<<
>>

2. Правовая культура в контексте правовой безопасности модернизирующейся России

Прежде чем говорить о правовой культуре и наличии или отсутствии ее в современном российском обществе, необходимо разобраться, а что же все-таки подразумевается под категорией «правовая культура».

Если исходить из определения, дающегося в учебной литературе, правовая культура – это комплекс регулятивов и ценностей, на основе которых строится реально существующий в стране правопорядок. Она выражается в правосознании людей, то есть их представлениях о том, каков должен быть этот порядок, и как следует относиться к действующей в государстве правовой системе[107].

Начало этапа становления национальной правовой культуры относят обычно к древнерусскому периоду. Формирование ее в полномасштабном объеме определяется концом ХVIII-началом ХIХ вв. В этот период утверждаются позиции различных школ права, приобретают популярность идеи о неотъемлемых правах и свободах человека. Так, в частности, закладывались основы формирования концепции естественного права. Однако оно не соответствовало принципам официальной государственной политики, поэтому его преподавание в учебных заведениях было запрещено и предпочтение отдано общей теории законоведения. В 60-е годы ХIХ века предпринимаются попытки разработать новую систему правовой культуры, связанную с установлением в стране конституции. В рамках нового юридического мышления развивались основные представления о правовой культуре (Л.И. Петражицкий, Б.А. Кистяковский, Г.Ф. Шершеневич). Впервые в России заговорили о формировании правового сознания и правовой культуры на всеобщем уровне.

Понимание правовой культуры как особого качественного состояния правовой жизни начинается в ХХ веке. В правовой культуре нашли отражение такие ее черты, как духовность и государственность. «В национальной правовой культуре «правовые понятия» обладали скорее нравственно-этическим, чем строго юридическим значением»[108].

В послеоктябрьский период воспитание нового человека требовало активного воздействия на общественное сознание. В этом большую роль сыграл фактор заидеологизированности. Источником формирования представлений о понятии правовой культуры нередко служили идеи партийного руководства. Системные исследования правовой культуры предпринимаются в 60-70-е годы XX века (работы Е.В. Аграновской, С.С. Алексеева, В.П. Казимирчука, Д.А. Керимова, Н.М. Кейзерова, В.П. Кудрявцева, Е.А. Лукашевой и других). Основополагающие подходы к формированию современной дефиниции понятия «правовая культура» были сформулированы в 80-е годы ХХ века. Правда, это осуществлялось через категорию «социалистическая правовая культура».

В настоящее время насчитывается около 250 различных научных позиций по вопросу определения правовой культуры. Формирование нового понятийного аппарата, отражающего реалии изменяющегося общества, позволило по-иному взглянуть на данные объекты правовой жизни, их роль в процессе социализации личности, эволюции всего общества. Современный этап характеризуется выработкой целостной ее концепции на основе развития юридических знаний, традиций. Правовая культура определяет качественное состояние правовой жизни общества, и правовое развитие самого человека. В свою очередь, развитие личности в процессе деятельности по формированию правовых ценностей и их усвоению есть форма существования правовой культуры. Ее структуру можно рассматривать как единство двух подсистем: субстанциональной и функциональной. В первом случае речь идет о фиксации правового опыта общества, граждан, о правовых теориях и идеях, во втором - подразумевается процесс оформления этого опыта в практической правовой деятельности. До конца ХХ века комплексное определение понятия «правовая культура», которое соответствовало бы его сущностному (аксиологическому) содержанию, отсутствовало. Оно не рассматривалось в соотношении с такими категориями, как духовность, ее философской, социальной и правовой интерпретации. Большинство определений носило чисто прикладной характер.

Рассматривая данное понятие в более широком аспекте, В.И. Каминская и А.Р. Ратинов показали, что это система овеществленных и идеальных элементов, относящихся к сфере действия права, их отражению в сознании и поведении людей[109]. В качестве элементов понятия были выделены право, правовые отношения, государственные органы, организации по реализации права, правовое сознание и правовое поведение. Однако, по мнению Н.М. Кейзерова, указанные элементы недостаточны для определения сущности правовой культуры, к ним необходимо добавить критерии политической оценки права и правового поведения[110]. Н.Я. Соколов считает, что правовая культура может рассматриваться как «совокупность правовых знаний, убеждений, установок личности, которые реализуются в процессе труда, общения, поведения, а также отношения к материальным и духовным ценностям общества»[111].

Интегрированное понимание правовой культуры может быть представлено следующим образом. Правовая культура - система ценностей, правовых идей, убеждений, навыков и стереотипов поведения, правовых традиций, принятых членами определенной общности (государственной, религиозной, этнической) и используемых для регулирования их деятельности. В рамках одного государства может существовать одновременно несколько правовых культур. Особенно это характерно для многонациональных и поликонфессональных обществ. Так, в России существует русская, элементы мусульманской правовой культуры, обособленная правовая культура у некоторых других этнических общностей. Можно говорить о правовой культуре как общества в целом, так и правовой культуре отдельной личности (индивидуума). Правовая культура общества - это часть духовной культуры, характеризующая качественное состояние правовой жизни общества, выражающейся в достигнутом уровне правотворческой и правореализующей деятельности, правосознания и правоотношений, степени гарантированности государством и гражданским обществом интересов и прав граждан. Правовая культура личности выражается в овладении ею основами юридических знаний, в уважении к закону, праву, в сознательном соблюдении норм права, в понимании социальной, юридической ответственности, в непримиримости к правонарушениям, в борьбе с ними.

Знание гражданами своих прав, свобод, а также обязанностей перед государством и обществом является составной частью правовой культуры.

Можно указать несколько важнейших требований, которым должна соответствовать современная правовая культура населения и которые в нашей стране сейчас выступают как задачи, пока еще далекие от разрешения.

Правовая культура – система ценностей и норм, укоренившихся в сознании и мотивации, обусловливающих поведение индивида и выражающихся в традициях, стиле взаимоотношения между личностью и правом. Правовая культура, являющаяся своего рода традицией взаимоотношения права и народа, становится важной детерминантой (особенно на начальном этапе), определяет успех внедрения и функционирования демократических норм и ценностей.

Правовая культура включает элементы, как: культура правового сознания, культура правовых отношений, культура правовой деятельности, т.е. законности, правопорядка, законотворческой, правоприменительной и других видов деятельности в сфере функционирования права. Уровень правовой культуры в том или ином обществе определяется развитостью и согласованностью элементов, масштабом и глубиной юридического образования, правового воспитания, качеством профессиональной подготовкой юристов, степенью развития юридической науки и правового мышления граждан.

Правовая культура существует во взаимодействии с экономическими, политическими, демографическими и другими социальными процессами, а также соответствующими видами культуры общества и личности. Она определяет правовые ценности, результаты и достижения общества в правовой сфере и юридической теории. В аксиологическом аспекте правовая культура понимается как развивающаяся система правовых ценностей (правосознание, правовая наука, законодательство, правопорядок, правовая деятельность), созданных и создаваемых в обществе, впитавших в себя передовые достижения юридической науки и практики человечества. Аксиологическое направление в исследовании правовой культуры основывается на философском анализе именно ценностного аспекта культуры. Оно дает возможность определить социальные основы правовой культуры, объективные свойства ее нормативности, духовные и нравственные аспекты. В данном случае прослеживается связь правовой и нравственной культуры общества и личности.

Важнейшее требование, которое должна учитывать современная правовая культура населения и которое в нашей стране сейчас выступает как задача, пока еще далекая от разрешения - это уважение к закону. Отсутствие его - наша национальная беда. Право на Руси издавна понималось как приказ начальства, который надо выполнять, чтобы избежать наказания, а не как норма, направленная на общее благо. А.И. Герцен писал: «Русский, какого бы звания он ни был, обходит или нарушает закон всюду, где это можно сделать безнаказанно; совершенно так же поступает и правительство». В нежелании загонять живую жизнь в строгие рамки закона на западноевропейский манер славянофилы видели даже некое достоинство русского народа, широкой натуре которого это будто бы претит.

Правовой нигилизм, то есть неуважительное отношение к закону - лейтмотив тоталитарных режимов. Не исчезло пренебрежение к закону и в наши дни. Не секрет, что у нас сейчас идет борьба двух культурных традиций – прежней, хорошо укорененной культуры обычаев и с трудом пробивающейся в нашу жизнь культуры правил, правовых норм [112].

О феномене правового нигилизма сейчас много говорят и пишут. Действительно, в настоящее время нигилистическое отношение к праву стало наиболее показательной и неотъемлемой чертой сложившейся в России ситуации культурно-правового кризиса. И, тем не менее, правовой нигилизм и нигилизм вообще - достаточно длительно существующее и распространенное в мире явление, которое можно рассматривать как характерное для определенного этапа развития европейской цивилизации. Этот этап, наиболее выразительно охарактеризованный Ф. Ницше формулой «Бог умер», означавшей, что к концу XIX века европейская культура утратила ощущение присутствия Бога в мире, и теперь понимание мира человеком не основано на признании абсолютных ценностей, связан с наступлением аксиологического релятивизма. Другой немецкий мыслитель, М. Хайдеггер, анализируя на основе феноменологии европейский нигилизм как явление фундаментальное для современного сознания, выявил его ключевые черты. Во-первых, мировоззренческий нигилизм - это господство бессмысленности, обесцененности всего сущего. Отсутствие адекватной укорененной в абсолюте ценностной иерархии приводит к пониманию равнозначности всех ценностей, их относительности, а, следовательно, в конечном счете отсутствия в них какого-либо общезначимого. Во-вторых, нигилизм раскрывает себя в убеждении, что жизненный мир человека, общество сотканы из «психологических потребностей» и представляют собой только сеть пересекающихся частных интересов. Отсюда вытекает идея об отсутствии в мире и обществе единой наполненной смыслом организации, порядка и целостности[113].

Современные отечественные исследователи считают, что признаком нигилизма является не объект отрицания, а степень отрицания, его категоричность и всеобщность. «Общей особенностью всех форм нигилизма является то, что в разной мере им присущи абсолютизация субъективного, точнее индивидуального начала, оценка действительности с позиции атомизированного индивида, отвергающего объективные закономерности, логику истории, коллективные интересы социальных общностей людей» [114]. Более частным и конкретным проявлением нигилизма как социокультурного феномена является правовой нигилизм. Следовательно, под последним надо понимать релятивизацию аксиологических установок сознания в правовой сфере по отношению к праву. Этому пониманию соответствуют определения правового нигилизма в современной отечественной научной литературе. Так, Н.И. Матузов считает, что сущность правового нигилизма заключается «в общем негативно-отрицательном, неуважительном отношении к праву, законам, нормативному порядку»[115]. Однако, анализируя причины правового нигилизма, исследователи часто объясняют их юридическим невежеством, косностью, отсталостью, правовой невоспитанностью основной массы населения. Такой подход скорее является несколько поверхностным, основанным более на житейских наблюдениях и констатации фактов, и в силу этого, используя его, мы рискуем остаться на уровне не теоретических, а обыденных представлений. Ибо из этого подхода следует, что правовой нигилизм является просто отношением в принципе неправового сознания к праву. Действительно, для сознания, в котором отсутствуют правовые представления, права как реальности просто не существует. В лучшем случае право является для такого сознания объективной внешней принудительной силой, но тогда правомернее называть это состояние сознания не правовым нигилизмом, а «правовым негативизмом», говорить об абсолютном отсутствии у носителей этого явления правосознания как такового. Тем не менее представляется, что более верно было бы понимать правовой нигилизм как проявление специфического типа правосознания и правовой культуры, базирующихся на ином, атипичном восприятии аксиологического и социорегулятивного потенциала права и диктующих иное, атипичное отношение к нему как ценности.

Понимание правового нигилизма как феномена культуры можно объяснить социокультурным несоответствием между требованиями, предъявляемыми актуальной правовой культурой, и архетипическими в своей основе представлениями о праве. Из этого противостояния вытекает общее негативное отношение к чуждому правопониманию и чуждой модели права в культуре. В таком случае правовой нигилизм может быть присущ как нормативному, так и естественно-правовому типу правовой культуры. Если ценности разных типов правовой культуры несовместимы, если каждый тип культуры является специфической формой освоения, понимания, интерпретации действительности, то каждая из них либо находит в действительности, либо не находит то, что соответствует ее системе ценностей. Взаимная оценка культур может привести к обоюдному непризнанию ценностей. В таком случае и возникает правовой нигилизм, представляющий собой не просто субъективную недооценку права, обусловленную низким уровнем юридического образования, правосознания и правовой культуры, а неприятие конкретного типа правопонимания. Необходимо подчеркнуть, что у этого явления две взаимосвязанные стороны: помимо недооценки иного типа правопонимания, здесь присутствует также и ощущение социальной нереализованности собственного понимания права.

Правовой нигилизм глубоко укоренился в правосознании русского народа: десятилетия правового отчуждения, отторжения права сделали свое дело - сегодня мы пожинаем плоды этого застарелого порока, не искореняя, а порою даже обогащая его новым содержанием. Верно отметил А. Валицкий, что праву в России не повезло. В России право отвергалось «по самым разным причинам: во имя самодержавия или анархии, во имя Христа или Маркса, во имя высших духовных ценностей или материального равенства»[116]. С ним солидарен А. Ослунд, утверждающий, что российское право не укоренилось достаточно прочным образом, несмотря на то, что было принято множество законов и все правовые учреждения подверглись существенному переустройству, так как всегда существовал конфликт интересов - реально необходимых на тот момент группе с доминирующим экономическим интересом (в момент перестройки - номенклатуре) и провозглашаемых (идея правового государства, например)[117].

Что касается современного российского периода реформ, то ситуация выглядит еще более сложно. Помимо причин, порожденных мгновенным отказом от сложившихся десятилетиями «социалистических» устоев и переходом к классическому капитализму с жестокими рыночными законами, - таких причин, как социальная напряженность, экономические неурядицы, распад некогда единого жизненного пространства, влекущих за собой морально-психологическое напряжение в обществе, правовой нигилизм в России провоцируется подчас и не поддающимися логическому объяснению действиями властей. Когда государство само пренебрегает правом или использует его только как средство подавления индивидуальной воли, странно надеяться на то, что народ будет действовать в рамках закона, будет положительно оценивать его суть. Строящиеся вертикально отношения в обществе, когда «верхи» концентрируют на себе права, а на «низы» возлагаются только лишь обязанности по выполнению распоряжений «верхов», не могут привести ни к устойчивому общественному согласию, ни к легитимизации новых правовых установлений, что только и является основой для воспроизводства положительного правосознания и поддержки самим обществом правомерного поведения.

Если учесть, что нашим законам не всегда присуща сила прямого действия, что дает волю ведомствам корректировать законы по своему усмотрению, ущемляя при этом права и интересы граждан, если учесть, что в нашей стране еще не сформировался эффективный механизм защиты прав личности, по причине чего граждане не могут оказать заметного сопротивления несправедливым действиям чиновников, то становится объяснимой ситуация, при которой «правовая индифферентность и отчужденность становятся неотъемлемыми чертами образа жизни личности»[118]. В связи с этим, население перестает воспринимать право как социально ценный институт, теряет доверие и всякий интерес к нему. Происходит то, что называется отчуждением общества от права.

Различие между социальной системой и жизненным миром присуще не одной России, но только здесь оно доходит до глубокого внутреннего раскола и составляет главную черту организма нации. Объяснить это можно разными причинами - мобилизационным характером модернизации, устойчивостью элементов традиционного жизненного уклада, отсутствием подлинного просвещения, искусственностью идеологических парадигм и т.д. Но названному несоответствию между официальной и реальной жизнью народа можно найти и другое, более простое название - социальная безнравственность. Нечетко соблюдаются должностные обязанности, не вовремя выполняются договоры, не в срок выплачиваются долги, утаивается истинное положение вещей, нарушаются законы, условия и правила, общественными интересами пренебрегают, идут поиски обходных путей, возникают правовые и нравственные компромиссы, не платятся налоги и т.д., не говоря уже о готовности к элементарным нарушениям нравственного достоинства - таковы причины, создающие разрыв между системой и тем, как она функционирует в действительности. Устранить этот разрыв – значит преодолеть правовой нигилизм, восстановить нравственное здоровье общества, привести в соответствие действия общества тому, что оно само утверждает.

Подводя итог, хотелось бы отметить некоторые отличительные черты правового нигилизма в России на современном этапе. Во-первых, он характеризуется массовостью. Правовой нигилизм в России распространен не только среди граждан, но и в официальных кругах: в государственных структурах, в исполнительной и законодательной ветвях власти, в правоохранительных органах. Во-вторых, он носит явно демонстративный, агрессивный и неконтролируемый характер. Правовой нигилизм также характеризуется оппозиционной направленностью, зачастую имеет регионально-национальную окраску. В-третьих, правовой нигилизм проявляется в самых разных формах. Он может быть как криминальным, так и легитимным, проявляться как «наверху», так и «внизу» общества, как в профессиональных слоях, так и на бытовом уровне. Одним из главных путей преодоления правового нигилизма должно стать всемерное стремление к повышению правовой культуры граждан.

Важнейшим показателем правовой культуры общества выступает уровень правосознания людей. Существенный вклад в учение о правосознании внес известный правовед И.А. Ильин, который доказывал, что правосознание представляет собой еще более значительный феномен, чем право. Оно понимается как «естественное чувство права и правоты», как «особая духовная настроенность инстинкта», как «особого рода инстинктивное правочувствие» - некая универсалия, которая имеет формально-юридическое, естественно-правовое измерение[119]. В формировании правовой культуры личности большую роль играют правовые эмоции. В них выражаются окрашенные в чувственно-личностные тона взгляды на правовое регулирование, юридическую практику, их оценка. Эта своеобразная форма отражения действительности выражает, можно сказать, субъективное отношение личности к праву, к соответствию или несоответствию в нем идеалов. Развитие правового чувства может и должно происходить в системе комплексного формирования других социальных чувств индивида. Ученые обращают внимание на особую роль при этом чувства гражданина страны, приходя к верному выводу о том, что процесс правового образования должен строиться с учетом принципов соблюдения прав и свобод человека и гражданина, закрепленных в известных международных документах.

Таким образом, правосознание включает компоненты: правовые знания, представления, взгляды; правовые эмоции и чувства; волю субъектов права. Правосознание отражает всю совокупность правовых явлений общества: как позитивных (культура), так и негативных (антикультура). Побудительными факторами к позитивному действию являются установки личности на соблюдение и укрепление правопорядка.

Индивидуальное правосознание может складываться стихийно под воздействием правовой действительности, нередко противоречивой; под влиянием опыта (подчас негативного) участия в правоотношениях в качестве их субъекта, а также микросреды, в которой находится индивид.

Иной путь становления правосознания личности - правовое образование, помогающее осознать социальную ценность права, понять смысл действующих законов, их значимость. Здесь, даже сталкиваясь с негативными явлениями в правовой сфере, человек воспринимает их не как норму жизни, а как аномалии, противоречащие праву и требующие устранения.

Суть правового образования состоит в формировании у граждан и в обществе знаний, навыков и умений правовой культуры. Правовое образование включает:

- систематизированные научные знания о праве и о заложенных в нем гуманистических принципах, о системе действующих в обществе правовых норм, порядке их применения, системе прав, свобод, обязанностей граждан, способах их реализации, защиты прав и свобод, о реально существующем в обществе правопорядке, мерах его укрепления и способах охраны;

- ориентированное на социальную ценность права и строгого правопорядка эмоциональное отношение к правовым явлениям - уважение к праву, активное неприятие нарушений правопорядка, установка на законопослушание, на практическое применение правовых знаний для решения личных жизненных проблем, восприятие правовых предписаний как лично значимых и готовность проявить волю для их выполнения;

- социально полезное поведение личности, проявляющееся в осознанной реализации прав и свобод, защите прав в случае их нарушения, участии в правозащитных акциях (в случае нарушения прав других граждан), честном и добросовестном выполнении обязанностей гражданина России, в способности юридически грамотно действовать в различных жизненных ситуациях.

Гражданское воспитание предстает компонентом общеобразовательного механизма в гарантирующем права и свободы государстве. Оно предполагает понимание правил демократической жизни, знание общественно-политических институтов и их исторических корней, условий и возможностей соблюдения прав человека в современном мире: толерантность, солидарность, отказ от национализма, расизма, стремление к гуманизму. Воспитание развивает у человека способность утверждать собственные требования свободы и справедливости, ответственно встречать вызовы времени. Движение к гражданскому обществу и правовому государству определяется активностью системы правового образования населения Российской Федерации как условия развития правовой культуры ее граждан. Естественно, что воспитание правосознания начинается с усвоения нравственных ценностей, норм в семье, школе, в духовном общении, в том числе и играх со сверстниками, товарищами и друзьями. Здесь закладывается нравственный фундамент, на котором формируются элементы правового сознания. В наблюдениях над жизнью, размышлениях о нормально протекающих событиях и бытовых, социальных конфликтах, связанных с нормами права, юридическими оценками, утверждаются правовые представления, взгляды, развиваются чувства молодых граждан. В правовом воспитании, в его неразрывной связи с общей культурой большая роль принадлежит художественной литературе, средствам массовой информации, в том числе телевидению, радио, газетным публикациям.

Воспитание правового сознания является составной частью всей культурной жизни общества, социальной функцией государства, проявляющего заботу о просвещении и воспитании подрастающего поколения. Правовое просвещение взрослых граждан также имеет воспитательное значение в развитии массового сознания общества. Воспитательная работа поднимает индивидуальное правосознание личности до понимания наиболее общих юридических принципов и требований, отвечающих интересам всего общества, государства. Воспитание в духе права, законности не ограничивается правовым просвещением, формированием позитивного отношения к закону, праву, а находит свое завершение в правовой активности личности, в ее правовой культуре.

Правовое сознание является в гражданском обществе одной из важнейших форм общественного сознания, порождая юридическое мировоззрение и программы совершенствования сложившихся правовых систем как в стабильных, так и в переходных обществах. Оно, по большому счету, способно как ускорить, так и отторгнуть внедрение юридических новаций. Поэтому для России проблема формирования правосознания и правового поведения, отвечающего духу времени и происходящих общественных перемен, дающего возможность сохранять самобытность, но стать в то же время «открытым обществом», демократичным, основанным на законе, с активной рыночной динамикой, - является первостепенной. Без этого «хорошие» законы не будут работать, а наиболее «деятельные» общественные субъекты будут постоянно уклоняться от выполнения закономерных требований и обязательств.

Сделаем следующий вывод. Правовая культура как явление конкретно-историческое постоянно нуждается в систематическом стимулировании и позитивном социальном развитии. Становление культуры личности есть приобщение ее к опыту творческого освоения действительности, накопленному предыдущими поколениями и воплощенному в ценностях материальной и духовной культуры, социально полезного поведения в правовой сфере. Правовая культура личности выражается в единстве правовых знаний, адекватно отражающих правовую действительность, эмоционального социально полезного отношения к правовым явлениям и правомерного поведения.

Развитие правовой культуры в современной России является процессом повышенной общественной значимости. Принимаемые законы, образующие костяк будущей системы права как обновленного социального института, придают прагматичную определенность новым социальным (экономическим, политическим и духовным) связям и взаимодействиям. Но даже очень хорошие законы могут оказаться бездейственными без двух обязательных составляющих: механизмов их реализации и адекватной правовой культуры и правосознания. Это актуализирует вопрос о формировании более развитого, преодолевающего архаичные стереотипы, правового поведения и значительно более высокой правовой культуры граждан.

Проблема правовой культуры предстает совершенно в новом свете, когда мы начинаем задумываться о ее содержании с точки зрения целей и факторов национальной безопасности общества. «В перечне проблем национальной безопасности современной России первое место занимают угрозы внутреннего характера: региональный сепаратизм, национальный, религиозный и социальный экстремизм, масштабная криминализация экономики и некоторых других высокодоходных сфер деятельности, «просачивание» криминальных элементов в правящие элиты страны и т.п. Одна из характерных особенностей этих нарастающих угроз - то, что... в России наблюдается широкая «массовизация» разнообразных форм антисоциального или социально-деструктивного поведения... Страну охватила эпидемия массового мошенничества. И это, пожалуй, самое безобидное из всего, что происходит в обществе[120].

Такая негативная, но в то же время обоснованная характеристика сложившейся ситуации показывает, как важно сегодня сформировать правовое поле и запустить в действие механизмы, эффективно регулирующие правовое поведение во всех сегментах общества.

Проблема культуры как фактора безопасности содержательно связана с развитием сознания, мышления и отношений, стимулирующих социальную конкурентоспособность и индивидуальную конкурентность как основную характеристику современного гражданского общества. «Ведь основа гражданского правового общества - не рыночная экономика и демократические формы правления как таковые, а именно склонность к честной конкуренции свободных личностей, где более энергичный, трудолюбивый, способный и профессионально подготовленный человек естественным образом имеет больше шансов опередить конкурентов и заработать больший объем социальных благ. Это и является основой социальной культуры современного общества, и там, где подобная культура выше, существенно ниже уровень внутренних угроз национальной безопасности»[121].

Однако именно в этом пункте и возникает существенная культурная проблема: ведь российская традиция культивировала соборность, затем коллективность - и как же на этом фоне может возникнуть поощряемый обществом индивидуализм? По всей видимости, этические нормы не скоро начнут поощрять соревновательность, исключительность, как они и сегодня не одобряют социальное расслоение и дифференциацию возможностей разных людей и групп. Для того, чтобы новая норма и соответствующая ей практика прижилась, необходима санкция самого авторитетного общественного субъекта - государства - и постоянная протекция его органов, а все это, в свою очередь, невозможно без преемственности, основанной на выверенной и стимулирующей социальную конкурентность законодательной базе.

Другая сторона «приживаемости» установленных законом норм и стимулов социальной и экономической активности - действенность самого правового механизма, в немалой степени зависящая от квалификационной подготовки, социальных ценностей и инициативы юристов, проводящих законы в жизнь.

Следовательно, установление новой правовой культуры и новой культуры правоотношений в обществе в будущем зависит от наличной, сегодняшней правовой культуры людей, профессионально занимающихся законотворчеством, правоприменительной и правоохранной деятельностью. Но и их культурный уровень, в свою очередь, зависит и даже определяется в массе своей той правовой культурой, которая господствует сегодня в России - именно поэтому так заражена сегодня правоохранительная и административная сфера нигилизмом и меркантилизмом, а отчасти и криминализацией. Таким образом, сегодня мы можем твердо рассчитывать только на тот определенный шаг, который отделяет более высокую профессиональную культуру юристов от бытовой правовой культуры и стереотипов массового правосознания. Однако, возможно, следует принять в расчет и инновационные возможности сложившейся в Росси правовой культуры, которая, безусловно, обладает существенной национальной спецификой, но в то же время открыта и восприимчива к успешному инонациональному опыту, дающему привлекательные основы для заимствования.

Тем не менее, и для дальнейшей профессионализации юристов, и для построения собственной законодательной базы социальной жизнедеятельности с опорой на чужой опыт, и для повышения национальной правовой культуры необходимо учитывать и осознавать те отличия, которые делают современную российскую правовую культуру уникальной и неповторимой. «Концепция правовой культуры «суммирует» те характерные черты правовых институтов, которые отличаются друг от друга даже в западных индустриальных странах. Эти институциональные признаки отчасти установлены самим правом: виды судов и их компетенция; мера легализма, т.е. степень связанности публичной администрации и частных организаций точными юридическими нормами; глубина «пронизанности» различных областей социальных отношений легалистическими ожиданиями. Хотя данные характерные признаки находятся в пределах «нормативных» ожиданий, концепция правовой культуры охватывает также различия в поведении: уровень реальной «мобилизации» юридических норм и степень имплементации сложных правовых проблем» [122] .

Современная культурно-правовая реальность России характеризуется следующими признаками.

Во-первых, тем, что современный процесс социальной модернизации затрагивает все сферы жизни российского общества. Под влиянием модернизации меняется содержание и духовной жизни социума. На постсоветском пространстве, в том числе и в России нивелировались многие духовные ценности. В результате образовавшегося вакуума и роста духовного нигилизма происходит навязывание в достаточно агрессивной форме западных культурных ценностей, в том числе и в области права.

Во-вторых, состояние правовой культуры является показателем степени зрелости общества в конкретно-исторический период его развития, а также одним из параметров социальной модернизации. Это в полной мере относится и к современной России. В правовой культуре как в зеркале отражается достигнутый на рубеже веков и тысячелетий уровень развития общества. Сегодняшнее несовершенство российского законодательства, лоббизм в законотворчестве, правовая незащищенность личности негативно влияют на правовую составляющую общей культуры общества. В этой связи модернизационные процессы в России безусловно требуют научного, в том числе и философско-антропологического осмысления.

В-третьих, формирование правовой государственности России, укрепление демократических начал немыслимы без соответствующего уровня правовой культуры. В историческом прошлом россиян всегда был дефицит управления посредством правовых регуляторов. Как правило, всем и вся управляли сами люди, имея различные должности и определенную степень компетентности. Это значит, что управление в российском обществе было всегда ангажированным и пристрастным, субъективным и импровизационным. В данном контексте необходим решительный прорыв в правокультурное пространство на основе зарубежного опыта и отечественных актуальных реальностей.

Подытоживая сказанное можно прийти к выводу о необходимости дальнейшего развития в России правовой культуры всех слоев общества, что безусловно обеспечит внутреннюю стабильность и должный уровень национальной безопасности, без чего невозможно развитие гражданского общества.

<< | >>
Источник: А.М. Ерохин, В.Е. Черникова, С.М. Воробьев, В.Е. Коротков, И.Ю. Филиппова, Ю.А. Ерохина, А.М. Поморцева, Н.А. Черникова. ФОРМИРОВАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В ТРАНСФОРМИРУЮЩЕЙСЯ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ РЕАЛЬНОСТИ ЮГА РОССИИ. 2008

Еще по теме 2. Правовая культура в контексте правовой безопасности модернизирующейся России:

  1. 3.1. Факторы и условия промышленного развития региона
  2. § 1. Конституционные основы и законодательное регулирование отношений юридической ответственности
  3. 3. Проблемы становления гражданского общества в Северокавказском регионе
  4. 1. Правовая безопасность: смысл и содержание понятия
  5. 2. Правовая культура в контексте правовой безопасности модернизирующейся России
Яндекс.Метрика