<<
>>

Значение отрицательного характера критерия несправедливости

Не имея положительного критерия справедливости, мы располагаем отрицательным, показывающим, что является несправедливым, что в некоторых отношениях очень важно. Прежде всего это означает, что даже если стремление устранить несправедливость не является достаточным основанием для разработки совершенно новой системы права, им можно руководствоваться при развитии существующего корпуса законов с целью сделать его более справедливым.
В усилиях по развитию свода правил, большинство которых приемлется членами общества, будет, следовательно, существовать «объективный» критерий того, что является несправедливым, — объективный в смысле не универсальной, а межличностной обоснованности, — потому что он является обоснованным только для тех членов общества, которые приемлют большую часть прочих правил. Такого критерия несправедливости может быть достаточно, чтобы указать направление, в котором следует развивать утвердившуюся систему права, но для конструирования совершенно новой системы права этого критерия недостаточно. Здесь следует отметить, что в своей философии права Иммануил Кант использовал принцип категорического императива исключительно как отрицательный критерий для применения в развитии утвердившейся системы права. На это часто не обращали внимания, потому что в своей теории морали он использовал этот принцип как посылку, из которой можно дедуктивно вывести всю систему моральных принципов. Что касается его философии права, то Кант прекрасно понимал, что категорический императив представляет собой лишь необходимое, но не достаточное условие справедливости, или представляет собой то, что мы назвали отрицательным критерием, позволяющим последовательно устранять все несправедливое, то есть критерий универсализуемости. Он также яснее, чем большинство позднейших философов права, понимал, что при поверке на соответствие этому критерию «положения права [должны] совершенно абстрагироваться от наших целей, они представляют собой по существу отрицательные и сдерживающие принципы, которые просто ограничивают свободу наших действий»51.
Знаменательно, что существует близкая параллель между этой трактовкой положений права как запретов, подлежащих проверке на соответствие отрицательному критерию, и современным развитием философии науки, особенно в работах Карла Поппера51, который трактует законы природы как запреты и предлагает в качестве критерия их истинности проверку на фальсифицируемость — проверку, которая в итоге также оказывается критерием внутренней последовательности всей системы. Положение в обеих областях аналогично и в том, что мы можем лишь стремиться к истине или справедливости, настойчиво устраняя заблуждения или несправедливость, но никогда не будем уверены в том, что достигли конечной истины или справедливости. На самом деле, мы, похоже, столь же мало способны верить в желаемое или в истинность желаемого, как и считать справедливым то, чего нам хочется. Желание считать нечто справедливым может долго туманить наш разум, но существуют требования мысли, против которых такое желание бессильно. Возможно, с помощью ложных умозаключений я могу убедить себя, что нечто, что мне хотелось бы считать справедливым, и на самом деле справедливо, но так ли это в действительности — вопрос не желания, а разума. Считать справедливым то, что таковым не является, помешают мне не чьи-то противоположные взгляды и не какие-то сильные переживания, возбуждаемые во мне рассматриваемым вопросом, а необходимость быть последовательным, без чего невозможно мышление. Это заставит меня проверить собственную веру в справедливость отдельного действия — проверить, совместимо ли правило, по которому я его оцениваю, с другими принимаемыми мною правилами. В свое время пользовалось влиянием противоположное представление, согласно которому объективным критерием справедливости должны быть положительные критерии. Классический либерализм исходил из веры в объективность справедливости. Но правовой позитивизм сумел продемонстрировать, что положительных критериев не существует, и сделал отсюда ошибочный вывод, что объективные критерии справедливости невозможны вообще.
По сути дела, правовой позитивизм во многом является продуктом разочарования в возможности найти объективный критерий справедливости53. Из кажущейся невозможности найти такой критерий приверженцы этой школы заключают, что все вопросы справедливости сводятся к проблеме желания, интересов или эмоций. Будь это истиной, рухнула бы вся основа классического либерализма54. Позитивисты, однако, пришли к своему выводу только в силу неявного и неверного допущения, что объективными критериями справедливости должны быть положительные критерии, т.е. предпосылки, из которых может быть логически выведена вся система правил справедливого поведения. Но принять положение позитивизма об отсутствии положительных критериев справедливости можно, только если мы не будем настаивать на том, что критерий справедливости должен позволять построить совершено новую систему правил справедливого поведения, и удовольствуемся упорным применением отрицательного критерия несправедливости к частям унаследованной системы, большинство правил которой пользуется всеобщим одобрением. И все же при этом мы сможем утверждать, что дальнейшее развитие правил справедливого поведения — вопрос не произвола законодателя, а внутренней необходимости, и что решения вскрывшихся проблем справедливости следует искать, а не произвольно декретировать. Отсутствие положительных критериев справедливости не делает разнузданную волю единственной альтернативой. Справедливость обязывает нас развивать существующую систему в частностях и демонстрировать, что мы можем менять частные правила таким образом, чтобы устранить несправедливость. Правовой позитивизм стал одной из главных сил разрушения классического либерализма, потому что концепция справедливости, предлагаемая последним, не зависит от ориентации на достижение конкретных результатов. Правовой позитивизм — равно как и другие системы конструктивистского прагматизма Уильяма Джеймса55, Джона Дьюи56 или Вильфредо Парето57 — глубоко антилиберален в первоначальном значении этого слова, хотя взгляды этих мыслителей стали основой того псевдолиберализма, который за время жизни последнего поколения нагло присвоил себе это имя.
<< | >>
Источник: Хайек Фридрих Август фон. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики / Фридрих Август фон Хайек ; пер. с англ. Б. Пинскера и А. Кустарева под ред. А. Куряева. — М.: ИРИСЭН. 644 с. (Серия «Политическая наука»). 2006

Еще по теме Значение отрицательного характера критерия несправедливости:

- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика