<<
>>

ТРУДНОСТИ НАУЧНОЙ ТРАКТОВКИ понятия «ДОКУМЕНТ» И ПУТИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИЯ

«Можно считать, что документы продолжают наполнять наш мир не только для «более надежной передачи сведений во времени и па расстоянии» (как справедливо утверждали научные трактаты и учебники прош/юго), но и для осуществления таких важнейших функций, как накопление информационных ресурсов человечества, их оптимизированное обращение, преодоление физиологических ограничений человека в области восприятия, записи, поиска информации и т.п., вплоть до некоторых еще слабо изученных функций психотропного свойства» Научно обоснованная трактовка понятия «документ» является одной из главных теоретических проблем документоведения и архивоведения, поскольку уяснение содержания данного понятия немаловажно для успешного решения широкого спектра междисциплинарных проблем информатизации общества.
В связи с этим стоит смелее ставить вопросы любой степени сложности, предполагая, что документы по своей сути составляют нечто более значительное и необычное, чем мы о них знаем. Практика создания, хранения и использования документов многократно подтверждает мысль об их «внутренней одушевленности». Лишенные возможности двигаться, чувствовать, проявлять эмоции, они наполнены запечатленными мыслями, образами, звуками, предназначенными для последующего многократного «оживления» в умах людей. Нас не покидает ощущение, что документы заряжены некой «энергией сопротивления». Являясь внешне бездыханными, покоящимися на полках, они обладают стойкой способностью оставаться «себе на уме» — удерживать информацию, отдавать людям лишь ту ее часть, которая соответствует уровню познавательного потенциала читателя, зрителя, слушателя. Данное обстоятельство чревато феноменальными последствиями, если предположить, что в глобальном масштабе содержание документов составляет некую Документальную Память Земной Цивилизации. В этом случае неизбежен вывод о том, что человечество, создавшее столь мощную память, имеет в лице каждого своего представителя не только орудие проникновения к общим плодам разумной деятельности, но и помеху, значительно ограничивающую ее использование.
Призванные удовлетворять постоянно растущие потребности людей в доступной и надежно верифицируемой информации, документы наделяются необходимыми для этого качествами не только в момент создания, но и впоследствии — в процессе оперативного бытования. А те из них, которые удостаиваются «вечного хранения», продолжают наделяться необходимыми качествами не только в процессе архивного оперативного бытования, но также в «состоянии покоя»1. Одна из особенностей документа как широко распространенного объекта состоит в том, что он имеет прочно утвердившиеся разноязычные названия. По-китайски он зовется вэньцзянь, по-японски — бунсё, по-арабски — васика, на иврите — мисмах, на хинди и урду — даставэз и т.д. Более или менее созвучно о нем говорят лишь на тех романских, германских и славянских языках, которые в разное время восприняли и адаптировали латинское слово dokumentum. Многолико и обозначение (написание, начертание) этого объекта. Некоторым разнообразием характеризуется определение его места в общем ряду средств социальных коммуникаций. Нет необходимости доказывать, что однозначная, научно обоснованная трактовка понятия «документ» поможет объединению исследовательских усилий по оптимизации процессов записи и обращения семантической информации, умножению документальных ресурсов земной цивилизации. Изучение многочисленных источников показывает, что наиболее значительные сложности в трактовке понятия «документ» создавали попытки расширительного или предельно узкого (как правило, одностороннего) его толкования. Среди работ, развивающих идеи расширительного подхода к трактовке понятия «документ», обращает на себя внимание подготовленный Н.Н. Кушнаренко учебник «Документоведение»2. В его начальном (теоретическом) разделе отмечено: «На международном уровне наиболее общим принято определение документа как зани- санной информации, которая может быть использована как единица в документационном процессе. Такое определение разработано Международной организацией по стандартизации (ИСО) при участии Международной федерации библиотечных ассоциаций, Международной федерации по документации, Международного совета но архивам3, Международной организации по интеллектуальной собственности»4.
Характеризуя эту терминологическую установку, Н.Н. Кушнаренко дает ей следующее толкование: «Согласно стандарту ИСО, информация может быть записана любым способом фиксирования каких-либо сведений, то есть с помощью не только знаков письма, но и изображения, звука и т.п. Такое определение позволяет причислить к документам все материальные объекты, которые могут быть использованы для передачи информации в обществе (включая экспонаты музеев, архитектурные памятники, образцы пород и т.п,)»\ Столь вольную трактовку определения документа из стандарта ИСО нельзя признать научно обоснованной. Она некорректна, так как искажает смысл выверенных положений стандарта. Ведь «записанная информация» — продукт человеческой деятельности, полученный посредством того или иного способа записи. Но почему-то среди них автор выделяет лишь «знаки письма», не называя полными именами такие известные способы, как звукозапись, видеозапись и т.п. По мнению Н.Н. Кушнаренко, документ можно получить «любым способом фиксирования каких-либо сведений». Конечно, «фиксирование» и «запись» — понятия родственные, но все же не тождественные. А в стандарте говорится о документе как о записанной информации, с чем согласен и автор названного учебника. Трудно вообразить, каким образом при использовании любого из мыслимых способов записи информации возможно создать реальные трехмерные экспонаты музеев, монументальные архитектурные шедевры, образцы пород и подобные им объекты, которые Н.Н. Кушнаренко предлагает считать документами. Тенденция к расширительному толкованию документа прослеживается и на других страницах книги Кушнаренко. Причем иногда встречаются утверждения, смонтированные из нескольких общепринятых положений и произвольно стыкуемых с ними домыслов. Так, автор отмечает: «В широком смысле понятие о документе было особенно распространено в 1960—1970-е годы. В общем виде оно было зафиксировано в «Большой советской энциклопедии (БСЭ)»6, других энциклопедических изданиях. «Например, в БСЭ документ определяется как материальный объект, содержащий информацию для ее распространения в пространстве и времени (включая и так называемые трехмерные произведения искусства — архитектуру и скульптуру)»7.
Текст, приведенный в скобках, в действительности отсутствует в БСЭ8. Таким образом, предложенная трактовка понятия «документ» деформирует смысл положений стандарта ИСО и определения БСЭ и поэтому не может служить основой для создания и развития документоведения в качестве науки «о документе и документно-коммуникационной деятельности», как пишет Н.Н. Кушнаренко9. Отмечая, что трактовка понятия «документ» путем расширительного толкования не приводит к получению каких-либо приемлемых результатов, нельзя не обратить внимания на своеобразное его применение некоторыми теоретиками книговедения и библиографии, заменившими «документом» «книгу». Об этом свидетельствует признание Г.Н. Швецов ой-Водки, пытавшейся уяснить соотношение обоих понятий: «Неудовлетворенность разработанным в книговедении понятием «книга», не соответствующим реальным объектам библиографического и библиотечного дела, послужила причиной того, что в характеристиках объектов библиографии и библиотечного дела книга была заменена документом»10. Неудивительно, что в системе межгосударственных стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу1' «документ» был введен в состав ключевых слов. Среди множества научных разысканий по плодотворному толкованию понятия «документ»12 несомненный интерес представляет следующее наблюдение А.В. Елпатьевского и Э.И. Хан-Пиры: «Документ — один из главных базовых терминов (курсив наш. — К,Г,-В.) в терминосистемах таких наук и научных дисциплин, как история, источниковедение, археография, архивоведение, документе ведение. Можно считать, что по своему месту в этих терминологиях и по трудности осознания сущностных свойств обозначаемого им фе- иомена он мало уступает языковедческому термину «слово»13. Соглашаясь с авторами, все же важно подчеркнуть, что понятие «документ» применяется лишь в какой-либо части упомянутых наук и научных дисциплин: история базируется, помимо документальных, на вещественных и других свидетельствах прошлого; в источниковедении документы составляют лишь часть изучаемых объектов; археография направлена на обнародование той части источников, которую составляют в основном текстовые документы. Напротив, в до к у ментов еден ии и архивоведении «документ» является не просто «одним из главных базовых», но единственным стержневым термином, что весьма существенно. Учитывая эту особенность, логично обратиться к терминологии, утвердившейся в сфере указанных научных дисциплин. Тезаурус документоведения и архивоведения, нашедший концентрированное отражение в десятках составленных в разное время специальных словарей, дает общее представление об изменениях парадигмы названных дисциплин. Однако ценность этих крайне необходимых терминологических установлений могла бы быть более ощутимой при наличии в них научно обоснованной, общепризнанной трактовки термина «документ». Этот пробел (возникший в силу сложных обстоятельств) становится все заметнее в наши дни. Углубленное изучение сложившихся представлений о документе позволило М.В. Ларину прийти к верному заключению о том, что «до настоящего времени в документоведении и архивоведении не выработано четкого, однозначного и обобщающего определения термина «документ»14. Уясняя причины, препятствующие выработке приемлемой дефиниции термина, обратимся к некоторым исходным позициям. Известно, что информация обозначается в начертательном, рисуночном, знаковом виде с тех пор, как устная речь перестала справляться с коммуникативной функцией. Необходимость надежной передачи сведений в пространстве и во времени привела к возникновению письменности, которая на протяжении тысячелетий основывалась на простейшей технологии15, обеспечивавшей создание так называемых традиционных документов (ТрД). Данная технология оказалась весьма живучей, получила глобальное распространение и активно применяется в наши дни. Постоянное усложнение роли ТрД в жизни людей и появление новых способов документирования, отличных от письменности, требовало обобщающего осмысления понятия «документ». Следует отметить, что научные поиски в данном направлении в середине XX в. породили суждения ряда западноевропейских ученых о том, что документом является «любой объект, могущий служить доказательством или источником информации»; предлагалось считать документами образцы, выставленные в минералогических музеях, так же, как и животных, описанных в каталогах и находящихся в зоопарках; документ характеризовался как «материально зафиксированное содержание человеческой мысли»1*. Анализируя эти утверждения зарубежных коллег, К.И. Рудельсон обратила внимание на расширительный характер приведенных определений, напомнив, что материально зафиксированным содержанием человеческой мысли могут быть скульптура, здание, машина и т.п„ которые, как правило, имеют описание в техническом проекте, акте и других документах17. Подчеркнув, что документы всегда включают лишь определенную, частичную, неполную информацию о характеризуемых предметах и никак не заменяют эти объекты, К.И. Рудельсон отметила, что творения природы, выставляемые в музеях и зоопарках, не являются документами в прямом значении18. На наш взгляд, эти доводы и соображения имеют непреходящую ценность, так как раскрывают информационную специфику документов и позволяют выделить их из всего множества объектов, включающих материально зафиксированное содержание человеческой мысли. Уяснение сложностей трактовки понятия «документ» будет неполным без учета научного наследия известного специалиста в области документоведения и архивоведения К.Г. Митяева, который первым предложил термин «документоведение» и внес заметный вклад в становление этой научной дисциплины19, тесно связав ее с теорией и практикой архивного дела20. К.Г. Митяев считал документальным все, что основано наотражении объектив ной действительности запечатлением, фиксацией, регистрацией фактов, событий, явлений при помощи письма, изображения, звукозаписи21. Ясно представляя, к чему ведет развитие новых средств документирования, он выступил в качестве редактора учебного пособия «Кино фото фоноархивы»22. И все же, ставя в один ряд с письмом изображение и звукозапись, этот общепризнанный знаток истории и организации делопроизводства особо выделял ТрД, Под документами, отмечал он, «обычно понимаются письменные, отвечающие установленным требованиям засвидетельствования, удостоверяющие факты, права, обязанности и служащие для их доказательства (например, удостоверения, дипломы, договоры, оправдательные документы и т.п.)»23. Приведенное высказывание позволяет предположить, что сложность перехода к обобщающей трактовке понятия «документ» имела психологическую основу, так как к тому времени определенное развитие получили источниковедение и вспомогательные исторические дисциплины, созданные применительно к ТрД, а углубленное изучение других видов документальных источников делало лишь первые шаги. Некоторые исследователи отмечали, что К.Г, Митяев исключал из понятия документа информацию, подвергшуюся аналитико-синтетической переработке в человеческом сознании24. Однако данное утверждение не является бесспорным. К началу 1960-х гг. в документоведении и архивоведении доминировало определение, предложенное К.Т Митяевым: документ — результат сознательного запечатления (документирования) информации о явлениях объективной действительности различными способами в целях надежной передачи этой информации во времени и на расстоянии, при обязательной идентификации запечатленного на языке слов25. Существенным в данном определении нам представляется тезис о «сознательном запечатлении», а сознание и есть способность человека к воспроизведению действительности в мышлении. В 1970—1980-х гг. усилиями нескольких десятков экспертов и разработчиков под руководством К.И. Рудельсон был создан 11-язычный словарь архивной терминологии, где документ характеризовался как «результат закрепления информации о предметах объективной действительности и о мыслительной деятельности человека посредством письма, графики, фотографии, звукозаписи или другим способом на любом носителе»26. Соглашаясь с сомнениями Э.И. Хан-Пиры относительно правомерности употребления здесь слова «результат»27, следует отметить, что данное развернутое определение, логичное в своей основе, правомерное и сегодня, было бы менее уязвимым в следующей редакции его второй части — «посредством письма, графики, фотографии, звукозаписи или другим подобным способом на любом носителе». Отсутствие такого уточнения применительно к способам закрепления информации весьма существенно, иначе к документам можно было бы отнести, например, такие трехмерные произведения искусства, как Дом Пашкова (творение архитектора В.И. Баженова), «Мыслитель» (шедевр скульптора О. Родена) и т.п. Появление и распространение кинофотофоновидеодокументов (КФФВД) в XIX-XX столетиях диктовалось необходимостью реализации потенциальных возможностей записи информации, составляющей образное восприятие предметов, явлений, событий. С возникновением КФФВД тезис о документе как объекте, требующем «обязательной идентификации запечатленного на языке слов», остался справедливым лишь по отношению к ТрД, поскольку аудиовизуальные документы включали фиксацию мысли не только посредством перевода речевой формы языка в письменную, но прежде всего путем запечатления действительности на языках света, цвета, позы, жеста, пластики, мимики, звука (модуляция, интонация, такт, тембр, мелодия...), мгновения, динамики, протяженности, объема.,.п. В результате диапазон эмоционального восприятия и запечатления предметов, событий, явлений значительно расширился. Принадлежность (или, по крайней мере, большая близость) кино, фотографии, звуко- и видеозаписи к искусству является одной из специфических особенностей КФФВД24. Учитывая цель данной статьи, нелишне отметить, что КФФВД с момента своего появления рассматривались как своеобразные записи (фотоснимки — как светопись, фонодокументы - звукозапись, видео доку менты — видеозапись и т.д.), что выявляло их родство с ТрД. Однако это обстоятельство не нашло отражения в обобщающей дефиниции термина «документ», используемой в документоведении и архивоведении 1950- 1970-х гг. Говоря о сложностях трактовки понятия «документ», необходимо с должным вниманием отнестись к тому факту, что с конца XIX в. человек стремился во все больших масштабах подключать к обработке документной информации различные устройства и машины30. Для этого приходилось создавать особые документы, включающие машинные носители записи (карты, ленты, диски и др.)> с информацией в виде перфорационных отверстий, магнитных импульсов, оптических сигналов на специальных участках носителя — матрицах. Такие документы, ставшие объектами изучения документалистики, получили название матричных (МатД)31. Имеющиеся на них комбинации отверстий, импульсов, сигналов являлись физическими состояниями, «различаемыми» считывающими устройствами машин и эквивалентными соответствующим письменным, звуковым, изобразительным сообщениям. Прогрессирующая практика автоматического считывания информации привела к появлению понятия «машиночитаемый документ» (МЧД). В нашей стране оно использовалось с конца 1960-х гг. В государственных стандартах соответствующий термин определялся как «документ, приспособленный (или пригодный) для автоматического считывания содержащейся в нем информации»12. В 1980-х гг. были предприняты первые попытки документоведческого, архивоведческого и источниковедческого осмысления этих новых видов документов, наделенных ускорительной функцией31. Исследования показали, что МЧД возникали и совершенствовались не только в связи с потребностями в фиксации, размножении, передаче информации, но и благодаря возросшим потребностям в ее быстром поиске и обработке. Они получили применение как средство ускоренного функционирования информации в различных областях человеческой деятельности. Использование МЧД, в особенности приспособленных к современным ЭВМ и получивших название электронных документов (ЭД)14, открыло новые возможности для аналитико-синтетической обработки документной информации. Практика их применения подтвердила предположение о том, что одно из ранее неизвестных свойств документов состоит в их «способности» передавать в пространстве и во времени не только явные или скрытые, но и как бы «вовсе несуществующие» сведения. Сформировалось устойчивое понимание того, что многие записи или их совокупности «заряжены» виртуальной информацией (скрытой, трудно уловимой и проявляющейся лишь при определенных условиях), которая неизвестна даже самим составителям документов, но доступна специалистам, использующим особые методы ее извлечения15. Из сказанного видно, что в XIX-XX вв. произошло расширение диапазона функций и сфер применения документов. Здесь уместно употребить следующее утверждение: «Можно считать, что документы продолжают наполнять наш мир не только для «более надежной передачи сведений во времени и на расстоянии» (как справедливо утверждали научные трактаты и учебники прошлого), но и для осуществления таких важнейших функций, как накопление информационных ресурсов человечества, их оптимизированное обращение, преодоление физиологических ограничений человека в области фиксации, поиска, восприятия информации и т.п., вплоть до некоторых еще слабо изученных функций психотронного свойства»36. Сегодня, на наш взгляд, особую ценность для развития документоведения и архивоведения, а значит, и представлений о таком их фундаментальном понятии, как «документ», представляют докумен- товедческие и архивоведческие исследования В.Н. Автократова37, В.Д. Банасюкевича, Т.М. Горяевой, А.В. Елпатъевс кого, В,А. Еремчен- ко, В.М. Жигунова, Б.С. Илизарова, М.П. Илюшенко, Л.А. Кобель- ковой, В.П. Козлова, А.С. Красавина, Т.В. Кузнецовой, М.В. Ларина, В.М. Магидова, В.С. Мингалева, К.Г. Митяева, К.И. Рудельсон, А.Н. Соковой и других ученых. Определенные сложности в трактовке понятия «документ» связаны с односторонним его толкованием с позиций документалистики3®, предпринимавшимся с конца 1960-х гг. В одной из работ, например, отмечалось: «В настоящее время документалистика понимает под документом любую семантическую информацию (в том числе и эстетическую), выраженную на любом языке и фиксируемую на любом носителе и любым способом с целью ее обработки в динамической системе»39. Своеобразно толковали понятие «документ» специалисты в области проектирования и внедрения автоматизированных систем, включающих ЭД. Они предлагали считать документальными все данные, зафиксированные во внутренних запоминающих устройствах машин40. Представленные здесь варианты трактовки понятия «документ» неоднозначны. Они отражают специфические черты тех направлений научной и практической деятельности, с точки зрения которых разрабатывались, уступая при этом по универсальности и надежности тем основаниям, которыми руководствовались создатели определения термина «документ», представленного в 11-язычном словаре архивной терминологии41. Для преодоления трудностей трактовки понятия «документ» и создания универсальной дефиниции этого термина, адекватной всем сферам деятельности, важно ориентироваться на научные разработки, получившие международное признание в последние десятилетия XX и в начале XXI в. В этом плане своевременна и исключительно полезна обзорная информация «Определение понятия «документ» в зарубежном законодательстве, терминологических стандартах и словарях», опубликованная в отечественном реферативном сборнике в 1986 г.42. В числе наиболее крулных международных разработок здесь отмечен стандарт ИСО 5127-1985 «Информация и документация», где «документ» (document) — это «записанная информация (курсив наш — К.Г.-В.), которая используется как единица в документационном процессе»43. К таким же значительным работам отнесен и Словарь архивной терминологии, подготовленный Международным советом архивов (MCA) и изданный в 1984 г. В нем, в частности, приведены определения следующих английских терминов: «1. «Документ» (document): комбинация носителя и информации, записанной на нем, которая может использоваться для освидетельствования или осведомления; обособленная единица архива, документального фонда или записи. 2. «Документ» (record) — записанная информация, независимо от формы или применяемого носителя, получаемая и создаваемая агентством, институтом, организацией или отдельным лицом во исполнение их уставных обязанностей или осуществления деятельности»44. Следует отметить, что в действующем стандарте ИСО 15489-1 «Информация и документация» под «документом» понимается «записанная информация или объект (курсив наш — К.Г.-В.}, которые могут рассматриваться как единое целое»45. Данная трактовка представляется авторитетной и предельно концентрированной. Однако в ней, думается, упущено обязательное наличие материальной составляющей документа. Ведь согласно приведенной дефиниции, «документ» — «записанная информация или объект, которые могут рассматриваться как единое целое». В этом «или» скрыта некоторая неопределенность, оставляющая место для неоднозначной трактовки характеризуемого объекта. В плане уточнения определения напомним, что еще в начале 1990-х гг. нами предлагалось терминологическое решение, не противоречащее варианту ИСО: «Документ — материальный объект, содержащий запись семантической информации»46. На наш взгляд, трактовка документа в качестве объекта, обладающего субстанциональностью («вещностью»), крайне необходима, так как она, нисколько не умаляя значения информационной составляющей объекта, позволяет оперировать такими его характеристиками, как размеры, конфигурация, масса и другие количественные показатели, координаты в составе документных комплексов, физико-химические свойства материалов, образующих этот объект, их технологические и экологические особенности и т.п. В ряде толковых словарей «запись» рассматривается не только как процесс закрепления информации, но и как результат этого процесса47. Понятие «запись» имеет глубокие корни в русском языке. Обратившись к Толковому словарю В.И. Даля, можно видеть, что «запись», «записка» представлены в нем именно как документы44. Слово «запись» существовало и в древнерусском языке и тоже обозначало конкретные документы или их разновидности. В материалах для словаря древнерусского языка, собранных И.И. Срезневским, имеется отдельная статья «запись», в которой, в частности, приведен следующий текст 1388 г.: «А кто нам принесет запись на 3 тысяче, тому мы дамы наш лист, што написан на 4 тысяче»49. Итак, основообразующим признаком, общим для ТрД, КФФВД, МатД, МЧД, ЭД и других видов документов, является наличие в них записанной информации, что важно иметь в виду, дабы не отклоняться от выверенного курса при трактовке понятия «документ». Но руководствоваться им следует с учетом следующего дополнительного обобщения: в зависимости от целей создания и направлений использования документы могут иметь регулятивное, юридическое, коммуникационное, трансляционное, мнемоническое, мемориальное и тому подобное единичное или комбинационное значение5". При осмыслении сложностей трактовки понятия «документ» необходимо учитывать историческую обстановку. Обобщая уроки прошлого, нельзя забывать о широко распространенном отрицательном отношении к документам со стороны значительной части населения различных стран. Определения термина «документ», представленные в ряде энциклопедических изданий, создавались путем «осторожных», «дозированных» формулировок, не допускавших какого-либо заметного «разрыва» между научной терминологией и словосочетаниями, утвердившимися в так называемом обыденном сознании. Это обусловило появление ряда определений иллюстративного свойства, включающих не столько обобщения и выводы, сколько разрозненные характеристики отдельных документов или их групп. Сложности состоят в том, что в наше время при внедрении новых технологий, связанных с применением ЭД, появляются своеобразные определения термина «документ», которые могут претендовать на универсальность. Например, в терминологическом ГОСТе Р 52292-2004 «Электронный обмен информацией»51 «документ» представлен как «объект информационного взаимодействия в социальной среде, предназначенный для формального выражения социальных отношений между другими объектами этой среды»52. Данное определение (отличающееся исключительной широтой «захвата» информационных объектов и отношений между ними) требует всестороннего рассмотрения в значительной мере для того, чтобы нас не пытались убедить в том, что оно позволяет причислить к документам «все материальные объекты, которые могут быть использованы для передачи информации в обществе (включая экспонаты музеев, архитектурные памятники, образцы пород и т.п.)». С такой «широкомасштабной», но неудачной трактовкой понятия «документ» мы уже встречались при ознакомлении с книгой Н.Н. Кушнаренко «Документоведение». Проведенное исследование показывает, что для преодоления сложностей трактовки понятия «документ» целесообразно следить за мировыми достижениями в области документоведения и архивоведения, подтверждаемыми успехами исторической науки, источниковедения, специальных исторических дисциплин53 и ряда развивающихся наук туманитарного профиля. Вместе с тем постоянного внимания заслуживают новейшие разработки в области автоматизированных информационных технологий и оптимизированного управления записями54. 1 Данное наблюдение и его научная интерпретация принадлежат В.П. Козлову. См.: Козлов В.П. Документ в состоянии покоя: архивный, источниковедческий, археографический аспект И Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе: докл. и сообгц. на 4-й Всерос. конф., 24-25 апр. 2002 г, М„ 2002. С. 20-29. 2 Кушнаренко Н.Н. Документоведение: учеб. 3-е изд., стер. Киев, 2001. 3Так указано в тексте книги. Официальное название этого учреждения — Международный совет архивов. 4 Кушнаренко И. И. Указ. соч. С. 20. Автор не дает ссылку на источник. По всей видимости, речь идет о стандарте ИСО 5127-1985. Информация и документация. 5 Кушнаренко Н.Н. Указ. соч. С. 20. 6 Там же. С.30. 7 Там же. 8Большая советская энциклопедия, М., 1972. Т. 8. С. 1196-1197. 9Кушнаренко Н.Н. Указ, соч, С. 148. 10 Швецова-Водка Г.Н. Книга и документ: Соотношение понятий // Книга. Исследования и материалы: сб. 68. М„ 1994. С. 19. “ ГОСТ 7.1-2003. СИБИД. Библиографическая запись. Библиографическое описание. Общие требования и правила составления. М., 2004. Эта система была принята национальными органами по стандартизации 11 стран СНГ. 13 Подробнее см.: Ларин М.В. Управление документацией в организациях. М., 2000. С. 71-102. 13 Елпатьевский А. В., Хан-Пира ЭМ. Еще раз о термине «документ» // Советские архивы. 1987. № 1. С. 51-52. 14 Ларин М.В. Указ. соч. С.72. 15 Подробнее см.: Михайлов А.И., Черный AM., Гиляревский Р.С. Основы информатики. 2-е изд. М., 1966. С. 68-70. 16 Подробнее см.: Ступникова Т.С. Некоторые вопросы документации // Библиотековедение и библиография за рубежом: сб. ст. М„ 1959. Вып. 2. С. 165-175. 17 Рудельсон К.И. Современные документные классификации. М, 1973. С. 17. 18 Там же. ** Подробнее см.: Ларин М.В. Указ. соч. С. 10. 10 Митяев К.Г. Теория и практика архивного дела: учеб, пособие. М., 1946. 31 Митяев К.Г. История и организация делопроизводства в СССР: учеб, пособие. М., 1959. С. 8. 22 Кузин А.А. Кинофотофоноархивы: учеб, пособие. М., 1960. 33 Митяев К.Г. История и организация делопроизводства в СССР... С. 8. 24 Плешкевич Е.А. Знания о документе: к истории вопроса // Отечественные архивы. 2003. № 4. с.26. 25 Митяев К.Г. Документоведение, его задачи и перспективы развития // Вопросы архивоведения. 1964. № 2. С. 29. 26 Словарь современной архивной терминологии социалистических стран. М„ 1982. Вып. I. С. 59. 27 Э.И. Хан-Пира отметил: «...смущает слово «результат». Ведь документ обладает субстанциональностью, вещностью. Он может гореть, плесневеть, его могут продать, подарить, разрезать, реставрировать. Все это вряд ли возможно проделать с результатом, итогом» (см.: Хан-Пира Э.И. Архивовед чес кое терминоведение: учеб, пособие. М., 1990. С. 91-92). 28 Подробнее см.: Гельман-Виноградов К.Б. Трансформация документальных источников и развитие нетрадиционных методов их использования // Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе... С. 161-162. 29 Кузин А. А., Рошаль Л.М. Кинофотофоно архивы: учеб, пособие. М„ 1982. С 8-9. 30 Частично об этом см.: Гельман-Виноградов К. Б. Машиночитаемые документы в СССР: Области применения. Классификация. М., 1980. Вып. I. С.17-43. 31 Подробнее см.: Гельман-Виноградов К.Б. Машиночитаемые документы: вопросы терминологии и идентификации И Научно-техническая информация (ВИНИТИ). 1981. Сер. 2. № 3. С.З. п ГОСТ 6.10.2. Унифицированные системы документации. Термины и определения. М., 1984, 1985. 33 Гельман-Виноградов К.Б. Теоретические проблемы документе ведения, архивоведения и источниковедения машиночитаемых документов И Методологические вопросы архивоведения и организации документов в архивах: сб. науч. тр./ ВНИИДАД. М., 1984. С. 1-19; Гельман-Виноградов К.Б., Даниленко И.И., Танонин В.А. Машиночитаемые документы: Теория и практика архивного дела. М„ 1986. 34 См.: Жигунов В.М. Система критериев определения ценности электронных научных и технических документов и ее роль в формировании ретроспективной документальной базы исследований и прикладных разработок // Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе... С. 190-210. 35 Например, историкам. См.: Применение электронно-вычислительных устройств в исследованиях по истории науки и техники. М., 1966; Математические методы и ЭВМ в исторических исследованиях: сб. ст. М., 1985; Гельман-Виноградов К.Б. Источники нуждаются в проникновенном читателе // Отечественные архивы. 2003. № 4. С. 23. 34 Гельман-Виноградов К.Б. О новых возможностях познания сущности документа // Документация в информационном обществе: парадигмы XXI века: докл. и сообщ. на X Междунар. науч.-прак г. конф., 25-26 нояб. 2003 г. М„ 2004. С.291. 37 Автократов В.Н. К проблеме вовлечения информационных категорий в архивоведение И Тр. / ВНИИДАД. М., 1973. X 3. С. 251-263. 34 Гаазе-Рапопорт М.Г. Теория систем и документалистика // Документалистика-69; Материалы первого Всесоюзного симпозиума по документалистике. Вильнюс, 1970. Ч. I. С. 28-40. 351 Воробьев Г.Г. Информационная теория документа. М., 1977. С.4. 40 Белаш Г.М., Квасницкий В.П., Сульженко Т.К. Порядок хранения информации на вычислительных центрах коллективного пользования И Внедрение унифицированной системы организационно-распорядительной документации (УСОРД) в условиях АСУ и традиционных методов управления. М., 1977. С. 44. 41 Словарь современной архивной терминологии социалистических стран. С. 59. 42 Костикова Л.Г., Чуковенков А.Ю. Определение понятия «документ» в зарубежном законодательстве, терминологических стандартах и словарях // Научно-техническая терминология: науч.-техн. реф.сб. 1986. № 10. С. 16-20. 43 Там же. С. 16. 44 Там же. С. 16-17. 43 В нашем исследовании использован перевод текста данного стандарта на русский язык, осуществленный во Всероссийском научно-исследовательском институте информации, классификации и кодирования. См.: ИСО 15489-1. Информация и документация. Управление записями. Часть I. Общие требования. М., 2003. С. 4-5. Гельман-Виноградов К.Б. Пространственная одиссея документов как глобальное явление // Отечественные архивы. 1992, № 6. С.25. 47Толковый словарь русского языка / под ред. Д.Н. Ушакова: в 3 т. М., 1931. Т, 1; Словарь русского языка / сост. С.И. Ожегов; 2-е изд., испр. и доп. М., 1962; и др. 49 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1955. Т. I. С. 615-616. 44 Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка. СПб., 1883. Т. 1. С.985. 50 Гельман-Виноградов К.Б. Документальная память ноосферы как новый объект познания (к постановке проблемы) // Международный форум по информации и документации. 1992. Т. 17. № 1. С. 9. 31 ТОСТ Р 52292-2004. Информационная технология. Электронный обмен информацией. Термины и определения. М., 2005. 52 Там же. С. 2. 53 О них см.: Исторические дисциплины: краткий библиограф, справочник-указатель. Киев, 1990. 54 Подробнее см.: Ларин М.В. Указ. соч. С. 148-265; ИСО 15489-2. Информация и документация. Управление записями. Ч. 2. Руководящие указания. М., 2003. Источник: Отечественные архивы: науч.-практ. журн. 2005. № 6. С. 39—50.
<< | >>
Источник: Гельман-Виноградов К,Б. Особая миссия документов. 2009

Еще по теме ТРУДНОСТИ НАУЧНОЙ ТРАКТОВКИ понятия «ДОКУМЕНТ» И ПУТИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИЯ:

  1. Прецедент толкования
  2. 12.1. Понятие, предмет информационной безопасности и ее место в системе обеспечения национальной безопасности
  3. ВЛИЯНИЕ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ НА МОТИВАЦИЮ РАБОТНИКА
  4. § 1. Гарантии социально-экономических прав как императив обеспечения потребностей и интересов отдельной личности и демографической безопасности социума в целом
  5. § 2. Значимость репродуктивных прав для выживания и сохранения идентичности и стабильного развития отдельных наций и человечества в целом
  6. § 3. Основные принципы и приоритеты государственной научно обоснованной просемейной политики
  7. 10.5. Фактор внезапности, его учет и использование в доказывании*(588)
  8. Приложение № 1 Новая экономическая политика Советского государства
  9. ПРЕДИСЛОВИЕ
  10. ТРУДНОСТИ НАУЧНОЙ ТРАКТОВКИ понятия «ДОКУМЕНТ» И ПУТИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИЯ
Яндекс.Метрика