<<
>>

7.2.3. КОНФЕРЕНЦИИ В КАИРЕ И ТЕГЕРАНЕ

Инициатором встречи в верхах был, в основном, Рузвельт, который подталкивал к этому Сталина и Черчилля, стараясь к тому же показать советскому диктатору, что американская дипломатия действовала совершенно независимо от английской.

Кроме того, Рузвельт хотел, чтобы встреча из трехсторонней превратилась бы в четырехстороннюю, и, не сообщив ни Сталину, ни Черчиллю, пригласил главу Гоминьдана Чан Кайши участвовать в предварительной встрече, в которой от Советского Союза должен был участвовать Молотов.

Встреча должна была состояться в Каире, который рассматривался как этап на пути американского президента в иранскую столицу. Рузвельт намеревался совершенно явно связать азиатские военные проблемы с проблемами глобального союза, чтобы вовлечь Сталина в войну с Японией. К тому же, в более широком плане он стремился усилить политическое влияние Китая, чтобы придать больший вес заявлению четырех держав с ориентацией на создание в будущем международной организации, в которой Китай смог бы занять место четвертой действительно «великой» державы.

Попытка Рузвельта провалилась. Когда Советы узнали от Черчилля, что в Каир приедет Чан Кайши, Молотов, который уведомил о своем участии, отменил это решение. Таким образом, Каирская конференция, проходившая с 22 по 26 ноября 1943 г., превратилась в англо-китайско-американскую встречу или, точнее говоря, в диалог между Рузвельтом и Чанкайши. Перед тремя участниками стояли как политические, так и военные задачи. Приоритетными были военные проблемы, поскольку они требовали срочного решения, к тому же было необходимо укрепить позиции китайских националистов, ослабленные поражениями и возобновлением раскола с коммунистами.

На бумаге китайская армия расценивалась как самая сильная в мире, а в действительности она была полностью дезорганизована и была не способна перейти в наступление. Казалось, необходимо срочно установить сухопутные связи через Бирму, а также восстановить контроль над морским судоходством в Бенгальском

498

Часть 2.

Вторая мировая война

заливе, несмотря на присутствие японцев в Сингапуре. По этому вопросу развернулись долгие дискуссии, мало конструктивные, потому что наращивание обязательств союзников в Азии было бы в ущерб приоритету военных операций в Европе. Значение Каирской конференции оказалось важным в политическом отношении, так как она поставила задачу укрепления шаткого положения Чан Кайши.

Китайский президент, который также впервые встречался с Рузвельтом, имел с ним продолжительную беседу, во время которой претензии Китая на роль четвертой «великой» державы были подкреплены настойчивыми требованиями возвращения утраченных территорий. Маньчжурия, Дайрен, Порт-Артур, Формоза, Пескадорские острова должны были отойти к Китаю. Корея должна была стать независимым государством, а вся японская собственность в Китае должна была перейти националистическому правительству в форме репараций наряду с японским торговым флотом и частью территорий, которые Япония получила в качестве территорий от Лиги Наций. В дополнение ко всему этому китайцы выдвинули, но более сдержанно, требования признания их суверенитета над Монголией и Тибетом, а также попросили американской поддержки в противостоянии английскому империализму и давлению со стороны Советов. В обмен Китай должен был поддержать усилия американцев по созданию военно-воздушных баз на своей территории и реорганизовать китайские вооруженные силы в виду их участия в антияпонском наступлении, а затем и в захвате территории поверженной Японии. Это были весьма обширные требования, из которых Рузвельту удалось устранить антисоветский аспект, вынудив Чан Кайши согласиться с тем, что Дайрен и Внешняя Монголия станут уплатой за будущее вступление Советов в войну против Японии.

В заключительном коммюнике конференции только часть этих требований, касающаяся Маньчжурии, Формозы и Песка-дорских островов, была признана официально. Относительно Кореи говорилось о возможной независимости. Кроме того, Япония должна была лишиться всех островов в Тихом океане, завоеванных после 1941 г., и всех насильно оккупированных территорий, к тому же в отношении Империи Восходящего Солнца был подтвержден принцип безоговорочной капитуляции.

Это было началом тесного сотрудничества между националистическим правительством Китая и Соединенными Штатами, к которому англичане должны были присоединиться в обмен на признание своих прав на Гонконг и Сингапур.

Сотрудничество с Китаем оказалось роковым для американского присутствия в Азии. Хотя Рузвельт стремился проводить политику, отличную

Глава 7. Победа союзников и подготовка послевоенного... 499

от традиционной политики британского колониализма, он оказался связанным с наиболее традиционалистской силой в Китае, уступив японцам возможность открыто выступать против европейских метрополий.

Черчилль и Рузвельт 27 ноября 1943 г. прибыли в Тегеран. На следующий день начались дипломатические переговоры со Сталиным: состоялся ряд встреч втроем в присутствии многочисленных делегаций, а также прошли двусторонние встречи, в частности между Рузвельтом и Сталиным. Американский президент любил личную дипломатию и хотел, чтобы Сталин почувствовал, что он ведет переговоры с политиком, достойным доверия и стремящимся к искреннему сотрудничеству во имя будущего. Поэтому он тщательно и осторожно готовил эти личные контакты так, что даже вызвал раздражение у Черчилля, с которым был связан полномасштабным политическим союзом, но которого лишил в те дни, как уже было во время Каирской конференции, возможности встретиться с глазу на глаз во избежание подозрений со стороны недоверчивого кремлевского диктатора.

В истории дипломатических конференций периода войны Ялтинскую конференцию, проходившую в феврале 1945 г., принято считать центральным и решающим событием. Хотя встреча вызывает множество споров и представляет наибольший интерес для историографии, своей легендарной известностью она обязана скорее тому, что проходила в особой ситуации в канун окончания войны, чем тому, что в центре обсуждавшихся на конференции вопросов стояли проблемы создания послевоенной международной системы.

В этом плане, характер Тегеранской конференции, на которой было рассмотрено большое число проблем и принято множество решений или постановлений, намеченных в общих чертах, а в дальнейшем трансформированных в полноценные решения, позволяет утверждать, что первая встреча трех крупнейших военных союзников была одновременно и самой важной.

Ни одна из проблем, касавшихся ведения войны, или связанных с нею политических проблем, не были обойдены вниманием. По многим вопросам произошел лишь обмен мнениями. Но если сравнить высказанные на конференции суждения с принятыми в дальнейшем решениями, то можно заметить, что уже тогда в дискуссиях проблемы обсуждались не только в общих чертах, а по существу и в полном объеме, что нашло отражение в последующих договоренностях.

Нет нужды говорить, что в конце 1943 г. в центре внимания на переговорах был вопрос о продолжении войны до победы.

500

Часть 2. Вторая мировая война

Рузвельт с уверенностью заявлял, что Германия будет разбита. Возможно, его европейские коллеги высказывались несколько менее уверенно, поскольку они непосредственно испытывали угрозу германской оккупации или воздушных бомбардировок. Московская конференция министров иностранных дел оставила в наследство Тегеранской встрече острые вопросы о выборе стратегии на завершающем этапе войны. В Москве Советы с большим вниманием отнеслись к предложению Великобритании оказать давление на Турцию с тем, чтобы она вступила в войну. В Тегеране же, напротив, с первого дня выявилось, что, несмотря на твердые заявления Черчилля и его сотрудников, Сталин не разделял оптимизма Молотова и Идена по поводу возможности принятия Турцией подобного решения. Хотя в британских предложениях содержалась возможность оказать более существенную военную помощь коммунистическим партизанам под командованием Тито в Югославии, тем не менее советский лидер твердо заявил о приоритете операции «Оверлорд».

Начало операции планировалось на 1 мая 1944 г., и только в случае задержки на два или три месяца можно было найти время для отвлекающей операции и оказать давление на Турцию или помочь партизанам Тито. Оставался открытым вопрос о верховном главнокомандующем. Рузвельт еще не объявил, кого он назначает на этот пост, что заставило Сталина и Советы усомниться в реальности новых сроков, установленных союзниками. Но эти сомнения рассеялись, как только Рузвельт на обратном пути в Соединенные Штаты сообщил о назначении Эйзенхауэра. Черчиллю ничего не оставалась как вести арьергардные бои и надеяться, что с ноября 1943 г. по май 1944 г. союзнические войска не будут задействованы и их всегда можно будет быстро использовать в Средиземноморье.

Настойчивость англичан не только вызывала подозрения у Советов, но и раздражала американцев, хотя приданная позже этим требованиям антикоммунистическая окраска весьма спорна. Форин Оффис был давно уверен, а со временем уверенность возрастала, что после войны большая часть Балканского полуострова окажется под советским господством. Если и можно было вести дипломатическую борьбу, то это были бои арьергардного характера. Поэтому стремиться выявить, что скрывалось за намерениями Черчилля, представляется излишним, по крайней мере, следует учитывать не только идеологические аспекты.

Конечно, советское наступление в Европе не могло восприниматься с удовольствием лидером британских консерваторов; столь же верно и то, что кроме Греции и в меньшей мере Югославии и Венгрии, англичане питали слабый интерес к Дунайско-

Глава 7. Победа союзников и подготовка послевоенного... 501

Балканскому региону. Полагать, что произошли внезапные перемены, думается неуместно. Учитывая, какой стадии достигли военные операции в конце 1943 г., гораздо более убедительными представляются заключения, основанные на гипотезе о британских опасениях утратить возможности, которые открывались в связи с капитуляцией Италии. Было бы достаточно небольших усилий, чтобы очистить от немцев весь полуостров и быстро дойти до Паданской равнины, которая могла бы стать идеальной базой для любых военных операций, нацеленных на Балканы, но, в еще большей мере, направленных против Южной Германии. Только в конце конференции Черчилль отказался от своих оговорок и полностью присоединился к американским стратегическим планам.

Другая важная военная проблема, которая обсуждалась в Тегеране, касалась советского участия в войне с Японией, и Сталин подтвердил то, о чем ранее в Москве заявил Молотов. Советский Союз сможет вступить в войну с Японией (можно сказать, откроет свой «второй фронт», отсутствие которого создавало союзникам немалые трудности в войне на Тихом океане, где англо-амери-канцы оставались «одни» в борьбе с Японией) как только будет закончена война с Германией, но Сталин четко не определил условия своего участия.

Обсуждение политических вопросов проходило довольно хаотично, за исключением проблем, не вызывавших споров. Среди них были и проблемы общего характера, в частности, связанные с заявлением четырех держав и с ролью Франции в международной жизни после войны. Рузвельт пояснил, что заявление послужит зародышем для будущего важного института — Организации Объединенных Наций, которой надлежит оберегать мир. В этой связи американский президент выступил со своей идеей четырех полицейских, четырех великих держав, которые благодаря длительному соглашению смогут играть роль гарантов сохранения мира.

Сталин не скрывал своего скептицизма и проявил озабоченность (если можно так сказать), что Конгресс США не захочет оказаться вовлеченным в будущие европейские споры, или что подобный замысел вынудит Соединенные Штаты держать свои вооруженные силы в Европе. Но Рузвельт его заверил (если можно так сказать), что эта задача будет возложена на Великобританию и Советский Союз. Он предполагал, что в будущем Европейский континент будет поделен на британскую и советскую сферы влияния (он не представлял и не мог представить, что эти две державы не смогут сотрудничать).

Что касается Франции, то ее будущая роль не была согласована. Рузвельт считал де Голля «фашистом и империалистом»; Сталин

502

Часть 2. Вторая мировая война

без труда разделял это мнение и утверждал, что подлинным представителем Франции было правительство Виши. Черчилль был тогда единственным, кто отстаивал интересы «Свободной Франции», и это был один из немногих вопросов, по которым англичане в дальнейшем одержали верх. Организация мира, создание Организации Объединенных Наций и борьба против колониализма — по этим вопросам Сталин и Рузвельт пришли к согласию в беседах наедине. Необходимо было противопоставить японским лозунгам те же методы, как сделали это американцы, пообещав независимость Филиппинам, или же планируя включить в Устав Объединенных Наций «заявление о независимости стран».

Доклады по важнейшим проблемам не помешали трем лидерам союзных держав конкретно и целенаправленно рассмотреть проблемы, таившие в себе глубокие причины для будущего противостояния. Первой в ряду таких проблем была Польша, ради спасения независимости которой, напомнил Черчилль, Англия вступила в войну. Но премьер-министр в беседе со Сталиным с глазу на глаз, не колеблясь, заявил, что независимость не означает также целостность и неизменность границ. Английское правительство обязывалось воссоздать Польшу как государство, но не сохранить ее довоенные границы. Важнейшим вопросом, сказал Черчилль, является советская безопасность. Следовательно, смещение на запад польской границы было решением, не вызывавшим трудностей. Линия Керзона 1919 года уже намечала раздел по этническому принципу, за исключением небольших поправок в пользу Польши, которая получала компенсацию, как предложил Иден 28 ноября, в виде уступки немецкой территории до Одера. Был ли согласен Сталин? Ответ мог быть только положительным: СССР сделал все возможное, чтобы поляки получили такой результат. Рузвельт придерживался той же позиции.

1 декабря во второй половине дня Рузвельт встретился со Сталиным в присутствии Молотова, Гарримана и переводчиков. Американский лидер сказал, что в 1944 г. предстоят президентские выборы и если война будет закончена, он не сможет вновь выдвинуть свою кандидатуру, а в ситуации войны он должен будет исполнить свой долг. В связи с выборами Рузвельт требовал принять во внимание, что в Америке имелось шесть или семь миллионов избирателей польского происхождения, и он не мог позволить себе потерять их голоса. Американский президент добавил, что поддерживает предложение передвинуть западную границу Польши к западу до Одера. Рузвельт также надеялся, что Сталин «поймет», что в то же время «он не мог участвовать в каком-либо публичном соглашении», которое санкционировало бы

Глава 7. Победа союзников и подготовка послевоенного... 503

такое изменение границ. Сталин понял. Но судьба польских территорий была уже предрешена.

Что касается политического устройства Польши, то Сталин постарался выдвинуть на авансцену своих ставленников в ожидании, когда Красная армия вступит на территорию соседней страны. Пока он был вынужден уступить англо-американскому давлению и нормализовать отношения с польским правительством в изгнании. Взамен он потребовал от поляков согласия, что восточной границей Польши станет граница, установленная в 1941 г. Советами. Это была линия Риббентроп—Молотов, как едко заметил Иден, а Молотов называл ее линией Керзона. От названия границы зависело восстановление дипломатических отношений, переговоры о котором, впрочем, продолжались несколько месяцев. Этого времени было достаточно, чтобы Советы создали в Польше политический организм, полностью от них зависимый.

На конференции в Тегеране рассматривалась также судьба Германии, поскольку этой проблеме не было уделено достаточного внимания во время Московской встречи. Это было сделано в Тегеране. Предстояло решить, расчленить или нет вражескую страну. Сталин и Черчилль были склонны принять раздел Германии. Позже Сталин разъяснил, что СССР требует предоставления территориальных уступок, которые включали бы аннексию Кенигсберга. Рузвельт ознакомил участников встречи со своим планом раздела Германии на пять зон, каждая из которых должна была быть независимой. Над некоторыми территориями — Киль-ский канал, порт Гамбург, области Рур и Саар — предлагалось установить международный контроль. Таков был подход к обсуждению важной проблемы, продемонстрировавший ориентацию победителей; ее развернутое решение было поручено Европейской консультативной комиссии. Больших изменений на карте Европы не планировалось, за исключением изменения границ Польши и раздела Германии. Все остальное с небольшими поправками должно было вернуться к довоенному положению: это касалось малых стран и средних держав — Франции и Италии.

Политическая значимость дискуссий о малых странах была менее масштабной, но они в равной мере свидетельствовали о намерениях ведущих союзных держав. Сталин заявил, что аннексия Советским Союзом Прибалтийских государств не подлежит обсуждению, и даже Рузвельт по существу не возразил ему. Сталин заявил также, что Финляндия должна вернуться с небольшими изменениями к состоянию границ на март 1940 г. и, кроме того, выплатить весомые репарации Советскому Союзу (возместить 50% ущерба, понесенного вследствие нападения Финляндии).

504

Часть 2. Вторая мировая война

Только Черчилль высказал некоторые сомнения. Рузвельт промолчал.

Советский Союз заявил о своих интересах относительно судоходства в районе проливов, и в этом вопросе Рузвельт предложил осуществить полнейшую либерализацию, вне зависимости от того, будет ли участвовать Турция в будущем в войне или нет. По этой проблеме англичане и Советы предпочли соблюдать молчание. Союзники легко пришли к соглашению относительно заявления, которое обязывало три ведущие державы помочь Ирану в преодолении экономических затруднений, порожденных войной, и гарантировать ему независимость и целостность территорий после окончания военных действий. Наконец, как англичане, так и Советы признали необходимость оказания массированной поддержки партизанам Тито, к тому же англичане уведомили о своем намерении участвовать в освобождении Греции.

Очень немногое из этих дискуссий вошло в заключительное коммюнике конференции — лишь обязательство начать операцию «Оверлорд» и наименее значительные вопросы. Тем не менее, на конференции был очень четко намечен образ действий трех ведущих держав в отношении будущего Европы. Во всем этом поражает не столько жесткий реализм Сталина или конкретный подход Черчилля, сколько преобладающая роль Рузвельта в решении наиболее острых проблем в пользу Сталина и Советов. Относительно будущего оставалось только уточнить технические детали либо рассмотреть новые проблемы, возникшие в ходе военных операций. Участники конференции, провозглашая принципы нового мирового порядка, с легкостью и бесцеремонностью рассуждали о судьбах целых народов. Возможно дипломатический итог встречи может ввести в заблуждение, но анализ протоколов Тегеранской конференции не может не вызвать замешательства.

Рузвельт и Черчилль покинули Тегеран 2 декабря и направились в Каир, где им предстояло встретиться с турецкими руководителями, которые знали, что позиция их страны была объектом дискуссий в иранской столице. Турки были очень озабочены и старались как изложить свою точку зрения, так и понять замыслы союзников. В Каир прибыли президент Турции Исмет Иненю и министр иностранных дел Нуман Менеменджиоглу.

Черчилль предпринял последнюю попытку оживить идеи, уже похороненные в Тегеране, и оказал энергичный нажим на турецких руководителей с тем, чтобы Турция вступила в войну. Он добивался того, чтобы Анкара разрешила установить на своей территории базы для британских радаров, которые могли бы использоваться в дальнейшем для присланных в Турцию воздуш

Глава 7. Победа союзников и подготовка послевоенного... 505

ных эскадрилий. Но потенциал этих сил был слишком ограниченным, чтобы отнестись с доверием к предложениям англичан (которые Рузвельт нехотя поддержал).

Иненю понял, что открытие второго фронта весной 1944 г. ограничит возможности союзников для организации военных действий в Турции. Он с легкостью ответил Черчиллю, который усиленно подчеркивал обязательства сторон по англо-турецкому договору, что турки не изменили своих дружеских чувств по отношению к Великобритании и по-прежнему убеждены в победе союзников. Более того, Турция готова вступить в войну на стороне союзников, но только для участия в «широкомасштабных» операциях, так как в другом случае страна окажется беззащитной перед репрессивными акциями немцев, что не даст союзникам никаких преимуществ. Впрочем, Иненю знал, что вне зависимости от участия в войне, Великобритания в любом случае в будущем встанет на защиту Турции как против Германии, так и против Советов. Поэтому турки покинули египетскую столицу, не сделав никаких уступок и особенно ничем не рискуя, но они рассеяли последние надежды англичан наилучшим образом использовать возможности, возникшие в связи с капитуляцией Италии.

<< | >>
Источник: Эннио Ди Нольфо. История международных отношений. 1918-1999. М.: Логос. - 1306 с. . 2003

Еще по теме 7.2.3. КОНФЕРЕНЦИИ В КАИРЕ И ТЕГЕРАНЕ:

  1. 10.Конференція ООН по торгівлі і розвитку – міжнародна економічна організація.
  2. 2. Конференція 00Н з торгівлі та розвитку (ЮНКТАД)
  3. РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ. Материалы конференции молодых ученых . ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ: ИСТОРИЯ ИЛИ ФИЛОСОФИЯ? , 2000
  4. 1.4.3. ГЕНУЭЗСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ И РАПАППЬСКИЙ ДОГОВОР
  5. 1.10. Послевоенная ситуация на Дальнем Востоке. Вашингтонская конференция и японская политика
  6. 1.10.1. ЯПОНИЯ НА ПАРИЖСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ
  7. 1.10.2. ВАШИНГТОНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
  8. 1.11.3. ПРОБПЕМА РАЗОРУЖЕНИЯ. ПОНДОНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО МОРСКОМУ РАЗОРУЖЕНИЮ
  9. 2.5.1. ЖЕНЕВСКАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО РАЗОРУЖЕНИЮ
  10. 3.9. «Умиротворение», Судетский вопрос и Мюнхенская конференция
  11. 3.9.5. МЮНХЕНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
  12. 7.2.3. КОНФЕРЕНЦИИ В КАИРЕ И ТЕГЕРАНЕ
Яндекс.Метрика