<<

Глава V.Прекращение прав из патента

I. §214. Постановка вопроса. §215. Юридическое значение публикаций о прекращении по старому закону. §216. Юридическое их значение по новому закону.

II. Срочность патентов.

§217. Пятнадцатилетний срок. Сверхсрочное продолжение патентов.

III. Солидарность патентов. §218. Критический анализ. Мотивация солидарности. §219. Критический анализ. Практическое значение солидарности. §220. Догматический анализ. Условия применения солидарности. §221. Содержание понятия солидарности. §222. Выводы.

IV.Экспроприация. §223. Положение вопроса в Проекте 1895г.

V. Неуплата пошлин. §224. Значение уплаты и извещения об уплате. §225. Цифровые данные.

VI. Неприведение в действие. §226. Значение неудостоверенного приведения в действие. §227. Значение удостоверений. §228. Значение публикаций о прекращении за неприведение в действие. §229. Сенатский указ 1875г.

VII. Добровольный отказ. §230. Русское законодательство.

I

§214. Выданный патент должен, в известный момент, прекратиться: патентное право, по самому существу своему, есть право срочное.

Причины прекращения патентов распадаются на две большие группы: в первую мы поставим те, которые не находятся ни в какой связи с волей патентодержателя, а во вторую - те, которые являются следствием некоторых его действий или упущений. К первой группе принадлежат: общий патентный срок (естественная смерть патента), прекращение по солидарности и экспроприация. Ко второй группе - прекращение за неуплату пошлин, прекращение за неприведение в действие и добровольный отказ патентодержателя. Экспроприация и отказ, как будет показано ниже*(1504), неизвестны нашему праву.

§215. Раньше чем переходить к детальному рассмотрению случаев прекращения, мне необходимо сделать одно общее замечание. Прекращение привилегий, обыкновенно, доводится до сведения публики путем публикаций; и вот, юридическое значение этих последних является весьма спорным.

Дело в том, что старый Устав промышленности регулировал эти публикации весьма неудачно редактированной статьей, гласившей: "Ст. 198. Во всех исчисленных в предшедшей (197) статье случаях, департамент, выдавший привилегию, немедленно обнародывает в публичных ведомостях обеих столиц и в Варшавском Дневнике о прекращении привилегии, и тогда всякий имеет уже право беспрепятственно пользоваться тем открытием, изобретением или усовершенствованием, на которое выдана была привилегия".

Трудность толкования приведенной статьи заключается в следующем: если понимать подчеркнутые слова "и тогда всякий имеет и т.д." буквально, то мы придем к заключению, что до производства публикации никто не может пользоваться беспрепятственно хотя бы и прекратившейся привилегией. Иными словами: что публикации о прекращении привилегии имеют конститутивное значение. Такое толкование было довольно упрочившимся в административной практике, и, между прочим, оно даже опиралось на один старый указ I департамента Прав. сената, по делу о прекращении привилегий. Так как по данному вопросу существовало несомненное противоречие между означенной практикой и практикой Кассационных департаментов, то я позволю себе привести упомянутый указ (21 января 1875г.), до сих пор нигде не напечатанный, целиком, несмотря на его длинноту. Он представляет интерес во многих отношениях.

Разрешению Правительствующего сената в настоящем деле, по содержанию принесенной поверенным австрийского подданного Ж. Р. жалобы, подлежит вопрос о том, может ли выданная правительством привилегия на изобретение или открытие считаться прекратившейся единственно и непосредственно - вследствие непредставления, в установленный срок, лицом, получившим таковую, удостоверения о приведении привилегии в полное действие. Обращаясь, для разрешения сего вопроса, к точному смыслу законов (2 ч. XI т.), определяющих существо привилегий на изобретения и открытия, порядок их установления и способы прекращения, Правительствующий сенат находит, что по силе ст.

126 и 129 2 ч. XI т., привилегия, по существу своему, предоставляет лицу, ее получившему, исключительное право пользоваться сделанным изобретением или открытием, как своей собственностью, в продолжение назначенного времени, и что сама привилегия и срок ее действия, согласно 149, 150 и 151 ст. тех же тома и части, устанавливаются выдачей от Правительства надлежащего о сем акта лицу, коим испрашивается привилегия, и пропечатыванием о том в публичных ведомостях для всеобщего сведения. Что же касается способов прекращения привилегий, то хотя в ст. 158 2 ч. XIт. и исчислены случаи, в коих привилегии прекращаются, и в числе прочих указано (в п. е) на представление лицом, получившим привилегию,- в шестимесячный срок, установленного ст. 152 удостоверения местного начальства о приведении привилегии в существенное действие, но из точного смысла приведенной статьи нельзя вывести заключения о том, чтобы, в случае неисполнения требования ст. 152 в шестимесячный срок, привилегия, получившая действенное осуществление, сама собой, в силу истечения сего срока должна считаться прекратившейся. Напротив того, в последующей ст. 159 постановлено: "Во всех вышеозначенных случаях (служащих по закону поводом к прекращению привилегии), департамент, выдавший привилегию, немедленно обнародует в публичных ведомостях о прекращении привилегии, и тогда всякий имеет уже право беспрепятственно пользоваться тем открытием, на которое выдана привилегия". Буквальный смысл приведенной статьи убеждает в том, что право беспрепятственного и независимо от собственника пользования открытием, на которое выдана привилегия, возникает для всех и каждого лишь после обнародования в публичных ведомостях о ее прекращении и что посему привилегия, как право исключительного пользования открытием, может считаться окончательно прекратившей свою силу и действие не прежде как по обнародовании установленным порядком о прекращении привилегии. Из сопоставления таким образом приводимой Министерством финансов ст. 158 с последующей ст.
159 оказывается, что первая из них устанавливает лишь основания и поводы к прекращению привилегии, а последняя указывает самый способ и порядок прекращения посредством обнародования, причем соблюдение этой формы представляется настолько существенным, что, в случае необнародования в публичных ведомостях о прекращении привилегии, последняя, будучи исключительным правом пользоваться открытием, сохраняет, как это видно из прямого смысла ст. 159, полную свою силу, несмотря на возникновение указанного в законе повода к ее прекращению. Такой вывод, независимо от буквального смысла приведенных статей, подтверждается еще и тем соображением, что всякая привилегия, установленная по закону актом правительства, получает обязательную для всех силу закона только после обнародования ее для всеобщего известия в публичных ведомостях, а потому, очевидно, должна считаться существующей дотоле, пока правительство тем же путем обнародования в публичных ведомостях не объявит для всеобщего сведения о прекращении привилегии. Независимо от этих чисто формальных соображений, Правительствующий сенат находит, что право лица на свое изобретение по свойству своему представляет собой самый неоспоримый, самый священный и самый неприкосновенный вид права собственности, так как всякое серьезное и полезное в области наук или технического их применения открытие является непосредственным плодом трудов, изысканий или творческой способности, а иногда и немалых предварительных затрат изобретателя, а потому оно несомненно заслужило бы по меньшей мере одинакового со всеми прочими видами собственности законного ограждения, если бы в практике не приходило в столкновение с двумя неблагоприятными для него обстоятельствами: во-первых, с затруднением бессрочно обеспечить за изобретателем исключительное пользование своим изобретением, иначе сказать, гарантировать его от подделки или так называемой контрафакции, и, во- вторых, с общественным интересом, не допускающим, чтобы общеполезное открытие оставалось навсегда частной монополией. Вот почему все законодательства пришли к необходимости обусловить естественное право изобретателя на исключительную эксплуатацию своей привилегии соблюдением некоторых формальностей и определенным сроком, с истечением коего оно делается общим достоянием всех и каждого.

Рассматривая настоящий вопрос с этой точки зрения, Правительствующий сенат находит, что из двух помещенных в вышеприведенной ст. 152 требований одно, первое, т.е. действительное и в установленный срок применение выданной привилегии, имеет существенную важность, неисполнение коего влечет за собой безвозвратную утрату приобретенного права, несоблюдение же второго, т.е. представления удостоверения местного начальства,- составляющего лишь формальное последствие и дополнение первого,- не может служить поводом к лишению изобретателя выданной ему привилегии, когда, как в данном случае, подлежащий департамент, с своей стороны, нарушил установленное в ст. 159 того же устава правило о немедленной в ведомостях публикации, а тем более когда обстоятельствами дела несомненно доказывается, что патентованное изобретение не только до срока применено на практике, но и в значительных еще размерах, что оно, по последствиям своим, произвело до известной степени переворот в свеклосахарной промышленности всей Европы и что Министерство финансов, наконец,- помимо всякого со стороны изобретателя извещения - силой самого закона было обязано знать о сем, и действительно знало, что изобретенная Ж. Р. диффузия уже в 1868г. была введена на нескольких заводах Царства Польского и западного края. Обязанность же министерства иметь точные сведения о всяком применимом на свеклосахарных заводах новом сокодобывательном способе и снаряде, могущем повлиять на размер взимаемого акциза, ясно выражена в ст. 24 Уст. акц. (по прод. 1868г.), а фактическое со стороны министерства знание к концу 1868г. о результатах системы Р. явствует из таблицы, находящейся на стр. 154 печатного доклада комиссии, из коей видно, что особо - с этой целью - командированные Министерством Финансов техники изучали диффузию на семи заводах в производстве 1868г., т.е. во всяком случае до истечения для Ж. Р. определенного ст. 152 крайнего по выданной ему привилегии срока. Руководствуясь сими соображениями, Правительствующий Сенат определяет: означенное постановление Министерства финансов, коим привилегия Р. признана прекратившей свою силу и действие, отменить со всеми последствиями".

Я покуда оставляю совершенно без рассмотрения вопрос о том значении, которое может иметь для прекращения привилегии представление или непредставление удостоверения о приведении в действие. Об этом я подробно буду говорить ниже*(1505) и там вернусь еще раз к Закону 1875г. Здесь же, сосредоточивая все внимание читателя лишь на вопросе о юридическом значении публикаций, я позволю себе изобразить, в виде дополнения, как смотрел на тот же вопрос гражданский Кассационный департамент Сената.

Вопрос о значении публикаций был затронут впервые, если не ошибаюсь, в решении по делу Гофмана с Габаем (Гражд. Касс., 1879, N112), но лишь косвенным образом. А именно, палатское решение высказалось за конститутивность публикаций: ввиду того, что "департаментом, выдавшим Гофману привилегию, не было обнародовано, как того требует ст. 159 Уст. о пром. фабр. и завод., в публичных ведомостях о прекращении этой привилегии, то в таком положении дела, очевидно, следует признать, что во время устройства Габаем кольцевидной печи и предъявления к нему Гофманом иска существовала привилегия, следовательно, Габай и не имел никакого права пользоваться таковым изобретением Гофмана". Таким образом, палата становилась на точку зрения Указа 1875г. Хотя и было несомненно, что в момент вчинения преследования имелись налицо обстоятельства, делавшие привилегию недействительной, однако палата все-таки признавала привилегию существующей и производящей пенальную функцию - в виде отсутствия (конститутивных) публикаций. Сенат кассировал решения палаты по другим поводам и в этот раз не обсуждал вопроса о публикациях.

В решении по делу Гофмана с Беляевым (Гражд. Касс., 1881г., N160) вопрос о публикациях был снова выдвинут на сцену. Кассатор указывал, что "по ст. 104 Уст. фабр., право свободного пользования привилегией (sic) наступает лишь после публикации о ее прекращении и что цель этого закона заключается не в формальном оповещении, как полагает противная сторона, а в том, чтобы лицу, получившему привилегию, было обеспечено пользование ею впредь до судебного определения о прекращении привилегии". Сенат вторично уклонился от обсуждения щекотливого пункта, сославшись на аргументы о "существе" дела (сходство и несходство двух печей).

Наконец, в решении по делу Гофмана с Габаем, вторично вернувшемуся в Сенат (Гражд. Касс., 1882г., N20), вопрос был решен следующим образом: "В ст. 103 и 104 Уст. о пром., изд. 1879г., говорится только о случаях прекращения привилегии для всех и каждого, что не препятствует, однако ж, всякому, привлекаемому к ответственности за нарушение привилегии, доказывать и до прекращения ее, что в его действиях не содержится такого нарушения". В этом решении Сенат, следовательно, становится на точку зрения декларативных публикаций. Но так как ясный смысл ст. 198*(1506) являлся значительным препятствием для такого толкования, то Сенат и прибег к некоторого рода фикции. Для всех и каждого привилегия прекращается производством публикации, "и тогда всякий имеет уже право беспрепятственно пользоваться изобретением"; однако "и до прекращения" всякий, привлекаемый к ответственности, может доказывать, что в действиях его не содержится нарушения. Таким образом, получается странный юридический образ: привилегия не прекращена, но и не действует. Не говоря уже об искусственности такой фикции*(1507), я думаю, что она противоречит и точному смыслу ст. 198.

Несмотря на все изложенное, я все-таки не колеблясь утверждаю, что кассационное решение более правильно, чем закон 1875г. Публикации о прекращении не могут иметь конститутивного значения. Конец же ст. 198 составляет редакционную ошибку, излишнюю многоречивость стиля, вовсе не имевшую того колоссального юридического значения, которое мы могли бы вложить в него теперь, при более развитой современной законодательной технике.

Публикация по ст. 198 не может иметь конститутивного значения. Не нужно забывать, что эти публикации производились во всех без исключения случаях, предусмотренных ст. 197, т.е., между прочим, и в случае прекращения патента вследствие истечения того срока, на который он был выдан (ст. 197, п. 1). Следовательно, становясь на точку зрения конститутивности, пришлось бы признать, что если патент был выдан 1 января 1889г. на десять лет, а публикация была произведена лишь 1 мая 1899г., то пользовавшийся изобретением в промежуток со 2 января по 1 мая 1899г. совершил бы контрафакцию. И это толкование привело бы нас к произвольному удлинению сроков привилегий, в зависимости от того, когда отделу заблагорассудится совершить публикацию.

Ввиду всего этого я считаю, что ст. 198 нужно толковать, с уплатой некоторой дани неточности ее редакции, следующим образом: привилегии прекращаются наступлением тех событий, которые перечислены в ст. 197; производство же публикации по ст. 198 дает этому прекращению некоторую санкцию, в том смысле, что после производства публикации onus probandi прекращения слагается с конкурентов и перекладывается, в форме обязанности доказать, что привилегия еще находится в силе (если это возможно...) - на патентодержателя. В этом смысле конкуренты могут фабриковать после производства публикаций беспрепятственно, а до производства - небеспрепятственно, в смысле возможности иска и необходимости доказывать, что привилегия уже прекратилась, несмотря на не произведенные еще публикации. Такая конструкция ст. 198, конечно, гораздо более безыскусственна чем та, которую дает сенатское решение 1882г.

§216. Таков, по моему мнению, был смысл ст. 198 старого Устава. В своем проекте министерство поместило ст. 18, составляющую пересказ ст. 198, с сохранением загадочной прибавки: "О прекращении привилегий публикуется во всеобщее сведение, и тогда всякий имеет право беспрепятственно пользоваться тем изобретением или усовершенствованием, на которое была выдана привилегия". Государственный совет вычеркнул эту статью. Причины, мотивировавшие это уничтожение ст. 18 ПроектаIII, были изложены мной выше*(1508). Правда, они не имеют никакого отношения к разбираемому вопросу. Однако я думаю, что самая строгая герменевтика дозволит нам признать уничтожение 18-й статьи решающим для данного вопроса. В самом деле, уже при наличности текста 198-й статьи, производившей - надо признать - значительное давление в пользу конститутивности публикаций, суды пришли, в конце концов, к декларативной конструкции, единой естественной и справедливой. Следовательно, тем паче должны мы предположить, что то же толкование будет принято и относительно нынешней 29-й статьи, с грамматической точки зрения редактированной безупречно. "Привилегии прекращаются", гласит она, наступлением известных событий. А затем о совершившемся прекращении производятся публикации. Если бы закон хотел установить конститутивную публикацию, то он неминуемо должен был бы сказать: "Прекращение привилегий совершается путем припечатания объявлений".

Итак, резюмируя все мои длинные рассуждения, я могу сказать, что практика безусловно ошибается, предполагая, что привилегия действует вплоть до того момента, когда об ее прекращении будет произведена публикация. Наоборот, я думаю, что привилегии прекращаются наступлением или ненаступлением изложенных в ст. 29 событий, а публикации имеют значение лишь оповещений. Впрочем, им может быть присвоено также и некоторое процессуальное значение в указанном выше смысле*(1509).

II

§217. Первым и наиболее безусловным случаем прекращения привилегий является их естественная смерть, истечение того срока жизни, который им положен. По Уставу, привилегии умирали не позднее 10 лет. Проект III вводил 12-летний срок*(1510), а Государственный совет увеличил его до 15 лет со дня подписания патента*(1511), т.е. до нормы, наиболее употребительной в иностранных законодательствах*(1512).

Всякий такой срок является, конечно, в значительной степени произвольным: изобретали заинтересованы в возможно большем его удлинении*(1513), интересы же публики требуют обратного. Компромисс может быть лишь более или менее приблизительным. К тому же разные изобретения требуют разной защиты: 15 лет может быть сроком слишком длинным для мелких галантерейных изобретений и слишком малым для крупных нововведений*(1514). В виде общего правила можно выставить тезис, что патентная защита должна быть тем длиннее, чем медленнее бьется пульс промышленной жизни данной страны. Для исключительно же важных изобретений можно допустить особенно длинную защиту путем издания специальных законов.

По этому последнему вопросу действующее Положение несколько отличается от Устава. Статья 186 этого последнего категорически запрещала продление раз выданной привилегии*(1515). Однако, несмотря на всю абсолютность этой статьи, практического значения она никакого не имела: само собой разумеется, что продление привилегии могло бы быть совершено лишь путем legis specialis, который как таковой по необходимости отменял бы предшествующую общую норму. А так как у нас нет "связанного" законодательства, то ст. 186 и не могла иметь никакого практического значения. Впрочем, de facto привилегии никогда продляемы не были.

Действующее Положение более благоразумно молчит по данному вопросу,- и мы должны признать, что продление русской привилегии сверх общего срока есть вещь возможная, хотя и трудноисполнимая. Аналогично положение дела во Франции*(1516), в Германии*(1517), в Австрии*(1518), в С. Штатах. В Англии процедура испрошения специального акта о продлении регулирована в законе*(1519).

III

§218. Вторым способом прекращения патентов является прекращение вследствие "солидарности" с иностранным патентом. Об этой солидарности ст. 16 содержит такого рода постановление: "Действие привилегии на изобретение или усовершенствование, привилегированное уже за границей до дня подачи прошения о выдаче привилегии в России, не может простираться долее срока иностранной привилегии, а если изобретение или усовершенствование было привилегировано в нескольких иностранных государствах, то действие привилегии в России прекращается с истечением кратчайшего срока, на который была выдана привилегия за границей".

Несмотря на то, что постановления о солидарности имеются, кроме русского, еще и в некоторых иностранных законах, подыскать разумное основание для этого института довольно трудно. D u p i n, предлагая в 1843г. ввести солидарность во французское законодательство, мотивировал ее в своем докладе следующим образом: "Невозможно допустить, чтобы защита, гарантированная французским законом, могла бы превратиться в источник стеснений для французской промышленности; чтобы искусственная монополия подавляла во Франции такое производство, которое повсюду за границей было бы свободно"*(1520). Приблизительно в этом же смысле высказывается немного позднее и Kleinsсhrоd: "Выданная иностранному изобретателю привилегия ни в каком случае не должна оставаться в силе дальше того срока, в течение которого данное изобретение будет защищено на родине, ибо нет решительно никакого основания обращаться с иностранцами более либерально, чем как обращается с ними собственное их законодательство"*(1521). И, наконец, в 1885г. В е с k высказывается так: "Необходимо предоставлять местной промышленности свободное пользование изобретениями, с того момента как они сделались свободными за границей"*(1522).

Итак, солидарность патентов введена-де для того, чтобы не налагать на местную промышленность пут в такой момент, когда она является уже свободной за границей. Это рассуждение являлось бы, конечно, очень убедительным, если бы оно не доказывало большего, чем сколько нужно. В самом деле: если наличность местного патента при отсутствии такового же за границей вредна, то, последовательно, мы должны признать, что патенты в России возможно выдавать лишь после того, как изобретатель заручится таковыми же во всех остальных государствах земного шара. Ибо иначе мы будем именно иметь случай наличности патента в России в такой момент, когда то же изобретение будет свободным в Германии или Франции. Далее, столь же последовательно мы должны прекращать русский патент в тот момент, когда один какой-нибудь из иностранных патентов, взятых указанным выше образом, прекратится хотя бы на второй год своего действия, например вследствие неплатежа пошлин. Ни первое, ни второе не является возможным: нельзя заставить изобретателя брать патенты во всех государствах земного шара уже потому, что вовсе не везде выдаются патенты (Голландия, Сербия и т.д.); нельзя, затем, требовать, чтобы изобретатель платил тяжелые пошлины за все имеющиеся у него патенты, если он желает сократить свое производство и работать данное незначительное изобретение только в России.

Таким образом, выдача всякого патента соединена с наложением на русскую промышленность тяготы, очевидно, не лежащей на какой- нибудь из иностранных промышленностей. Поэтому оправдывать солидарность так, как это делают Dupin, Beck и другие (см. стр. 547), невозможно. Впрочем, нельзя оправдывать ее и так, как это делаетг. К а т к о в, который суживает дюпеновский аргумент, не замечая, что это суживание подрезает под корень самую суть доказательной его силы. Господин Катков говорит: "Солидарность имеет свои хорошие стороны в том, что 1) ею устраняется связанность русской промышленности с того времени, когда изобретение делается общедоступным в одной из стран, выдавших соответствующие патенты..."*(1523) Рассуждение, следовательно, ведется таким образом: изобретатель волен испросить патент только в России,- в этом случае солидарности не бывает; иностранное государство вольно вовсе отказать в выдаче соответствующего патента,- в этом случае солидарности также не бывает; наконец, изобретатель волен получить патент за границей на 20 лет, но отказаться от него на второй год,- и в этом случае ему не грозит солидарность. Есть лишь один проклятый случай: если за границей выдан патент на 5 лет, то русская привилегия почему-то приводится в таинственную связь с состоянием промышленности именно в этой (а не другой какой) стране; в тот момент, когда изобретение становится "общедоступным" именно в этой стране,- прекращается и русский патент.

В такой форме постановление ст. 16 должно быть признано не имеющей решительно никакого разумного основания законодательной ошибкой. Отмечу, что проекты Министерства финансов не содержали постановлений8 о солидарности: она введена совершенно случайно и, по-видимому, довольно необдуманно.

§219. Лучшим доказательством неудачности всякого стеснительного постановления может служить та легкость, с которой его можно обходить. Применяя этот критерий к нормам о солидарности, мы получим в результате, что эти нормы, при всей их крайней невыгодности для изобретателей, могут быть обходимы без наличности какого бы то ни было dolus'a. Для того чтобы не подпасть под удар солидарности, изобретатель нуждается только в некоторой дозе аккуратности.

В самом деле. Дело сводится к простому арифметическому подсчету: если всякий данный патент солидарен с теми, которые были выданы до его заявки, то избежать солидарности можно, заявляя патенты в различных странах в порядке постепенности максимальных сроков, гарантируемых их законодательствами, и начиная с самых длинных. Ввиду того, что указанное дело несколько усложняется наличностью известных постановлений о новизне (если заявить в Америке раньше, чем во Франции, то французский патент может оказаться ничтожным вследствие утерянной новизны), указанная выше задача, на практике, представляется довольно сложной, но не неразрешимой. Я не могу отказать себе в удовольствии воспроизвести целиком тот ответ, который дает один из старейших и опытнейших английских патентных агентов*(1524): "Подав английскую предварительную спецификацию, необходимо тотчас заявить патент в С. Штатах. Через 3, максимум 6 месяцев американский патент будет разрешен к выдаче. Тогда нужно предписать американскому агенту заплатить пошлины и в точности разузнать, в какой именно день будет подписан американский патент. Эта дата должна быть сообщена английскому агенту каблеграммой. Так как выпуск американского патента составил бы уничтожающее новизну разглашение, то немецкое и французское описания, заранее изготовленные, должны быть поданы во Франции - в день выпуска американского патента, а в Германии - накануне (ибо в этой стране патенты обозначаются числом, следующим за днем заявки)". Таким образом, достаточно обратиться к хорошему патентному агенту для того, чтобы совершенно парализовать все постановления о солидарности*(1525): последние падают всей своей тяжестью лишь на несведущих или на недостаточно богатых изобретателей.

Ввиду всего этого я не колеблясь утверждаю, что неудачное нововведение ст. 16 должно быть возможно скорее уничтожено, и мы должны вернуться к режиму Проекта III*(1526). Или надо признать, что выдача патентов стеснительна для промышленности,- и тогда надо отменить все патенты вообще; или надо признать, что выдача патентов создана для развития промышленности,- и тогда нельзя ставить русскую защиту в зависимость от того, как смотрит на патенты какой-нибудь чилийский закон прошлого столетия*(1527).

Рассматривая положительные законодательства, мы видим, что солидарность сохранена лишь в немногих, да и то большей частью устарелых, законах: в Бразилии*(1528), в Канаде*(1529), в Колумбии*(1530), во Франции*(1531), в Италии*(1532), в Люксембурге*(1533), в Турции*(1534) и некоторых других.

Солидарность не воспринята в новых законах: шведском, немецком, австрийском и венгерском. Она уничтожена, после долгой борьбы, в С. Штатах*(1535) и в Конвенции 20 мая 1883г.*(1536)

§220. Переходя к догматическому анализу ст. 16, прежде всего отмечу, что солидарность определяется наличностью трех следующих условий: 1) иностранный патент, 2) на то же изобретение, 3) выданный за границей до русской заявки.

Ad 1. Вопрос о том, что нужно считать иностранным патентом, может представить большие трудности. Дело заключается в следующем: защита, дарованная данному изобретению за границей, может быть не вполне схожей с той, которая гарантируется патентодержателям в России; несходства эти могут быть весьма велики. Отвечая на вопрос, составляет ли все-таки такая защита, несмотря на все свои несходства, именно то, что ст. 16 называет привилегированием, мы будем иметь возможность обратиться к одному из двух критериев: или мы обратим внимание только на форму, т.е. спросим, называется ли такая защита в той стране защитой патентной; или же мы перенесем центр тяжести на существо и спросим, не настолько ли велики замечаемые отличия, чтобы сделать уподобление этой иностранной защиты с русской патентной защитой невозможным? Сама постановка вопроса подсказывает нам ответ. Конечно, мы должны отдать предпочтение не форме, а содержанию. Как бы ни называлась данная защита за границей, мы признаем ее привилегией в смысле ст. 16 лишь в том случае, если она будет, в существеннейших своих чертах, соответствовать тому, что мы в России называем патентной защитой*(1537).

Конкретно. Некоторые виды изобретений, патентуемых в России на основании Положения о привилегиях, получают в Германии защиту на основании закона о Gebrauchsmuster'ax (1 июня 1891г.). Аналогичного понятия в русском законодательстве не имеется: наши "фабричные рисунки и модели" (Уст. о промышл., ст. 199 и сл.) соответствуют немецким Geschmaksmuster'aм, так как преследуют главным образом эстетические цели, хотя и на поприще фабричной промышленности. Института же Gebrauchsmuster'oв, т.е. моделей, дающих некоторый технический или экономический эффект благодаря своей внешней форме, мы не знаем. Теперь представим себе, что немец, защитивший свое изобретение в Германии по закону о "полезных моделях", заявляет его к привилегированию в России. Подлежит ли такой патент действию ст. 16? Я не колеблясь отвечаю утвердительно. Русский суд должен обращать внимание не на тот заголовок, под которым проводится защита за границей, а на юридическое существо этой защиты: иначе иностранное законодательство могло бы создать лазейку для систематического обхода ст. 16, выдавая патенты под каким-нибудь другим названием. Нам нет дела до того, что немцам заблагорассудилось создать для некоторых изобретений упрощенную защиту (по явочной системе) путем "полезных моделей". Раз доказано (а доказать это очень просто!), что закон о полезных моделях является, в сущности, сколком с закона о патентах, мы должны признать, что защита в форме Gebrauchsmustera влияет на солидарность русских привилегий*(1538).

Ad 2. Вопрос о том, выдан ли иностранный патент именно на то же самое изобретение, есть, конечно, вопрос факта. Здесь я остановлюсь лишь на вопросе: кто именно должен устанавливать это тождество? Систематическое положение ст. 16 показывает, что установление солидарности (а, следовательно, и тождества) есть прежде всего обязанность комитета. Выдавая привилегию, комитет должен навести справки*(1539) и соответственно укоротить срок выдаваемой русской привилегии. Если же комитет почему-либо не исполнил такой своей обязанности, то дальнейшая судьба привилегии переходит уже в руки общих судебных установлений*(1540).

Ad 3. Иностранный патент должен быть выдан до русской заявки. По этому вопросу мы встречаемся с точно такой же трудностью, как и по вопросу об определении понятия иностранного патента (см. выше, стр. 551). А именно: по какому закону, русскому или иностранному, будем мы определять, в какой именно момент надо считать выданным иностранный патент?

Конкретно*(1541) Немецкая привилегия Ауэра N39162 была заявлена 22/10 сентября 1885г., до русской заявки (27 января 1886г.), а подписана президентом Патентамта после русской заявки. При этом текст подлинной немецкой привилегии имеет надпись соответственно постановлениям закона 1891г.: "Рatentirtim Deutschen Reiche vom 22 September ab.". Возникал, следовательно, трудный юридический вопрос: в Германии, несомненно, считают, что изобретение Ауэра было там патентовано до момента русской заявки, ибо в Германии само подписание патента не имеет конститутивного значения и срок привилегии исчисляется ретроактивно со дня заявки. В России же изобретение считается патентованным лишь с того дня, когда министр финансов подпишет бланк патента. Следовательно, надо было решить: можно ли обсуждать значение немецкой выдачи патента на основании русского Положения? И здесь, следовательно, мы имеем также дело с случаем столкновения юридических квалификаций, столь нашумевших в последнее время в частном международном праве. Понятие "выдача патента" оказывается в России одним, а в Германии - другим. Возможно ли квалифицировать акты германского правительства на основании русских законов?

Правительствующий Сенат признал нужным решить вопрос с точки зрения сходства существенных моментов, а не одних только названий. Он нашел, что выдачей в смысле ст. 16 нужно считать то, что является выдачей по русской, а не по немецкой квалификации. Подлинный указ гласит: "Принимая во внимание: 1) что выданная Ауэру привилегия была заявлена в России 27 января 1886 года, т.е. ранее получения Ауэром германской привилегии за N39162, при наличности какового обстоятельства ст. 16 Пол. о прив. не может иметь применения, и 2) что указание просителя на то, что в Германии срок привилегии исчисляется со дня подачи прошения о выдаче привилегии, а не со дня самой выдачи, вследствие чего привилегии приобретают обратную силу,- не может иметь значения, так как редакция ст. 16 Полож. не оставляет сомнения в том, что ограничение срока может быть постановлено в том случае, когда изобретение уже привилегировано за границей до дня подачи прошения о выдаче привилегии в России, т.е. когда на изобретение к этому моменту уже существует сама привилегия, а не одна первоначальная заявка, могущая и не получить просимой привилегии и т.д.".

Несмотря на некоторую легковесность мотивировки, приведенное решение надо считать правильным. Русский суд действительно может оперировать исключительно с русскими квалификациями. Если, по общему правилу, недвижимости, расположенные в России, подчиняются русским законам, то самое понятие недвижимости может быть поставляемо в эту конфликтную норму только в том смысле, в каком оно вытекает из русских законов. Иначе может оказаться, что какая-нибудь вилла, налегке построенная бразильянцем в Парголове, должна, допустим, считаться по бразильским законам движимостью. Пусть подпись президента немецкого Патентамта не имеет никакого значения в Германии; пусть в Германии изобретение считается патентованным со дня заявки. Русский закон и русские судьи, говоря о патентованных за границей изобретениях, могут иметь в виду только те акты, которые и в России создали бы патентованность. Правда, такое отношение к вопросу о квалификациях может создать неисчерпаемую массу затруднений; однако противоположное отношение создало бы таких затруднений еще больше и совершенно исказило бы смысл русского законодательства*(1542).

§221. Содержание института солидарности заключается в том, что в момент "истечения срока" иностранной привилегии (а) русский патент "прекращается" (b).

Ad а. Вопрос о том, что именно надо считать истечением срока иностранной привилегии, может дать повод к серьезным недоразумениям. В частности, нам необходимо рассмотреть вопрос: распространяется ли солидарность русских патентов с иностранными, по ст. 16, на все случаи прекращения этих последних,- или только на некоторые?

Наиболее разумным являлся бы первый ответ: если русская промышленность должна становиться свободной в тот момент, когда становится свободной промышленность иностранная, то, последовательно, мы должны прекратить русский патент независимо от того, почему освободилась от патента иностранная промышленность. Конкретно: если иностранный патент прекратился из-за неуплаты пошлины или из-за неприведения в действие, хотя бы на второй год после его выдачи,- последовательное применение принципа солидарности должно было бы заставить нас немедленно прекратить русский патент. В этом именно смысле и толкует соответствующее постановление закона 1844г. французская практика: какова бы ни была причина прекращения иностранного патента, французский патент оканчивает свое действие в тот же день*(1543).

Однако, несмотря на всю разумность такого толкования, оно не может быть применено к ст. 16. Она повторно говорит о "сроке иностранной привилегии" и о "сроке, на который выдана была привилегия за границей". Под сроком же, на который была выдана иностранная привилегия, очевидно, можно разуметь лишь крайний предельный срок, обозначенный на бланке патента, независимо от того, когда фактически прекратилась привилегия: она могла быть выдана на один срок, а просуществовать - другой. Указанного толкования придерживается и административная практика: судебных решений по данному вопросу, насколько мне известно, пока не имеется*(1544).

Итак: русские привилегии солидарны с иностранными лишь по отношению к тем максимальным срокам, на которые последние выданы*(1545). Некоторые сомнения в этом отношении могут вызвать итальянские привилегии, которые выдаются иногда на 1-2 года, но с правом продолжения их действия, посредством уплаты соответствующих пошлин, в общем на срок не свыше 15 лет. Мне казалось бы, что справедливость требует снисходительного отношения к таким привилегиям: выдача на 2 года является в разбираемом случае лишь неточным термином; она вполне соответствует нашей выдаче на 15 лет с уплатой пошлин за 2 года и с правом факультативной уплаты пошлин за последующие годы. Таким образом, эти привилегии надо считать выданными на тот срок, в течение коего их держатель может сохранить их в силе, не прибегая к экстраординарным способам удлинения их срока путем нового административного или законодательного акта.

Последовательно, мы должны признать, что, например, английские привилегии, выдаваемые на 14 лет, но могущие быть продляемыми путем сложной и специальной административной процедуры (prolongation), в отношении солидарности с русскими патентами считаются продолжающимися лишь четырнадцать лет*(1546).

§222. Ad b. С истечением законного срока иностранного патента солидарный с ним русский патент перестает "простирать самое свое действие" (ст. 16).

Это выражение надо понимать буквально. Русский патент "не может простирать своего действия" далее срока иностранной привилегии: это значит, что в определенный день он кончается ipso facto, вне всяких о том распоряжений со стороны каких бы то ни было властей (судебных или административных). С этого дня всякий имеет право пользоваться изобретением: ссылка на солидарность будет вполне действительной эксцепцией, если бы патентодержатель вздумал начать иск о контрафакции. Если я настаиваю так энергично на этом обстоятельстве, то это происходит опять-таки вследствие слишком большой распространенности у нас конститутивной конструкции публикаций о прекращении*(1547).

Но затем возникает такой вопрос: предположим, что кто-нибудь имеет интерес в том, чтобы публикации, предусмотренные ст. 29, in fine все-таки были произведены. Каким путем должно действовать такое лицо? Я думаю, что ответ не может представить затруднений: стоит только ясно представить себе, что дело будет идти о констатировании свершившегося факта прекращения гражданского права патентодержателя. Если патентодержатель не оспаривает этого, то Комитет произведет публикации без дальнейшего разбирательства дела. Если же патентодержатель станет оспаривать утверждения того, кто просит о производстве публикаций, то между этими двумя лицами возникает спор о наличности гражданского права, т.е. такой спор, который может быть решен - по общим началам (ст. 1 Уст. гр. суд.) - лишь в суде гражданском. И на этом самоочевидном тезисе я не настаивал бы, если бы мне не пришлось считаться с указом Пр. Сената*(1548), в коем implicite была признана компетентность комитета разрешать споры о прекращении привилегий по солидарности с иностранными патентами. В опровержение этого указа я должен сослаться на то, что мной было изложено в заметке, напечатанной в "Праве"*(1549). Я ничего не могу прибавить здесь к изложенным мной раньше аргументам.

IV

§223. Третьей причиной прекращения патентного права может быть экспроприация. Вопрос об экспроприации был одним из главных пунктов преткновения при издании Закона 1896г.: как известно, по этому вопросу министры военный и морской, с одной стороны, и финансов - с другой не пришли ни к какому соглашению.

Между тем всякому юристу понятно, что принудительное отчуждение частной собственности ввиду наличности важных общественных интересов принадлежит к числу совершенно нормальных правовых институтов. И если указанный вопрос возбудил, при обсуждении Закона 1896г., такую бурю, то это произошло по посторонним причинам.

Выше я излагал*(1550) историю возникновения ст. 176 Уст. промышленности и борьбы против нее. Предлагая уничтожить ее, Проект II вводил ст. 12, регламентировавшую экспроприацию изобретений в довольно неудачных и неопределенных формах*(1551), применительно к экспроприации недвижимой собственности. Это последнее обстоятельство и дало возможность военным министрам признать эту статью неосуществимой на практике, ввиду невозможности будто бы определить истинную стоимость изобретений. "Изобретения и открытия представляют собой предметы совершенно новые, пригодность и стоимость которых, сколько-нибудь отвечающая их практическому значению, может быть определяема их действительным применением... Недвижимые имущества представляют собой предметы совершенно определенные, для оценки которых имеется очень много данных и сведущих для такой оценки лиц. Тем не менее отчуждение в пользу казны недвижимых имуществ продолжается часто годами, и при этом встречаются на практике большие затруднения. Какие же затруднения должны встретиться при применении к новым изобретениям и открытиям законов, совершенно не для них изданных и к ним не подходящих?"*(1552)

В Проекте III министр финансов отказался от мысли регламентировать экспроприацию изобретений в порядке ст. 575-578, т. X, ч. I - и предложил, вместо того, создать, по соглашению заинтересованных министерств, специальные "правила". Схема этих правил, предложенная в мотивах, представляется мне настолько удачной, что я позволю себе привести ее целиком: если когда-нибудь в России будут издавать закон об экспроприации, то эта схема может сослужить хорошую службу в качестве продуманной подготовительной работы. Она гласит*(1553)

"Самые правила порядка отчуждения привилегий в исключительную собственность или иное пользование правительства могли бы заключаться приблизительно в нижеследующем.

Прежде всего, ведомство, желающее приобрести то или иное право пользования испрашиваемой или уже выданной привилегией, должно войти в сношение с изобретателем или его правопреемником с целью добровольного соглашения об уступке прав по привилегии. Соглашение должно последовать в определенный срок, например в пределах от 3 до 6 месяцев.

Если в назначенный срок соглашения не последовало, то принудительное отчуждение привилегии из частного обладания в исключительную собственность правительства или принудительная уступка некоторых прав по привилегии могут быть предоставлены не иначе как с Высочайшего на то разрешения, с представлением всех оснований к необходимости принятия означенной меры.

Если изобретатель, или его правопреемник, прямо отказывается от добровольного соглашения, то та или другая сторона могут требовать немедленного применения правил о принудительном отчуждении.

По воспоследовании Высочайшего по означенному предмету соизволения, для определения порядка и размера вознаграждения должна быть образована комиссия под председательством лица, назначаемого министром финансов, или, когда представление об отчуждении прав по привилегии исходит от Министерства финансов, Государственным контролером, из двух или четырех членов, из коих половина избирается правительственным учреждением, желающим изъять привилегию в свою собственность, а другая - изобретателем или его правопреемником. В комиссию эту, по требованиям сторон, должны быть допускаемы эксперты из специалистов-техников и юристов, для выяснения и подтверждения представляемых сторонами данных.

Означенная комиссия может или: 1) выработать немедленно все условия договора между сторонами, с определением времени, порядка и размера вознаграждения, часть коего, в виде некоторой определенной суммы, может быть присуждена к выдаче изобретателю тотчас по подписании договора, а остальная, также заранее определенная, может быть установлена условно, в зависимости от результатов, которые получатся на практике при применении или осуществлении изобретения, или 2) составить предварительное условие, а определение размера вознаграждения, или части оного, отложить до производства испытаний или вообще до получения и оценки результатов, которые окажутся лишь по применении или испытании изобретения. Ввиду сего действия комиссии должны быть ограничены определенным сроком, например не долее 1 года, после чего размер вознаграждения должен быть обязательно определен.

Вообще составление окончательного договора, с определением условий выполнения, порядка и размера вознаграждения в обоих случаях производится комиссией на основании представленных обеими сторонами данных и показаний призывавшихся в комиссию сведущих лиц. Условия договора должны как обеспечивать интересы казны, так и определять вознаграждение изобретателю, сообразное с действительными его заслугами и, по возможности, пользой изобретения.

Окончательное постановление комиссии и составленный ею договор представляется к подписанию сторон, причем если одна из них признает себя неудовлетворенной, то, при условии подачи о сем особого письменного заявления, она может обжаловать решение комиссии министру финансов или Государственному Контролеру, в зависимости от того, кем был назначен председатель комиссии, в течение двух недель по объявлении постановления комиссии. Решения сих правительственных лиц могут быть обжалованы в установленном порядке.

Когда отчуждение касается предметов, которые необходимы для пользы всего общества в данное время или относятся непосредственно к боевым потребностям и средствам обороны государства, каковы: артиллерийские орудия, брони для судов, подводные мины, судовые вращающиеся башни, ручное огнестрельное оружие, патроны, пули и принадлежности такого оружия, порох и взрывчатые вещества, то во всех этих случаях правительству предоставляется, по испрошении Высочайшего на то соизволения, известив изобретателя или собственника привилегии о намерении изъять таковую из его исключительного владения в свою собственность, приступить к эксплуатации или осуществлению изобретения своими средствами (т.е. в казенных мастерских) по прошествии известного срока (например, 1 месяца) со дня доставления такого извещения собственнику привилегии, не ожидая его согласия и составления договора об уступке привилегии".

Государственный совет не признал возможным утвердить ст. 12 "впредь до представления Министерством Финансов подробных предположений относительно порядка принудительного отчуждения привилегий"*(1554). Благодаря этому Положение потеряло экспроприацию и получило в виде уродливого нароста сохраненную в силе ст. 176.

Насколько мне известно, никаких работ в министерстве относительно выработки правил об экспроприации не производится. Об этом можно пожалеть*(1555): чем скорее мы избавимся от ст. 176, тем лучше.

V

§224. Четвертым случаем является прекращение за невзнос (своевременно) ежегодных пошлин за привилегии*(1556). Подробное изложение вопросов о том, кто, когда, сколько и в какой форме должен платить, сделано мной выше*(1557). Здесь остается рассмотреть лишь вопрос о санкции за неуплату.

По вопросу о прекращении привилегий за неуплату ежегодных пошлин существует на практике контроверза, могущая иметь весьма серьезное значение для интересентов. Я уже намекал в только что цитированных параграфах, в чем заключается, по моему мнению, правильное решение вопроса. Несомненно, что точный смысл ст. 29 Положения предписывает Отделу прекращать привилегии за невнесение пошлины вперед за каждый год действия привилегии. "Статья 29. Действие привилегии прекращается... 2) за невнесением установленной пошлины вперед за каждый год действия привилегии". Термин же "невнесение" нужно, очевидно, понимать буквально: внесение пошлины есть уплата денег в Казначейство, а отнюдь не уплата плюс представление в отдел квитанции об уплате.

Между тем установившаяся административная практика толкует закон в обратном смысле. И мне известно несколько примеров привилегий, о прекращении коих были сделаны отделом публикации, несмотря на то, что, как оказалось впоследствии, все необходимые квитанции имелись у патентодержателя в полном порядке. А в самое последнее время Отдел промышленности стал прилагать к выдаваемым привилегиям небольшой листок, на коем напечатано: "Квитанции казначейства в уплате пошлин (с пеней или без пени) должны быть своевременно представляемы в Отдел промышленности для обмена на свидетельства о продлении действия привилегии".

Само по себе распоряжение это не имеет юридической силы, так как оно не основано ни на законе, ни на какой-либо министерской инструкции. Однако самый факт появления такого распоряжения свидетельствует о существовании определенной практики, с которой надо считаться.

На чем же основана эта практика?

1) Несомненно, что закон не знает никаких "свидетельств о продлении". Получение такового, конечно, облегчает патентодержателю доказывание. Однако эта делопроизводственная формальность введена Отделом по собственному почину и, следовательно, на возникновение и прекращение гражданских прав влиять не может.

2) Столь же несомненно, что закон очень ясно противополагает момент уплаты пошлин в казначейство моменту представления квитанции в отдел. А именно, ст. 17 гласит: "В случае разрешения выдачи привилегии, проситель обязан представить в Департамент торговли и мануфактур, не позже трех месяцев со для получения о том объявления, квитанцию казначейства о взносе пошлины за первый год действия привилегии". Эта статья не оставляет ни малейшего сомнения относительно того, что за первый год действия нужно не только уплатить деньги, но еще и представить квитанцию. Но именно за первый. А относительно остальных - е contrario...

3) Не менее сильный аргумент е contrario можно вывести еще и из того факта, что ст. 24, предписывая патентодержателю приводить привилегии в действие, категорически указывает, кроме того, что "о сем, в упомянутый срок, в Департамент торговли и мануфактур должно быть представлено удостоверение подлежащего начальства".

О пошлинах же сказано просто: "За каждую привилегию взимается в пользу государственного казначейства пошлина в следующем размере..." Если считать, что привилегия прекращается, когда квитанция не поступила в отдел, то нужно необходимо указать с р о к, в который эта квитанция должна быть представлена в отдел. Между тем срок этот в законе не установлен. Несомненно, что если привилегия выдана 9 февраля 1901г., то срок уплаты истекает 9 же февраля 1902г.- и фактически, следовательно, невозможно доставить в С.-Петербург квитанцию, полученную в этот день в Самаре, иначе как после 9 февраля. Мне известно, что отдел именно так и поступает, принимая к производству квитанции, поступившие в отдел после срока, но выданные казначейством в срок. И в таком случае возникает вопрос: сколько же именно времени будет выжидать отдел - месяц? два? и почему не год?

Наконец, 4) если считать, что патент, держатель коего имеет непредъявленную квитанцию, прекращается только потому, что отдел сделает соответствующую публикацию, то этим будет нарушен тот общий принцип относительно юридического значения публикаций, который был развит мной выше*(1558). Публикации по ст. 29 не имеют конститутивного значения: они только переносят onus probandi. Следовательно, и неуплата пошлины влечет прекращение привилегии сама по себе, а все дальнейшее является лишь канцелярскими формальностями.

Подвожу итоги. Патентодержатель должен уплатить пошлину. Если он уплатил ее своевременно в какое-либо губернское казначейство, то привилегия его продолжает свое действие на соответствующий год без того, чтобы ему нужно было совершить еще какие бы то ни было дополнительные формальности. Onus probandi лежит на патентодержателе. Отдел промышленности не имеет права производить публикацию о прекращении до тех пор, пока он не удостоверится тем или иным способом*(1559), что пошлина действительно не уплачена. Если патентодержатель добровольно представит квитанцию в отдел (например, для того чтобы предупредить возможность ошибочной публикации о прекращении), то выдача "свидетельства о продлении" переносит onus probandi на конкурентов. Само собой разумеется, что такое свидетельство не является, так сказать, неопровержимым доказательством произведенной уплаты пошлины: доказывание противного всегда допустимо.

Моментом прекращения привилегии за неуплату пошлины нужно считать последний день, когда можно было уплатить пошлину. Закон о пенях (10 июля 1900г., см. выше, стр. 508) не ввел расширения сроков для уплаты пошлин, а лишь допустил послесрочный взнос таковых. Следовательно, в течение 3 льготных месяцев действие привилегии продолжается лишь под суспензивным условием, и неуплата пошлины даже в льготный срок имеет обратную силу*(1560).

D e lege ferenda, можно пожелать, ввиду громадных неудобств, соединенных с изложенным порядком уплаты пошлин в какое угодно из русских бесчисленных казначейств*(1561), чтобы закон был возможно скорее изменен в одном из двух возможных направлений: 1) или нужно централизовать все уплаты пошлин в особом отделении казначейства, которое было бы открыто при самом комитете; 2) или же нужно в самом законе expressis verbis установить, что полученные квитанции должны быть представляемы в комитет в такой-то срок и под страхом прекращения привилегии.

§225. Что касается цифровых данных относительно прекращения патентов за неуплату пошлин, то я могу привести следующие величины.

Во Франции по расчету за 36 лет, т.е. для привилегий, выданных с 1860 и по 1895г., уплаты пошлин были сделаны в следующем количестве случаев (см. таблицу III*(1562), стр. 564-565).

Из этой таблицы следует, что пошлины были уплачены (в процентах по отношению к общему числу патентов, за которые бы следовало их уплатить):

2     ..      9 пошлина ..

пош-  57,95%            9,23%

лина

3 "   ..      10 "      .. 7,61

       35,73 "           "

4 "   ..      11 "      .. 6,74

       25,37 "           "

5 "   ..      12 "      ..6,12"

       19,40 "

6 "   ..      13 "      .. 5,49

       15,71 "           "

7 "   ..      14 "      .. 4,86

       13,03 "           "

8 "   ..      15 "      .. 4,01

       10,87 "           "

Таблица III. Число патентов, по которым были уплачены пошлины во Франции

---------T---------------------------------------------

¦  Год   ¦            ЗА СКОЛЬКО ПАТЕНТОВ

¦ выдачи +-----T------T------T------T------T----T-----

¦патента ¦  1  ¦  2   ¦  3   ¦  4   ¦  5   ¦ 6  ¦  7  ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦  1860  ¦4606 ¦ 2617 ¦ 1543 ¦ 1078 ¦ 844  ¦695 ¦ 577 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   61   ¦4476 ¦ 2308 ¦ 1374 ¦ 949  ¦ 712  ¦652 ¦ 540 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   62   ¦4410 ¦ 2396 ¦ 1466 ¦ 1001 ¦ 767  ¦608 ¦ 497 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   63   ¦4512 ¦ 2458 ¦ 1520 ¦ 1101 ¦ 850  ¦658 ¦ 569 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   64   ¦4324 ¦ 2404 ¦ 1509 ¦ 1051 ¦ 803  ¦660 ¦ 539 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   65   ¦4190 ¦ 2334 ¦ 1405 ¦ 934  ¦ 671  ¦477 ¦ 353 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   66   ¦4411 ¦ 2421 ¦ 1528 ¦ 1081 ¦ 778  ¦604 ¦ 529 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   67   ¦4722 ¦ 2574 ¦ 1608 ¦ 1036 ¦ 724  ¦602 ¦ 511 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   68   ¦4750 ¦ 2837 ¦ 1598 ¦ 1139 ¦ 933  ¦800 ¦ 697 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   69   ¦4579 ¦ 2265 ¦ 1381 ¦ 1029 ¦ 797  ¦646 ¦ 544 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦  1870  ¦3029 ¦ 1508 ¦ 955  ¦ 649  ¦ 500  ¦401 ¦ 313 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   71   ¦2325 ¦ 1307 ¦ 832  ¦ 621  ¦ 473  ¦383 ¦ 315 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   72   ¦3934 ¦ 2909 ¦ 1439 ¦ 1012 ¦ 797  ¦652 ¦ 550 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   73   ¦4007 ¦ 2353 ¦ 1504 ¦ 1075 ¦ 833  ¦657 ¦ 530 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   74   ¦5741 ¦ 2751 ¦ 1710 ¦ 1239 ¦ 955  ¦755 ¦ 633 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   75   ¦4663 ¦ 2716 ¦ 1686 ¦ 1234 ¦ 918  ¦730 ¦ 617 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   76   ¦5389 ¦ 3120 ¦ 1983 ¦ 1371 ¦ 1057 ¦866 ¦ 736 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   77   ¦5610 ¦ 3231 ¦ 1951 ¦ 1413 ¦ 1090 ¦877 ¦ 744 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   78   ¦6348 ¦ 3503 ¦ 2186 ¦ 1610 ¦ 1257 ¦1043¦ 839 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   79   ¦6161 ¦ 3654 ¦ 2360 ¦ 1676 ¦ 1295 ¦1042¦ 859 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦  1880  ¦6057 ¦ 3602 ¦ 2261 ¦ 1620 ¦ 1217 ¦991 ¦ 825 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   81   ¦6203 ¦ 3868 ¦ 2423 ¦ 1703 ¦ 1292 ¦1044¦ 857 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   82   ¦6269 ¦ 3812 ¦ 2340 ¦ 1625 ¦ 1243 ¦1000¦ 848 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   83   ¦6573 ¦ 3910 ¦ 2464 ¦ 1712 ¦ 1318 ¦1083¦ 880 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   84   ¦6721 ¦ 4128 ¦ 2674 ¦ 1971 ¦ 1564 ¦1212¦ 927 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   85   ¦7060 ¦ 4282 ¦ 2601 ¦ 1916 ¦ 1510 ¦1229¦1005 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   86   ¦7371 ¦ 4243 ¦ 2584 ¦ 1845 ¦ 1369 ¦1114¦ 963 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   87   ¦7284 ¦ 4385 ¦ 2833 ¦ 2010 ¦ 1530 ¦1243¦1037 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   88   ¦7182 ¦ 4356 ¦ 2721 ¦ 1927 ¦ 1437 ¦1136¦ 940 ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   89   ¦7810 ¦ 4691 ¦ 2816 ¦ 2000 ¦ 1516 ¦1195¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦  1890  ¦7634 ¦ 4333 ¦ 2683 ¦ 1881 ¦ 1389 ¦    ¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   91   ¦7863 ¦ 4321 ¦ 2612 ¦ 1907 ¦      ¦    ¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   92   ¦8432 ¦ 4866 ¦ 3039 ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   93   ¦8358 ¦ 4816 ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   94   ¦8845 ¦ 5045 ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+--------+-----+------+------+------+------+----+-----+

¦   95   ¦8848 ¦ 5113 ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

L--------+-----+------+------+------+------+----+------

--------------------------------------------------

УПЛАЧЕНА ПОШЛИНА                                 ¦

-----T------T-----T------T------T------T----T-----+

¦ 8  ¦  9   ¦ 10  ¦  11  ¦  12  ¦  13  ¦ 14 ¦ 15  ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦493 ¦ 419  ¦ 366 ¦ 309  ¦ 264  ¦ 242  ¦223 ¦ 191 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦458 ¦ 379  ¦ 324 ¦ 266  ¦ 243  ¦ 223  ¦199 ¦ 172 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦400 ¦ 312  ¦ 242 ¦ 211  ¦ 190  ¦ 173  ¦157 ¦ 127 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦458 ¦ 375  ¦ 336 ¦ 303  ¦ 285  ¦ 261  ¦220 ¦ 168 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦440 ¦ 389  ¦ 342 ¦ 315  ¦ 283  ¦ 262  ¦244 ¦ 167 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦296 ¦ 257  ¦ 217 ¦  ?   ¦  ?   ¦  ?   ¦187 ¦ 159 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦465 ¦ 406  ¦ 362 ¦ 269  ¦ 242  ¦ 226  ¦202 ¦ 173 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦440 ¦ 372  ¦ 305 ¦ 280  ¦ 246  ¦ 215  ¦191 ¦ 152 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦504 ¦ 354  ¦ 306 ¦ 268  ¦ 245  ¦ 215  ¦187 ¦ 153 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦417 ¦ 360  ¦ 310 ¦ 253  ¦ 230  ¦ 294  ¦165 ¦ 129 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦247 ¦ 219  ¦ 185 ¦ 177  ¦ 150  ¦ 139  ¦116 ¦ 85  ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦270 ¦ 224  ¦ 187 ¦ 163  ¦ 145  ¦ 122  ¦105 ¦ 92  ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦449 ¦ 381  ¦ 310 ¦ 277  ¦ 240  ¦ 200  ¦172 ¦ 144 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦447 ¦ 387  ¦ 330 ¦ 282  ¦ 247  ¦ 217  ¦187 ¦ 155 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦539 ¦ 475  ¦ 417 ¦ 356  ¦ 310  ¦ 291  ¦245 ¦ 208 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦523 ¦ 470  ¦  ?  ¦ 433  ¦ 403  ¦ 362  ¦234 ¦ 189 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦624 ¦ 541  ¦ 467 ¦ 416  ¦ 360  ¦ 321  ¦283 ¦ 236 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦613 ¦ 545  ¦ 476 ¦ 422  ¦ 378  ¦ 323  ¦291 ¦ 242 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦721 ¦ 620  ¦ 549 ¦ 481  ¦ 434  ¦ 386  ¦344 ¦ 295 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦742 ¦ 653  ¦ 581 ¦ 516  ¦ 462  ¦ 421  ¦378 ¦ 322 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦688 ¦ 613  ¦ 528 ¦ 465  ¦ 420  ¦ 382  ¦343 ¦ 284 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦729 ¦ 630  ¦ 544 ¦ 476  ¦ 423  ¦ 373  ¦322 ¦ 280 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦732 ¦ 638  ¦ 530 ¦ 472  ¦ 426  ¦ 375  ¦338 ¦ 277 ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦752 ¦ 651  ¦ 571 ¦ 501  ¦ 450  ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦784 ¦ 613  ¦ 490 ¦ 383  ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦833 ¦ 715  ¦ 617 ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦798 ¦ 676  ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦854 ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

+----+------+-----+------+------+------+----+-----+

¦    ¦      ¦     ¦      ¦      ¦      ¦    ¦     ¦

L----+------+-----+------+------+------+----+------

Для правильного истолкования этих цифр нужно иметь в виду, что более половины патентов*(1563), продержавшихся до 15 года, были оплачены не ежегодными взносами, а единовременной принудительной уплатой всех пошлин по случаю продажи*(1564). Во всяком случае, только половина французских патентов доходит до второго года, треть - до третьего и четверть - до четвертого. Нормальное падение (2% в год) начинается с восьмого года.

Для Англии мы имеем следующего рода данные.

Таблица IV. Число патентов, по которым были уплачены пошлины в Англии

-----T-------------------------------------------------------

¦Год ¦ЗА КАКОЙ ГОД БЫЛА УПЛАЧЕНА ПОШЛИНА                     ¦

¦вы- +-----T----T----T----T----T-----T---T----T----T----T----+

¦да- ¦  4  ¦ 5  ¦ 6  ¦ 7  ¦ 8  ¦  9  ¦10 ¦ 11 ¦ 12 ¦ 13 ¦ 14 ¦

¦ чи ¦     ¦    ¦    ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1884¦9,983¦2,92¦2,13¦1,74¦1,45¦1,173¦1,0¦857 ¦716 ¦599 ¦452 ¦

¦    ¦     ¦ 1  ¦ 7  ¦ 6  ¦ 3  ¦     ¦02 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1885¦8,775¦2,68¦2,04¦1,65¦1,38¦1,162¦981¦838 ¦732 ¦613 ¦484 ¦

¦    ¦     ¦ 5  ¦ 9  ¦ 0  ¦ 1  ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1886¦9,099¦2,72¦2,07¦1,67¦1,40¦1,152¦987¦829 ¦730 ¦615 ¦497 ¦

¦    ¦     ¦ 4  ¦ 0  ¦ 6  ¦ 0  ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1887¦9,466¦2,82¦2,11¦1,71¦1,40¦1,171¦1,0¦917 ¦805 ¦677 ¦529 ¦

¦    ¦     ¦ 2  ¦ 1  ¦ 5  ¦ 3  ¦     ¦34 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1888¦9,817¦2,84¦2,18¦1,75¦1,43¦1,194¦1,0¦874 ¦760 ¦637 ¦ -  ¦

¦    ¦     ¦ 0  ¦ 2  ¦ 2  ¦ 0  ¦     ¦25 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1889¦10,66¦3,36¦2,38¦1,82¦1,53¦1,284¦1,0¦917 ¦772 ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  4  ¦ 9  ¦ 1  ¦ 7  ¦ 3  ¦     ¦89 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1890¦10,59¦3,16¦2,25¦1,7%¦1,47¦1251 ¦1,0¦909 ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  8  ¦ 2  ¦ 3  ¦    ¦ 9  ¦     ¦72 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1891¦10922¦3,35¦2,44¦1,97¦1,65¦1,416¦1,1¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦     ¦ 1  ¦ 5  ¦ 4  ¦ 3  ¦     ¦82 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1892¦11,59¦3,75¦2,75¦2,17¦1,80¦1,490¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  9  ¦ 2  ¦ 7  ¦ 3  ¦ 1  ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1893¦11,77¦4,00¦2,96¦2,35¦1,95¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  9  ¦ 3  ¦ 4  ¦ 4  ¦ 8  ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1894¦12,04¦4,12¦3,08¦2,45¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  2  ¦ 4  ¦ 0  ¦ 5  ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1895¦12,34¦4,15¦3,02¦ -  ¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  6  ¦ 9  ¦ 5  ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1896¦14,17¦4,56¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  0  ¦ 0  ¦    ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1897¦14,46¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  5  ¦    ¦    ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1898¦13,45¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  2  ¦    ¦    ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦1899¦13,47¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦  -  ¦ - ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦ -  ¦

¦    ¦  1  ¦    ¦    ¦    ¦    ¦     ¦   ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

+----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+----+

¦Ито-¦  -  ¦4447¦2945¦2111¦1549¦11293¦837¦6141¦4515¦3144¦1962¦

¦ го ¦     ¦ 2  ¦ 4  ¦ 8  ¦ 1  ¦     ¦ 2 ¦    ¦    ¦    ¦    ¦

L----+-----+----+----+----+----+-----+---+----+----+----+-----

Следовательно, в процентах, пошлины были уплачены:

5        ...31%  10       ...

пошлина          пошлина  11%

6 "      ...25"  11 "     ...

                           9"

7 "      ...  19 12 "     ...

          "                8"

8 "      ...  15 13 "     ...

          "                7"

9 "      ...  12 14 "     ...

          "                6"

---------------------------

Наконец, для Германии мы имеем краткие и не совсем однородные с предыдущими сведения, из коих можно заключить, что 1-й пошлины не уплатили около 5% патентов и что, затем, по годам прекращается следующее количество (в процентах):

           год   ОКОЛО       24%

                 остальных

           "     на 2 38 " "

"   4     "     "    3    "

"   5     "     "    30 " "

"   6     "     "    22 " "

"   7     "     "    20 " "

"   8     "     "    17 " "

"   9     "     "    16 " "

"   10    "     "    15 " "

"   11    "     "    15 " "

"   12    "     "    14 " "

"   13    "     "    16 " "

"   14    "     "    14 " "

"   15    "     "    25 " "

Переводя эти щифры в ту форму, в какой я их излагал для Франции и Англии, мы получили бы в процентах такого рода прогрессию*(1565), начиная со второго года: 65,40, 27, 19, 15, 12, 10, 8, 7, 6, 5,4, 3,2.

Если сопоставипъ полученные цифры между собою, а также каждую соответственно с той пошлиной, которую она изображает (для ясности перевожу все цифры в фунты стерлингов, по расчету 1 ? = 25 fr. = 20 М), то мы получим следующую" таблицу:

Таблица V (сводная)

----------T--------------------------------------------------

¦Название ¦                       Год                        ¦

¦ страны  ¦                                                  ¦

¦         +--T--T---T---T---T--T--T--T---T-T--T---T---T--T---+

¦         ¦1 ¦2 ¦ 3 ¦ 4 ¦ 5 ¦6 ¦7 ¦8 ¦ 9 ¦1¦11¦12 ¦13 ¦14¦15 ¦

¦         ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦0¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

+-T-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦Ф¦ Сумма ¦4 ¦8 ¦12 ¦16 ¦20 ¦24¦28¦32¦36 ¦4¦44¦48 ¦52 ¦56¦60 ¦

¦р¦пошлин ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦0¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦а+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦н¦   %   ¦10¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦ц¦патен- ¦0 ¦58¦36 ¦25 ¦19 ¦16¦13¦11¦ 9 ¦8¦7 ¦ 6 ¦ 5 ¦5 ¦ 4 ¦

¦и¦  тов  ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦я¦       ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

+-+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦Г¦ Сумма ¦1,¦  ¦   ¦16,¦26,¦  ¦  ¦  ¦91,¦1¦13¦166¦196¦22¦   ¦

¦е¦пошлин ¦5 ¦4 ¦ 9 ¦ 5 ¦ 5 ¦39¦54¦71¦ 5 ¦1¦9 ¦,5 ¦,5 ¦9 ¦264¦

¦р¦       ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦4¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦м+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦а¦   %   ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦н¦патен- ¦- ¦65¦40 ¦27 ¦19 ¦15¦12¦10¦ 8 ¦7¦6 ¦ 5 ¦ 4 ¦3 ¦ 2 ¦

¦и¦  тов  ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦я¦       ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

+-+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦А¦ Сумма ¦- ¦- ¦   ¦ 4 ¦ 9 ¦15¦22¦30¦39 ¦4¦60¦72 ¦85 ¦99¦ ~ ¦

¦н¦пошлин ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦9¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦г+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+---+

¦л¦   %   ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦1¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

¦и¦патен- ¦- ¦- ¦   ¦100¦31 ¦25¦19¦15¦12 ¦1¦9 ¦ 8 ¦ 7 ¦6 ¦   ¦

¦я¦  тов  ¦  ¦  ¦   ¦   ¦   ¦  ¦  ¦  ¦   ¦ ¦  ¦   ¦   ¦  ¦   ¦

L-+-------+--+--+---+---+---+--+--+--+---+-+--+---+---+--+----

Из этой таблицы следует, что в Германии - очевидно, благодаря системе предварительного рассмотрения, пропускающей изобретения к патентированию с разбором,- патенты выдерживают гораздо более высокие пошлины с несомненно большим успехом: на пятый год в Германии и во Франции остаются те же 19% всех выданных патентов; но немецкие патенты в это время заплатили уже 265 р., а французские - лишь 200 р. В дальнейшем эта большая экономическая выдержка немецких патентов обнаруживается еще яснее. Начиная с 7-го года и вплоть до тринадцатого, число немецких оставшихся патентов лишь на 1% (в каждом году соответственно) ниже числа оставшихся патентов французских. А пошлины между тем в Германии оказываются на седьмом году почти вдвое, а на тринадцатом - почти вчетверо выше французских. Лишь на 14-м и 15-м годах немцы отстают на 2%: не надо забывать, что за эти 2 года они платят 675 р., а французы - лишь 80 р.

Что касается цифр английских, то они значительно превышают и французские, и немецкие. Если превышение над немецкими цифрами может быть объяснено сравнительно меньшей высотой пошлины (14 год: 2290 р. и 990 р., более чем вдвое), то превышение над французскими пошлинами является довольно загадочным. Приблизительно равную сумму пошлин (на восьмом и девятом годах) английские патенты выдерживают на 4 и 3% лучше, так что на девятом году во Франции пошлину в 360 р. выдерживает лишь 3/4 того числа патентов, какое в Англии выдерживает сумму пошлин в 390 р. Единственное объяснение этому явлению может быть подыскано лишь в том, что Англия больше отошла от системы чистого Anmelde-Verfahren, чем Франция.

Наконец, относительно России мы имеем довольно неполные данные, изображенные в таблице VI*(1566). Неполнота эта происходит от двух причин, а именно: 1) от сравнительно недолгого еще действия Закона 1896г.; самые ранние привилегии, выданные по этому закону, едва достигли 7-го года своего действия; и 2) от значительного влияния, оказываемого до сих пор на уплату пошлин старым Уставом промышленности; дело в том, что многие привилегии, выдаваемые по Закону 1896г., были заявлены под действием Устава и, следовательно, оплачены по старым категориям трех единовременных взносов в 450р., 150р. и 90р.; все эти привилегии считаются действующими столько лет, на сколько (по соответствующему расчету) хватает такого единовременного взноса для покрытия теперешних пошлин*(1567); следовательно, такие привилегии действуют очень часто, искусственным образом, в такое время, в какое (будь уплата пошлин действительно ежегодной) их владельцы давно бы от них отказались.

Ввиду всего этого в таблице VI приведено число уплаченных пошлин пополугодно и с распределением на уплаты единовременные ("сразу") и погодные. Первая категория уплат не может иметь для наших выводов серьезного значения.

Таблица VI. Число уплаченных в России пошлин за патенты (с 1896г.)

-----------T------T------------------------------------------

¦  Когда   ¦ Бес- ¦         Сколько пошлин уплачено          ¦

¦  выдан   ¦ пош- +---T---T---T-------T------T---T---T-------+

¦  патент  ¦линные¦ 1 ¦ 2 ¦ 3 ¦   4   ¦  5   ¦ 6 ¦ 7 ¦8(сразу¦

¦          ¦  и   ¦   ¦   ¦   +---T---+--T---+   ¦   ¦   )   ¦

¦          ¦допол-¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦о ¦"" ¦   ¦   ¦  и    ¦

¦          ¦  ни  ¦   ¦   ¦   ¦ о ¦"" ¦в ¦м  ¦   ¦   ¦больше ¦

¦          ¦тель- ¦   ¦   ¦   ¦ X ¦ " ¦ч ¦"я ¦   ¦   ¦       ¦

¦          ¦ ные  ¦   ¦   ¦   ¦ ч ¦ Л ¦о ¦а о¦   ¦   ¦       ¦

¦          ¦      ¦   ¦   ¦   ¦0 U¦о. ¦U ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦          ¦      ¦   ¦   ¦   ¦о в¦ W ¦е ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦          ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦в ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1896г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   2-ое   ¦  -   ¦ - ¦ - ¦ 2 ¦ - ¦ 3 ¦1 ¦ 1 ¦ 1 ¦ - ¦   7   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1897 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   1-ое   ¦  -   ¦ 6 ¦ - ¦ - ¦ - ¦70 ¦15¦24 ¦14 ¦ - ¦  75   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1897 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   2-ое   ¦  1   ¦ 5 ¦ 2 ¦ 2 ¦ - ¦124¦43¦36 ¦ 6 ¦ - ¦  72   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1898 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   1-ое   ¦  3   ¦48 ¦15 ¦11 ¦ 4 ¦184¦64¦26 ¦ 3 ¦ 1 ¦  83   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1898 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   2-ое   ¦  6   ¦192¦50 ¦45 ¦81 ¦88 ¦42¦16 ¦ - ¦ - ¦  42   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1899 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   1-ое   ¦  15  ¦340¦80 ¦58 ¦142¦103¦3 ¦27 ¦ - ¦ - ¦  39   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1899 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   2-ое   ¦  21  ¦271¦86 ¦172¦48 ¦33 ¦2 ¦ 5 ¦ - ¦ - ¦  15   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1900 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   1-ое   ¦  19  ¦393¦108¦249¦ 2 ¦19 ¦1 ¦ 1 ¦ - ¦ - ¦  10   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1900 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   2-ое   ¦  39  ¦376¦338¦125¦ 4 ¦15 ¦1 ¦ 2 ¦ - ¦ - ¦   9   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

+----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+-------+

¦ 1901 г.  ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

¦   1-ое   ¦  32  ¦341¦399¦ 2 ¦ - ¦14 ¦- ¦ 2 ¦ - ¦ - ¦   6   ¦

¦полугодие ¦      ¦   ¦   ¦   ¦   ¦   ¦  ¦   ¦   ¦   ¦       ¦

L----------+------+---+---+---+---+---+--+---+---+---+--------

Из этой таблицы можно сделать следующие выводы. Если отбросить четыре первых полугодия (в них еще слишком велик процент патентов, оплаченных "сразу"), то окажется, что из патентов, выданных в шесть следующих полугодий, прекратилось за неуплату второй годовой пошлины (в процентах по отношению к общему числу) следующее количество:

Из патентов, выданных во второе полугодие 1898г. - 34,1%

" " " в первое " 1899г. - 42,1%

" " " во второе " 1899г. - 41,5%

" " " в первое " 1900г. - 49,0%

" " " во второе " 1900г. - 41,3% " " " в первое " 1901г. - 42,9%

Из той же таблицы следует, что из патентов, выданных в четыре полугодия (июль 1898г.- июль 1900г.), для которых 1 июля 1902г. истекал срок уплаты третьей пошлины, прекращено за невзнос третьей годовой пошлины (в процентах по отношению к общему числу) следующее количество:

Из патентов, выданных во второе полугодие 1898г. - 8,9%

" " " в первое " 1899г. - 9,9%

" " " во второе " 1899г. - 13,2%

" " " в первое " 1900г. - 13,4%

Наконец, за невзнос четвертой годовой пошлины прекращено еще следующее количество патентов:

Из патентов, выданных во второе полугодие 1898г. - 8,0%

" " " в первое " 1899г. - 7,2%

Кроме того, из той же таблицы следует, что из общего числа патентов, выданных в первое полугодие 1898г., за невзнос пятой годовой пошлины прекращено было 42,5% общего числа патентов. Для остальных годов эта цифра равняется:

Для 2-го полугодия 1896г. - 20,0%

" 1-го " 1897г. - 34,3%

" 2-го " 1897г. - 43,3%

За невзнос же шестой годовой пошлины прекращено, из выданных в первое полугодие 1897г., еще 15,1%, а из выданных во второе полугодие 1896г.- еще 13,3% общего числа патентов.

Из этих всех цифр можно сделать следующие приблизительные выводы. За невзнос второй годовой пошлины (20 р., общая сумма 35 р.) у нас прекращается 41,81% патентов. За невзнос третьей пошлины (25 р., общая сумма 60 р.) - 11,35% патентов. За невзнос четвертой пошлины (30 р., общая сумма 90 р.) - 7,6% патентов. Если сравнить эти цифры с данными таблицы V, то окажется, что русские патенты на второй год оказываются менее стойкими, чем немецкие (остается только 58,19% вместо 65%). Разница эта, однако, совершенно сглаживается в дальнейшие годы. На третий год останется у нас 46,84% (против 36% и 40%). На четвертый - 39,24% (против 25% французских и 27% германских).

К сожалению, недостаток данных не дает пока возможности точнее обосновать и подробнее развить эту интересную параллель*(1568).

VI

§226. Пятой причиной прекращения патентов является неприведение их в существенное действие.

Постановления закона по этому вопросу содержатся в ст. 24 и ст. 29, п. 3, которые гласят: "Ст. 24. Получивший привилегию обязан, не позже пяти лет со дня подписания патента на оную (ст. 20), привести в действие в России изобретение или усовершенствование, на которое привилегия выдана, и представить о сем, в упомянутый срок, в Департамент торговли и мануфактур удостоверение подлежащего, по указанию министра финансов, начальства". И ст. 29: "...действие привилегий прекращается... 3) за несоблюдением требования ст. 24 относительно приведения привилегий в действие".

По поводу толкования последней из этих статей существует весьма серьезное несогласие установившейся практики - с тем, что может допустить строгая юридическая герменевтика.

Административная практика заключается в следующем. В установленный срок патентодержатель, соответственно Правилам 22 сентября 1898г.*(1569), заявляет фабричному инспектору о том, что его изобретение "приведено в действие" в такой-то мастерской, и ходатайствует о выдаче ему удостоверения. Фабричный инспектор, убедившись, что в мастерской действительно изготовлен (хотя бы один...) экземпляр изобретения, выдает удостоверение, которое затем обменивается в Комитете на "свидетельство". С этого момента привилегия считается несокрушимою. И, наоборот, не представивший в Комитет своевременно удостоверения - безвозвратно будто бы теряет ее: Комитет производит "публикацию о прекращении" и дело тем кончается. Приведение в действие, не удостоверенное путем получения "свидетельства", не спасает привилегию от гибели.

Я считаю такое толкование закона совершенно неправильным по следующим главнейшим основаниям.

1) Оно противоречит буквальному смыслу закона. Если внимательно вчитаться в цитированные выше ст. 24 и 29, то мы увидим, что первая из них состоит из двух частей; она требует от патентодержателя: а) приведения привилегии в действие и b) представления о сем в отдел удостоверения подлежащего начальства. Обращаясь, затем, к ст. 29, мы находим, что эта статья грозит прекращением привилегии за "несоблюдение требования (не: требований) ст. 24 относительно приведения привилегий в действие. То есть она говорит лишь об одном требовании, а не о двух, и именно о приведении в действие. Вопрос о представлении удостоверения обходится в ст. 29 полным молчанием. Какая санкция установлена за неисполнение этого последнего требования - мы увидим ниже. Здесь отмечу, что такой санкцией ни в каком случае не может быть прекращение патента: ибо, очевидно, мы не вправе отнимать у патентодержателя его гражданское право по таким основаниям, которые не упомянуты в законе.

2) Указанное положение может быть доказано и в том случае, если мы оставим почву грамматического толкования и посмотрим на контроверзу с более широкой точки зрения. К чему, в сущности, клонится изображенная выше административная практика? Не более и не менее, как к изъятию из ведения общих судебных установлений важного вопроса о наличности гражданского права. Все указанные канцелярские удостоверения и свидетельства имеют, несомненно, одну цель: вернуть нас в данном частном случае к системе формальных доказательств. Закон требует от патентодержателя приведения в действие; практика же старается истолковать этот закон так, чтобы патентодержателю невозможно было доказывать действительность приведения в действие иначе как одним единственным, раз навсегда установленным бумажным способом. Между тем в очень многих случаях патентодержателю может оказаться более удобным доказывать это приведение в действие иным путем. По моему мнению, произвольно лишать его такого процессуального преимущества невозможно.

3) Тот же тезис можно доказать и с точки зрения общей цели, которую преследует ст. 24: а именно, с точки зрения покровительства русской промышленности. Ведь фабричный инспектор может удостоверить только одно: что в тот момент, когда он был в мастерской, там совершалось производство данного изобретения. Но, может быть, оно прекратилось на следующий день? Я указывал выше*(1570), что постановления ст. 24 могут иметь разумный смысл только в том случае, если мы будем считать, что раз заведенное производство не должно быть останавливаемо под страхом прекращения привилегии. И вот именно этой-то последующей остановки производства и может не знать фабричный инспектор. Между тем мы не должны лишать конкурентов права доказать судом, что изобретение не было приведено в действие (в смысле приостановки) несмотря на то, что фабричный инспектор и Отдел выдали и свидетельство, и удостоверение (не говоря уже о том, что фабричный инспектор мог ошибиться в юридических тонкостях вопроса: он вовсе не является компетентным для решения этого рода контроверз).

Ввиду всего изложенного я считаю, что патентодержатель может доказывать наличность приведения в действие в указанном выше смысле*(1571), каким угодно способом.

§227. Но в таком случае возникает, как веское возражение, вопрос о том, каково будет - в общей экономии только что указанной конструкции - значение тех удостоверений, представления коих требует ст. 24? Казалось бы на первый взгляд, что мое толкование лишает это требование всякого разумного смысла (раз для него нет санкции).

Постараюсь доказать противное. Постараюсь доказать, что санкция (хотя и ослабленная) для этого требования имеется и что само по себе оно имеет очень большое практическое значение.

Вообразим себе положение сторон в споре о прекращении патента за неприведение в действие. Истец, прося об уничтожении, должен доказать свой иск: т.е. он должен доказать, что патентодержатель нигде в Российской Империи в течение 5 лет не изготовил ни одного экземпляра изобретения. Но это было бы доказыванием отрицательного факта. Поэтому западная практика, после значительных колебаний*(1572), усвоила себе принцип, что onus probandi в исках о неприведении в действие лежит на ответчике*(1573). Однако такой исход не может считаться нормальным: он дозволяет всякому третьему лицу (и, в частности, всякому контрафактору) создавать патентодержателю массу затруднений, заявляя, в виде иска или эксцепции, что изобретение не было приведено в исполнение, и не подтверждая такое голое утверждение никакими фактами*(1574). Кроме того, оно ставит патентодержателя в очень неприятное положение в том смысле, что иметь всегда под рукой неопровержимые доказательства наличности фабрикации данного продукта именно в урочное время (т.е., может быть, много лет тому назад) довольно трудно.

Ввиду всего этого западные юристы уже давно искали средства как-нибудь вернуть иски о неприведении в действие к нормальной схеме, т.е. к onus'y probandi истца. И вот, я думаю, что наши свидетельства и удостоверения составляют именно очень удачное решение только что указанного вопроса. Если считать, что официальное свидетельство является лишь презумпцией в пользу того, что патентодержатель действительно осуществил свое изобретение, тогда мы получим следующую стройную картину.

Onus probandi лежит на патентодержателе (ответчике). Но ст. 24, in fine, облегчает его положение, дозволяя своевременно запастись свидетельством*(1575); с этого момента, onus probandi возвращается, нормально, к истцу: он может доказывать, что фабричный инспектор выдал удостоверение неправильно или что производство впоследствии было прекращено.

Указанное толкование ст. 24 и 29 сохраняет неприкосновенным один основной принцип, особенно дорогой сердцу всякого юриста; а именно, им сохраняется возможность провести спор о прекращении патента по ст. 29, п. 3 по всем трем судебным инстанциям. Существующая же практика дает заинтересованным сторонам лишь малоценный и лишенный гарантий административный путь.

§228. Приведенное толкование было бы неполным и незаконченным, если бы я оставил без рассмотрения вопрос о публикациях о прекращении патентов за неприведение в действие. Не уклоняясь от того, что было сказано мной выше по вопросу вообще о значении публикаций*(1576), я не могу не заметить, что в данном вопросе юридическая конструкция публикаций представляется несколько иною, чем в вопросе об уплате пошлин*(1577). Я указывал в §224, что патентодержатель не обязан посылать в комитет квитанций об уплате пошлин и что, следовательно, комитет может производить публикации только тогда, когда он удостоверится активным расследованием, что привилегия прекратилась.

Не так - в разбираемом здесь вопросе. Статья 24 предписывает патентодержателю представлять в отдел удостоверение фабричного инспектора и указывает даже срок для такого представления. Значит, по этому вопросу обязанность собирания справок снята с отдела категорическим постановлением закона. Если в последний день пятилетнего срока в отдел не поступило удостоверение, отдел может тотчас же сделать публикацию о прекращении.

Эта публикация, an und fttr sich, не прекращает действия патента*(1578). Однако ввиду того, что появление ее, если патентодержатель привел изобретение в действие и только не озаботился исполнением формальностей по ст. 24, не может быть признано случившимся без в и н ы со стороны патентодержателя*(1579), а также ввиду того, что эта публикация не может не ввести в заблуждение третьих лиц, было бы несправедливым сохранять защиту за неаккуратным патентодержателем в том же объеме, как и до производства публикации. В виде практической меры можно было бы предложить, чтобы защита патента действовала после производства указанной публикации лишь по отношению к тем третьим лицам, относительно коих патентодержателю удалось бы доказать наличность malae fidei, т.е. наличность заведомости о том, что публикации были произведены ошибочно.

В этом и заключается санкция для обязанности представлять удостоверения в отдел.

§229. С точки зрения всего вышеизложенного я могу дать то окончательное суждение об указе Прав. Сената 1875г.*(1580), которое мной было отложено в §215.

В этом своем указе Сенат поставил вопрос следующим образом: допустимо ли прекращение такой привилегии, которая - заведомо для Министерства Финансов - была приведена в срок в действие, но без представления о том удостоверения "начальства" (см. ст. 197, п. 6)? Путем длинных рассуждений Сенат пришел к выводу, что из двух требований ст. 191 одно ("действительное и в установленный срок применение выданной привилегии") имеет существенную важность, а другое ("представление удостоверения") - составляет лишь формальное (?) последствие первого и потому несущественно. Этим своим выводом, неизвестно откуда взятым, Сенат, несомненно, нарушил явный и недвусмысленный смысл п. 6 ст. 197, гласящего: "Привилегии прекращаются... 6) если получивший привилегию не представит в назначенный статьей 191 срок в надлежащий департамент установленного в ней удостоверения местного начальства". Но раз уж Сенат признал, что привилегии, приведенные в действие, но не удостоверенные, не прекращаются, все остальные его рассуждения о юридическом значении публикации становились совершенно излишними. В самом деле: если приведенная в действие, но не удостоверенная привилегия не прекращается, то всякая произведенная о ее будто бы прекращении публикация являлась бы сделанной неправильно; если эта неудостоверенная привилегия не прекращается, то Сенат не только мог объявить ее действующей до производства публикации, но даже должен был восстановить ее, если бы публикация уже была произведена. Иначе же получилось решение с самым невероятным компромиссом двух взглядов. С одной стороны, Сенат опирается на то соображение, что привилегия эта сама по себе не прекратилась, а с другой стороны, он ссылается еще и на тот безразличный при указанной гипотезе факт, что о ее прекращении еще не опубликовано.

Итак, вопрос о публикациях - интересный, с научной точки зрения, для выяснения взглядов Сената на большую контроверзу - с практической точки зрения является в Указе 1875г. неожиданным и неуместным.

Остается, затем, вопрос о юридическом значении "удостоверений начальства". По этому поводу я считаю нужным отметить следующее. Текст ст. 197, п. 6 был совершенно категоричным*(1581): он прекращал привилегии за "непредставление в срок удостоверения". А между тем Сенат, руководясь соображениями высшей справедливости, признал возможным сохранить в силе привилегию, очевидно приведенную в действие, но, по оплошности изобретателя, не удостоверенную свидетельством начальства: ибо действительно является чудовищным, что привилегия на систему конножелезной дороги, явно действующей на глазах всех на улицах С.-Петербурга, будет прекращена за неприведение в действие только потому, что изобретатель позабыл вовремя исполнить канцелярскую формальность подачи прошения фабричному инспектору. Что же касается текста действующей ст. 29 (п. 3), то он является много более благоприятным для предложенного мной более либерального толкования, ибо этот пункт, в отличие от п. 6 ст. 197, ни словом не обмолвливается о представлении свидетельств "начальства".

Мое заключение, следовательно, будет гласить так: если Сенат истолковал п. 6 ст. 197 Устава в смысле достаточности приведения в действие, хотя бы и без исходатайствования свидетельств от начальства, то тем более шансов имеем мы предположить, что в том же смысле, эвентуально, будет истолкован и п. 3. ст. 29 Положения. И это приводит нас к предложенному выше*(1582) тезису.

VII

§230. Шестым способом прекращения патентов является добровольный отказ. Наше законодательство не знает этого способа прекращения, заменив его невзносом пошлин.

Если вспомнить, что отказ от привилегии может очень серьезно нарушать права третьих лиц, то мы признаем правильность той точки зрения, на которой стоить наш закон. В самом деле: если патент, например, отдан в заклад, то закладоприниматель может принять в расчет все остальные способы прекращения, кроме о т к а з а. Он может озаботиться об уплате пошлин, о приведении в действие; но он не может запретить патентодержателю вдруг, ни с того ни с сего, подать заявление об отказе... А между тем это очень серьезно нарушало бы его права.

Относительно особой формы прекращения патентов за ввоз патентованного изобретения из-за границы, известной французскому закону, см. т. I, стр. 196.

<< |
Источник: Пиленко А.А.. Право изобретателя, 2 тома. 1903

Еще по теме Глава V.Прекращение прав из патента:

  1. 4.4. СОЗДАНИЕ НОВОЇ О ТОВАРА И ЖИЗНЕННЫЙ ЦИКЛ ТОВАРА
  2. О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ЧАСТИ ЧЕТВЕРТОЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  3. Статья 1248. Споры, связанные с защитой интеллектуальных прав
  4. Статья 1424. Срок действия исключительного права на селекционное достижение
  5. Статья 1443. Публикация сведений о селекционных достижениях
  6. Словарь жилищных терминов
  7. 9.2. ЖИЗНЕННЫЙ ЦИКЛ БАНКОВСКОЙ ИННОВАЦИИ
  8. Счет 91 «Прочие доходы и расходы»
  9. Реализация конкурентных преимуществ как импульс инновационной активности
  10. 1. Организационная структура государственного управления, принципы ее построения и функционирования
  11. Приложение 3 
- Право интеллектуальной собственности - Авторсое право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Гражданский процесс - Гражданское право - Жилищное право - Зарубежное право - Защита прав потребителей - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - Коммерческое право - Конституционное право России - Криминалистика - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право Европейского Союза - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Правоприменительная практика - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Теория права - Трудовое право‎ - Уголовное право России - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право - Экологическое право‎ - Экономические преступления - Ювенальное право - Юридическая этика - Юридические лица -
Яндекс.Метрика