11.3.1 НОВАЯ АМЕРИКАНСКАЯ ЯДЕРНАЯ СТРАТЕГИЯ И ЕВРОПА

Кубинский «ракетный кризис» со всей очевидностью обнаружил решимость, с которой американцы собирались осуществлять свои новые программы. Формула «новых рубежей», которую Кеннеди избрал в качестве лозунга своей президентской деятельности, относилась к двум направлениям: внутреннему и внешнему. В международном плане она несла с собой пересмотр позиции Соединенных Штатов в отношении всех аспектов глобальной политики. Основной побудительный политический мотив оставался неизменным, а именно — твердость в защите западной системы от коммунистической «угрозы». Однако эта твердость приобретала новые формы. С первых месяцев своего президентства Кеннеди придал мощный импульс политике возвращения превосходства в области космоса, а также усилению американского ядерного превосходства, что ярко проявилось в ходе Кубинского кризиса. Начиная с марта 1961 г. Кеннеди предложил военный бюджет, который предусматривал строительство 41 ядерной подлодки (по сравнению с 29 планировавшимися) и 700 новых установок для МБР с разделяющимися боеголовками в дополнение к 500, уже предусмотренным. Именно эта ядерная программа вновь ставила проблему внутреннего устройства западного союза и, в особенности, проблему отношений с другими ядерными державами, такими как Великобритания и Франция, а также с державами, которые могли стремиться к обладанию ядерным оружием, такими как Западная Германия и Италия. Наследство, которое Кеннеди получил от предыдущей администрации, состояло из набора различных амбициозных целей, контрастировавших с подчас унизительными поражениями.

Берлинский и Кубинский кризисы имели важный терапевтический эффект. Впервые оказавшись на своей территории перед угрозой массированного нападения, хотя и не решающего удара, американцы отказались от концепции «массированного возмездия» по отношению к любым наступательным действиям Советского Союза или стран коммунистической ориентации в мире — доктрины, с которой Даллес связывал военные аспекты своей внешней политики. Вашингтон перешел к выработке доктрины так называемого «гибкого реагирования», автором которой был министр обороны Роберт Макнамара и которая стала известна

Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 1043

представителям стран НАТО из речи, произнесенной в Афинах 6 мая 1962 г., когда американский министр обороны выступил даже против создания таких небольших национальных ядерных арсеналов, как французский. На практике речь шла о формальном утверждении того, что было реализовано на практике: американское правительство не считало себя больше обязанным отвечать массированным атомным ударом на агрессию, но предполагало вначале использовать (или предоставить кому-либо возможность использовать) обычные вооружения и лишь затем перейти к тактическому ядерному оружию, и наконец — к стратегическому в зависимости от эскалации ситуации. Следовало избегать умножения числа атомных арсеналов.

Другую же сторону медали представлял, хотя и трудный, поиск соглашения с Советским Союзом по контролю за вооружениями.

Новая стратегия, и прежде всего ее концептуализация, имела важные политические и военные последствия. Главное из этих последствий было проверено во время Берлинского и Кубинского кризисов: никто больше не мог предвидеть, будут ли сохранять свое значение обязательства, принятые Соединенными Штатами в рамках их военных союзов. В своих речах Кеннеди высокопарно говорил о необходимости создавать великое атлантическое партнерство, однако фактически действовал так, чтобы сконцентрировать процесс принятия решений в руках Соединенных Штатов. Именно это открывало путь для веера интерпретаций, первой из которых было вновь появившееся ощущение неуверенности в Европе. Как отмечал Аденауэр, если американцы были не в состоянии даже воспрепятствовать прибытию советских военных сил на Кубу, расположенную менее чем в 100 милях от их территории, то что можно предположить относительно их обязательств в отношении Европы, находящейся на далеком расстоянии.

В этой атмосфере недоверия представлялась оправданной решимость, с которой де Голль продолжал создание французских ударных сил, решение о котором было принято Мендес-Франсом и в практическом плане начатое правительством Ги Молле без всякой технической помощи со стороны американцев (весьма немаловажная деталь), так как изменения в Акте Мак-Магона были на руку только Великобритании. Помимо этих трудностей, существенными были также опасения немцев. Германия являлась ареной любого возможного столкновения сверхдержав. Если стратегия «массированного возмездия», по крайней мере теоретически, позволяла думать о столкновении на неизвестном театре военных действий, то стратегия «гибкого реагирования», основанная на превентивном использовании обычных вооружений (или даже

1044 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

тактических ядерных вооружений), не оставляла сомнений в том, что полем конфронтации, в случае нежелательного возникновения войны, будет Германия. Таким образом, проявлялось противоречие, содержавшееся в отказе американцев согласиться с европейским ядерным вооружением.

Сделанное стратегическое вступление создает картину, в рамках которой развивались международные отношения в Европе с 1958 г. вплоть до конца 60-х годов, и представляет конечный результат процесса, начавшегося в 1957 г. и завершившегося односторонними решениями Кеннеди, закрывавшими возможности для автономных инициатив западных союзников подобно тому, как Хрущев на Кубе обозначил периметр советского присутствия в Атлантике. Это вступление дает также отправную точку для исследования, позволяющего объяснить как резкие попытки Франции и Германии уйти от этих сковывающих ограничений, так и эволюцию позиции Великобритании в отношении Европейского Экономического Сообщества.

<< | >>
Источник: Эннио Ди Нольфо. История международных отношений. 1918-1999. М.: Логос. - 1306 с. . 2003

Еще по теме 11.3.1 НОВАЯ АМЕРИКАНСКАЯ ЯДЕРНАЯ СТРАТЕГИЯ И ЕВРОПА:

  1. Новая стратегия «Европа 2020»
  2. 8.3. Поворот американской политики в Европе
  3. а. Судьба французского ядерного сдерживания: возобновление ядерных испытаний
  4. 13.4. Новая стратегия безопасности ЕС
  5. 12.5.2. ПОЛИТИКА РАЗРЯДКИ И ЕВРОПА. БРАНДТ И «НОВАЯ ВОСТОЧНАЯ ПОЛИТИКА
  6. РАЗРАБОТКА СТРАТЕГИЙ В РАБОТАХ АМЕРИКАНСКИХ СПЕЦИАЛИСТОВ
  7. 6.5.5. АНГЛО-АМЕРИКАНСКАЯ ДИСКУССИЯ О ВЫБОРЕ ВОЕННОЙ СТРАТЕГИИ
  8. НОВАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА: СТРАТЕГИЯ ИЛИ ТАКТИКА?
  9. Настоящая американская мечта против новой американской мечты
  10. Современное меню: американский, французский и испанский подходы к ценообразованию Американский подход
  11. § 5. Физическая защита ядерного материала