<<
>>

4. Франко-российские отношения в 1999-2003 гг.: от кризиса к обновлению диалога

Казалось, распад социалистического лагеря и конец блокового противостояния открывали возможности для реализации идеальной цели французского внешнеполитического мессианства - конца противостояния Востока и Запада.
Однако многочисленные кризисы, связанные с процессом распада социалистической системы и многонациональных коммунистических государств (Югославии и СССР), а также опасность возвращения к авторитарной политике в постсоциалистических странах делали либеральное и демократическое будущее Европы далеко не безусловным. В то же время, дискредитация советской модели, успехи либерализма и бесспорное материальное превосходство либеральных демократий Запада, особенно в Европе и на её ближайшей периферии - в Средиземноморье и на Ближнем Востоке, породили у приверженцев нового, “гуманитарного” мирового порядка во Франции сознание законности вмешательства (в том числе военными средствами) в дела суверенных государств под флагом защиты прав человека. В конце 90-х годов оказалось, что окончание холодной войны не уничтожило напряжённости в Европе между Западом и Востоком. Оно лишь отодвинуло границы отчуждённости на восток, к рубежам СНГ. В этом контексте менялись и отношения с Россией - формальной правопреемницей СССР. В период инерционной «голлистско- миттерановской» политики, до конца 90-х годов, они играли важную роль в геополитической стратегии Франции. В 90-е годы Франция не отказывалась от стремления быть “мостом” между Западом и Востоком. Осторожная позиция Парижа по вопросу о расширении ЕС и НАТО и политика “привилегированного партнёрства” с Москвой следовали в русле великого голлистского замысла создания Большой Европы, бессмысленной без России. Её интеграция в сообщество развитых демократических стран была одной из ключевых геостратегических идей французской внешней политики 90-х годов. Совпадение позиций по ряду международных проблем (в отношении ближневосточного урегулирования, противодействие политике эмбарго и американским бомбардировкам Ирака, стремление ограничить гегемонизм США, негативное отношение к планам американской администрации пересмотреть договор по ПРО) способствовало привилегированному франко-российскому диалогу.
Но ситуация существенно меняется весной 1999 г., с началом операции НАТО против Югославии, в которой Франция приняла самое активное участие. Несмотря на усилия Франции подключить к процессу косовского урегулирования Россию и добиться от неё, благодаря «особым» отношениям с Москвой, одобрения военной операции НАТО со стороны СБ ООН, поворот Парижа в сторону атлантической солидарности вызвал явное недовольство российского президента, о чём свидетельствовали обстоятельства и результаты встречи Ж.Ширака и Б.Н.Ельцина в Москве в мае 1999 г.464. В свою очередь, в рамках солидарных действий НАТО в Европе «привилегированное партнёрство» с Россией на какое-то время стушевалось, в то время как внешнеполитическая идентичность Франции, поставленная под вопрос в ходе косовской операции, могла быть компенсирована на другом направлении, значение которого усилилось тоже благодаря косовскому кризису. В отсутствие иных возможностей проведения яркой и особенной линии в международных делах, Ж.Ширак, в духе традиционного республиканского мессианства, стремился сформулировать некое универсальное послание, главный смысл которого состоял в утверждении этических и демократических принципов европейской цивилизации. Повод осуществить эту миссию в рамках «большой Европы» представился с началом второй чеченской войны в конце лета 1999 г., когда Ж.Ширак оказался наиболее непримиримым критиком политики силового решения чеченской проблемы, озабоченным соблюдением прав человека в отношении мирного населения Чечни. Логика внешнеполитического курса Ж.Ширака позволяла предположить, что он сделал ставку на утверждение мирового порядка, построенного на моральной, экономической и политической гегемонии либеральных демократий Запада, среди которых Франция намерена играть роль, соответствующую её традиционным мессианским амбициям. Следуя этой логике «косовской» политики, французский президент выступил одним из наиболее активных сторонников международного давления на Россию под предлогом защиты прав человека в Чечне.
Кроме того, не стоит забывать, что в период «сосуществования» с правительством левых сил под руководством Л.Жоспена (1997-2002 гг.) Ж.Ширак должен был оглядываться на позицию правящего большинства, опиравшегося на силы, известные своим неприятием политики России ещё со времён первой античеченской операции. Скандальное посещение И.Ахмадовым - эмиссаром А.Масхадова Национального собрания Франции, его пресс- конференция в стенах французского парламента и встреча с министром иностранных дел Ю.Ведрином в ноябре 1999 г. стали возможными благодаря преобладанию левых в парламенте, положительно принявших соответствующую инициативу депутата от партии зелёных Н.Мамера . После встречи с Ахмадовым министр иностранных дел Франции Ю.Ведрин выступил по радио «Франс Интернасьональ» с заявлением о том, что предстоящий 19-20 ноября саммит ОБСЕ в Стамбуле будет посвящён главным образом России. Он заявил, что Франция намерена потребовать от Ельцина немедленно сесть за стол переговоров с лидерами 518 Чечни . Приём, оказанный в Париже Ахмадову, вызвал возмущение в Москве. По этому поводу МИД России выразил послу Франции решительный протест. Первый заместитель министра иностранных дел А.Авдеев квалифицировал этот шаг Парижа как «недружественный акт по отношению к РФ, фактическое пособничество чеченским сепаратистам и террористам». МИД России предостерёг от попыток вмешиваться во внутренние дела России, «которым впредь будет даваться самый решительный отпор»465. Однако через несколько дней Ж.Ширак выступил с резким заявлением по поводу российской политики в Чечне и подтвердил своё намерение занять самую твёрдую позицию в этом вопросе на 520 близившемся саммите ОБСЕ в ноябре 1999 г. . Запланированная заранее в рамках саммита встреча лидеров государств, прежде составлявших «Большую тройку» Большой Европы, стремившейся к единству и взаимопониманию - Ельцина, Ширака и Шрёдера, длилась всего пять минут: Ширак и Шрёдер изложили свою негативную позицию в отношении действий Москвы в Чечне, после чего Ельцин покинул встречу.
В своём выступлении на саммите российский президент заявил, что не признаёт за своими коллегами права критиковать Россию. Ж.Ширак, настаивавая на прекращении эскалации конфликта в Чечне, выступил инициатором подписания итогового документа, в котором Россия признавала участие ОБСЕ в поисках урегулирования путём переговоров и соглашалась допустить гуманитарные организации на территорию Чечни. Правда, российский президент к тому времени покинул Стамбул, предоставив министру иностранных дел И.Иванову подписывать итоговые документы саммита, снизив тем самым уровень участия России в этом документе. Хотя главный оппонент России в Стамбуле Ж.Ширак на своей заключительной пресс-конференции заявил, что именно отказ французской делегации подписать Хартию европейской безопасности в случае нежелания России пойти на уступки позволил смягчить позицию Кремля, нельзя назвать итоги саммита дипломатическим успехом Франции. Россия не согласилась ни на переговоры с лидерами сепаратистов, ни на международное посредничество в урегулировании этого внутреннего конфликта466. Комментируя итоги саммита, Ж.Ширак заявил, что политика Ельцина в Чечне явилась следствием давления на президента его окружения, 522 военных и спецслужб467. Олицетворением этих сил в глазах французских наблюдателей стал новый выдвиженец президента В.В.Путин. После стамбульского саммита, нарушившего добрые отношения Ж.Ширака с Б.Н.Ельциным, и в преддверии парламентских и президентских выборов в России ведущие французские политики присматривались к потенциальным претендентам на лидерство. Об интересе к этому сюжету свидетельствовал тёплый приём, оказанный президентом, премьер- министром и министром иностранных дел Франции Е.М.Примакову, приехавшему в Париж с неофициальным визитом в момент обострения 523 франко-российских разногласий, в том же ноябре 1999 г. Один из лидеров блока Отечество - вся Россия, занимавший посты министра иностранных дел и премьер-министра в пору привилегированного российско-французского партнёрства, представлялся Парижу более желательной кандидатурой в президенты, чем В.Путин, имя которого связывали с силовой политикой в Чечне. Резкая критика политики Москвы в тот момент не означала потери интереса Парижа к России, но она положила конец целому периоду франко-российских отношений, когда страх дезинтеграции или реакционного переворота определял безусловную поддержку политики Б.Ельцина, который в глазах Ж.Ширака оставался главным гарантом стабильности и приверженности курсу либеральных реформ. В начале декабря 1999 г. на саммитах НАТО и ЕС обсуждалась чеченская проблема, и позиция Ж. Ширака в отношении России отличалась особой жёсткостью. На саммите ЕС в Хельсинки (9 декабря 1999 г.) Франция выступила за внесение в повестку дня вопроса об экономических санкциях против России в связи с ультиматумом российских военных Грозному. Из двух проектов резолюции, посвящённой России, прошёл более жёсткий, причём, Франция была среди главных «недоброжелателей» 524 Кремля вместе с Германией, Финляндией и Данией . Страны Сообщества решили пересмотреть свои программы сотрудничества с Россией и сосредоточиться только на тех, которые касаются уважения права и служат 525 улучшению жизни населения . Режимом экономических санкций ЕС Франция стремилась вынудить Москву вступить в переговоры с А.Масхадовым468. Позиция Франции в чеченском вопросе была озвучена министром иностранных дел в марте 2000 г. Франция требовала: -прекращения любых действий, влекущих за собой страдания мирного населения, военных операций, затрагивающих мирное население, полицейских и карательных операций; - свободного доступа для любых представителей или организаций в Чечню, для всех, кто может облегчить страдания мирного населения (Совета Европы, ОБСЕ, Высшего Комиссариата по делам беженцев, Красного Креста, неправительственных организаций и журналистов). Франция настаивала на том, что российские власти должны определить политическое будущее Чечни, которое позволит чеченцам выразить свою волю, удовлетворить часть своих требований, не становясь тем не менее полностью независимыми, «потому что никто в мировом сообществе не поддерживает это требование, никто не оспаривает суверенную власть России в Чечне»469. Приход к власти президента Путина в марте 2000 г. заставил французскую политическую элиту и общественное мнение задуматься о преемственности либерального курса в России. В то же время, Ж.Ширак ещё 4 февраля, то есть до президентских выборов, пригласил будущего президента России во Францию. Однако к тому времени Франция в глазах российского руководства утратила роль привилегированного собеседника. Президент и общественное мнение Франции проявили наибольшую нетерпимость к политике России в Чечне и настороженное отношение к кандидатуре В.Путина на пост президента, и преодолеть возникшую взаимную отчуждённость оказалось непросто, пока свежо было воспоминание об этой позиции. В своём поздравлении в связи с избранием В.Путина президентом Ж.Ширак не преминул напомнить о Чечне, выразив надежду, что эта победа позволит Путину установить мир на всей 528 территории России . Резкое охлаждение российско-французских отношений привело к смещению оси контактов между новым российским президентом и западноевропейскими лидерами от Ширака к Шрёдеру и Блэру. Франция оставалась в стороне от маршрутов российского президента в течение 10 месяцев. Между тем, он посетил Лондон и Берлин, трижды встретился с президентом США Клинтоном, побывал в Китае, Северной Корее и Японии. Французская дипломатия была уязвлена тем, что во время встречи Большой восьмёрки на Окинаве в июле 2000 г. единственным из участников, с которым В.В.Путин не счёл нужным 529 побеседовать отдельно, был Ж.Ширак . Один из российских дипломатов пояснил причины уклонения от встреч с французским президентом: «В течение нескольких месяцев у нас было впечатление, что французские руководители приглашали президента Путина, чтобы иметь возможность его поучать. Такое поведение было высокомерным, оскорбительным, недопустимым, и оно вызвало в Москве неприятие»470. Франко-российские отношения были омрачены в тот период не только чеченской проблемой, но разногласиями по вопросам будующего Косово, арестом в порту Брест российского парусника «Седов» и блокированием счетов российского посольства по постановлениям французского суда в связи с иском швейцарской частной фирмы «Нога» к правительству России. Затянувшийся кризис двусторонних отношений показал, что с тактической точки зрения курс Ж. Ширака, направленный на принуждение России к нормам урегулирования внутренних конфликтов, предложенным Западом, хотя он и был поддержан французским общественным мнением, имел целый ряд неблагоприятных внешнеполитических последствий. Во- первых, он привёл к резкому снижению уровня двусторонних отношений Франции и России. Во-вторых, он не встретил широкой международной поддержки, в том числе и у ближайших партнёров Франции по ЕС, в частности, у ФРГ. Ж.Шираку не удалась роль лидера в борьбе западных демократий за соблюдение прав человека в России, поскольку международная ситуация не благоприятствовала идее гуманитарного вмешательства в российские дела и французская резкость, контрастировавшая со сдержанностью других стран ЕС, а также США, поставила президента Франции в положение «вопиющего в пустыне». Кроме того, реакция российского руководства на эту позицию отодвинула Францию в диалоге ЕС с Россией на второй план, лишив французскую дипломатию важного преимущества внутри единой европейской внешней политики, тем более что франко-российское охлаждение захватило первые месяцы председательства Франции в ЕС и именно Шираку на правах председателя ЕС предстояло принимать в Париже глав государств Сообщества и России в 2000 г. В конце октября 2000 г. В.В.Путин впервые посетил Париж не в рамках двустороннего визита, а для участия в ежегодном саммите Россия- ЕС, хотя в рамках поездки были предусмотрены двусторонние встречи российского президента с Ж.Шираком, Л.Жоспеном и с французскими предпринимателями. Франция была заинтересована в успехе саммита, так же как в нормализации двусторонних отношений с Россией. Поэтому французская дипломатия сняла требование немедленного прекращения огня в Чечне в качестве непременного условия предоставления западной помощи России и добивалась лишь принятия совместного документа, в котором бы Россия согласилась с необходимостью поисков «политического решения, исходя из уважения суверенитета и территориальной целостности Российской 531 Федерации» . Напоминание о Чечне было необходимо для сохранения лица французской дипломатии перед общественным мнением страны, но эта тема не могла способствовать потеплению франко-российских отношений. С точки зрения восстановления политического диалога с Россией для Ж.Ширака важнее было подчеркнуть совпадение стремлений двух стран к многополярному миру и роль России в этом проекте. «Равновестие, безопасность, развитие зависят от ситуации, в которой тремя главными силами, в особенности в том, что касается безопасности, являются Соединённые Штаты, Россия и Европа. Иными словами, сегодня мы присутствуем при становлении многополюсного мира», - заявил французский президент. /.../ Франция, находящаяся в центре Европейского союза, но сохраняющая традиционное своеобразие, свои давние связи с Россией, и Россия, современная и демократическая, общее видение организации мира, мира многополярного, где каждый сохраняет свою идентичность, свои суждения и способность вести свои дела» - вот основа франко-российских отношений, заявил Ж.Ширак на совместной пресс- конференции с В.В .Путиным, и послание, содержавшееся в последней 532 фразе, предназначалось российской стороне . Центральным предметом саммита должно было стать экономическое сотрудничество ЕС и России. В этом плане Франция заранее выдвинула ряд важных инициатив. Ещё в апреле 2000 г. министры иностранных дел и финансов Франции, Ю.Ведрин и Л.Фабиус, направили своим партнёрам по ЕС и Большой семёрке письмо с призывом к «переоценке» экономических 533 отношений с Москвой . Они считали необходимым пересмотреть условия финансовой помощи России и определить новые приоритеты, с тем, чтобы преодолеть недостатки практики, сложившейся за десятилетие после распада СССР. По мнению авторов письма, финансовая помощь Запада, хотя и способствовала проведению рыночных реформ в России, но была плохо адаптирована к её условиям. В результате легальный и нелегальный вывоз капиталов намного превысил размеры помощи. Для того чтобы сделать её эффективной, «необходимо было отдать приоритет строительству правового государства /. / и убедиться в том, что созданы гарантии применения законов и уважения права, что является предварительным условием реализации инвестиционных проектов». ЕС должен выработать новые приоритеты в отношениях с Россией. Необходима единая и связная концепция, учитывающая стратегические (разоружение, нераспространение ядерного оружия), политические (Чечня) и экономические аспекты. Целью политики ЕС в России должно стать «строительство и усиление государственных структур и юридических рамок, приспособленных к современной экономике», то есть модернизация России. Приоритетом является сотрудничество в правовой сфере, включающей перестройку банковской и налоговой системы, введение нового статуса земельной собственности, эффективной таможенной службы и системы социальной и санитарной защиты. Россия не нуждается в наращивании размеров финансовой помощи, ни в облегчении долгового бремени, поскольку в отсутствие реальных экономических реформ это лишь обогатит олигархию. Поэтому принципиальные условия предоставления помощи должны быть ужесточены. Среди них - окончание войны в Чечне, которое Ю.Ведрин назвал если не необходимым, то важным условием развития сотрудничества ЕС и России. Уже в апреле министр иностранных дел уточнил свою позицию: Франция хочет проявить в чеченском вопросе больше твёрдости, чем её союзники, но избежать при этом риска маргинализации в диалоге с Москвой471. Ю.Ведрин является одним из тех политиков Франции, которые выступают за реализм и терпимость в подходе к проблемам современной России. В одном из интервью, рабочему визиту в Москву (28-29 сентября 2000 г.) в период подготовки саммита ЕС-Россия в Париже, он подчеркнул: «Создание демократического государства на базе страны, которая не знала ничего, кроме деспотизма, и которая в течение десятилетий вынужденно находилась в стороне ото всех значительных интеллектуальных, экономических и культурных течений, займёт определённое время. /./ В наших интересах иметь соседом демократическую и мирную Россию, которая развивается и которая не чувствует себя униженной и отвергнутой././ Процесс демократизации и модернизации будет долгим и трудным с возвратами назад и остановками, 535 но в наших стратегических интересах поддержать Россию ». С точки зрения глобальной стратегии, в отсутствие особых отношений с Россией Франции было сложно реализовать своё стремление к Большой Европе в качестве противовеса американскому мировому могуществу, особенно если реализация её «глобальной ответственности» не вписывалась в солидарные действия Запада. Визит Путина в Париж потребовал смягчения французских претензий к Москве. 26 октября 2000 г. Ю. Ведрин заявил, что Франция не может сделать Чечню центральной темой отношений с Россией472. Таким образом, выдвинутые Ю.Ведрином и Л.Фабиусом требования пересмотра условий экономической помощи Запада России не следует рассматривать только в контексте франко-российского охлаждения. Они содержали ряд рациональных предложений, призванных придать сотрудничеству с Москвой более эффективный характер. Проблемы развития экономического сотрудничества, занимали центральное место на парижском саммите России и ЕС 2000 г. Речь шла о её адресном характере, в частности, о программе европейских инвестиций в российский газово-энергетический комплекс в обмен на поставки нефти и 537 газа, а также о реструктуризации российского долга . Визит В.В.Путина в Париж способствовал возобновлению российско- французских контактов на высшем уровне, но не восстановлению былой доверительности этих отношений. Российская сторона стремилась подчеркнуть, что диалог с французским президентом ведётся, прежде всего, как с председателем ЕС473. Несколько месяцев спустя известный специалист по франко-российским отношениям А.де Танги сказала в интервью газете «Монд», опубликованном под заголовком «Полного 539 доверия к русским не существует» , что образ президента Путина для французов по-прежнему связан с КГБ и с войной в Чечне 474. В то же время, заинтересованность России в особом диалоге с Францией определялась несколькими актуальными международными досье 2000 г. Односторонние заявления новой администрации США о намерении пересмотреть договоры по ПРО и СНВ475 усилили стремление России к политическому сотрудничеству с Западной Европой, особенно с ФРГ и Францией, поскольку от Лондона трудно было ожидать противодействия планам Вашингтона. Во вторых, расширение ЕС на страны Балтии, подтверждённое на саммите ЕС в Ницце в конце 2000 г., остро ставило вопрос об урегулировании вопросов прямого сообщения с Калининградом, который должен был оказаться российским анклавом внутри Сообщества. Если и была в ЕС страна, которая с пониманием могла отнестись к желанию России исключить условия для превращения Калининграда в «европейский дистрикт», то такой страной была Франция. Во время саммита Россия-ЕС в Париже Ж.Ширак согласился с тем, что советско-американский договор по ПРО 1972 г. остаётся «основой стратегической стабильности», и обещал содействовать России в поисках приемлемого для неё решения проблем Калининграда . Эти обстоятельства определили интерес российской стороны к визиту Ж.Ширака, намеченному на начало июля 2001 г. Ж.Ширак заявил, что его визит преследует две цели: придать новый импульс франко-российским отношениям и способствовать строительству многополярного мира476. И то и другое находилось в прямой связи с американскими инициативами. В совместной франко-российской декларации они не были упомянуты, Франция стремилась придать обсуждению проблемы советско- американских договоров эпохи холодной войны более универсальный характер. Для неё речь шла, прежде всего, о принципиальной возможности односторонних действий США, способных нарушить сложившееся в мире равновесие и препятствовать осуществлению французского проекта многополярного мира. В Совместном заявлении по стратегическим вопросам было отмечено, что Россия и Франция в качестве постоянных членов СБ ООН несут «особую ответственность в области безопасности». Они «видят свою важнейшую задачу в том, чтобы обеспечить комплекс стратегического равновесия в мире в новых условиях, сложившихся после «холодной войны». /. / Для формирования многополярности нужно стремиться к тому, чтобы им на смену не пришла менее обязывающая система, которая открыла бы путь новому соперничеству. Россия и Франция считают, что при определении условий стратегической стабильности ядерное сдерживание, основанное на принципе 544 достаточности, сохраняет свою актуальность» . Ж.Ширак проявил осторожность, не желая, чтобы Францию использовали в российско-американской дипломатической игре. На пресс- конференции в Москве он заявил, что пересмотр советско-американских договоров является прерогативой России и США477. В то же время, Ж.Ширак дал ясно понять, что внимание к проблемам стратегической стабильности связано со стремлением Франции к многополярному миру478. Разница подходов к содержанию этого понятия французской и российской стороны проявилась, в частности, при обсуждении югославской проблемы. Принципиально речь шла о допустимости гуманитарного вмешательства международного сообщества во внутренние дела суверенных государств, за которое ратует Франция, но которого не приемлет Россия. Ж.Ширак был воодушевлён победой демократии в Югославии и выдачей С.Милошевича Гаагскому трибуналу. В.В.Путин отметил, что законность этого шага сомнительна именно в силу победы В.Коштуницы, поскольку трибунал был создан во время боснийского кризиса, когда органы национального правосудия фактически не функционировали, а при Коштунице в Югославии установлена демократия и действует национальная судебная система. Российский президент выразил опасение, что, вмешиваясь в югославские дела, Запад повёл себя как «слон в посудной лавке»479. Ж. Ширак вынужден был умерить критику политики Кремля в Чечне, ограничившись призывом к политическому разрешению конфликта. Новым поводом для беспокойства французского общественного мнения стал вопрос о свободе слова, поднятый в связи с делом компании МедиаМост. Эта тема стала центральной в выступлении Ж.Ширака перед 548 студентами МГУ . Если фоном визита Путина в Париж в 2000 г. были газетные репортажи о бедствиях чеченского населения, то освещение визита Ширака в 2001 г. сопровождалось статьями об ущемлении свободы прессы в России. Экономический аспект визита касался главным образом долгосрочной программы франко-российского сотрудничества в аэрокосмической области, включающей закупку Россией 36 аэробусов и возможность использования Россией французского космодрома Куру в Гвиане и открытие новых воздушных маршрутов на Дальний Восток480. Фактором, изменившим международный контекст двусторонних франко-российских отношений, стали события 11 сентября 2001 г., которые привели к росту заинтересованности США в России и в целом, к преодолению отчуждённости между Россией и Западом. Солидарная международная политика по борьбе с терроризмом, поставленная в повестку дня трагическими взрывами в Нью-Йорке и Вашингтоне, могла бы стать базой для возобновления «привилегированного» франкороссийского диалога. Однако главная инициатива проведения «операций возмездия» принадлежала США и их безоговорочной союзнице Великобритании, которые и стали основными собеседниками России в вопросах борьбы с терроризмом, тем более что, в отличие от большинства западных партнёров, Франция не соглашалась однозначно вписать операции российской армии в Чечне во всемирный поход против терроризма. Своеобразие французской позиции проявилось во время визита в Москву премьер-министра Франции Л.Жоспена через месяц после событий 11 сентября. Он посчитал необходимым заявить, что обострение угрозы международного терроризма не оправдывает вседозволенности и произвола в выборе методов. После 11 сентября «наше осознание опасности терроризма обострилось», - заявил Л.Жоспен. «Повсюду, где он проявляется, с ним надо бороться, в том числе в Чечне. /./ Вопрос состоит в том, как с ним борются. И мы надеемся, что при этом будут соблюдать законы и защищать гражданское население». Жоспен повторил призыв к политическому решению, которое, как он считал, «не является абсолютно невозможным, стоит только захотеть»481. На развороте газеты «Либерасьон», посвящённом визиту, была помещена фотография разрушенного Грозного482. Подпись: «Л.Жоспен настаивал вчера на защите гражданского населения в провинции, борющейся за независимость», таким образом, должна была стать ключевой фразой в освещении поездки французского премьер-министра. Притом, что речь идёт всего лишь об одной, пусть влиятельной газете, такая подача материала является показательной как с точки зрения проблемы «сосуществования» и его влияния на внешнюю политику Франции, так и с точки зрения взаимодействия дипломатии и общественного мнения. «Либерасьон», близкая к социалистам, готовилась к избирательной кампании 2002 года. Читатели могли сопоставить принципиальность социалиста Жоспена с уклончивой позицией голлиста Ширака, который не захотел омрачить свой летний визит в Москву разногласиями из-за Чечни, что вызвало тогда критику левой прессы483. На деле в центре визита французского премьер-министра стояли два блока вопросов. Первый планировался заранее и касался совместного космического проекта. Успехи сотрудничества в этой области должен был подчеркнуть приуроченный к визиту сеанс связи с российско-французским экипажем станции «Союз» с участием французской женщины-космонавта 553 К.Эньере . Второй блок был поставлен в повестку дня событиями 11 сентября и касался выработки совместных мер по борьбе с терроризмом. В этом плане у российской стороны было то преимущество, что, в отличие от Франции, в тот период её позиция была чрезвычайно важна для США, поскольку Москва играла одну из ключевых ролей в многосторонней дипломатической подготовке антитеррористической коалиции. От её доброй воли зависел исход переговоров со странами СНГ - соседями Афганистана. В частности, президент Путин перед встречей с французским премьер-министром вернулся из Душанбе, куда он отправился с саммита АРЕС, на котором обсуждались проблемы борьбы с терроризмом. В Таджикистане российский президент встретился с представителями афганского Северного Альянса и пообещал им помощь в борьбе с талибами, тем самым подтвердив позиции России в решении афганской проблемы. Франция же, которая заявила о готовности участвовать в многосторонней операции в Афганистане, возглавленной США, практически не была допущена Вашингтоном к активным действиям в 554 этом регионе . Во время московских переговоров Франция и Россия приняли решение усилить сотрудничество в области безопасности, в борьбе с международным терроризмом. В итоговых документах было предусмотрено в будущем межправительственное соглашение о сотрудничестве в области внутренней безопасности (борьба с организованной преступностью, с оборотом наркотиков, с отмыванием денег) и установление тесных связей между силами правопорядка и юстиции двух стран. Франко-американские трения по поводу методов антитеррористической борьбы с конца 2001 года, также как внутренние разногласия в ЕС по тому же вопросу, способствовали стремлению французской дипломатии восстановить особые отношения с Россией, несмотря на то, что по-прежнему сильная антироссийская фракция общественного мнения выступала против тесного политического сотрудничества с Москвой. Убедительная победа Ж.Ширака на президентских выборах 2002 г. и приход к власти пропрезидентского правительства П.Раффарена позволили президенту вернуться к голлистскому курсу во внешней политике. У России он ищет поддержки своего стратегического курса на строительство многополярного мира. В июле 2002 г., во время визита в Россию нового министра иностранных дел Франции Д. де Вильпена, было заявлено о создании франко-российского Совета сотрудничества в области безопасности с участием министров иностранных дел и министров обороны, а также, в случае необходимости совместных действий, с привлечением начальников Генеральных штабов484. Задача Совета - «углубление двустороннего взаимодействия по вопросам международной безопасности, анализ существующих в мире рисков и угроз, определение общих подходов и решений в случае возможных совместных или скоординированных действий, оценка положения дел с обеспечением безопасности, вопросов борьбы с терроризмом, проблем запрещения оружия массового уничтожения» (п.1). Совет должен собираться на регулярной основе, не реже одного раза в полгода, поочерёдно в Москве и в Париже. Предусмотрены также чрезвычайные заседания (п. 3). Помимо решения конкретных проблем безопасности (угроза терроризма, международная преступность, ядерные риски и т. п.), взаимная потребность в сотрудничестве в рамках подобной структуры, существующей наряду с многосторонними отношениями Россия-НАТО и Россия-ЕС, диктуется специфической расстановкой сил в мире в целом, внутри Альянса и внутри Сообщества, что наиболее наглядно проявилось в связи с антииракской операцией США в 2003 г. Франция и Германия, больше других давних членов ЕС и НАТО заинтересованные в многополярности, не смогли добиться от новых членов и стран-кандидатов поддержки своей позиции в иракском вопросе, но нашли понимание в Москве и Пекине. В момент иракского кризиса, когда обнаружились резкие расхождения в отношении к американской политике внутри ЕС, не единая внешняя политика и политика безопасности Сообщества, а политическое сотрудничество с двумя восточными державами усилило вес французской дипломатии, стремившейся вернуть процесс иракского урегулирования в русло многосторонних действий в рамках СБ ООН. России и Франции не удалось предотвратить американское военное вмешательство в Ираке, но удалось заставить международное сообщество и США задуматься о дозволенности, законности и целесообразности подобных шагов, о цене однополярности. В новых геополитических условиях Россия и Франция объединены стратегией построения многополюсного мира, стабильность которого основана на уважении международного права и на многосторонних решениях.
<< | >>
Источник: Обичкина Е.О.. ФРАНЦИЯ В ПОИСКАХ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИХ ОРИЕНТИРОВ В ПОСТБИПОЛЯРНОМ МИРЕ МОНОГРАФИЯ. 2003

Еще по теме 4. Франко-российские отношения в 1999-2003 гг.: от кризиса к обновлению диалога:

  1. 4. Франко-российские отношения в 1999-2003 гг.: от кризиса к обновлению диалога
Яндекс.Метрика