сферы юстиции и внутренних дел внесла О. Ю. Потемкина. В центре ее внимания находится широкий круг вопросов, связанных в первую очередь с историей, логикой и закономерностями развития этого направления интеграции, основными вехами и изменениями, привносимыми различными договорами, эволюцией институциональной структуры, разделением - 67 компетенций между наднациональными органами и государствами-членами . Помимо этого сфера научных интересов О. Ю. Потемкиной распространяется на составные части пространства свободы, безопасности и правосудия Европейского союза - создание общей системы политического убежища, противодействие нелегальной иммиграции, борьбу с торговлей людьми и организованной преступностью58. В некоторых работах О. Ю. Потемкина затрагивает и отдельные внешнеполитические аспекты создания пространства свободы, безопасности и правосудия, в частности при рассмотрении формирования антитеррористической и антинаркотической политики ЕС, охраны внешних границ59. Однако в наибольшей степени она обращается к ВИ ПСБП при анализе взаимодействия между интеграционным объединением и Россией, в том числе в контексте расширения Евросоюза на страны ЦВЕ и подготовки нового соглашения о партнерстве и сотрудничестве60 61 62 63 64 65. Приоритет отдается исследованию реализации положений «дорожной карты» по общему пространству свободы, безопасности и правосудия (ОПСБП), а также проблемам и перспективам введения безвизового режима поездок для граждан ЕС и РФ . В отдельных работах к этой же теме обращаются и другие отечественные евро- 72 73 74 75 пеисты - М. Л. Энтин , М. В. Стрежнева , В. В. Войников , Л. А. Сутормина , Т. А. Романова и Н. Г. Заславская66 67 68 69. Некоторые тематические аспекты ВИ ПСБП затрагиваются также С. В. Голуновым , С. В. Уткиным , А. А. Стрелковым и В. В. Войниковым70. Основное же внимание в их трудах уделяется вопросам охраны внешних границ, механизмам сотрудничества государств - членов Евросоюза в сфере внутренней безопасности и уголовно-правовому взаимодействию с третьими странами. Таким образом, работы российских исследователей не дают общей картины формирования внешнеполитического измерения пространства свободы, безопасности и правосудия; в них анализируются лишь его отдельные аспекты, причем доминирующим подходом остается ориентация на рассмотрение ВИ ПСБП как составного элемента внутриевропейского проекта, а не самостоятельного направления внешней политики интеграционного объединения.
| >>
Источник: РЯБОВ Юрий Александрович. ФОРМИРОВАНИЕ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОГО ИЗМЕРЕНИЯ ПРОСТРАНСТВА СВОБОДЫ, БЕЗОПАСНОСТИ И ПРАВОСУДИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА. 2014

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

  1. Введение Литература
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЯ
  4. ВВЕДЕНИЕ В ИННОВАТИКУ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. Постановление Правительства РФ от 5 августа 2008 г. № 583 «О ВВЕДЕНИИ НОВЫХ СИСТЕМ ОПЛАТЫ ТРУДА РАБОТНИКОВ ФЕДЕРАЛЬНЫХ БЮДЖЕТНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ И ФЕДЕРАЛЬНЫХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ, А ТАКЖЕ ГРАЖДАНСКОГО ПЕРСОНАЛА ВОИНСКИХ ЧАСТЕЙ, УЧРЕЖДЕНИЙ И ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ, В КОТОРЫХ ЗАКОНОМ ПРЕДУСМОТРЕНА ВОЕННАЯ И ПРИРАВНЕННАЯ К НЕЙ СЛУЖБА, ОПЛАТА ТРУДА КОТОРЫХ В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ НА ОСНОВЕ ЕДИНОЙ ТАРИФНОЙ СЕТКИ РФ И ПО ОПЛАТЕ ТРУДА РАБОТНИКОВ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ГОСУ
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. Введение
  9. Интрига во Введении
  10. Введение
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. ВВЕДЕНИЕ
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. Введение
  15. ВВЕДЕНИЕ
  16. 1. Введение
  17. ВВЕДЕНИЕ
  18. Введение
  19. § 1. Понятие, конституционные основания и процедуры введения военного положения на территории Российской Федерации. Режим военного времени
Яндекс.Метрика