<<

Научная несостоятельность буржуазных трактовок экономической системы реального социализма

Центральное место в буржуазной советологической литературе отводится различного рода фальсификациям экономической системы реального социализма стран мирового социалистического содружества, и особенно экономической системы развитого социализма в СССР.

Несостоятельными в научном отношении являются буржуазные извращения социалистической собственности — этого ведущего звена всей системы социалистических производственных отношений. Игнорируя первостепенную, определяющую роль социалистической собственности как экономической основы социализма, буржуазные экономисты в своих «моделях» социализма отождествляют государственную общенародную собственность с собственностью капиталистического государства, называя «социалистическими», «общественными» государственные капиталистические предприятия и национализированные отрасли капиталистической экономики.

Научная несостоятельность буржуазных трактовок общенародной социалистической собственности заключается в том, что авторы их отождествляют средства производства с. капиталом, а поэтому социалистическое государство, владеющее основными средствами производства, они рассматривают как совокупного капиталиста. Однако средства производства превращаются в капитал лишь при определенных, именно капиталистических производственных отношениях. Существуют принципиальные раз личия в классовой природе государства в условиях капитализма и социализма, которые игнорируют буржуазные экономисты.

Буржуазное государство — это совокупный капиталист, эксплуатирующий наемный труд. Государственная капиталистическая собственность не имеет ничего общего с государственной социалистической собственностью, а является одной из главных форм государственно-монополистического капитализма и используется для извлечения прибавочной стоимости прежде всего в интересах финансовой олигархии, монополистической буржуазии.

В отличие от капиталистической государственная социалистическая собственность является общенародной, так как выражает равенство всех членов социалистического общества в их отношении к средствам производства, исключает эксплуатацию, отношения господства и подчинения и объективно подчиняет производство задаче возможно более полного удовлетворения материальных и духовных потребностей всех членов общества.

Социалистическое государство выступает представителем всех социальных групп и организует производство в интересах всего общества.

Несостоятельны также попытки буржуазных экономистов извращать социалистическую общественную собственность п|г- тем выискивания в ней мнимого «дуализма», противопоставления колхозно-кооперативной и общенародной форм социалистической собственности как якобы неоднотипных. В своих трактовках колхозно-кооперативной собственности буржуазные экономисты исходят из давно раскритикованного В. И. Лениным положения о тождественности кооперации в условиях капитализма и социализма, на основании чего делается вывод, что любой кооперативной собственности присущи как элементы социализма, так и элементы капитализма.

Совершенно неправомерно, однако, трактовать кооперацию лишь как форму организации в отрыве от ее содержания. Социально-экономическая природа кооперации определяется характером экономического базиса и типом государственной надстройки, но не самим по себе групповым характером кооперативной собственности. В условиях социализма, где определяющее значение имеет общенародная собственность, колхозно-кооператив- ный сектор является социалистической формой собственности и характеризуется социалистическими производственными отношениями.

Буржуазные идеологи трактуют колхозно-кооперативную собственность и как разновидность «смешанной экономики», как «симбиоз коллективного и частного труда», усматривая наличие «частного сектора» в существовании личного подсобного хозяйства. «В то время как крестьянин-частник исчез со сцены, — пишет американский буржуазный «советолог» А. Бергсон, — частная собственность сохранилась в подсобном хозяйстве колхозников»1.

Как враждебные силы, находящиеся «в неудачном сосуществовании», пытается представить колхоз и личное подсобное хозяйство американский буржуазный экономист Г. Гроссмен, механически перенося антагонизм личных и общественных интересов, свойственных капитализму, на социалистическую систему хозяйства. В действительности, являясь разновидностью личной собственности при социализме, подсобное хозяйство не имеет ничего общего с частной собственностью и капиталистической частной деятельностью.

Будучи источником дополнительных доходов сельского населения, оно прочно связано с общественным производством кооперативных и государственных предприятий и развивается с их помощью, основано на личном труде и исключает любые формы эксплуатации. Обязательным условием существования подсобного хозяйства является активное участие его членов в общественном производстве. Объективная необходимость существования личного подсобного хозяйства обусловлена не остатками «мелкособственнической психологии крестьянства» или недостаточной его заинтересованностью в развитии общественного производства, как утверждают буржуазные идеологи, а степенью развития общественного производства.

В буржуазных «моделях» социалистической экономики извращенно трактуется одно из важнейших преимуществ социализма — система централизованного социалистического планирования и управления народным хозяйством. Исходным пунктом буржуазных взглядов является превратное толкование самого понятия экономического планирования. Буржуазные идеологи трактуют планирование не как социально-экономическую, а как организационно-техническую категорию, противопоставляют социалистическому планированию идею «плюрализма» типов планирования, «множественности плановых экономик». Именно на этой основе фальсифицируется социалистическое планирование как в концепциях «командной экономики», где социалистическое хозяйствование изображается в виде голого администрирования и приказов, так и в моделях «рыночного социализма», в которых утверждается, что для осуществления «эффективного планирования» в социалистических странах должен быть введен стихийный рыночный механизм.

В действительности народнохозяйственное планирование — это специфическая форма деятельности социалистического государства по руководству экономикой в масштабах всего общества на основе познания и сознательного использования закона планомерного развития народного хозяйства и всей системы объективных экономических законов социализма в целях удовлетворения растущих потребностей членов социалистического общества.

Объективной экономической основой народнохозяйственного планирования является социалистическая собственность на средства производства.

Динамизм и планомерность развития социалистической экономики, растущая экономическая и научно-техническая мощь ми-

ровой системы социализма заставили буржуазных идеологов отказаться от оценок совершенствования управления, планирования и экономического стимулирования в ходе экономических реформ в социалистических странах как «возвращения к капитализму», к капиталистическим методам хозяйствования. Такие буржуазные экономисты, как Г. Гроссмен, К. Тальхайм, признали несомненную ошибочность буржуазных прогнозов относительно эволюции советской экономики в результате экономической реформы к «рыночному социализму» и «конвергенции» двух систем, поскольку не был отменен принцип выполнения плана, а прибыль не стала определяющим критерием успеха предприятия, как это- имеет место в системе рыночной экономики. Многие буржуазные экономисты вынуждены признать, что советская экономическая система достигла зрелости в показателях как благосостояния,, так и умножения целей.

Однако и в современных условиях возрастания экономического могущества СССР и других социалистических стран буржуазные советологи продолжают специализироваться на извращении и фальсификации мер по дальнейшему совершенствованию централизованного управления и планирования социалистической экономики, ратуя за полную децентрализацию экономики социализма. Так, А. Ноув пытается утверждать, будто «советский экономический механизм не может функционировать эффективно* по причине чрезмерной централизации планирования и управления»1. А. Бергсон считает, что в условиях централизованного планирования бюрократизм распространен во всех звеньях управления.

Реальное развитие экономической системы зрелого социализма опровергает эти буржуазные измышления и убедительно подтверждает жизнеспособность и эффективность централизованного планового управления экономикой, которое совершенно не нуждается в каком-либо «автоматизме свободной игры рыночных сил». Реальные задачи дальнейшего совершенствования управления и планирования социалистического производства с целью повышения эффективности общественного производства, улучшения качества работы заключаются в том, чтобы повысить роль планирования как центрального звена в управлении народным хозяйством.

Буржуазные идеологи тенденциозно трактуют процесс совершенствования плановой системы управления, метафизически противопоставляя друг другу этапы этого процесса. Мероприятия хозяйственной реформы 60-х годов они трактуют как «децентрализацию», а дальнейшее ее развитие в 70-х — начале 80-х годов — как «рецентрализацию». Однако нелепо говорить о каком- то «восстановлении централизма», о «ползучей рецентрализации»> усматривая ее в создании производственных объединений, в преобразовании ряда союзно-республиканских министерств в обще-

союзные, во введении некоторых новых директивных показателей планирования и т. д.

В действительности в соответствии с требованиями развитого социализма реализуется система мер по повышению уровня социалистического планирования и хозяйствования с целью значительного повышения эффективности общественного производства, ускорения научно-технического прогресса и роста производительности труда, улучшения качества продукции для обеспечения на этой основе неуклонного подъема экономики страны и благосостояния советского парода. Именно на реализацию этих целей направлено постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об улучшении планирования и усилении воздействия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работы (июль 1979 г.). Первостепенное значение ЦК КПСС придает дальнейшему повышению роли государственного плана, и прежде всего пятилетнего, их сбалансированности и большей ориентации на решение социальных задач. Предусматривается усиление концентрации ресурсов на выполнение общегосударственных целевых программ, улучшение системы планируемых показателей, значительное усиление действенности экономических рычагов и стимулов с целью повышения эффективности и качества работы, выполнения плановых заданий.

Несостоятельной поэтому является трактовка буржуазными экономистами, в частности А. Ноувом, пятилетних планов как проявление скачкообразности развития, когда якобы «каждый последующий пятилетний план направлен на ликвидацию особо узких мест предыдущего»464.

Являясь главным инструментом реализации экономической политики, план, рассчитанный на пять лет, позволяет эффективно увязывать технико-экономические и социальные задачи с наличием ресурсов на каждом конкретном этапе социалистического и коммунистического строительства.

В противоположность утверждениям буржуазных экономистов о мнимой «рецентрализации» в ходе дальнейшего совершенствования управления народным хозяйством СССР получают дальнейшее развитие оба начала демократического централизма, ибо в условиях социализма централизм и демократия не только не исключают друг друга, но, наоборот, неразрывно связаны. Еще В. И. Ленин постоянно подчеркивал, что при социализме централизм является демократическим и не имеет ничего общего с бюрократизмом, шаблонизацией. Он предупреждал: «...надо ясно понять, как далеко отличается демократический централизм, с одной стороны, от централизма бюрократического, с другой стороны— от анархизма»465. И далее: «...централизм, понятый в действительно демократическом смысле, предполагает в первый раз историей созданную возможность полного и беспрепятственного развития не только местных особенностей, но и местного почина, местной инициативы, разнообразия путей, приемов и средств движения к общей цели»1.

В ленинском понимании развитие демократического централизма— это двусторонний процесс, включающий укрепление централизма и развертывание социалистической демократии в экономической жизни, их оптимальное для конкретных исторических условий сочетание.

В условиях зрелого социализма привлечение трудящихся к управлению, самодеятельность масс получают дальнейшее развитие и законодательно закреплены в Конституции СССР.

С буржуазными трактовками планирования тесно связаны концепции товарно-денежных отношений, основывающиеся на ненаучных постулатах о том, что товарное производство и рынок присущи только капиталистическому хозяйству, а рынок может функционировать только как стихийный, автоматический регулятор производства. С этих исходных позиций буржуазные экономисты отрицают принципиально новое содержание и функции товарно- денежных отношений при социализме как в концепциях «центрально-управляемого хозяйства» и «командной экономики», так и в концепциях «индустриального общества», «конвергенции двух систем», «рыночного социализма».

В концепциях «центрально-управляемого хозяйства», «командной экономики» господствует тезис об отсутствии товарно-денеж- ных отношений при социализме, исходящий из утверждений об их несовместимости с планированием и централизованным руководством социалистической экономикой. Стоимостные категории при социализме сторонники «командной экономики» рассматривают всего лишь как абстрактные «расчетные» формы, используемые для осуществления технических связей и внеэкономических методов управления. Г. Гроссмен, например, считает, что деньги, прибыль, цены являются при социализме «производными от воли людей, стоящих у власти».

Подобные буржуазные измышления коренным образом противоречат научному пониманию вопроса о необходимости и сущности товарно-денежных отношений и стоимостных категорий при социализме. Наличие двух форм социалистической собственности, недостаточная степень зрелости общенародной собственности, недостаточная степень развития непосредственно общественного труда—все это определяет объективную необходимость существования товарно-денежных отношений на первой фазе коммунистической формации, которые являются органической частью социалистических производственных отношений. Товарно-денежные отношения при социализме обслуживают весь процесс воспроизводства, используются планомерно, в соответствии с их новым, социалистическим содержанием, в интересах всего общества и каждого его члена. На этапе зрелого социализма стоимостные рычаги служат эконо-

мическими орудиями повышения эффективности производства, улучшения качества работы и продукции, неуклонного роста материального благосостояния и культурного уровня членов социалистического общества.

Несостоятельными являются и буржуазные трактовки товарно- денежных отношений при социализме с позиций концепций «индустриального общества», «рыночного социализма», «конвергенции» двух систем, которые получили широкое распространение в буржуазной политэкономии конца 60—70-х годов, особенно в связи с осуществлением в СССР и других социалистических странах экономических реформ.

В этих концепциях товарно-денежные отношения и стоимостные категории трактуются в качестве «вечных инструментов рационального хозяйствования» как при капитализме, так и при социализме, что используется для отрицания принципиальных различий между капиталистическим рыночным механизмом и плановой системой социалистического хозяйствования.

Порочность данных трактовок состоит в неправомерной абсолютизации некоторых общих черт товарного производства в различных способах производства. Однако еще К. Маркс подчеркивал: «...производство товаров и обращение товаров представляют собой явления, свойственные самым разнообразным способам производства ...Мы, следовательно, ровно ничего не знаем о differentia spe- cifica (характерных особенностях) данных способов производства, не можем ничего сказать о них, если нам известны только общие им всем абстрактные категории товарного обращения»1. Социально-экономическая природа, роль, результаты использования товарно-денежных отношений определяются господствующей формой собственности на средства производства в каждой формации.

Банкротство во второй половине 70-х годов буржуазных прогнозов о «рыночной эволюции» экономики социалистических стран* в ходе хозяйственных реформ вызвало новую перестройку в идейном арсенале буржуазной советологии в виде концепции «электронного рынка». Спекулируя на возрастающей роли электронно- вычислительных машин и автоматических систем управления в общей системе планирования и управления народным хозяйством развитого социалистического общества, авторы этой концепции прогнозируют создание при помощи ЭВМ и АСУ некоего сверх- централизованного плана, который будет сочетаться с «электронным рынком» и заменит планомерно организованный рынок и будет имитировать механизм рыночной конкуренции.

В противоположность теоретикам «электронного рынка» при социализме рынок — это не техническая, не чисто логическая, а социально-экономическая категория, обусловленная спецификой товарно-денежных отношений при социализме. Отмирание рынка* как и товарно-денежных отношений, произойдет в результате пе- рехода к единой коммунистической собственности, а не в результате развития науки и техники как таковых, как предполагают буржуазные идеологи.

Теоретически бесплодная и практически неосуществимая концепция «электронного рынка» являемся схоластической и потому, что игнорирует органическое сочетание плана и рынка в экономической системе развитого социалистического общества, где товарно-денежные отношения и стоимостные категории являются активным действенным средством укрепления и развития планомерности в интересах коммунистического строительства.

В буржуазных извращениях экономической системы зрелого социализма важное место уделяется тенденциозному освещению проблемы эффективности социалистического производства. Буржуазные идеологи распространяют фальшивые измышления о том, что социализму, основанному на общественной собственности на средства производства и социалистических принципах распределения, по самой его природе не присуще эффективное ведение хозяйства. О низкой эффективности «командной экономики», под которую буржуазные экономисты подводят экономику социалистических стран, пишут Р. Кемпбелл, А. Ноув и другие буржуазные экономисты, совершенно неправомерно абсолютизируя экономические трудности первоначального этапа развития социалистических стран и механически перенося их на все последующие этапы.

В действительности весь опыт развития социализма наглядно подтверждает, что повышение эффективности общественного производства является закономерностью развития социалистической экономики. Начав свое экономическое развитие с весьма низкого исходного уровня, советская экономическая система на всех этапах характеризуется наращиванием действия интенсивных факторов, повышением эффективности общественного производства. Вопреки утверждениям буржуазных идеологов о «неэффективности» советской модели хозяйствования СССР в настоящее время опережает капиталистический мир по темпам долговременного роста производительности труда. Одновременно происходит процесс улучшения использования производственных фондов, снижения материалоемкости продукции при повышении ее качества. Настойчивое повышение эффективности общественного производства и улучшение качества продукции и услуг во всех отраслях народного хозяй- сгва на основе его всесторонней интенсификации определены как важнейшие задачи для перевода в 80-е годы экономики СССР на рельсы интенсивного развития, повышения производительности и качества труда 466.

Не отвечает реальности развития социалистической экономики и Концепция двух типов эффективности А. Бергсона, которую разделяют и другие буржуазные экономисты. Согласно этой концепции, социализм якобы может обеспечивать экономический рост исключительно за счет мобилизации ресурсов, т. е. обладает так называемой динамической эффективностью, но не способен экономно использовать наличные ресурсы., т. е. не может добиться «статической эффективности», на основании чего А. Бергсон делает общий вывод о низкой эффективности социалистической экономики К

О несостоятельности подобных утверждений свидетельствует динамичное развитие общественного производства СССР, повышение его эффективности в годы десятой пятилетки, когда за счет роста производительности труда было получено 75% прироста промышленной продукции, весь прирост в сельском хозяйстве и 95% прироста строительно-монтажных работ.

Не выдерживает критики также утверждение буржуазных экономистов о существовании слишком высокой нормы накопления, что якобы ориентирует социалистическую экономику исключительно на развитие тяжелой промышленности, «производства ради производства» в ущерб отраслям, производящим товары широкого потребления. Так, А. Ноув считает, в СССР «плановые государственные органы не обращают внимания на потребности населения ввиду большого накопления ресурсов»467.

Объективная потребность в напряженно высоких темпах роста производства, особенно тяжелой индустрии, как и высокая норма накопления, существовала в период индустриализации страны и была продиктована необходимостью создания материально-технической базы социализма и обеспечения обороноспособности страны. Однако совершенно неправомерно трактовать особенности этого исторического периода как закономерность социализма вообще. Буржуазные экономисты игнорируют также то, что решающее значение на длительную перспективу имеет не норма, а масса накопления. Социализм, создав условия для полного и рационального использования основных фондов, рабочей силы, естественных богатств, обеспечил за этот счет такое дополнительное увеличение массы национального дохода, которое невозможно в условиях капиталистических производственных отношений. При социализме отсутствует присущее капитализму антагонистическое противоречие между накоплением и потреблением: и то и другое используется полностью в интересах народа, ибо конечной целью развития со- циталистического производства и повышения его эффективности является обеспечение «...полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества»468.

Высшей целью экономической стратегии КПСС является неуклонный подъем материального и культурного уровня жизни народа, создание лучших условий для всестороннего развития личности. Именно осуществлению этих задач в 80-е годы подчинено дальнейшее повышение эффективности всего общественного производства, увеличение производительности труда, роста социальной и трудовой активности трудящихся К

Успехи в развитии социалистической экономической системы позволяют обеспечивать дальнейший рост благосостояния народа, решение социальных задач. В 70-е годы реальные доходы советских людей возросли в 1,5 раза. Только за годы десятой пятилетки население получило 530 млн. кв. м жилой площади, увеличились выплаты и льготы из общественных фондов потребления. В целом же на нужды потребления в СССР расходуется 3/4> а с учетом жилищного строительства — 4/б национального дохода страны.

Социалистическая система хозяйства характеризуется, таким образом, более высокой социально-экономической эффективностью по сравнению с капитализмом, где основное социальное содержание повышения эффективности производства — извлечение максимальной прибавочной стоимости и где достигнутая в ряде случаев высокая эффективность производства неизбежно сопровождается расхищением человеческих и естественных ресурсов.

В период зрелого социализма на основе соединения достижений научно-технической революции с преимуществами социализма успешно осуществляется поворот всей экономической системы в сторону интенсивного развития, повышения эффективности и качества, что создает реальные условия для более полной реализации основного экономического закона социализма, дальнейшего развития и совершенствования социалистического образа жизни, для наиболее полного использования возможностей и преимуществ развитого социалистического общества. К. Маркс сформулировал закон движения политической экономии, указав, что в основе ее возникновения и развития лежат изменения экономических условий жизни общества. Он писал: «...развитие политической экономии и порожденной ею самою антитезы идет нога в ногу с реальным развитием присущих капиталистическому производству общественных противоречий и классовых битв»469. Этот закон находит подтверждение в истории экономических учений. Изучение этого предмета показывает, что сами эти учения становятся орудием классовой борьбы. При этом роль идеологической борьбы возрастает. Особо важное значение она приобретает в эпоху перехода от капитализма к социализму, на ее современном этапе, когда наряду с ростом сил социализма происходит дальнейшее углубление общего кризиса капитализма.

История экономических учений убедительно показывает, что после того, как капитализм одержал победу над феодализмом, теории его идеологов утратили научный характер, который всегда был ограничен узкими рамками буржуазного кругозора. Оставаясь на поверхности явлений, вульгарная буржуазная политическая экономия, опираясь на те или иные факты реальной действительности, конструирует всевозможные теории, направленные на маскировку глубоких язв капитализма, на дискредитацию марксизма-ленинизма и реального социализма.

Все школы вульгарной буржуазной политической экономии основываются на антинаучной методологии. В их арсенал прочно вошли такие несостоятельные концепции, как теория «факторов производства» и теория «вменения», теория «предельной полезности» и др. В буржуазной политической экономии отсутствует общая теория экономического процесса, что обусловлено ее классовой позицией и вытекающей отсюда антинаучной методологией.

В. И. Ленин отмечал, что буржуазные экономисты способны давать ценные работы в области фактических специальных исследований, без которых нельзя обойтись при анализе капитализма. В то же время он подчеркивал, что буржуазным экономистам «...нельзя верить ни в одном слове, раз речь заходит об общей теории политической экономии»470.

Характерной тенденцией буржуазной политической экономии является частая смена форм апологии капитализма. Это связано с тем, что жизнь опровергает измышления идеологов буржуазии. Будучи вынужденными приспосабливаться к изменяющейся обстановке на мировой арене, к новым условиям классовой борьбы, буржуазные экономисты изыскивают новые формы идеологической защиты капитализма, нередко маскируя его под некое подобие социализма, что само по себе свидетельствует о банкротстве буржуазной политэкономии.

В эпоху общего кризиса капитализма буржуазные экономисты все больше занимаются разработкой экономической политики, практических рекомендаций для большого бизнеса. Однако и в этой области выявилась полная несостоятельность буржуазной политэкономии. Ее предложения терпят неизменный провал. Это стало особенно очевидным в 70-х годах, когда капитализм вступил в новую кризисную полосу, отражающую дальнейшее углубление его общего кризиса.

Глубокий кризис переживает и буржуазная политическая экономия. Не оправдались ее надежды на государственно-монополистическое регулирование экономики, на развертывание НТР и применение математических методов. Теперь даже сами буржуазные экономисты вынуждены признавать, что они не могут дать ответа на актуальные проблемы современности и предложить реалистичную программу поддержания устоев капитализма.

История экономических учений свидетельствует о триумфе марксистско- ленинского учения. Она' показывает незыблемость его основ и дальнейшее их творческое развитие и обогащение на базе научного анализа новых явлений в сфере экономики, опыта классовой борьбы и коммунистического строительства. История экономических учений убедительно опровергает все попытки опорочить марксизм-ленинизм, противопоставить «раннего» Маркса «зрелому» Марксу, отделить ленинизм от марксизма и другие подобные измышления. Прослеживая историю марксистско-ленинской политической экономии до наших дней, мы видим, каких новых вершин она достигла в материалах КПСС и братских марксистско-ленинских партий. Глубокий анализ сущности общего кризиса капитализма, его основных черт и этапов, проблем капиталистического воспроизводства, его антагонистических противоречий, разработка учения о государственно-монополистическом капитализме, инфляции, военно-промышленном комплексе, социально-экономических последствиях НТР, социально-экономических процессов в развивающихся странах и многие другие составляют неоценимый вклад в политическую экономию капитализма и служат научной основой борьбы коммунистических и рабочих партий против гнета капитала.

Особое значение имеет создание политической экономии социализма, учения о закономерностях и этапах его развития, о развитом социализме, о механизме социалистического хозяйствования, о путях перехода к коммунизму, о проблемах социалистической ориентации и др. Политическая экономия социализма играет важную роль для разработки планов развития экономики, экономической политики в целом.

История экономических учений свидетельствует о том, что все попытки создать теорию, которая могла бы противостоять несокрушимой силе марксизма- ленинизма, неизбежно заканчиваются провалом. Марксизм-ленинизм получает все большее распространение, и влияние его в народных массах растет. Исторические события современной эпохи свидетельствуют о триумфе марксизма- ленинизма.

<< |
Источник: Рындина М. Н., Василевский Е. Г., Голосов. В. В. и др. История экономических учений: Учебник для экон. спец. вузов. — М.: Высш. школа, 1983 г. — 559 с.. 1983

Еще по теме Научная несостоятельность буржуазных трактовок экономической системы реального социализма:

  1. ПРЕДМЕТ И МЕТОД КУРСА ИСТОРИИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ УЧЕНИИ
  2. Научная несостоятельность буржуазных трактовок экономической системы реального социализма
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -
Яндекс.Метрика