<<
>>

Историография вопроса

Проблематика публичной дипломатии США является междисциплинарной и охватывает такие области знаний, как международные отношения, история, политология, социология и культурология.

В данной главе приведен обзор научных направлений по изучению публичной дипломатии США, сформировавшихся в различных дисциплинах. Обзор литературы будет представлен в двух частях. В первой части представлены исследования отечественных ученых, а во второй части — зарубежных.

2.2.1 Отечественная историография

Несмотря на популярность темы о публичной дипломатии или о культурной дипломатии США, отечественная наука еще слабо разработала данную тему. До сих пор специалисты медленно вводят в оборот новые архивные документы. Однако публичная дипломатия США, ее механизм и роль в реализации задач внешней политики США очень часто затрагиваются в исследованиях, посвященных изучению культурной дипломатии различных стран, внешнеполитического механизма США, их экономической и военной помощи зарубежным странам. Нельзя не отметить, что публичная дипломатия США изучается специалистами в области политологии, которые рассматривают в основном механизм и функции ведомств публичной дипломатии в рамках теории «мягкой силы».

Работы отечественных исследователей можно разделить на четыре направления. Первое направление — это работы общего характера о внешней культурной политике, так называемой «народной» и публичной дипломатии различных государств, в которых вопрос о публичной дипломатии США только затрагивается. Второе направление — исследования о публичной дипломатии как части внешнеполитического механизма, внешнеполитической пропаганды и зарубежной помощи США, в которых авторы также только упоминают публичную дипломатию США. Третье направление — исследования о публичной дипломатии США в отдельных регионах, странах и за отдельные периоды времени. Их авторы более подробно останавливаются на проектной деятельности Вашингтона.

Наконец, четвертое направление — это работы о цифровой дипломатии как новейшем компоненте публичной дипломатии США.

Исследования общего характера о внешней культурной политике, народной и публичной дипломатии

Российские ученые в области международных отношений, политологии и истории рассматривают американскую публичную дипломатию при изучении института дипломатии и внешней политики, культурных связей разных стран и межкультурной коммуникации. Например, к таким работам относится коллективная монография Д. Н. Барышникова, Р. В. Костюка и С. Л. Ткаченко Эффективность дипломатии. В книге, в частности, рассматривается деятельность основных акторов американской

публичной дипломатии — Госдепартамента и Агентства международного развития»,

180

— а также проанализированы ее основные цели .

Изучая международные культурные связи различных государств, историки обращаются к вопросу о роли культурной дипломатии США. К таким работам относятся, например, исследования В. И. Фокина, Л. Е. Козлова и др. Российский исследователь В. И. Фокин реконструировал отношения между США и СССР в научно-технической сфере в 1920-е — 1930-е гг. На основании архивных документов он показывает, как масштабы советско-американских обменов и проектов в 1930-е гг. превышали советско-немецкие связи в области культуры и науки, что меняет наш традиционный взгляд на советскую политику в те годы. Автор останавливается на таких сюжетах, как деятельность США в Американо-русских институтах, существовавших при Советских обществах дружбы, участие американских писателей и ученых в работе Комиссии международного интеллектуального сотрудничества при Лиге Нации и др.[182] [183] [184]

В работах российских политологов и международников А. В. Долинского, Е. В. Паршина, Д. Н. Барышникова, а также в совместных работах Е. В. Мартыненко и В. В. Матвиенко, Н. М. Боголюбовой и Ю. В. Николаевой и др. затрагиваются аспекты публичной дипломатии США на современном этапе.

Каждый из авторов выбирает свой дискурс для анализа публичной дипломатии. Например, политологи Е. В. Мартыненко и В. В. Матвиенко в совместной статье обозначают публичную дипломатию США и других стран как народную или общественную, что подразумевает слабое участие правительств в данном виде дипломатии[185] . В монографии Н. М. Боголюбовой и Ю. В. Николаевой «Межкультурная коммуникация и международный культурный обмен» внешняя политика США в области культуры рассматривается как часть межкультурной коммуникации [186] . Анализируя теоретические аспекты публичной дипломатии и механизм реализации ее проектов, А. В. Долинский утверждает, что современная публичная дипломатия США основа на концепции диалога и сотрудничества. Открытость и равный диалог являются факторами эффективности проектов публичной дипломатии[187]. Исследуя процесс создания позитивного имиджа США в зарубежных странах, Е. В. Паршина затрагивает вопрос об американских методах продвижения положительного имиджа. Автор предлагает читателю ознакомиться со многими известными проектами публичной дипломатии США, которые продавали бренд «Америка»[188]. В работах Д. Н. Барышникова публичная дипломатия США рассматривается в рамках развития многосторонней дипломатии. Исследователь выявляет особенности современной публичной дипломатии, анализируя инициативу ООН — Альянс цивилизаций[189].

Наконец, публичная дипломатия США и такое ее звено, как спортивная дипломатия, также затрагивается в общих работах, посвященных вопросу развития спортивной дипломатии многих стран. В монографии «Спорт в палитре международных отношений: гуманитарный, дипломатический и культурный аспекты» Н. М. Боголюбова и Ю. В. Николаева дают глубокий анализ проектной деятельности Госдепартамента в этой области и отмечают возросшее значение этого

дипломатического инструмента .

Исследования о публичной дипломатии как части внешнеполитического механизма, внешнеполитической пропаганды и зарубежной помощи США

Исследования о внешнеполитических институтах США затрагивают вопросы о функционировании ведомств публичной дипломатии.

Отечественные историки рассматривали частично функции Информационного агентства, Агентства

международного развития, Корпуса мира и др. Наиболее известными исследованиями по данной теме являются работы Ю. А. Шведкова. А. В. Валюженича и др. Монографии и статьи указанных авторов анализируют деятельность Информационного агентства и Корпуса мира как составных частей

внешнеполитического механизма США. Исследования являются ярким примером достигнутого уровня изученности вопроса о функционировании Госдепартамента и указанных ведомств как акторов культурной политики США. В работах отображены некоторые внутренние перестройки и функциональные реорганизации

Госдепартамента, связанные с увеличением масштабов программ публичной дипломатии США. Представлен анализ процесса создания Информационного агентства в 1953 г. и выявлены взаимоотношения между Госдепартаментом, президентом и независимым агентством на протяжении 1960-х — 1970-х гг.[190] [191] В более современных исследованиях Информационное агентство США изучается с точки зрения его роли в политике «мягкой силы» США[192]. Однако не существует исследований об этом важнейшем механизме публичной дипломатии, которые бы использовали новые архивные документы Информационного агентства.

Другое ведомство публичной дипломатии США — Корпус мира — рассматривается в исследованиях Ф. А. Тодер, А. В. Вереина, К. А. Хачатурова и др. Объединяет эти работы тезис о том, что Корпус мира также является орудием американской пропаганды в развивающихся государствах[193]. В диссертации А. В. Вереина и

исследовании Ф. А. Тодер достаточно глубоко проанализированы

внешнеполитические причины появления Корпуса мира и деятельность государственных лиц США, направлявших работу организации. В работе А. В. Вереина выявлены цели обучения зарубежных специалистов с помощью волонтеров Корпуса мира. Он пишет, что программа помощи Корпуса мира по линии образования и поддержки специалистов преследует такие цели, как установление контроля за воспитанием подрастающего поколения, обучение интеллигенции и политических лидеров зарубежных государств . К. А. Хачатуров затронул в своей монографии вопрос о деятельности Корпуса мира в государствах Латинской Америки и отметил роль этой организации в деле создания новых учебных курсов в университетах Колумбии . В более современных исследованиях тема деятельности Корпуса мира США затрагивается в рамках изучения американского волонтерского движения в российских школах, а также в рамках исследования вопроса о роли неправительственных организаций и международных фондов в обеспечении национальной безопасности[194] [195] [196].

Если Информационное агентство и Корпус мира исследовались российскими американистами, то Агентство по сотрудничеству в области обороны и безопасности и Агентство международного развития изучались эпизодически, хотя реализуют особые программы публичной дипломатии в рамках оказания технической, экономической и военной помощи зарубежным странам.

К

этой же группе исследований можно отнести многочисленные работы о внешней политике США в различных регионах. В таких исследованиях затрагиваются некоторые аспекты публичной дипломатии США. Например, в статьях Я. В. Лексютиной и С. А. Тарбаева проанализированы некоторые инициативы образовательных программ США в тропической Африке и информационных программ

на Ближнем Востоке соответственно[197].

Многие советские и российские ученые относят деятельность правительства в области культурной дипломатии или в области публичной дипломатии к пропагандистской деятельности США. В отечественной исторической науке существует ряд работ об информационно-пропагандистской деятельности США. К таким исследованиям можно отнести монографии А. В. Валюженича, В. М. Матвеева, Д. Николаева, О. М. Кикнадзе, Э. Я. Баталова, А. М. Бетмакаева, Д. В. Суржика и др.[198] [199] [200] Яркими исследованиями являются труды А. В. Валюженича, О. М. Кикнадзе и В. М. Матвеева. На основании широкого круга источников отечественный американист А. В. Валюженич реконструировал процесс становления информационной политики США в мире . Другой советский историк — О. М. Кикнадзе — на основании источников арабского происхождения проанализировал информационную и образовательную деятельность стран Западной Европы и США в Иране . В. М. Матвеев в своей диссертации исследовал деятельность университетов и крупных образовательных учреждений во внешней политике США в 1960-е гг.[201] Несмотря на то, что работы были написаны в другом историческом контексте, что продиктовало резкость выводов о буржуазной пропаганде, осуществляемой Информационным агентством, университетами или культурными центрами США, в исследованиях представлена глубокая институциональная история использования информации и образования в качестве инструмента пропаганды США. Интересный пример неудачного пропагандистского проекта США воссоздает в своей статье исследователь А. М.

Бетмакаев. Проект «Год Европы» был направлен на восстановление идеологического альянса между США и странами Западной Европы, когда появилось новое поколение молодежи, не имеющей исторической памяти об угрозах войны и коммунистической идеологии. Однако различные пропагандистские кампании не принесли должного результата. Молодое поколение европейцев отвергло эту кампанию правительства США[202] [203] [204] [205]. Наконец, историк Д. В. Суржик реконструирует один из малоизученных аспектов публичной дипломатии США — работу Управления информации в период Второй мировой войны. Это ведомство стало предвестником Информационного агентства и заложило основы пропагандистской деятельности США .

К группе исследований о внешнеполитической пропаганде можно отнести исследования, которые посвящены анализу роли информационных, образовательных и культурных программ США для распространения демократии в зарубежных странах. Этому вопросу посвящена работа О. Н. Новиковой . Автор указывает на программы обучения зарубежных политических лидеров, руководителей государственных и общественных организаций как на метод создания демократических организаций. Сюда же можно отнести статью М. В. Веньяминова, в которой автор исследует международные информационные программы как способ распространения американского мировоззрения и образа жизни . Авторы работы Реализация политики «публичной дипломатии» — А. Г. Власенко и Ю. В. Толкачёв — пишут, что проекты публичной дипломатии помогают Америке создавать благоприятный имидж за рубежом, а также добиваться понимания и поддержки своей политики со стороны общественного мнения иностранных государств[206].

Кроме этого, различные исследования о публичной дипломатии США как части зарубежной экономической и военной помощи США рассматривают вопрос о том, как правительство США осуществляет обучение зарубежных экономистов, специалистов промышленности, сельского хозяйства и т. п., представителей малого бизнеса, а также военных кадров. Такие программы обучения также являются сегодня частью публичной дипломатии, осуществляемой Госдепартаментом и Министерством обороны. Эпизодически эта проблема затрагивалась в различных научных публикациях. Например, в монографии А. А. Сергунина при изучении деятельности президентских лоббистов в области военно-экспортной политики уделяется внимание закону о зарубежной помощи 1961 г., который, кроме всего прочего, санкционирует обучение зарубежных технических и военных специалистов. Кроме этого, автор затронул вопрос о деятельности Агентства международного развития и Агентства по сотрудничеству в области обороны и безопасности с точки зрения участия их членов в лоббистских кампаниях при прохождении программ зарубежной помощи через Конгресс[207].

Работы Е. А. Глазуновой посвящены изучению вопроса об оказании США экономической и технической помощи развивающимся странам. По мнению автора, техническая помощь — а значит, и программы обучения зарубежных специалистов, — являлась инструментом расширения стратегического влияния США. Автор исследует историю появления программ технической помощи, указывая, что первые программы появились в 1949 г. как следующий шаг после военных программ помощи и обучения[208] [209]. Вопросы о датировке и очередности зарождения программ экономической и военной помощи являются наиболее спорными в отечественной науке. Исходя из проанализированных нами источников, еще до появления отдельного закона об экономической помощи и программах обучения технических специалистов, после окончания Первой мировой войны США проводили обучение технических специалистов из государств Латинской Америки. А военная помощь и программы международного военного обучения, точнее — федеральный закон о них, появился после закона об экономической и технической помощи, а не наоборот. В коллективной монографии «Дипломатия и кадры» под редакцией В. Д. Щетинина затрагивается вопрос о подготовке зарубежных специалистов в США и СССР. Авторы подчеркивают роль образовательных программ для расширения рынков сбыта, экспансии идеологии, внедрения американских технологий в развивающихся странах .

Программы международного военного обучения затрагиваются в статьях А. Д. Портягина, А. А. Сергунина, в монографиях К. А. Хачатурова и др. Наиболее подробным исследованием вопроса можно назвать две статьи А. Д. Портягина, которые рассматривают вопрос об оказании США военной помощи зарубежным государствам. В основном его работы касались изучения отношений законодательной и исполнительной ветвей власти относительно вопроса финансирования программ военного обучения. Упоминавшийся К. А. Хачатуров в книге об экспансии США в государства Латинской Америки кратко охарактеризовал некоторые военные вузы США, где проходили обучение студенты из стран западного полушария[210] [211]. Сегодня данный вопрос также изучается эпизодически, хотя программы международного военного обучения США стали масштабными и направлены в основном в страны Восточной Европы. В работах о военно-техническом сотрудничестве данная тема

209

иногда затрагивается политологами и международниками .

Исследования о публичной дипломатии США в отдельных регионах, странах и в различные исторические периоды

История становления американской публичной дипломатии в 1940-е — 1990-е гг. является предметом изучения российских политологов, международников и историков. Краткий исторический обзор становления и развития американской дипломатии представлен в статье С. А. Цатуряна «Общественная дипломатия США в новом информационном столетии»[212]. Более подробный анализ развития американской публичной дипломатии после окончания Второй мировой войны представлен в исследованиях Г. Ю. Филимонова «’’Мягкая сила” культурной дипломатии США», «Культурно-информационные механизмы внешней политики США. Истоки и новая реальность» и др. Автор повествует о различных ведомствах публичной дипломатии США, а также представляет некоторые рекомендации для российской общественной

дипломатии[213] [214] [215] . В своей докторской диссертации Г. Ю. Филимонов исследует программы культурной дипломатии США в рамках теории о «мягкой силе» Дж. Ная. Автор анализирует механизм внешней культурной политики США, а также проекты Голливуда и массовой культуры США, которые выступали в качестве компонентов «мягкой силы». Однако исследование делает акцент на политологических методах исследования и понимания внешней культурной политики США, не вводя в оборот новые исторические источники, не придерживаясь строгой исторической периодизации . К подобным исследованиям можно отнести и статью О. А. Фроловой «’’Мягкая сила” внешнеполитической деятельности США: институты и механизмы формирования». Автор также рассматривает институциональный механизм реализации публичной дипломатии, используя концепцию Дж. Ная о «мягкой силе», и приходит к выводу, что политика «умной силы» (smart power) постепенно заменяет политику «мягкой силы» .

Тема идеологического противостояния между США и СССР в период «холодной войны» и роли информационных, образовательных программ, а также различных проектов в области культуры в этом противостоянии является сегодня в исторических исследованиях одной из наиболее привлекательных. Такому положению вещей способствует рассекречивание многих документов в архивах США, России и в странах Восточной Европы. Тема культурного противостояния между США и СССР, взаимного влияния и сотрудничества в данной области в период «холодной войны» привлекает внимание многих авторов[216]. Российский американист Э. А. Иванян в нескольких главах своей монографии «Когда говорят музы. История российско­американских культурных связей» обращается к периоду 1950-х — 1960-х гг., когда произошло восстановление советско-американских связей после длительного периода затишья. Автор реконструирует историю о том, как советские музыканты, деятели театра и представители культурной эмиграции внесли свой вклад в потепление

политических отношений между двумя странами [217] . Другим уникальным исследованием, на наш взгляд, является статья российского американиста А. Е. Фоминых «"Картинки с выставки”. Книги отзывов Американской выставки в Москве 1959 года — возвращение источника (Предисловие к архивной публикации)». Автор вводит в научный оборот новый исторический источник — книги отзывов посетителей выставки США в Москве в 1959 г., — который не был доступен историкам из-за его хранения в частной семейной коллекции одного из организаторов выставки. Сегодня эти отзывы москвичей представляют неоценимый источник для понимания того, как советские граждане оценивали увиденные достижения техники и социальной жизни США. Автор проводит источниковедческий анализ книг отзывов и осуществляет количественный анализ впечатлений советских граждан. Как показывает исследование, большинство отзывов граждан СССР оказались положительными, причем в наибольшей степени москвичей впечатлили фотовыставка о жизни простых американцев и выставка американских автомобилей[218] [219]. Американское кино как часть публичной дипломатии в период «холодной войны» также является предметом изучения российских американистов. В своих статьях и диссертации исследователь И. А. Антонова анализирует продвижение американского кинематографа во Франции и СССР. Автор приходит к выводу, что нельзя замыкаться только на роли правительства в процессе продвижения американского кино в период «холодной войны». При несомненном влиянии Вашингтона на распространение американского кино, процессы глобализации и развития потребительского общества как в открытых обществах (Франция), так и закрытых системах (СССР) также играли свою роль в период «холодной войны» .

К подобным работам об идеологической «холодной войне» относятся исследования Н. А. Цветковой. В монографии «Cultural imperialism: международная образовательная политика в годы “холодной войны”» автор изучает образовательную политику США в Латинской Америке, Западной и Восточной Европе, Азии и Африке и приходит к

выводу о наличии успешных и провальных проектов публичной дипломатии США . В другой своей книге — “Failure of American and Soviet Cultural Imperialism in German Universities, 1945-1990” — Н. А. Цветкова сравнивает политику СССР и США в университетах Восточной и Западной Германии и показывает, что сверхдержавы в конечном счете так и не сумели реформировать немецкие университеты по советскому или американскому образцу в силу жесткого сопротивления со стороны немецкой профессуры [220] [221] . В своих статьях автор осуществляет сравнительный анализ эффективности советской и американской публичной дипломатии в период «холодной войны» в разных странах и регионах и утверждает, что, несмотря на одинаковость масштабов американской и советской публичной дипломатии, правительство США получило больше результатов в силу использования концепции о необходимости оказывать влияние на действующую политическую элиту в зарубежных странах, а не на низшие социальные слои зарубежного общества, к чему призывала публичная дипломатия СССР[222].

Тема отдельных стран и регионов в публичной дипломатии США также является предметом изучения отечественными американистами. В эту группу исследований входят работы, посвященные американо-советским, американо-европейским,

американо-мексиканским и т. п. академическим и культурным обменам. В статьях Н. Н. Болховитинова, Н. А. Берденникова, А. В. Андреева, Г. П. Добросельской и др.

изучаются исторические аспекты становления американо-советских научных, культурных и образовательных связей; указываются причины появления подобных программ; представляется деятельность государственных институтов США и СССР, участвовавших в реализации программ[223]. Исследования о других государствах или регионах, где распространялись американские академические программы, носят эпизодический характер. Например, в работах Н. Д. Туктаренко, А. Г. Сушкевича, Ю. К. Денисова и др. затрагивается вопрос о научных и образовательных связях между США и странами ЕС, которые способствуют продвижению экономических интересов Америки на Европейском континенте[224]. Статья Э. Ермолаевой посвящена анализу академических связей между США, Канадой и Мексикой в рамках договора НАФТА. Автор показывает, как образовательные обмены и совместные исследовательские проекты способствуют экономической интеграции в регионе[225].

В работах О. А. Манжулиной представлен анализ программ американского правительства на территории России в 1990-е гг. В своей диссертации «Публичная дипломатия США» автор анализирует эволюцию развития данного инструмента внешней политики США, а также изучает различные проекты, которые были направлены на развитие демократии в России[226]. Кроме этого, современные проекты американской публичной дипломатии, которые направлены на развитие социального активизма российских граждан, стали темой статьи Н. А. Цветковой «Россия в публичной дипломатии США: от поддержки демократии к развитию “социального активизма”»[227]. Другой российский исследователь И. В. Кучерук реконструирует процесс влияния США на российское образование и приходит к выводу, что трансформация отечественного образования продолжится и будет направлена на развитие внедренных в 1990-е гг. американских образовательных моделей[228] [229].

Публичная дипломатия на постсоветском пространстве также является темой для исследования отечественных ученых. Роль американских проектов демократизации бывших республик СССР и участие публичной дипломатии США в осуществлении «цветных революций» являются основными вопросами, которые поднимают исследователи . Результаты проектной деятельности США по демократизации бывших советских республик в Центральной Азии (Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан) являются предметом изучения российского американиста А. Е. Фоминых. В своей статье автор показывает, как США используют традиционные программы публичной дипломатии и интернет-технологии для влияния на аудиторию стран Центральной Азии[230].

Латинская Америка и внешняя культурная политика США в странах данного региона являются предметом изучения отечественных историков. Здесь следует отметить работы советского латиноамериканиста К. А. Хачатурова «Противостояние двух Америк» и «Идеологическая экспансия США в Латинской Америке. Доктрины, формы и методы пропаганды США». Несмотря на идеологическую заостренность и ангажированность монографий, объясняющуюся обстоятельствами «холодной войны», эти книги сохранили научную ценность, поскольку написаны на большом фактическом и теоретическом материале. Автор затрагивает многие проекты культурной дипломатии США в данном регионе, подчеркивая их пропагандистскую функцию[231].

Публичная дипломатия США в странах Ближнего Востока еще не стала популярной темой для исследования среди российских американистов и востоковедов. Данной теме посвящены такие статьи Н. А. Цветковой, как «Образовательная политика США в странах Ближнего Востока: история и современность» и «Иран в публичной дипломатии США». Автор показывает, как на протяжении 2002-2011 гг. правительство США реализовало порядка 350 программ, направленных на поддержку

230

демократии и оппозиции в различных государствах региона .

В эту же группу исследований необходимо отнести работы, которые касаются отдельных программ публичной дипломатии США. После создания в 1946 г. самой знаменитой и успешной правительственной программы академических обменов У. Фулбрайта появилось отдельное направление по изучению истории и развития

данного проекта в России. Широко известны книги отечественного американиста В. Б. Воронцова «Сенатор от Арканзаса» и «Сенатор ХХ в.», посвященные жизни и деятельности У. Фулбрайта. Автор впервые в отечественной литературе подробно осветил вопрос об использовании программ фулбрайтовских академических обменов, а также международных культурных, информационных и образовательных обменов в качестве средства реализации внешнеполитических задач США. Воронцов показал, что подобный инструмент использовался для решения таких задач, как укрепление союзнических отношений между США и развивающимися странами, противостояние идеологическому влиянию СССР в государствах третьего мира и осуществление пропаганды американского образа жизни. Работы В. Б. Воронцова интересны и тем, что в них представлены личностные и политические характеристики государственных деятелей, участвовавших в формировании международной образовательной политики США в 1950-е — 1960-е гг., — президента Д. Эйзенхауэра и госсекретаря Дж. Даллеса[232].

В работах другого отечественного американиста А. И. Кубышкина рассматривается роль программы Фулбрайта в осуществлении американской международной политики в области культуры, в развитии международных программ американских университетов, а также изучается личность самого сенатора У. Фулбрайта. Кубышкин подробно анализирует возрастающую роль американских университетов как мощного интеллектуального и политического ресурса внешней политики США, который приобрел особое значение в последние десятилетия, сформировав очевидный международный бренд американской модели высшего образования[233] [234].

Российский исследователь А. А. Теплов рассматривает пропагандистские кампании США, связанные с военной интервенцией в Ирак 2003 г. Автор указывает на высокую эффективность информационных кампаний США, проведенных до и во время Иракской операции . Автор рассматривает такие методы данной кампании, как сетевые войны, вещание американского телевидения из Ирака, а также «вживление» в

вооруженные силы США журналистов, которые вели круглосуточное освещение конфликта[235] [236].

Исследования о цифровой дипломатии как новом компоненте публичной дипломатии США

Вопрос об использовании сети Интернет и социальных сетей в публичной дипломатии США все еще остается малоизученным. Это объясняется новизной цифровых программ публичной дипломатии, которые стали появляться в арсенале Госдепартамента с 2009-2010 гг. Кроме этого, изучение данного вопроса требует от исследователя определенного навыка работы в социальных сетях, понимания принципов их функционирования и разработки новых методов анализа деятельности правительства США на всем пространстве сети Интернет. К данной теме обращаются такие исследователи, как Алхименков М. А., Д. Н. Барышников и А. Ю. Туленков, а

235

также Е. С. Зиновьева, А. И. Чернобай, И. В. Тиганов, Н. А. Цветкова и др. Детальное исследование данной темы представлено в статьях Н. А. Цветковой «Программы Web 2.0. в публичной дипломатии США» и «Социальные сети в публичной дипломатии США». В них раскрываются принципы, механизм и основные направления данного инструмента публичной дипломатии США. Автор приходит к обоснованному выводу, что основная задача американских интернет-проектов — это мобилизация политического активизма молодежи в условиях различных авторитарных и недемократических политических режимов. Основываясь на анализе осуществления особой твиттер-дипломатии, Н. А. Цветкова в своей другой статье — «Публичная дипломатия США и революции в арабском мире» — приходит к выводу, что участие правительства США в дискуссиях, развернувшихся в блогосфере Туниса и Египта, внесло определенный вклад в мобилизацию протестного движения[237] [238].

События «арабской весны» также рассматриваются в статье А. И. Чернобая под названием «Роль социальных сетей в мобилизации протестных настроений на ближнем Востоке и в Северной Африке в январе — марте 2011 г.». Автор утверждает, что «подводить итоги и делать окончательные выводы о роли социальных сетей в мобилизации протестных настроений на Ближнем Востоке и в Северной Африке в настоящее время преждевременно . Тем не менее А. И. Чернобай правомерно показывает, что не являясь основной причиной революций, социальные сети стали их инструментами, активизируя протестные настроения, координируя и информируя население.

Подводя итоги обзора отечественной историографии, необходимо отметить, что такие вопросы, как роль Агентство международного развития в реализации программ публичной дипломатии как, исследована поверхностно. Кроме этого, не существует комплексного исторического исследования, которое раскрывало бы полноту проектов публичной дипломатии США, оценивало бы их эффективность и представило теоретическое обобщение по данному вопросу. Наконец, слабо исследованы многие регионы, в которых активно работают программы публичной дипломатии США на современном историческом этапе. Публичная дипломатия в странах АТР, Латинской Америки, Восточной Европы, Ближнего Востока еще не подлежала детальному анализу. Однако этот анализ стал сегодня возможен в силу рассекречивания американских внешнеполитических документов, которые относятся к данной проблематике. Исходя из вышеизложенного, можно утверждать, что анализ данного вопроса встречается эпизодически либо в рамках исследований, посвященных внешней политике США в целом, либо в научных изысканиях о внешней культурной политике различных государств. Те исследования, которые напрямую изучают американскую публичную дипломатию или политику США в области культуры, упускают из виду различные проекты в указанных выше регионах.

2.2.2

<< | >>
Источник: Цветкова Наталья Александровна. Публичная дипломатия как инструмент идеологической и политической экспансии США в мире, 1914-2014 гг. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. Санкт-Петербург. 2015

Еще по теме Историография вопроса:

  1. ЕДИНСТВО ФИЛОСОФИИ И ИСТОРИИ
  2. 7.2.2. ВОПРОС О СОЮЗНОЙ КОНТРОЛЬНОЙ КОМИССИИ
  3. 8.3.4. К ИСТОКАМ ПЛАНА МАРШАЛЛА
  4. 9.2.6. КОРЕЙСКАЯ ВОЙНА
  5. 9.3.2. ИНТЕГРАЦИЯ ФЕДЕРАТИВНОЙ ГЕРМАНИИ В ЗАПАДНУЮ СИСТЕМУ
  6. 12.1. Понятие, предмет информационной безопасности и ее место в системе обеспечения национальной безопасности
  7. 3.5. Финансовая система и характеристика ее звеньев и сфер
  8. 5.9. Экономические и социальные аспекты межбюджетных отношений
  9. Примечания
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. § 1. Политическая обстановка в Джучиевом улусе до 1380-го года
  12. § 3. Политические и экономические реформы в Золотой Орде в 80-х годах XIV века
  13. § 2. Войны Токтамыша с Аксак Тимуром в 1391,1395 годах
  14. О ХАРАКТЕРЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ ГРУППИРОВОК ГОСПОДСТВУЮЩИХ КЛАССОВ РУМЫНИИ 60-х гг. XIX в,- 1918 г. (История и теория вопроса)
  15. А. К. Мошану РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ В РУМЫНИИ КОНЦА XIX в. И ОПЫТ БОРЬБЫ МЕ Ж ДУ Н АРО Д110 Г О 11РО Л ЕТ АР И АТ А
  16. ОЦЕНКА СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ И ЭКОНОМИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ К. ДОБРОДЖАНУ-ГЕРИ В СОВЕТСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
  17. В. Е. Варатин ПРОБЛЕМА ЕДИНСТВА РАБОЧЕГО КЛАССА РУМЫНИИ В 1944—1948 гг. В ОСВЕЩЕНИИ СОВЕТСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
  18. ПРИСОЕДИНЕНИЕ РУМЫНИИ К ТРОЙСТВЕННОМУ СОЮЗУ
  19. И. М. Лапина ВОПРОС О БУКОВИНЕ В РУССКО- РУМЫНСКИХ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЯХ (1914-1916 гг.)
Яндекс.Метрика