<<
>>

Неприложимость концепции справедливости к результатам стихийного процесса

Теперь необходимо провести четкое различие между двумя различными проблемами, которые создает в рыночном обществе спрос на «социальную справедливость». Первый вопрос: имеет ли концепция «социальной справедливости» какой-либо смысл или содержание в экономическом порядке, опирающемся на рынок? Второй вопрос: возможно ли сохранить рыночный порядок, если власть, обладающая способностью к принуждению, обременит его (во имя «социальной справедливости» или чего-то подобного) некой системой вознаграждения в соответствии с заслугами или потребностями различных лиц или групп? Ответ на каждый из этих вопросов — твердое нет.
Тем не менее общая вера в обоснованность концепции «социальной справедливости» побуждает все современные общества прилагать все больше и больше усилий второго рода, причем процесс идет с ускорением: чем больше положение индивидуумов и групп зависит от действий правительства, тем громче они настаивают на том, чтобы правительство стремилось к внятной схеме распределительной справедливости; а чем больше правительство хлопочет о реализации некой задуманной модели желательного распределения, тем в большей степени ему приходится брать под контроль положение отдельных лиц и групп. И пока в политике будет править бал вера в «социальную справедливость», этот процесс с неизбежностью будет подводить все ближе и ближе к тоталитарной системе. Для начала сосредоточимся на проблеме смысла или, вернее, бессмысленности термина «социальная справедливость», а затем рассмотрим то, как усилия утвердить любую предвзятую модель распределения могут отразиться на структуре общества. Большинству людей, по всей вероятности, покажется неправдоподобным утверждение, что в обществе свободных людей (в отличие от любого принудительно организованного) концепция социальной справедливости совершенно пуста и бессмысленна. Разве всех нас не мучает картина несправедливого устройства жизни и то, как достойные страдают, а недостойные процветают? Разве мы не обладаем способностью радоваться при виде того, что вознаграждение соответствует усилиям или жертвам? Но не стоит доверяться эмоциям.
Мы испытываем те же чувства при виде того, как судьба играет людьми без всякого участия человеческого фактора, и было бы абсурдом назвать происходящее несправедливостью. Однако мы громко протестуем против несправедливости, когда цепь несчастий обрушивается на одну семью, тогда как другая неизменно процветает, или когда достойные усилия из-за какой-нибудь случайности кончаются крахом, и протестуем, если одни из множества равно целеустремленных людей добиваются блестящего успеха, а другие кончают провалом. Разумеется, трагично зрелище того, как завершаются крушением похвальные усилия родителей воспитать детей, как рушится карьера молодых и неудачей заканчивается напряженный поиск исследователя. Такие судьбы будят в нас протест, пусть и неизвестно, кого в этом винить или как можно было бы предотвратить неудачу. Точно так же обстоит дело с общим чувством несправедливости распределения материальных благ в обществе свободных людей. Пусть в этом случае нам труднее в этом признаться, но, выражая недовольство несправедливостью рынка, мы не утверждаем, что кто-то был несправедлив; и нет на ответа на вопрос, кто именно был несправедлив. Общество по сути стало новым божеством, которому мы жалуемся и от которого требуем компенсации, когда оно не исполняет порожденные им ожидания. Не существует ни человека, ни группы людей, на которых страдалец мог бы справедливо пожаловаться, и невозможно придумать такие правила справедливого поведения, которые одновременно оберегали бы действующий порядок и предотвращали подобные разочарования. В этих жалобах слышен лишь один упрек — упрек в том, что мы терпим систему, в которой каждому разрешено выбирать себе занятие, а потому никто не может и не обязан следить, чтобы результаты отвечали нашим ожиданиям. Потому что в системе, где каждому позволено использовать свое знание в собственных целях114, концепция «социальной справедливости» определенно пуста и бессодержательна просто в силу того, что никто не в силах определить относительную величину дохода различных групп или сделать так, чтобы они не зависели ни от каких случайностей.
«Социальная справедливость» может иметь смысл только в направляемой или «командной» экономике (подобной армии), в которой людям приказывают, что делать; любая концепция «социальной справедливости» может быть реализована только в системе с централизованным управлением. Она предполагает, что люди подчинены приказам, а не правилам справедливого поведения. В самом деле, никакая система правил справедливого индивидуального поведения и, соответственно, никакое свободное поведение людей не могут породить результаты, удовлетворяющие какому-либо принципу распределительной справедливости. Мы ничуть не ошибаемся, полагая, что для судеб отдельных людей последствия идущих в свободном обществе процессов не распределены в соответствии с каким-либо распознаваемым принципом справедливости. Но мы делаем ошибку, когда заключаем, что это несправедливо и что кто-то должен за это ответить. В свободном обществе, где положение различных людей и групп не является результатом чьего-то замысла — и в рамках такого общества оно не может быть изменено в соответствии с общим принципом — бессмысленно называть различия в вознаграждении справедливыми или несправедливыми. Несомненно, многие виды действий имеют целью изменить чье-то вознаграждение, и они могут быть сочтены справедливыми или несправедливыми. Но в таком обществе не существует принципов индивидуального поведения, способных породить модель распределения, заслуживающую считаться справедливой, а потому никакой человек не может знать, что он мог бы сделать, чтобы обеспечить справедливое вознаграждение для своих сограждан.
<< | >>
Источник: Хайек Фридрих Август фон. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики / Фридрих Август фон Хайек ; пер. с англ. Б. Пинскера и А. Кустарева под ред. А. Куряева. — М.: ИРИСЭН. 644 с. (Серия «Политическая наука»). 2006

Еще по теме Неприложимость концепции справедливости к результатам стихийного процесса:

  1. В общем случае правила справедливого поведения представляют собой запрет на несправедливое поведение
  2. Неприложимость концепции справедливости к результатам стихийного процесса
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика