<<
>>

ж) НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ

итак, анализ исходных постулатов классической теории абсурда можно резюмировать в следующих выводах. Во-первы1х, феномен Сизифа обусловлен неподвижностью разума. Изменение положения человека в мире связано с эволюцией его интеллекта.

Именно развитие самостоятельного мышления обеспечивает постижение и, следовательно, прекращение абсурда. Осознание абсурда есть первое условие его преодоления. Исследование абсурда — начало сопротивления ему. Вот почему покушение на мысль является обынной практикой господствующего абсурда. Его идеал — homo non-sapiens.

Во-вторы1х, Сизиф — это символ отчужденного существа. В условиях абсурда даже суверенно мыслящие личности, если они остаются изолированными единицами, трансформируются в Сизифов. Протестующие в душе, но на деле исправно вытолня- ющие волю абсурда одиночки ничего, в сущности, не меняют в бессмысленном мире; напротив, они увековечивают абсурд. Абсурд может быть вполне доволен таким «несоглашающимся» поведением атомизированных интеллектуалов. Как говорил Фридрих Великий, «рассуждайте сколько угодно и о чем угодно, только повинуйтесь!».

Реальную, а не потешную угрозу власти абсурда представляют индивиды, объединенные для совместной борьбы с ним. Абсурд это прекрасно понимает и потому видит свою задачу в том, чтобы культивировать отчужденность людей и их вражду между собой.

Преодолевая свое отчуждение, люди снимают с себя одежды Сизифа. Имеются основания полагать, что оптимальные условия человеческого бытия связаны с автономией личности и ее единством с окружающим миром. Этот принцип у Вл. Соловьева получил название третьей силы исторического развития (см.:

Соловьев 1990а: 43, 55—56), у Э. Фромма выражается понятием «любовь» (см., например: Фромм 1988: 452).

В-третьих, приходится признать, что нередко сам человек является со-творцом абсурда. Его соавторство начинается, в частности, тогда, когда в нем вспыхивает неуемная жажда абсолюта.

Например, ставит человек перед собой идеал абсолютной истины, добра или свободы. Затем во что бы ни стало стремится достичь своих абсолютных целей, не пренебрегая на этом пути «абсолютными» аргументами грубой силы. При этом люди, как правило, совершенно не принимают во внимание, что полное исчерпание Абсолюта означало бы наступление великого Ничто. Кто требует исчерпаемого абсолюта, тот требует в конечном счете ничто.

Бесконечная природа не терпит конечных абсолютов, и потому, высвечивая перед интеллектом слово «Абсурд», она предлагает задуматься человеку над его непомерными претензиями. Своим предупреждением Космос дает понять, что принцип «все или ничего» скрывает формулу «все есть ничто». Таким образом, если человек действительно собирается избавиться от абсурда, то ему прежде всего следует успокоиться и снять свое требование абсолюта. Эта экзистенциальная процедура не займет много времени и сил, но приблизит к истине, к подлинным метафизическим основаниям бытия.

В-четвертых, Сизиф — это механический индивид, он не знает человеческого творчества. Примитивное бытие людей поддерживает абсурд, их творчество преодолевает его. Творчество есть фактор спасения человека, поскольку наделяет его «долей бессмертия и вечности». Человек есть homo creans. Поэтому можно полагать, что он представляет собой единство конечного и бесконечного, смертного и бессмертного. Наконец, в-пятых, мы констатируем, что сам А. Камю в «Бунтующем человеке» указал на важнейшую причину, ответственную за абсурд: это — нарушение меры человеком в своих мыслях и поступках. Исследуя абсурд в социальной плоскости, в рамках отношения господина и раба, философ утверждает: человек должен бунтовать, чтобы жить. Восставшие рабы могут изменять ход истории!. Технология успеха бунтующего человека проста: ничего сверх меры. Переступая же в своем протесте незаметную черту, люди неожиданно для самих себя восстанавливают прежнюю оппозицию господ и рабов и учреждают новым абсурд.

К сожалению, основная критика писателя сосредоточена на не знающих меры действиях бунтовщиков.

Беспредел власти господ, вызывающий безмерные бунты и революции, остался в тени. Но закон меры имеет значение не только для бунтующего человека.

Таким образом, с одной стороны, мы исследовали те начальные аксиомы, отправляясь от которых А. Камю получает свою вселенную абсурда и покоящегося в ней Сизифа. С другой стороны, мы указали на те предпосылки, которые позволяют человеку вымти из состояния Сизифа и преодолеть абсурд. Эти первые принципы могут рассматриваться как основания метафизики уважения к человеку, то есть как основания гуманистической философской антропологии.

Позиция Камю заслуживает некоторый упреков. Но гораздо важнее то, что философ настойчиво искал причины бедственного положения людей в мире. Он сам быш бунтующим человеком. он упорно стремился понять абсурд и найти эффективные средства от него. Писатель призывал всегда выступать на стороне жертв, а не палачей. Он справедливо полагал, что «есть больше оснований восхищаться людьми, чем презирать их» (см. : Камю 1990а: 302, 340). Альбер Камю исповедовал высокий гуманизм наших дней.

<< | >>
Источник: Омельченко, Н. В.. Опыт философской антропологии . 2005

Еще по теме ж) НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ:

  1. ж) НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ
  2. 9.6. выводы
  3. 13.8. ВЫВОДЫ
  4. 17.5. ВЫВОДЫ
  5. ЧЕЛОВЕК. ЗЕМЛЯ. ВСЕЛЕННАЯ И НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СЕТЕВОГО МАРКЕТИНГА
  6. ЧЕЛОВЕК. ЗЕМЛЯ. ВСЕЛЕННАЯ И НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СЕТЕВОГО МАРКЕТИНГА
  7. НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ ФИРМЫ НА ОСНОВЕ ТРАНСАКЦИОННЫХ ИЗДЕРЖЕК
  8. Выводы
  9. ВЫВОДЫ
  10. 8 ВЫВОДЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ
  11. Формулировка вывода из заключений
  12. 1. Выводы главы. Источники и ссылки
  13. В динамичном порядке действий могут быть защищены лишь некоторые ожидания
  14. ВЫВОДЫ
  15. 1.2.10. Выводы
  16. 3.4. Некоторые вопросы подбора кандидатов по отдельным профессиям
  17. Университет Нового Южного Уэльса: некоторые данные
  18. Общая характеристика уголовного процесса некоторых зарубежных государств
  19. Выводы для практики управления обменом знаниями между учителями
Яндекс.Метрика