<<
>>

КАК БАНКИРЫ СТАЛИ ГАНГСТЕРАМИ

Я уже отмечал в своих публикациях некоторые новые тенденции, которые обозначились еще за несколько лет до банковского кризиса на Кипре. Они начались во время глобального финансового кризиса.

Были отменены всякие приличия и финансовые догмы, которые существовали на протяжении, по крайне мере, двух столетий в экономической науке. Кратко обозначу наиболее важные тенденции.

Во-первых. Была попрана догма, согласно которой «печатный денежный станок» нельзя запускать на полную мощность (во избежание обесценения национальной денежной единицы). Именно взяв на вооружение эту догму, мировые ростовщики с конца XVII века стали добиваться права на монопольное владение «печатным станком». Они утверждали, что правительствам нельзя доверять выпуск денег, т.к. государственные власти будут иметь постоянное искушение с помощью «печатного станка» закрывать «бюджетные дыры». Ростовщики вырвали у государства монополию на выпуск денег. Они добились создания центральных банков, к которым министры финансов должны были идти на поклон за кредитами. Но сегодня ростовщики начисто забыли о своей обличительной критике государственных казначейств. Они пустились во все тяжкие, начав заливать мировую финансовую систему продукцией своих «печатных станков». Находящиеся на содержании мировых ростовщиков «ученые» и СМИ назвали эту практику невинным словом «количественные смягчения». Сегодня становится особенно понятным, что так называемая «экономическая наука» на протяжении последних двух-трех веков находилась в прямом услужении у мировых ростовщиков. Такая «наука» при наличии социального заказа со стороны мировых ростовщиков готова доказывать, что 2X2 = 3. Или пять. В зависимости от тактики ростовщиков.

Во-вторых, банковская система перестала даже отдаленно напоминать институт рыночной экономики. Практически все крупные банки сегодня, согласно канонам бухгалтерской науки, являются банкротами.

Это не является случайностью, т.к. на протяжении, по крайней мере, двух столетий коммерческие банки добивались легализации так называемого частичного покрытия своих обязательств. Без этого они не смогли бы «делать деньги из воздуха» (в виде выпуска так называемых безналичных денег). Легализация такого фальшивомонетничества неизбежно ведет к банкротствам банков. После Второй мировой войны в экономически развитых странах стали создаваться государственные системы страхования депозитов коммерческих банков, чтобы защищать вкладчиков. Во время последнего финансового кризиса мы увидели, что правительства спасали не столько вкладчиков, сколько сами банки с помощью гигантских вливаний из государственных бюджетов. Естественно, спасали самые крупные банки Уолл-стрит и лондонского Сити. Появилась категория так называемых «бессмертных» банков. В США, например, для спасения горстки банковских гигантов было направлено в общей сложности почти 2 трлн. долларов средств американских налогоплательщиков. Никаких признаков действия рыночных механизмов в банковских системах Запада со времен финансового кризиса не было замечено. Окончательно оформился принцип приватизации ростовщиками прибылей банковских гигантов при одновременной национализации их убытков. Имела место частичная национализация ряда крупнейших банков Запада. Это явление многие эксперты и общественные активисты Запада уже окрестили «банковским социализмом».

В-третьих, банки перестали даже в периоды благоприятной конъюнктуры зарабатывать деньги на кредитных операциях. В этом нет ничего удивительного. Ведь учетные ставки центральных банков многих стран, входящих в зону «золотого миллиарда», стремятся сегодня к нулю. «Количественные смягчения» центральных банков, о которых мы упомянули выше, делают деньги очень дешевыми. Банки на наших глазах перестают быть кредитными организациями. Как так?

Ведь они получают продукцию «печатных станков» ФРС, ЕЦБ, Банка Англии, Банка Японии. До сих пор покрыта тайной операция ФРС по раздаче в годы финансового кризиса «избранным» банкам 16 трлн.

долларов. Об этой операции можно узнать из отчета об аудите деятельности ФРС за период 2007-2010 годов. Между прочим, гигантские деньги «печатного станка» получили не только банки Уолл-стрита, но и ведущие банки Европы. Примечательно, что в аудиторском отчете (который опубликован летом 2011 года) говорится, что деньги раздавались под символический процент. Причем никаких возвратов денег «кредитору последней инстанции» не было. Это очень важный момент: деньги «печатаются» не для того, чтобы банки занимались кредитными операциями. Банки занимались и продолжают заниматься тем, что полученные от ФРС деньги они направляют на скупку разных активов по миру. Это уже не кредиты, а одностороннее перемещение денег. В учебниках по экономике это перемещение стали называть «инвестиционными операциями». В начале прошлого десятилетия американские «народные избранники» отменили действие Закона Гласса-Стиголла, который не позволял банкам Уолл-стрита совмещать кредитные и инвестиционные операции (закон был принят в разгар экономического кризиса в 1933 году президентом Рузвельтом). После этого банкстеры (банкиры-гангстеры) пустились во все тяжкие, скупая активы по всем миру. Эту скупку можно сравнить с планом молниеносного захвата Гитлером восточных земель (блицкриг). Вместо танков и самолетов используется продукция «печатных станков» ФРС, ЕЦБ, других центральных банков из зоны «золотого миллиарда». При этом операция предполагает наличие в захватываемых странах «пятой колонны», которая готовит национальные активы к приватизациям и занимается удушением национальных предприятий. Подготовленный нашими властями план приватизации стратегически важных объектов российской экономики — яркий тому пример. Так, в сентябре 2012 года ФРС начала третью фазу «количественных смягчений», и именно в это время в России была проведена частичная приватизация «Сбербанка» (солидный пакет акций перешел к иностранному инвестору). Банк России (вкупе с Минфином России) также оказывает неоценимую услугу мировым банкстерам.
Так, указанные организации («денежные власти») всячески сжимают объем денежной массы в российской экономике, доводя тем самым предприятия реального сектора экономики до банкротства. Банк России при этом в рамках своей «валютной политики» поддерживает заниженный курс рубля, что позволяет иностранным инвесторам скупать активы в России за копейки.

В-четвертых, на наших глазах исчезает институт «банковской тайны». Многие недоумевали: как будут функционировать швейцарские банки после того, как власти США заставили правительство Швейцарии раскрыть информацию об американских клиентах (физических и юридических лицах) этих банков? Неужели кто-то согласится после этого доверить «цюрихским гномам» свои миллионы? Даже если это не граждане США? Осторожные инвесторы прекрасно понимают, что вся банковская система Швейцарии сегодня под «колпаком» американских ведомств и спецслужб. Всегда есть риск, что любой клиент банка может оказаться в поле зрения США. Под предлогом того, что клиент прямо или опосредованно связан с юридическими и физическими лицами США. Кампания по отмене банковской тайны началась по всему миру. Предлоги и объяснения самые разные: вылавливание «налоговых уклонистов», борьба с «отмыванием грязных денег», предотвращение финансирования терроризма, борьба с коррупцией и т.д. и т.п. В этих условиях даже добросовестные граждане десять раз подумают, стоит ли «светиться». Не надо быть специалистом, чтобы понять: «крестовый поход» против «банковской тайны» должен резко сократить спрос на всевозможные «услуги» банков.

В-пятых, наметилась тенденция снижения процентов по депозитным операциям банков. Кое-где они даже стали отрицательными. Например, Центральный банк Швеции («Рик- сбанк») решил провести эксперимент, установив с июля 2009 года отрицательные процентные ставки по средствам, принимаемым на свои депозиты от коммерческих банков (минус 0,25%). Мотивировалось это тем, что надо, мол, разворачивать коммерческие банки на кредитование экономики. Центральные банки других стран внимательно изучают шведский опыт, некоторые готовятся последовать примеру «Рикс- банка». В 2012 году ведущие швейцарские банки ввели отрицательные процентные ставки по депозитам. Под предлогом того, что это должно предотвратить резкое повышение курса швейцарского франка под влиянием притока денег из других стран Европы, держатели которых хотели спастись от долгового кризиса в еврозоне. Даже в условиях демонтажа банковской тайны швейцарские банки оказались для европейцев привлекательнее, чем немецкие и французские банки (не говоря уже про банки Южной Европы). Я уже не привожу многочисленные примеры того, когда в разных странах банки устанавливают номинальные проценты по депозитам, которые «съедаются» инфляцией. Т.е. имеет место отрицательное значение реальных процентов по депозитам. Возникает парадоксальная ситуация: в мире после финансового кризиса появились банки, совершенно не похожие на депозитно-кредитные организации, которые существовали, по крайней мере, два предыдущих столетия. «Сбои» у банков возникают в части как активных операций, так и операций пассивных. Попытаемся разобраться в этих «сбоях». Большинством экономистов этот феномен до конца не осознан.

В-шестых, даже крупнейшие банки Уолл-стрит и лондонского Сити сегодня находятся в столь тяжелом состоянии, что денежные власти заранее и в плановом порядке готовят их «уход из жизни». Убытки банков нарастают, становится очевидным, что бюджетных средств на повторное спасение банков (как это было во время последнего финансового кризиса) не хватит. Принцип «слишком большой, чтобы умереть» больше не сработает. Можно себе представить, какие страсти могут разгореться среди клиентов банков по поводу дележа остатков имущества банкротов. На протяжении многих десятилетий отрабатывались алгоритмы такого дележа (претенденты первого круга, второго круга, третьего круга и т.д.). Никто не имеет права лезть вне очереди — все регламентировано, все цивилизованно. Но все это уходит в прошлое. Теперь банки (вернее, их хозяева) должны писать своеобразные «завещания» и сами определять приоритеты, кому, чего и сколько достанется. Полная аналогия с завещаниями, которые пишут люди на случай своей смерти. Как у людей, так и у банков есть свои «любимчики», в пользу которых будут писаться завещания. Первая «ласточка» — принятый в США осенью 2011 года закон, который в простонародье называют актом о «банковских наследствах и завещаниях». Банки должны направлять свои «завещания» в ФРС и Федеральную корпорацию по страхованию депозитов. В первую очередь он предусматривает подготовку «завещаний» крупнейшими банками. Летом 2012 года «завещания» представили Bank of America, Barclays, Citigroup, Credit Suisse, Deutsche Bank, Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Morgan Stanley и UBS. К настоящему времени к «смерти» подобным образом подготовились более 100 ведущих банков, действующих в США. Каждое «завещание» насчитывает по несколько тысяч страниц, большая часть этих документов конфиденциальна. Сейчас аналогичный закон разрабатывается в Германии, завтра лихорадка подготовки «банковских завещаний» может охватить всю Европу. Нетрудно догадаться, что в «завещаниях» будут значиться те банки и компании, которые так или иначе связаны с хозяевами запланированных к смерти банков. Рядовые вкладчики не получат ничего.

<< | >>
Источник: Катасонов В. Ю.. Хозяева денег. 100-летняя история ФРС. 2014

Еще по теме КАК БАНКИРЫ СТАЛИ ГАНГСТЕРАМИ:

  1. ПРИМ. 81
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. КАК БАНКИРЫ СТАЛИ ГАНГСТЕРАМИ
  4. Третий период. Попытки обуздания всевластия ЦБ
  5. «Информационные атаки» как новое явление в мире финансов
Яндекс.Метрика