<<
>>

§ 4. Революция

Но как осуществить эту мечту? Как перенестись из жалкого общественного строя, в котором мы живем, в золотой век, который обещают нам анархисты? С помощью революции10.

Теория революции — один из существенных элементов анархистского учения.

И обществу больше всего известна эта сторона их учения. Мы скажем о ней лишь несколько слов, так как анархизм уже увлек нас слишком далеко в сторону от экономических идей в собственном смысле.

Тут прежде всего нужно устранить Прудона. Мы уже видели, что он не одобряет насильственной революции. По его мнению, только революция в сердцах и в сознании людей способна осуществить анархию. Последователи его не так терпеливы, как он. Революция представляется им неизбежной необходимостью, от которой никак нельзя уклониться. Мечтать, что привилегированные нынешнего времени сами согласятся пожертвовать своими привилегиями и вернуться в ряды простых людей, — значит добровольно предаваться самообольщению. Больше того, если бы наступление такого события было возможно, то едва ли оно было бы желательно. Народ, говорит Элизе Реклю, был бы тронут таким поступ ком и со свойственным ему благородством сказал бы своим прежним господам: "Оставьте у себя ваши привилегии". "Нет, — восклицает Реклю, — необходимо, чтобы справедливость совершилась; для того, чтобы вещи приняли свое естественное равновесие, надо, чтобы притесненные поднялись".

Это, однако, не значит, что Бакунин, Кропоткин или их ученики жаждали крови и стремились к разнузданному насилию. Нет, хотя пролитие крови неизбежно и неотделимо от революции, тем не менее об этом приходится сожалеть и необходимо будет свести его до минимума. "Кровопролитные революции бывают иноща необходимы благодаря человеческой глупости, но они всеща зло, чрезмерное зло и великое бедствие. Не только вследствие многочисленности жертв, но и вследствие того, что они набрасывают тень на чистоту и совершенство цели, во имя которой они совершаются".

"Вопрос, — говорит Кропоткин; — заключается не столько в том, как избежать революций, сколько в том, чтобы найти средство получить наилучшие результаты, ограничив по возможности гражданскую войну, сократив число жертв и сведя до минимума взаимное озлобление". Ввиду этого следует прежде всего рассчитывать на инстинкты народа, который не любит крови и "имеет слишком доброе сердце, чтобы не отворачиваться от жестокости"11, но особенно следует нападать не столько на людей, сколько на позиции, не столько на отдельных лиц, сколько на общественные ситуации.

Однако несмотря на этот относительно гуманный протест против пролития крови, у анархистов иногда встречаются призывы в высокой степени жестокого характера. Бакунин по крайней мере одно время проповедовал дикую и беспощадную революцию против привилегированных. Он по справедливости мог считаться изобретателем той "пропаганды действием", которая, будучи применена на деле ожесточенными фанатиками несколько лет назад, подняла против анархизма все общественное мнение. "Мы понимаем революции, — писал Бакунин в одном месте, — в смысле разнуздывания того, что ныне называют дурными страстями, и разрушения того, что на том же языке называется общественным порядком". И в одном произведении, представляющем собой нечто вроде прокламации под заглавием "Принципы революции" (правда, оспаривали принадлежность его Бакунину, но, во всяком случае, оно передает его мысль, по крайней мере для одного короткого периода его жизни), он без оговорок проповедовал разрушение ради разрушения12. Бакунин всегда питал симпатию к роли заговорщика. В "Статутах международных братьев" есть регламент для созданного им в 1864 г. революционного братства, в котором встречаются места, дышащие почти такой же дикой жестокостью, как знаменитый "Революционный катехизис" Нечаева.

В нашу задачу не входит подробное критическое рассмотрение анархистской доктрины. Такие не терпящие никакого ограничения обобщения обезоруживают критический ум. Эти так называе мые "теории" являются главным образом излиянием страстных чувств.

Необходимо ли "опровергать" их? Ограничимся кратким указанием на их влияние.

Мы не говорим здесь о преступных покушениях, вызываемых проповедью, весьма часто направляемой к неподготовленным умам, ожесточенным нищетой и неспособным найти в самих себе противовеса формулам голого насилия. Эти преступления, квалифицируемые пропагандой действием, не имеют себе оправдания, и объяснения их находятся в бессознательности и экзальтации их авторов. Нельзя делать за это ответственной социальную доктрину, которая, смотря по обстоятельствам, может быть рассматриваема или как философия самого дикого разрушения, или как самое возвышенное выражение идеала человеческого братства и индивидуального прогресса.

Мы говорим здесь вообще о влиянии анархизма на рабочий класс. Бесспорно, он вызвал в рабочем классе пробуждение индивидуализма, реакцию против нейтралистского социализма Маркса. Его успех был в особенности велик в латинских странах, хотя и в Австрии анархизм грозил одно время социализму полным вытеснением. Все-таки прогресс анархизма замечался главным образом во Франции, Италии и Испании. Что же, разве здесь больше, чем где-либо в другом месте, было сильных индивидуальностей? Повидимому, нет. Но в этих странах с недавно народившейся свободой даже свободно признанные порядок и дисциплина еще слишком часто представляются как несносное рабство.

Настоящая "анархистская партия" организовалась между 1890 и 1895 г. С того времени она находилась в упадке. Влияние анархизма не исчезло от этого, оно проявлялось самым различным образом. Многие старые анархисты, особенно во Франции, проникли в рабочие синдикаты и даже иногда принимали на себя руководство профессиональным движением. Благодаря их влиянию профессиональные союзы все настойчивее и настойчивее стремились к освобождению от опеки социалистической партии. Всеобщая конфедерация труда приняла в качестве девиза два слова, которые встречаются нераздельно во всех анархистских писаниях: "благосостояние и свобода". Она проповедовала "прямое действие", т.е.

действие, независимое от публичных властей и отмеченное революционным характером. Наконец, она внушала рабочим индифферентизм к политике и полное погружение в экономическую борьбу.

Что касается теоретиков революционного синдикализма, то ныне они отвергают всякую связь с анархизмом. Несмотря на их протест, легко показать значительное сходство между их идеями и идеями Бакунина или Кропоткина. Впрочем, разве Прудон не является их вдохновителем в такой же мере, как и Маркс? И у источников анархистских учений, как мы видели, стоит мысль Прудона.

Они прежде всего сходны между собой своей концепцией насилия как метода обновления и очищения социальной жизни. "Со циализм, — говорит Сорель, — обязан насилию своими высокими моральными ценностями, благодаря которым он несет спасение современному миру". Точно так же, по мнению анархистов, революция будет грозой, которая разрядит тяжелую атмосферу летних дней и откроет чистое и ясное небо. Кропоткин взывает к революции не только для низвержения экономического режима, но и для "встряски общества в его интеллектуальной и моральной жизни, которая находится сейчас в состоянии оцепенения, для обновления нравов, для привнесения в гущу подлых и низких страстей нашего времени живительного дуновения благородных страстей, великих порывов, высоких, самоотверженных деяний".

Морального характера задачи, отсутствующие в философии Маркса, встречают одинаковое признание у Сореля и у анархистов. Мы видели, что Бакунин, Кропоткин и особенно Прудон требуют от каждого лица "уважения к человеку", что делает его самого достойным свободы. Они провозглашают верховенство разума, который один сделает людей свободными в самом неограниченном значении этого слова. Заявив, что "новая школа, признавая необходимость усовершенствования нравов, резко отличается от официального социализма", Сорель прибавляет: "Мне не составляет никакого труда признать себя с этой точки зрения анархистствующим".

Наконец, социальный и политический идеалы у них одни и те же — уничтожение частной собственности, а также и государства. Синдикализм, так же как и анархизм, ненавидит государство. "Он видит в государстве, — говорит нам один из синдикалистов, — паразита par excellence, непроизводительный элемент, взгромоздившийся на производителя и живущий его субстанцией". А у Сореля "социализм стал подготовительной школой для занятых в крупной индустрии масс, которые хотят уничтожения государства и собственности". "Свободные производители, работающие в мастерской, избавившейся от хозяина", — таков его идеал синдикализма. Те и другие одинаково враждебно настроены к господствующей демократии, опирающейся на силу государства.

Все-таки, несмотря на столько точек соприкосновения, обе концепции остаются различными. Анархизм верит в самопроизвольное действие всеобщей свободы для обновления общества. А синдикализм опирается на особое и определенное орудие — рабочий профессиональный союз, рассматриваемый как необходимый рычаг в борьбе классов. На этом базисе он строит идеал общества производителей, между тем как анархизм утопает в мечтах о чем-то вроде естественного общества, на которое синдикалисты смотрят как на опасную химеру.

Однако было небесполезно отметить весьма яркое сходство между этими двумя потоками идей, которые за последние пятнадцать лет имели самое глубокое влияние на рабочий класс и которые оба являют собой характерные признаки пробуждения индивидуализма.

<< | >>
Источник: Жид Ш., Рист Ш.. История экономических учений. Директмедиа Паблишинг Москва 2008. 1918

Еще по теме § 4. Революция:

  1. Динамика общественного развития. Эволюция и революция.
  2. От революции 1848 г. ! до Крымской войны
  3. § 1. Теоретические концепции революции
  4. § 2. Революции в политической истории России
  5. § 3. Политические революции и современность
  6. Языческая революция
  7. ИЗМЕНЕНИЯ КАК РЕВОЛЮЦИЯ
  8. Индия: центр революции в сфере экспорта услуг
  9. 8 2. Революция 1848 гола и разочарование в социализме
  10. § 4. Революция
  11. Лекция 27 Маржинолистская революция (I): Джевонс
  12. Лекция 28 Маржиналистская революция (II): Джевонс и Менгер
  13. Теоретическая контрреволюция
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика