<<
>>

Термин «публичная дипломатия»: эволюция и основные определения

Сегодня существуют десятки вариантов определения термина «публичная дипломатия». Для нашего исследования мы отобрали те определения, которые получили признание среди ученых, экспертов и практиков публичной дипломатии США.

«Публичная дипломатия» имеет долгую историю вхождения в политический, дипломатический и научный дискурсы. Впервые данное выражение появилось в газете «Нью-Йорк Таймс» в 1871 г. в статье, которая повествовала о дискуссиях в Конгрессе США по вопросу о возможной секретной аннексии испанской колонии на территории современной Доминиканской Республики. Во время этих дискуссий в Конгрессе и было употреблено выражение «публичная дипломатия» как противопоставление секретной дипломатии и внешней политике администрации США[1] [2] [3] [4].

В дальнейшем Первая мировая война, тайная дипломатия европейских держав и последующее рассекречивание документов МИДа в России и Германии и, наконец, известное выступление президента США В. Вильсона на Версальской конференции о необходимости новой открытой и многосторонней дипломатии закрепили за термином «публичная дипломатия» современную форму дипломатической активности под контролем общества . Однако многие эксперты, публиковавшие статьи о международной политике, использовали данный термин для описания деятельности,

- 3

направленной на открытие дипломатических секретов .

В 1950-е гг., когда такие коммуникационные механизмы, как радио и телевидение, стали применяться для ведения внешней культурной политики и пропаганды, термин «публичная дипломатия» стал мигрировать от описания дипломатической и журналистской практики к обозначению действий правительства в области информационной политики на международной арене. В 1953 г. известный эксперт, ученый и общественный деятель США У. Липпман в своей колонке в газете «Вашингтон Пост» соединил три понятия — публичная дипломатия, пропаганда и психологические операции — в единый термин «публичная дипломатия»[5] [6].

Наконец, в 1965 г. декан Школы по международным отношениям Университета Тафта в США Э. Гуллион выдвинул свою дефиницию публичной дипломатии, которую обычно ученые указывают в своих трудах в качестве первого определения публичной дипломатии[7]. Гуллион определил публичную дипломатию как совокупность проектов Информационного агентства США и сказал буквально следующее: «Публичная дипломатия оказывает влияние на отношение зарубежной целевой аудитории к внешней политике; она взращивает общественное мнение в других странах; она устанавливает коммуникацию между дипломатами и журналистами; и она создает межкультурную коммуникацию»[8]. Из этого определения явствует, что публичная дипломатия относилась скорее к информационной деятельности США или к той деятельности, которая сегодня называется политической коммуникацией, а не к проектам в области культуры и образования. Данное определение Э. Гуллиона прочно вошло в историографию вопроса и в научный оборот, поскольку он оказался первым экспертом, который сумел отделить «позитивную» информационную деятельность США от пропаганды. В ту пору пропаганда получала значительное число нареканий со стороны американского академического сообщества как информационная деятельность США, несущая в себе нечто негативное для строительства взаимопонимания в мире. В итоге публичная дипломатия стала обозначать прежде всего информационную деятельность США, направленную на достижение тех же целей, какие формально стояли перед программами культуры и образования: построение долгосрочных отношений между странами, распространение позитивного образа США и пр.

Однако на протяжении последующих 30-40 лет термин «публичная дипломатия» редко использовался в научной и практической деятельности (хотя, например, существовала комиссия при президенте США под названием «Комиссия по публичной дипломатии»), и определение, данное Э. Гуллионом, создавало широкие рамки для интерпретации внешней политики США в области культуры, образования и информации.

До конца «холодной войны» дискурс о внешней культурной политике США доминировал в теории и практике. Такому положению вещей способствовало жестко негативное отношение многих американских деятелей культуры и политиков к термину «публичная дипломатия», который подразумевал, по их мнению, элементы пропаганды и недоверия. Многие эксперты настаивали на том, чтобы информационная деятельность и «публичная дипломатия» США были строго отделены от программ культуры и образования, чтобы не наносить «вред» последним . В итоге термин «публичная дипломатия» использовался редко, а существовало понятие «культурная дипломатия», которое определяло деятельность Отдела в области культуры и образования Госдепартамента. В то же самое время существовало понятие «информационные программы» США, которое использовалось для описания деятельности Информационного агентства США.

В 1990-е гг., когда появилось новое поколение экспертов в культурной дипломатии США, а теории о политической коммуникации и концепции маркетинга пришли во внешнюю политику США, термин «публичная дипломатия» стал доминировать в практике и исследованиях. Но до сих пор не существует общего устойчивого определения данного термина. Различные области знаний — история, международные отношения, политическая коммуникация, маркетинг, антропология, социология и др. — предлагают свое видение данного термина.

В начале 2000-х гг. специалисты в области международных отношений дали свое определение термину. Публичная дипломатия стала определяться как способ формирования зарубежного общественного мнения для достижения желаемых [9] геополитических целей спонсора[10] [11]. Известный ученый Дж. Най расширил данное толкование термина, включив в него разработанные им положения о «мягкой силе». Он указывает, что публичная дипломатия — это средство продвижения «мягкой силы» государства, которая, в свою очередь, имеет три источника: ценности внутренней политики и социального порядка, культура страны и внешняя политика. Поэтому публичная дипломатия занимается продвижением этих трех источников «мягкой силы» государства посредством трех методов.

Первый метод — это ежедневная коммуникация с зарубежной аудиторией для объяснения внешней политики государства. Второй метод — осуществление кампаний, направленных на продвижение бренда государства. Третий метод — проекты, направленные на построение равных взаимоотношений между странами .

Кроме этого, в 2000-е гг. специалисты в области политической коммуникации предложили следующие определения термина «публичная дипломатия». Одно из них утверждает, что публичная дипломатия состоит из трех измерений: первое относится к тому, как государства или негосударственные акторы понимают зарубежные культуры, настроения или поведение зарубежных государств; второе измерение касается построения отношений между странами; третье измерение представляет собой влияние на мнения и поведение зарубежной целевой аудитории. Все эти измерения относятся к коммуникационной функции публичной дипломатии, и с этой позиции образовательные, информационные, культурные проекты публичной дипломатии, а также ее проекты в области продвижения позитивного бренда являются коммуникационными, т. е. направленными на построение диалога [12] . Другое определение публичной дипломатии в рамках политической коммуникации относится к ее трем элементам: информации, влиянию и вовлечению. Информационные проекты — это реагирование на информацию или дезинформацию, идущую со стороны зарубежной публики. Такие программы имеют краткосрочный эффект. Влияние — это долгосрочные кампании, направленные на постепенное изменение мнения или отношения зарубежной целевой аудитории по определенному вопросу. Наконец, вовлечение — это построение долгосрочных партнерских отношений между странами[13] [14].

Другие области знаний — история или антропология — также дают свои определения термина «публичная дипломатия». Историки продолжают дискутировать о тождественности и разности терминов «публичная дипломатия» и «культурная дипломатия». Эта широкая и давняя дискуссия сводится сегодня к двум точкам зрения. Первая утверждает, что термин «публичная дипломатия» является синонимом термина «культурная дипломатия», поскольку и та, и другая дипломатии имеют политические цели и направлены на формирование общественного мнения за рубежом . Вторая точка зрения склоняется к мнению, что необходимо разделять «публичную» и «культурную» дипломатии, поскольку публичная чаще реализует политические проекты, занимается пропагандой, а дипломатия в области культуры нацелена на установление стабильных, равных, долгосрочных и двусторонних отношений между странами[15].

Сегодня среди историков выделяется определение американского ученого Н. Кулла. Он указывает, что публичная дипломатия — это проекты в области культуры, программы обменов, краткосрочные информационные кампании (advocacy), международное вещание и мониторинг зарубежного общественного мнения (listening)[16]. Новизной в данном определении публичной дипломатии являются два компонента — информационные кампании (advocacy) и мониторинг зарубежного общественного мнения (listening). Н. Кулл утверждает, что сегодня эффективность публичной дипломатии зависит от наличия диалога между правительством одной страны и зарубежным обществом. Установление данного диалога возможно, если правительство изучает все сигналы, оценки, мнения, идущие со стороны зарубежного общества. Это и есть процесс своеобразного «вслушивания» в те мнения, которые высказывает противоположная сторона. Далее следуют реакция в виде информационных кампаний (advocacy) с целью коррекции своего имиджа в зарубежном обществе и диалог с теми, кто высказывает отрицательные и положительные суждения[17]. Значение работ Н. Кулла состоит в том, что он ввел в научный оборот идею о диалоге в публичной дипломатии как новом способе повышения ее эффективности.

Другими словами, историки, использующие в своих исследованиях термин «публичная дипломатия», а не «культурная дипломатия», склонны соединить все формы и методы двух вариантов дипломатии в одно понятие — публичная дипломатия. Мы также приходим к выводу, что термин «публичная дипломатия» может быть использован как рамочное и широкое понятие для описания деятельности правительства США на международной арене в таких областях, как культура, образование и информация. Программы культуры, образования и проекты в области информации имеют: сходные политические цели, которые определяет правительство США; единый источник финансирования — федеральный бюджет США; одинаковые ведомства, реализующие программы в трех областях (Госдепартамент, Агентство международного развития) и др.

Следует отметить, специалисты в области политической коммуникации представляют публичную дипломатию как средство установления связи между правительством США и зарубежной аудиторией. Создавая канал взаимодействия, публичная дипломатия осуществляет прежде всего информационное воздействие на зарубежных участников данной коммуникации. Историки, культурологи и антропологи более расширенно толкуют термин, включая в публичную дипломатию традиционные формы дипломатии в области культуры — программы обменов, выставки, спортивную дипломатию и распространение культурных ценностей государства за рубежом. Такое определение «публичной дипломатии» точнее отражает деятельность правительства США в данной области.

В силу этого, в данном исследовании мы будем следовать терминологии, которую используют историки при изучении публичной дипломатии. Однако ввиду разнообразия определений мы будем оперировать следующей дефиницией. Публичная дипломатия США — это правительственный механизм, нацеленный на реализацию внешнеполитических задач США и включающий в себя такие методы, как: 1) информационные проекты (пропаганда); 2) образовательные и

культурные обмены и 3) проекты в сети Интернет (цифровая дипломатия США).

1.1

<< | >>
Источник: Цветкова Наталья Александровна. Публичная дипломатия как инструмент идеологической и политической экспансии США в мире, 1914-2014 гг. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. Санкт-Петербург. 2015

Еще по теме Термин «публичная дипломатия»: эволюция и основные определения:

  1. Введение
  2. Термин «публичная дипломатия»: эволюция и основные определения
Яндекс.Метрика