<<
>>

ПРЕДИСЛОВИЕ

Люди, дела которых приходят в упадок или которые считают, по крайней мере, положение своих дел неудовлетворительным, не прилагают (как некоторые думают) наибольших усилий к тому, -чтобы противостоять надвигающимся на них несчастьям, а становятся, наоборот, более вялыми и менее энергичными во всех своих действиях, не заботясь даже о том, чтобы попытаться обеспечить -себе возможные средства спасения.

Исходя из этих соображений и стремясь в качестве члена общества установить, в чем действительно заключается общая выгода, я буду во всех сомнительных случаях полагаться на лучшее и стало быть не терять надежды без серьезных и очевидных к тому оснований, тщательно исследуя все то, что направлено к подрыву моих надежд на общественное благополучие.

Я считаю поэтому необходимым подвергнуть рассмотрению следующие убеждения, весьма, как я нашел, распространенные [65] и слишком сильно влияющие на умы некоторых людей во вред всем.

А именно, убеждение в том, что ренты с земель, как правило, понижаются; что поэтому и по многим другим причинам все коро

левство становится с каждым днем все бедней и бедней; что раньше золото имелось в изобилии, в настоящее же время [66] наблюдается большой недостаток как золота, так и серебра; что нет никаких промыслов и занятий для народа, и все же страна недостаточно населена; что налоги были многочисленны и велики; что Ирландия и колонии в Америке и другие приобретения короны являются обузой для Англии; что Шотландия не приносит никаких выгод; что торговля приходит в общем в плачевный упадок; что морские силы голландцев приближаются к нашим, а французы развиваются слишком быстро по сравнению и с нами и с голландцами и кажутся столь богатыми и могущественными, что только по своей кротости не пожирают своих соседей; и, наконец, что церковь и государство Англии находятся в том же опасном положении, в каком находится торговля Англии.

Делается еще кроме того множество других зловещих намеков, которые я предпочитаю не повторять.

Несомненно, что расходы на иностранные товары были за последнее время слишком велики; значительная часть нашей посуды из драгоценных металлов, оставаясь деньгами, оказала бы большую пользу торговле; слишком многое из того, что должно было бы управляться лишь природой, древними обычаями и всеобщим соглашением, подпадало под регулирование закона; избиение и гибель людей во время последних гражданских войн и чумной эпидемии были велики; пожар в Лондоне и несчастье в Чатаме [67] создали в умах необразованных людей всего мира настроение, направленное против нас; число отступников от англиканской церкви — нонконформистов [68] — растет; население Ирландии с нетерпением ожидает устройства своих дел; англичане чувствуют себя там чужеземцами и вынуждены завязывать торговые сношения с иностранцами, в то время как они могли бы с тем же успехом торговать со своими близкими в Англии. Однако, несмотря на все это (подобные явления наблюдались везде и во все времена), Лондон застраивается большими и великолепными домами, американские колонии дают занятие для 400 кораблей; стоимость акций Восточноиндийской компании почтн вдвое превосходит свою первоначальную величину; лица, могущие представить хорошее обеспечение, могут получить деньги под проценты более низкие, чем те, какие разрешает взимать закон; строительные материалы для восстановления Лондона (даже дубовый лес) почти не подорожали, а некоторые стали даже дешевле, чем были раньше; биржа кажется столь же заполненной купцами, как и в прежнее

время; на улицах не наблюдается большего, чем раньше, количества нищих; число осужденных за воровство не больше, чем раньше; число карет и великолепие экипажей гораздо больше, чем в прежние времена; общественные театры великолепны. Король обладает ббльшим флотом и более сильным войском, чем до наших бедствии. Священнослужители богаты, и храмы восстанавливаются; большое количество земли обрабатывается лучше, и цены продуктов питания столь умеренны, что люди отказываются от удешевления их путем разрешения ввоза ирландского скота.

Коротко говоря, ни один человек не будет нуждаться, если станет трудиться хотя бы умеренно. Что одни люди более бедны, чем другие, это всегда было и всегда будет. А то, что многие по натуре сварливы и завистливы, — это зло, которое старо, как мир.

Эти общие замечания и тот факт, что люди едят, пьют и смеются так, как они это делают всегда, придали мне смелости попытаться, если это только мне удастся, успокоить и других, поскольку сам я убежден, что интересы и дела Англии отнюдь не находятся в плачевном положении.

Способ, каким я взялся сделать это, однако, не обычный, ибо, вместо того чтобы употреблять слова только в сравнительной и превосходной степени и прибегать к умозрительным аргументам, я вступил на путь выражения своих мнений на языке чисел, весов и мер (я уже давно стремился пойти по этому пути, чтобы показать пример политической арифметики), употребляя только аргументы, идущие от чувственного опыта, и рассматривая только причины, имеющие видимые основания в природе. Те же, которые зависят от непостоянства умов, мнений, желаний и страстей отдельных людей, я оставляю другим. Я право же признаю себя столь же неспособным рассуждать удовлетворительным образом, исходя из этих оснований (если пх можно назвать основаниями), как и предсказать число очков при бросании костей или уметь хорошо играть в теннис, на биллиарде, в крокет (не имея большой, практики), пользуясь наиболее тщательно разработанными теориями, когда-либо написанными De Projectilibus et Missilibus [о вещах, бросаемых 'и метаемых] или об углах падения и отражения.

Замечания или положения, выраженные посредством чисел, весов и мер, на которых я основываю нижеследующие рассуждения, являются или верными, или не явно ложными, а если они не являются уже верными, надежными и очевидными, то они все же могут стать таковыми при содействии верховной власти, ибо Nam id certum est quod certum reddi potest [верно то, что может быть сделано верным]. Если же они ложны, то не настолько, чтобы разрушить аргумент, ради которого они приведены; в худшем же случае они могут быть использованы, как догадки, показывающие путь к тому знанию, к которому я стремлюсь.

Впрочем, на этот раз я ограничился десятью основными выводами, которые подробно развиваются на нижеследующих страницах. В случае, 156

если они будут признаны имеющими существенное значение и заслуживающими лучшего обсуждения, я надеюсь, что все сведущие и беспристрастные люди помогут очистить их от ошибок, дефектов и несовершенств, какие можно, вероятно, найти в том или ином исходном пункте, на который опираются эти выводы. Не мешало бы также и властям осветить те проблемы, которые не поддаются усилиям частных лиц,

ГЛАВА I

В которой доказывается, что небольшая страна с малочисленным населением может в силу своего положения, своей торговли и политики быть эквивалентна по богатству и силе стране со значительно большим населением и территорией и что благоприятные условия для судоходства н водного транспорта содействуют этому самым отменным и решительным

образом

Я рассматриваю этот первый основной вывод ввиду его длины с разделением на три части. Первая часть сводится к тому, что небольшая страна и малочисленное население могут быть эквивалентны по богатству и силе стране со значительно бблыиим населением и территорией.

Эта часть первого основного вывода не нуждается в больших доказательствах, ибо 1 акр земли при разнице в почве может приносить столько же зерна и давать пищу такому же количеству скота, сколько 20 других акров; какой-нибудь участок земли от природы так защищен, что 100 человек, владея им, могут отразить нападение 500 человек; плохая земля может быть улучшена и превращена в хорошую; болото путем дренажа может быть превращено в луг; пространства, покрытые вереском, можно (как это сделано во Фландрии) приспособить для сеяния льна и клевера, так что их стоимость увеличится в отношении 1 : 100; одна и та же земля, будучи застроена, может приносить ренту, в сто раз превосходящую ту, которую она приносила в качестве пастбища; один человек более ловок пли силен и более прилежен к труду, чем другой; один человек прп помощи искусственных приспособлений может выполнить столько же работы, сколько много людей без них; например, один человек при помощи мельницы может перемолоть столько зерна, сколько 20 человек могут истолочь в ступе; один печатник может изготовить столько экземпляров, сколько 100 человек могут написать от руки; одна лошадь может передвигать на колесах столько груза, сколько 5 лошадей на собственной спине, а в лодке или по льду — столько, сколько 20 лошадей. Я вновь повторяю: первый пункт этого общего вывода нуждается очень мало или совершенно не нуждается в доказательствах. Но вторая и более существенная часть этого вывода заключается в том, что разница между странами и народами возникает главным образом в результате разницы в их положении, торговле и политике.

Чтобы сделать ясным этот пункт, я сравню Голландию и Зеландию с Французским королевством. Голландия и Зеландия занимают не больше 1 млн. английских акров, в то время как Французское королевство занимает свыше 80 млн.

Первоначальное примитивное различие соответствует различию в размерах земли, ибо вряд ли можно сказать, что в период, когда эти места впервые подвергались обработке, акр земли во Франции имел лучшее качество, чем такое же количество земли в Голландии и Зеландии. Нет также никаких оснований думать, что при первом заселении земель число землевладельцев было пропорционально площади земли; а из этого следует, что если население не пропорционально площади земли, то это объясняется положением страны, а также торговлей и политикой народа, который устроился в этой стране.

Первое положение, которое необходимо доказать, заключается в том, что Голландия и Зеландия составляют в настоящее время по своему богатству и силе не восьмидесятую часть Франции, а достигли уже одной трети ее или около того. Это, я надеюсь, станет ясным в итоге рассмотрения нижеприводимых данных.

Что касается богатства Франции, то известная карта этого королевства, изданная в 1647 г., считает его равным 15 млн. ф. ст., из которых 6 принадлежало церкви, причем автор этой карты имеет в виду (как я предполагаю) лишь ренту с земли. А автор наиболее глубокомысленного сочинения о сельском хозяйстве (предполагают, что это сэр Ричард Вастон) доказал путем логических рас- суждений и на примерах из практики, что земли Нидерландов, если на них разводится лен, турнепс, клевер, марена и т. д., легко принесут 10 ф. ст. с акра. Таким образом, территории Голландии и Зеландии должны бы приносить, по его подсчетам, по меньшей мере 10 млн. ф. ст. ежегодно. Однако я не думаю, чтобы этот доход был столь велик, а у Франции столь мал, как указано выше; я скорее предполагаю, что одна цифра относится к другой приблизительно как 7 или 8:1.

Население Амстердама равно одной трети населения Парижа или Лондона, причем разница в числе жителей этих двух населенных городов не составляет и двадцатой части, как это показывают бюллетени погребений и рождений каждого из этих городов г. Но стоимость строений в Амстердаме, надо думать, составляет не меньше половины стоимости их в Париже из-за фундаментов, контрфорсов и мостов, которые в Амстердаме более многочисленны и стоят более дорого, чем в Париже. Более того, жилища беднейших людей в Голландии и Зеландии в два и в три раза лучше, чем жилища таких же людей во Франции. Но так как число жителей одной страны относится к числу жителей дру

гой страны лишь как 13:1, то стоимость домов должна находиться в отношении приблизительно 5:1.

Я считаю, что из торгового флота Европы, равного приблизительно 2 млн. т, англичане владеют 500 тыс. т, голландцы — 900 тыс., французы — 100 тыс., жители Гамбурга и подданные Дании, Швеции и Данцига — 250 тыс., Испания, Португалия, Италия ит. д. — 250 тыс. т. Таким образом, тоннажи судов интересующих нас стран — Франции и Голландии — относятся один к другому приблизительно как 1 : 9. Если считать, что каждая тонна больших и малых судов, старых и новых стоит в среднем 8 ф. ст., то этой цифре соответствует стоимость в 800 тыс. ф. ст. на одной стороне и 7 200 тыс. ф. ст. — на другой. Голландский капитал в Восточноиндийской компании превышает 3 млн., в то время как французы имеют там все еще мало или ничего не имеют.

Предполагают, что стоимость товаров, экспортируемых из Франции во все части света, равна четырехкратной стоимости того, что экспортируется в одну лишь Англию, и, следовательно, в общем равна приблизительно 5 млн.[69], между тем как стоимость, товаров, экспортируемых из Голландии в Англию, равна 3 млн., а стоимость товаров, экспортируемых из Голландии во все страны света, превышает эту цифру в шесть раз.

Доход от налогов, ежегодно взимаемых королем Франции, как это видно из посвященной королю книги, озаглавленной «Французское государство», вышедшей в 1669 г. и переиздававшейся правительством [70] несколько раз, равен 82 млн. французских ливров, что составляет около 6,5 млн. ф. ст. Автор считает, что пятая часть этой суммы должна быть вычтена из-за обесценения и несостоятельности, так что (как я полагаю) действительно взималось не свыше 5 млн. ф. ст. Некоторые лица уверяют, что французский король взимал 11 млн., т. е. пятую- часть движимого имущества Франции. Я скромно утверждаю, что все расходы на военный флот и на армию, а также на все постройки и празднества, которые, судя по слухам, имели место в каждом из последних семи лет, не должны были потребовать 6 млн. Поэтому я предполагаю, что больше этой суммы и не было собрано, в особенности учитывая, что пятая часть налогов не- была уплачена из-за несостоятельности, когда налог был столь высоким. Но Голландия и Зеландия уплачивают 67% налога, уплачиваемого всеми Объединенными провинциями, а город Амстердам уплачивает 27 из упомянутых 67%. Отсюда следует, что если Амстердам платит 4 тыс. фламандских фунтов в день, или около 1 400 тыс. в год, т. е. 800 тыс. ф. ст., то вся Голландия и Зеландия уплачивали 2 100 тыс. ф. ст. в год. Основания, в силу которых я считаю, что они платят именно столько, таковы:

  1. Так утверждает автор «Государства нидерландского»[71].
  2. Акциз на продукты питания в Амстердаме повидимому составляет больше половины первоначальной их стоимости. Например, акциз на муку составляет 20 стайверов за бушель, или 83 гульдена за ласт 2, на пиво — 113 стайверов за бочку, на дома— шестую часть ренты, на фрукты — восьмую часть их стоимости, яа другие товары—седьмую, восьмую, девятую, двенадцатую части, на соль — ad libitum [величину произвольную]; со всех взвешиваемых товаров уплачивается еще значительная сумма помимо сказанного. Стало быть если расходы жителей Амстердама составляли в среднем, не считая акциза, 8 ф. ст. в год, в то время как в Англии они равны 7 ф. ст., и если упомянутые налоги повышают эти расходы на 5 ф. ст., то, учитывая, что в Амстердаме имеется 160 тыс. жителей, надо полагать, что там будет ежегодно собрана сумма, равная 800 тыс. ф. ст.
  3. Хотя расходы каждого жителя равны 13 ф. ст. в год, однако хорошо известно, что в Амстердаме мало таких жителей, которые не имели бы дохода, значительно превышающего эту сумму.
  4. Если Голландия и Зеландия ежегодно уплачивают 2 100 тыс. ф. ст., то все'«Провинции», вместе взятые, должны уплачивать
  1. млн. ф. ст. Суммы, меньшей, чем эта, вряд ли хватило бы на покрытие расходов по ведению морской войны с Англией и на ^содержание армии в 72 тыс. человек, не считая всех других обычных расходов их правительства; расходы же на церковь являются здесь частью государственных расходов. Заканчиваю: из вышесказанного ясно, что сумма налогов, уплачиваемых всей Францией, превышает не более чем в три раза налоги, уплачиваемые толькэ лишь Голландией и Зеландией.
  1. Размер процента, уплачиваемого по денежным ссудам, равен во Франции 7, в Голландии же он едва составляет половину этой суммы.
  2. Территория Голландии и Зеландии, которая состоит как •бы из островов, защищенных морем, флотом и трясиной, может 'быть защищаема при расходах в четыре раза меньших, чем те, которых требует защита ровной и открытой страны, где война может вестись как зимой, так и летом. В Нидерландах же война может вестись почти исключительно летом. •
  3. Но помимо всех условий, рассмотренных до сих пор, главное внимание должно быть уделено превышению дохода над расходами. Ибо, как бы ни было велико число подданных какого- нибудь государя и как бы хороша ни была его страна, она должна считаться бедной, если вследствие ли нерадивости или чрезвычайно больших расходов, или притеснения и несправедливости эта страна тратит весь свой доход так же скоро, как он получается. А поэтому необходимо рассмотреть, на какую сумму или, вернее, во сколько раз Голландия и Зеландия богаты сейчас более, чем

они были сто лет навад. То же самое мы должны выяснить и относительно Франции. Если окажется, что Франция едва удвоила свое богатство и силу, а в Голландии и Зеландии они возросли в десять раз, то я отдам предпочтение последним, даже если прирост в девять десятых у одних не превышает прироста, равного половине у другой, ибо одна страна имеет sanaca на девять лет, в то время как другая только на один год.

Заканчиваем: из всего сказанного явствует, что хотя Франция превосходит Голландию и Зеландию по числу жителей в тринадцать раз, а по количеству пригодной земли — в восемьдесят раз, однако это не значит, что она богаче и сильнее их в тринадцать, а тем более в восемьдесят раз; она богаче и сильнее их не более чем в три раза, что и требовалось доказать.

Покончив, таким образом, с двумя первыми подразделениями первого основного вывода, мы должны показать, что это различие в росте богатства и силы возникает из различий в положении, торговле и политике соответствующих стран'и в частности благодаря более или менее благоприятным условиям для судоходства и водного транспорта.

Многие авторы, касавшиеся этого вопроса, так превозносят голландцев х, как если бы они были более чем людьми, а все остальные народы менее чем людьми (поскольку дело касается торговли н политики); эти авторы превращают голландцев в ангелов, а других — в глупцов, дикарей и болванов, когда дело доходит до торговли и политики. Я же считаю, что основа достижений голландцев заключается прежде всего в положении их страны, благодаря которому они делают такие вещи, которые не могут быть сделаны другими, и получают от этого выгоды, каких другие не могут получить.

Во-первых, почва Голландии и Зеландии низменна, богата и плодородна, вследствие чего она в состоянии прокормить много людей и притом таким образом, что последние могут жить вблизи друг от друга, оказывая друг другу взаимную помощь в промыслах. Я утверждаю, что 1 тыс. акров, которая может прокормить 1 тыс. человек, лучше 10 тыс. акров, дающих не ббльший эффект. Основания для такого вывода следующие:

  1. Предположим, что 1 тыс. людей строит какое-вибудь крупное «сооружение. Разве не будет сэкономлено гораздо больше времени в том случае, если они живут все на 1 тыс. акров, чем в случае необходимости жить на площади, в десять раз большей.
  2. Расходы, вызываемые заботой о спасении душ, и расходы на содержание священнослужителей будут значительно больше в одном случае, чем в другом; а также расходы по взаимной защите от вторжения врагов и даже по защите от воров и грабителей. Кроме того, расходы по отправлению правосудия будут много ниже там, где свидетели и стороны могут быть легко вызваны в суд; надзор же требует меньших расходов там, где легче следить за поступками людей и где несправедливость и беззакония не могут быть скрыты, как это бывает в местностях с редким населением.

Наконец, люди, живущие уединенно, должны быть своими собственными солдатами, священнослужителями, врачами и юристами и должны накоплять в своих домах запасы продуктов питания (подобно кораблю, отправляющемуся в продолжительное плавание), что ведет к большой порче и излишнему расходованию этих продуктов. Стоимость этого первого преимущества голландцев я считаю приблизительно равной 100 тыс. ф. ст. в год.

Во-вторых, Голландия является страной, имеющей ровную поверхность, благодаря чему во всех ее частях могут быть воздвигнуты ветряные мельницы, и так как атмосфера там влажная и наполнена парами, то в ней всегда дуют ветры, что дает возможность сэкономить труд многих тысяч людей; ведь мельница, построенная одним человеком, может выполнить в течение полугола такую работу, какая требует труда четырех человек в течение пяти лет. Это преимущество будет ббльшим или меньшим в зависимости от того, сильно или слабо заняты работой жители данной страны. В Голландии это преимущество весьма велико, и ценность его достигает почти 150 тыс. ф. ст.

В-третьих, промышленность доставляет больше барыша, чем сельское хозяйство, а торговля — больше, чем промышленность. Но Голландия и Зеландия, расположенные у устьев трех больших и широких рек, протекающих через богатые страны, предоставляют всему населению, живущему по берегам этих рек, заниматься лишь сельским хозяйством, в то время как сами они занимаются производством промышленных товаров, продавая их во всех частях света и выручая за них почти произвольные цены. Короче говоря, они сохраняют за собой ключи от торговли в странах, через которые протекают эти реки. Стоимость этого третьего преимущества я считаю равной 200 тыс. ф. ст.

В-четвертых, в Голландии и Зеландии вряд ли найдется какое- нибудь предприятие или торговое дело, которые расположены в местности, отдаленной более чем на милю от судоходных вод, а расходы по перевозкам водой обычно составляют лишь пятнадцатую или двадцатую часть расходов на сухопутные.перевозки. Поэтому, если бы размеры торговли были здесь такими же, как во Франции, то голландцы могли бы продавать дешевле французов на 14/13 стоимости всех издержек по переездам, на почтовые расходы и по перевозке грузов. Эти расходы достигают, по моему мнению, даже в Англии 300 тыс. ф. ст. в год, ибо один только расход по пересылке писем обходится населению, вероятно, в 50 тыс. ф. ст. в год, хотя государство и сдает почтовый доход на откуп'за много меньшую сумму, а все остальные расходы по оплате работы лошадей и носильщиков превосходят по меньшей мере в шесть раз эту сумму. Стоимость этого преимущества я оцениваю свыше чем в 300 тыс. ф. ст. в год.

5. гЭту страну, расположенную на морских островах и среди •тряеин, с ее труднопроходимой, пересеченной плотинами и каналами почвой, легко защищать от нападений, а ведь ее богатства делают ее хорошей приманкой для нападающего. Я считаю, что расходы по защите этой страны ниже по сравнению с теми, которые она должна была бы нести, если бы она представляла собой ровную долину, по меньшей мере на 200 тыс. ф. ст. в год.

  1. Голландия имеет такие возможности содержать корабли в гаванях с небольшими издержками на содержание людей и на якорные снасти, что сберегает на этом 200 тыс. ф. ст. ежегодно по сравнению с расходами, какие должна нести Франция. Итак, все эти природные преимущества приводят к получению ежегодно свыше 1 млн. ф. ст. прибыли; а так как вся торговля Европы, вернее, всего мира, с которым наши европейцы ведут торговлю, не превышает 45 млн. ф. ст. в год, то, принимая, что пятидесятая часть всей стоимости ее равна седьмой части прибыли, голландцы могут господствовать над всей торговлей и руководить ею.
  2. Страна, расположенная, таким образом, у моря, изобилующая рыбой и имеющая в своем распоряжении также и морской флот, имеет благодаря этому и рыбный промысел. Причем одна лишь торговля сельдью приносит голландцам ежегодно, как это уверяют многие люди, больше прибыли, чем испанцам торговля с Западной Индией или самим же голландцам торговля с Восточной Индией; ибо, как утверждают эти же люди, эта прибыль составляет ежегодно viis et modis [по всем статьям] свыше
  1. млн. ф. ст.
  1. Не приходится сомневаться в том, что тот, кто занимается судоходством и рыболовством, постарается обеспечить за собой торговлю лесом для постройки кораблей, лодок, мачт п бочек; торговлю пенькой для производства такелажа, парусов и сетей; торговлю солыо, железом, а также смолой, дегтем, канифолью, серой, маслом и салом — этими необходимыми принадлежностями судоходства и рыболовства.
  2. Те люди, которые господствуют в судоходстве и рыболовстве, имеют больше случаев, чем другие, посещать все части света и замечать, чего нехватает или что имеется в избытке в том или ином место, что может производить тот или иной народ и в чем разные страны нуждаются; следовательно, эти люди могут стать посредниками и захватить в свои руки перевозку товаров во всей мировой торговле. Пользуясь этим, они привозят все туземные товары для промышленной переработки в свою страну и вывозят их обратно даже в ту страну, из которой эти товары происходят. Все это мы действительно наблюдаем в Голландии.

Не перерабатывают ли они сахарный тростник Западной Индии, лес и железо Балтики, пеньку России, олово, цинк и шерсть Англии, ртуть и шелк Италии, пряжу и красящие веще- 11*              163

ства Турции и т. д.? Короче говоря, во всех старых государствах и империях та страна, которая держала в своих руках судоходство, владела и богатством; и если 2% цены товаров составляют, вероятно, 20% прибыли, то ясно; что тот народ, который может при обороте в 45 млн. продавать дешевле других на 1 млн. (на основе одних только природных и присущих данной стране преимуществ), может легко овладеть мировой торговлей. Причем для этого ему совершенно не требуется овладеть теми ангельскими способностями и силой ума, которые приписываются некоторыми людьми голландцам.

Покончив, таким образом, с положением Голландии, я перехожу теперь к ее торговле.

Повсеместно наблюдается, что во всякой стране процветает промышленность, перерабатывающая собственные туземные товары этой страны. Например, в Англии — шерстяная промышленность, во Франции — бумажная, в Льеже — переработка железа, в Португалии — производство сладостей, в Италии — шелка. Отсюда следует, что в Голландии и Зеландии должно лучше всего развиваться судоходство и что жители этих стран должны стать посредниками и пор ев оетда для въетъ тортового мира. Преимущества судоходного промысла таковы:

Крестьяне, моряки, солдаты, ремесленники и купцы являются опорой всякого государства. Все остальные крупные профессии имеют своим источником недостатки и ошибки этих профессий. Но профессия моряка заключает в себе три из этих четырем профессий, ибо каждый опытный и прилежный моряк является не только мореплавателем, но и купцом, а также и .солдатом, 'lie потому, что ему часто приходится сражаться и применять оружие, а потому, что он привыкает к лишениям л опасностям, угрожающим ему смертью и искалечением; ведь упражнениями и муштровкой можно постичь только небольшую часть солдатского ремесла по сравнению р той, которая постигается благодаря упомянутому выше образу жизни. Первой научаются быстро, вторая же требует многолетнего, весьма тяжелого опыта. Поэтому страна, в которой ^имеется большое количество моряков, обладает большим преимуществом.

  1. Доход крестьянина в Англии составляет лишь около 4 шилл. в неделю, моряк же получает не меньше 12 яшлл. в виде заработной платы, продуктов питания (и как бы жилища) и обеспечения разных других его нужд; таким образом, моряк в действительности равен трем крестьянам. Поэтому хотя [жители] Голландии и Зе- дандии мало пашут и сеют хлеб и мало занимаются выращиванием скота, но они улучшили свою землю постройкой домов, кораблей, машин, плотин, верфей, насаждением красивых садов, разведением необыкновенных цветов и фруктовых деревьев; они занимаются молочным хозяйством и откармливанием скота, разведением рапса, конопли, марены и т. п. Продукты же эти являются основой нескольких, дающих большую выгоду, отраслей промышленности.

  1. В то время как ванятие других людей ограничено их собственной страной, моряк может свободно направляться в ту часть света, в какую ему заблагорассудится. В то время как в том* или ином месте, в тот или иной период дела находятся (как говорится) «на мертвой точке», где-нибудь в другом месте земного шара дела вне всякого сомнения процветают и средства потребления имеются в изобилии. Ясно, что люди, имеющие в своем распоряжении корабли, и только эти люди, используют такое положение с выгодой для себя.
  2. Большое, конечное достижение торговли — это не богатство вообще, а специально изобилие серебра, золота и драгоценных камней, которые не портятся и не изменяются так, как это имеет место с другими товарами, но являются богатством для всех времен, всех меот. Изобилие же вина, хлеба, птицы, мяса и т. п. означает лишь богатство hie et nunc [данного места и данного времени]. Поэтому производство таких товаров и ведение такой торговли, которые способствуют накоплению в стране волота, серебра, драгоценных камней и т. п., являются более выгодными, чем другие виды проивводотва и торговли. Но труд моряка и перевозка груза на кораблях всегда имеют характер экспорта товаров, излишек которых над тем, что импортировано, приносит в страну деньги и т. д.
  3. Тот, кто господствует в морской торговле, может перевозить дешевле, получая при этом бдлыпую прибыль, чем другие, перевозя. дороже. Ибо производство сукна обходится дешевле,^когда одан человек расчесывает шерсть, другой прядет, третий ткет, четвертый красит, пятый отделывает, шестой прессует и упаковывает, чем когда все упомянутые операции производятся неуклюже одний и тем же человеком. Подобно этому те, кто господствует в оудоходном промысле, могут строить длинные и легкие суда для перевозки мачт, бревен, досок и т. п. и короткие суда для перевозки олова, железа, камней и т. п.; один сорт судов — для захода в порты, в которых им никогда не придется коснуться земли, другой — для обслуживания таких мест, в каких судам приходится лежать на песке дважды каждые двенадцать часов; один род судов и экипажа нужен для мирного времени и перевозки дешевых оптовых товаров, другой — для войны и перевозки драгоценных грузов; один сорт — для бурного моря, другой — для внутренних вод и рек; один сорт судов с особой оснасткой применяется там, где требуется быстрота, чтобы успеть снять сливки с рынка, другой — там, где выигрыш одной пятой или одной четвертой времени не имеет значения; один сорт судов, мачт и такелажа приспособлен для длинных путешествий, другой — для каботажного плавания; один сорт судов—для рыболовства, другой—для торговли; один сорт—для ведения войны с той или иной страной, другой — исключительно для грузовых перевозок; один сорт судов передвигается посредством весел, другой — посредством багров, третий — посредством парусов, а четвертый — посредством тяги людьми и ло

    шадьми; суда одного сорта должны быть приспособлены для плавания на севере среди льдов, а суда другого — для плавания на юге, где им приходится противостоять действию червей и т. д. Главной из многих причин, позволяющих голландцам брать меньшую плату за перевозку грузов, чем берут их соседи, является, как я считаю, именно то обстоятельство, что они могут представить специальный сорт судов для каждого особого вида торговли.

Я показал, каким образом положение их страны дало им возможность захватить судоходство, и как судоходство дало им на деле возможность захватить все другие виды торговли, и как торговля с чужими странами должна дать им возможность развить промышленное производство в таких пределах, с какими они могут справиться сами; что же касается избытка сверх этих пределов, то тут они могут превратить весь остальной мир как бы в рабочих, работающих для их мастерских. Теперь остается только показать, каковы результаты их политики, покоящейся на этих природных преимуществах, а не, как некоторые думают, на чрезвычайном развитии их ума.

Я упустил упомянуть, что 100 лет назад голландцы были бедным и угнетенным народом, живущим в стране с холодным, влажным и неприятным климатом, и что они терпели в то же время преследования за то, что не были ортодоксами в религии.

Это неизбежно привело к тому, что народ должен был тяжело трудиться, не оставляя праздным ни одного человека: богатые и бедные, молодые и старые — все должны изучать искусство чисел, весов и мер, должны вести суровый образ жизни, заботиться о слабых и сиротах в надежде извлечь выгоду из их труда и наказывать лентяев, заставляя их трудиться, а не увеча их. Все эти особенности, о которых говорят, что они являются хитрой выдумкой голландцев, кажутся мне неизбежными условиями, которые почти не могли быть иными.

Свобода совести, регистрация сделок, низкие пошлины, банки, ломбарды и торговые законы вытекают все из одного источника и ведут к одному и тому же результату; что касается низкой процентной ставки, то она также является необходимым результатом всех этих предпосылок, а не продуктом мышления.

Поэтому мы покажем только влияние каждого из этих мероприятий в отдельности и прежде всего влияние свободы совести. Но, прежде чем приступить к этому, я должен упомянуть о почти вабытом обычае (относится ли он к торговле или политике, это не имеет значения), заключающемся в том, что голландцы ставят мало мачт и парусов на те из своих судов, которые перевозят дешевые товары для оптовой торговли, мало зависящей от времени года.

Необходимо заметить, что если мы имеём два одинаковых и равных корабля, ив которых один имеет 1 600 ярдов парусов, а другой — 2 500 ярдов, то быстрота их передвижения относится одна к другой, как 4 : 5, так что один доставляет на место то же самое 166

количество леса в четыре дня, а другой — в пять. Если же принять во внимание, что хотя эти корабли находятся под парусами лишь

  1. или 5 дней, но в пути они могут пробыть и 30 дней, то возможно, что один потратит на весь путь лишь на одну тридцатую времени больше, чем другой, хотя под парусами он находится на одну пятую времени больше. Но поскольку размеры мачт, рей, снастей, канатов и якорей зависят все от количества и размеров парусов, а, следовательно, от этого зависит и число людей, то ясно, что одно судно имеет на одну треть меньше издержек, чем другое, теряя лишь одну тридцатую во времени и во всем том, что от последнего зависит.

Сейчас я перехожу к рассмотрению первого мероприятия голландской политики, а именно свободы совести. Я считаю, что в Голландии даровали ее по следующим основаниям (имея, однако, всегда наготове вооруженную силу, достаточную для поддержания общественного спокойствия):

  1. Они сами порвали с Испанией, чтобы избежать принуждения со стороны духовенства.
  2. Диссиденты этого рода — это по большей части люди вдумчивые, трезвые и терпеливые, считающие, что труд и прилежание — это их долг по отношению к богу (как бы ошибочны ни были их взгляды).
  3. Эти люди, верующие в божеское правосудие, видя, что наиболее беспутные лица блаженствуют на этом свете и пользуются лучшими его благами, никогда не решаются исповедывать ту же религию, какой придерживаются сластолюбцы и лица, обладающие чрезмерными богатствами и силой, ибо такие люди получают, по их мнению, все, что им причитается, на этом свете.
  4. Они не могут не знать, что^никто не может веровать в то, во что ему заблагорассудится, и/что заставлять людей заявлять, что они веруют в то, во что они в действительности не верят, — это бесполезно, абсурдно и не содействует славе господней.
  5. Голландцы, не считая свою веру непогрешимой и зная, что другие руководствуются тем же святым писанием, что и они, и точно так же стремятся к спасению своих душ, не считают себя вправе думать, что религия — это их дело, так же как они не считают нужным брать от моряков, которых они нанимают, обязательства нв уничтожать свои собственные суда и жизни.
  6. Голландцы видят, что во Франции и Испании (особенно в последней) лиц духовного сословия имеется в сто раз больше того, что действительно необходимо, причем главная забота этих людей состоит в обеспечении единообразия религии. Голландцы же считают, что это излишнее бремя.
  7. Они замечают, что там, где прилагают больше всего стараний к сохранению единообразия, там наиболее распространены еретические учения.
  8. Они уверены, что если бы в стране, где четвертая часть жителей состоит из еретиков, вся эта четверть была бы уничтожена в результате какого-либо чуда, то по прошествии небольшого периода

т

времени четверть оставшегося населения вновь превратится тем или иным путем в-еретиков; ибо у людей, естественно, имеются различия во мнениях по вопросам, выходящим за пределы здравого смысла и разума; естественно при этом, что лица, имеющие меньше богатства, считают, что у них имеется больше ума и проницательности, особенно в вопросах, касающихся бога, каковые, как они думают, относятся, главным образом, к бедным.

  1. Голландцы считают, что положение, в котором находились первые христиане, как оно представлено в деяниях апостолов, напоминает положение теперешних дисоидентов (я имею в виду внешнюю сторону). Кроме того, необходимо заметить, что торговля не процветает (как думают некоторые) более всего там, где правительство опирается на единую народную религию, но что, скорее,[72] торговля ведетоя наиболее энергично во всех государствах и при всех правительствах сектантской частью населения и теми, кто исповедует идеи, отличные от государственно признанных. Tait в Индии, где государственно признанной является магометанская религия, наиболее значительными купцами являются баньяны в Турецкой империи — евреи и христиане; в Венеции, Неаполе, Ливорно, Генуе и Лиссабоне — евреи и некатолические иностранные купцы. Коротко говоря, в той части Европы, в которой римско-католическая религия является сейчас или недавно была государственно признанной, три четверти всей торговли находятся в руках тех, кто отделился от этой церкви, т. е. жителей Англии, Шотландии и Ирландии, а также жителей Объединенных провинций, Дании, Швеции и Норвегии вместе с подданными германоких протестантских князей и Ганзейскими городами. В настоящий момент именно они держат в своих руках три четверти мировой торговли, и даже в самой Франции гугеноты являются относительно наиболее крупными торговцами. Не приходится также отрицать, что в Ирландии, где указанная римско- католическая религия не является государственно признанной, последователи этой религии держат в своих руках значительную часть торговли. Отсюда следует, что торговля не связана с каким- либо одним видом религии, как таковым, но скорее, как было сказано раньше, с сектантской частью населения; это подтверждается также на примере отдельных городов, ведущих наиболее значительную торговлю в Англии. У меня нет также оснований считать, что во всем мире найдется такое количество моряков римско-католического вероисповедания, какое могло бы соответствующим образом экипировать флот, равный тому, которым в настоящее время владеет английский король; моряков же неримско-католического вероисповедания нашлось бы больше, чем втрое. А поэтому тому, кого эта последняя группа благосклонно признает своей главой, не может, очевидно, причинить вред в его морских делах другая группа. Отсюда следует, что в целях развития торговли (если это являетоя достаточным

    основанием) должна быть дарована свобода в вопросах веры, хотя непристойные деяния- должны, как это имеет место даже в Голландии, пресекаться силой.

Второе политическое мероприятие, или содействие, оказываемое голландцами торговле, заключается в обеспечении права собственности на землю и дома; ибо хотя земля и дома могут быть названы Terra Firma et res immobilis [крепкой землей и недвижимостью], однако право собственности на них является неоспоримым лишь постольку, поскольку это заблагорассудится юристам и правительству. Поэтому голландцы, путем регистрации и другими методами обеспечения, делают права собственности столь же устойчивыми, кан сама земля; ибо нет поощрения к усердию там, где ие обеспечено обладание его плодами и где путем обмана, подкупа и плутовства один человек может легко в один момент отобрать у другого все то, что тот добыл многими годами тяжелого труда и лишений[73].

В Англии было много споров относительно введения регистрации. Юристы в большинстве случаев возражают против этой меры, утверждая, что права собственности и без этого достаточно обеспечены в Англии. Не вдаваясь в рассмотрение косвенных и не имеющих большого значения доводов pro et contra [за и против], мы укажем лишь, что хорошо было бы, если бы чиновниками нескольких судебных палат было обследовано, на какую сумму был причинен за последние десять лет вред покупателям в результате таких мошеннических передаточных записей, которые не могли бы иметь места при наличии регистрации. Потеря, которую несет ежегодно население из-за отсутствия последней, составляет в среднем десятую часть этой суммы. Необходимо также подсчитать годичные расходы, которых потребуют регистрации таких чрезвычайных передаточных записей, которые обеспечили бы нрава собственности на землю. Сравнив обе эти суммы, мы разрешим вонрос, о котором много спорят; однако некоторые лица считают, что хотя немного людей действительно несут потери, но все опасаются и воздерживаются от сделок.

Третье их политическое мероприятие — это банк. Польза, которую приносит последний, заключается в том, что он увеличивает количество денег или, вернее, делает для торговли небольшую сумму эквивалентной более крупной. Чтобы понять, как это осуществляется, необходимо разобраться в следующих вопросах: 1. Какое количество денег требуется для того, чтобы приводить в движение торговлю страны? 2. Какое количество денег действительно обращается в стране? 8. Какое количество денег необходимо, чтобы обслужить в течение года все платежи размером ниже 50 ф. ст. или какой-либо иной более подходящей суммы?

  1. На какую сумму имеется у руководителей банка бесспорных обеспечений? Если хорошо разобраться во всех этих вопросах,

    то мы получим ответ и на вопрос о том, какую часть из наличных денег, о которых говорится выше, можно без всяких опасений прибыльно вложить в банк и какому количеству наличных обращающихся денег эквивалентны эти вложенные в банк деньги. Предположим, например, что 100 тыс. ф. ст. необходимы, чтобы приводить в движение торговлю страны, и предположим, далее, что в этой стране имеется лишь 60 тыс. ф. ст. наличных денег. Предположим также, что 20 тыс. ф. ст. необходимы для того, чтобы обеспечить все платежи, размером ниже 50 ф. ст. В этом случае 40 тыс. ф. ст. из указанных 60 тыс., будучи вложены в банк, будут эквивалентны 80 тыс., а эти 80 тыс. вместе с 20 тыс., оставшимися вне банка, составят 100 тыс., т. е. сумму, достаточ-

  • ную для того, чтобы приводить в движение торговлю, как это было предположено. При этом следует заметить, что руководители банка отвечают за сумму, вдвое большую, чем им была доверена, и должны быть в состоянии переложить на все общество убытки, причиняемые им отдельными лицами.

На этих основаниях банк может свободно пользоваться полученными 40 тыс. ф. ст., причем эта сумма вместе с кредитом на такую же сумму составит 80 тыс. ф. ст., а вместе с остающимися 20тыс. — 100 тыс. ф. ст.

Я мог бы привести здесь еще много подробностей, но так как они были уже отмечены другими авторами, то я ограничусь лишь добавлением одного замечания, которое, по моему мнению, имеет существенное значение, а именно: я обращаю внимание на то, что голландцы стараются освободиться от двух занятий, связанных с большими беспокойствами и опасностями и приносящих вместе с тем наименьшие выгоды. Первое из этих занятий — это занятие простого рядового солдата. Они стараются освободиться от него, ибо они могут нанимать в Англии, Шотландии и Германии охотников подвергать риску свою жизнь за плату в 6 пенсов в день, в то время как сами они спокойно и безопасно зайимаются такими промыслами, которые худшему из них дают возможность получать доход, в шесть раз больший. Кроме того, благодаря этому привлечению иностранцев в качестве солдат население их страны постоянно увеличивается, поскольку дети этих иностранцев являются голландцами и занимаются разными промыслами; в то же время новые иностранцы привлекаются ad infinitum [до бесконечности]. Далее, эти солдаты выполняют в благоприятные для этого промежутки времени работу, по меньшей мере эквивалентную тому, что они расходуют. Итак, применяя иностранцев в качестве солдат, голландцы увеличивают население страны и предохраняют себя лично от опасностей и невзгод, не неся каких-либо действительных расходов и достигая этим путем того, к чему другие страны тщетно стремились, издавая законы о натурализации чужестранцев Ч Ибо можно ли прель

стить кого-нибудь оставить свою родную страну и переселиться в чужую одними лишь словами и простым разрешением называться новым именем. В Ирландию законы о натурализации[74] привлекли очень мало чужеземцев, что неудивительно, ибо англичане не пойдут туда, если они не получат платы солдата или каких-либо иных выгод, достаточных, чтобы обеспечить их существование.

Указав способ, посредством которого голландцы увеличивают население своей страны, я позволю себе здесь некоторое отступление, чтобы указать метод подсчета ценности каждого человека в среднем, взяв в качестве примера население Англии. Предположим, что число жителей Англии равняется 6 млн. и что их расходы, считая по 7 ф. ст. на человека, составляют 42 млн. ф. ст.; предположим также, что рента с земли равна 8 млн. ф. ст. и годовая прибыль со всякого рода движимого имущества составляет также 8 млн. ф. ст., отсюда неизбежно следует, что труд жителей должен был доставить остающиеся 26 млн. ф. ст. Умножив последнюю сумму на 20 (ценность основной массы людей, как^и земли, равна двадцатикратному годовому доходу, который они приносят), получаем цифру 520 млн., представлявшую собой ценность всего населения. Разделив это число на 6 млн., мы установим, что ценность каждого человека, считая вместе мужчин, женщин и детей, превышает 80 ф. ст.; взрослые же лица должны стоить вдвое больше этой суммы. Исходя из этого, мы можем подсчитать потерю, которую мы несем от чумной эпидемии, от гибели людей во время войны и от отсылки их за границу, на службу чужим государям. Второй промысел, от которого голландцы постарались освободиться, — это старинное патриархальное занятие скотовода и в значительной мере занятие, сводящееся к вспашке земли и посеву зерна. Они переложили это занятие на датчан и поляков, от которых они получают необходимый им молодой скот и хлеб. Мы можем здесь отметить, что если промышленность и искусство возрастают, то земледелие должно итти на убыль или заработная плата сельских рабочих должна повыситься, а земельная рента упасть.

В доказательство зтого я осмеливаюсь утверждать, что если бы все сельские рабочие Англии, зарабатывающие сейчас лишь 8 пенсов в день или около того, могли бы стать промышленными рабочими и зарабатывать 16 пенсов в день (что не является большой заработной платой, поскольку обычно уплачиваются 2 шилл. ц 2 шилл. 6 пенсов), то было бы в интересах Англии забросить свое сельское хозяйство и использовать свою землю только как пастбище для лошадей и дойных коров, для разведения садов и огородов и т. д. Если бы это было так и если торговля и про- . мышленность Англии возросли, т. е. если им посвящает себя более значительная часть населения, чем это было прежде, и если цена зернового хлеба теперь не выше, чем была тогда, когда меньше народу занималось промышленностью и торговлей и больше — земледелием, то уже по одному этому (хотя можно было бы указать еще и другие причины) рента должна упасть. Предположим, например, что пшеница продается по 5 шилл. или по 60 пенсов за бушель; если ренту с земли, на которой растет пшеница, составляет каждый третий сноп, то из 60 пенсов 20 приходится на землю и 40—на сельского рабочего (Husbandman); но если бы заработная плата последнего поднялась на одну восьмую, или с 8 до 9 пенс, в день, то доля сельского рабочего в бушеле пшеницы поднимется с 40 до 45 пенсов, и вследствие этого земельная рента должна упасть с 20 до 15 пенсов. Мы предполагаем, что цена пшеницы остается неизменной, и это с тем большим правом, что мы не могли бы ее повысить, так как, если бы мы попытались это сделать, к нам (как и в Голландию) стали бы ввозить хлеб из-за границы, где положение сельского хозяйства не изменилось.

Таким образом, я покончил с первым основным выводом, заключающимся в том, что небольшая страна и даже небольшой народ могут в результате своего положения, своей торговли и политики, стать вквивалентными более крупным и что благоприятные условия для судоходства и водных перевозок способствуют этому самым настоящим и самым основательным образом.

<< | >>
Источник: Петти Вильям. Экономические и статистические работы. - М.: Соцэкгиз.. 1940

Еще по теме ПРЕДИСЛОВИЕ:

  1. Предисловие к новому изданию
  2. Предисловие
  3. ПРЕДИСЛОВИЕ
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ
  5. Предисловие
  6. НЕФОРМАЛЬНОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
  7. Предисловие ко второму изданию
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
  9. Предисловие
  10. ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
  11. ПРЕДИСЛОВИЕ НАУЧНЫХ РЕДАКТОРОВ
  12. ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ РЕДАКЦИИ
  13. АУДИТ КАЧЕСТВА СУЩЕСТВОВАНИЯ - ЭТО ФОРМА ОРГАНИЗАЦИИ Предисловие редактора перевода
  14. ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
  15. ПРЕДИСЛОВИЕ
  16. ПРЕДИСЛОВИЕ
  17. ПРЕДИСЛОВИЕ
  18. Посвящается памяти проф. М.А. Знаменского и членов его семьи Предисловие
  19. Предисловие
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика