§ 2. Возникновение юридической ответственности, назначение меры юридической ответственности и ее реализация

Возникновение юридической ответственности. Вопрос о моменте возникновения юридической ответственности, следовательно, и правоотношений ответственности является дискуссионным в научной литературе. В юридической науке вопрос о моменте возникновения юридической ответственности рассматривался в основном применительно к уголовной ответственности.

Решение этого вопроса сводится к трем основным позициям. 1.

Юридическая ответственность порождается правонарушением, поэтому факт совершения правонарушения есть начало объективного бытия юридической ответственности независимо от того, осознает совершивший противоправное поведение как правонарушение или нет, обнаружено оно или нет компетентными органами <1>.

<1> См.: Базылев Б.Т. Юридическая ответственность (теоретические вопросы). С. 75; Назаров Б.Л. Социалистическое право в системе социальных связей. С. 290; Пионтковский А.А. Правоотношения в уголовном праве // Правоведение. 1962. N 2. С. 89; Курляндский В.И. О сущности и признаках уголовной ответственности // Советское государство и право. 1963. N 11. С. 91. 2.

Другие исследователи связывают момент возникновения юридической ответственности с познавательно-оценочной деятельностью компетентных органов и должностных лиц по выявлению подозреваемого лица в совершении правонарушения и вынесением правоприменительных актов по возбуждению юрисдикционного дела, применению мер пресечения, привлечению подозреваемого в качестве обвиняемого и т.п. <1>.

<1> См.: Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основания в советском уголовном праве. М., 1963. С. 21 - 23; Санталов А.И. Теоретические вопросы уголовной ответственности. Л., 1982. С. 62; Огурцов Н.А. Правоотношения и ответственность в Советском уголовном праве. С. 161, 162; Марцев А.И. Уголовная ответственность как средство предупреждения преступлений. Омск, 1980. С. 24.

3. Согласно третьей позиции момент возникновения юридической ответственности связывается с решением компетентного органа или должностного лица об определении правонарушителю вида и меры юридической ответственности, т.е. с вынесением соответствующего правоприменительного акта <1>.

<1> См.: Недбайло П.Е. Советские социалистические правовые нормы. Львов, 1959. С. 99; Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. С. 67; Ребане И. Убеждение и принуждение в деле борьбы с посягательствами на советский правопорядок // Ученые записки Тартуского ун-та: Труды по правоведению. Тарту, 1966. С. 11; Щербаков В.В. Уголовная ответственность и ее основание: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1998. С. 14.

Объективная реальность правонарушения позволяет решить вопрос о моменте возникновения юридической ответственности.

Следует согласиться с авторами, которые считают, что юридическая ответственность возникает в момент совершения правонарушения. "Юридическая ответственность возникает объективно, - пишет Б.Т. Базылев, - а вовсе не по воле тех или иных государственных органов" <1>. Объективный факт правонарушения, как справедливо отмечает М.Д. Шиндяпина, является не только основанием возникновения юридической ответственности, но и самим моментом возникновения правоотношения ответственности <2>.

<1> Базылев Б.Т. Юридическая ответственность (теоретические вопросы). С. 75.

<2> См.: Шиндяпина М.Д. Стадии юридической ответственности. С. 70.

Из факта возникновения юридической ответственности с момента совершения правонарушения исходит действующее российское законодательство, устанавливая давностные сроки привлечения к тем или иным видам ответственности. Они исчисляются с момента совершения правонарушения (а не с момента обнаружения правонарушителя либо предъявления ему обвинения), а к виновному применяется закон, действовавший во время совершения правонарушения. Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности в гражданском праве начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, т.е. с момента совершения гражданского правонарушения.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее одного месяца со дня обнаружения дисциплинарного поступка и шести месяцев со дня его совершения. Статья 4.5 КоАП РФ предусматривает исчисление сроков давности со дня совершения административного правонарушения.

В уголовном законодательстве (ст. 78 УК РФ) предусматривается освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности со дня совершения преступления. При исчислении срока наказания в виде лишения свободы по уголовному приговору засчитывается срок предварительного заключения под стражей, тем самым законодатель признает, что неблагоприятные последствия для правонарушителя наступили задолго до вынесения приговора суда.

С момента совершения правонарушения лицо, его совершившее, является стороной, обязанной принять меры ответственности, а государство имеет право применять эти меры, т.е. налицо правоотношение ответственности.

До обнаружения правонарушения правоотношение ответственности уже существует как идеально-формальная связь между государством и правонарушителем, как образ возможных будущих действий, т.е. ответственность остается "вещью в себе".

Если правонарушение не обнаружено, нет информации о нем от пострадавшего или лица, бывшего свидетелем его совершения либо причастного к его совершению, и в силу этого правонарушение не известно правоохранительным органам, то оно остается латентным, т.е. "вещью в себе". Такой же остается и юридическая ответственность за совершение правонарушения.

Как показывают практика и научные исследования, значительная часть правонарушений, в том числе преступлений, остается скрытой для общества. В этом случае "спящим", безжизненным является и общеправовой принцип неотвратимости юридической ответственности, ослабляется действие правового режима конституционности, законности и правопорядка.

Граждане не заявляют о правонарушениях по различным причинам. Они не верят в эффективность работы правоохранительных органов, способных оперативно установить правонарушителя либо привлечь его к ответственности, не желают впустую тратить время в силу бюрократизма, волокиты, коррумпированности, неэффективности и бездействия компетентных органов и должностных лиц, а также не хотят предать гласности некоторые стороны своей жизни и мотивы поведения как пострадавших <1>. С обнаружением правонарушения посредством передачи информации о его совершении со стороны потерпевшего правоохранительным органам либо по инициативе самого правоохранительного органа начинается процесс распредмечивания правонарушения и предусмотренной законом за его совершение юридической ответственности.

<1> См.: Петрухин И.Л. Человек и власть (в сфере борьбы с преступностью). С. 213 -

215.

Установление правонарушения и назначение меры юридической ответственности. Деятельность по установлению правонарушителя, состава правонарушения и соответствующего вида и меры юридической ответственности осуществляют специальные, компетентные органы - суды и иные правоохранительные органы.

Так, в систему уголовного процесса как структурно-функциональную систему входят правоохранительные органы, осуществляющие оперативно-розыскные действия (МВД России, ФСБ России и др.), дознание и предварительное следствие (органы дознания, следствия и прокуратуры), которые координируют между собой свою деятельность. Завершающим звеном и этапом в указанной системе является правосудие, осуществляемое судом в порядке судопроизводства. В процессе предварительного следствия и судопроизводства участвуют органы и лица, содействующие их осуществлению (адвокаты, эксперты и др.). Прокуратура осуществляет надзор за конституционностью и законностью осуществления дознания, предварительного следствия и оперативно-розыскной деятельности.

Борьба с преступностью тем эффективнее, чем выше число регистрируемых преступлений и чем более оно приближается к числу действительно совершенных. Критерием эффективности осуществления правосудия по уголовным делам служит число законных и обоснованных приговоров по отношению к числу всех вынесенных приговоров, а также число выявленных следственных ошибок. Апелляционные, кассационные и надзорные судебные инстанции выявляют и исправляют судебные ошибки. Проблемы выявления и установления преступлений, устранения следственных и судебных ошибок остаются злободневными, требующими пристального научного внимания и совершенствования практики судебных и иных правоохранительных органов <1>.

<1> См.: Петрухин И.Л. Человек и власть (в сфере борьбы с преступностью). С. 109.

В литературе рассматривается несколько оснований юридической ответственности: 1) нормативно-правовое; 2) фактическое; 3) процессуально-правовое <1>.

<1> См.: Виноградов В. А. Указ. соч. С. 41 - 47.

Нормативно-правовым основанием юридической ответственности служит закрепление в законе составов правонарушений, соответствующие виды и меры юридической ответственности и иные условия, необходимые для практической их реализации (уполномоченные субъекты применения мер юридической ответственности, надлежащие процедуры и др.).

Фактическим основанием юридической ответственности является совершение правонарушения, состав которого предусмотрен законом.

Процессуальным основанием юридической ответственности является решение компетентного органа публичной власти и его должностных лиц о назначении конкретной меры юридической ответственности, вынесенное с соблюдением законной процедуры.

Естественно, непосредственным основанием, одновременно являющимся нормативно-правовым и фактическим основанием юридической ответственности, выступает факт совершения правонарушения в полном соответствии с его составом, предусмотренным законом.

Как отмечалось выше, вторая стадия юридической ответственности опосредуется властной деятельностью компетентных государственных органов и должностных лиц, т. е. применением санкций правовых норм (по терминологии С. С. Алексеева - охранительных норм). С логико-содержательной стороны применение санкции правовой нормы включает следующие операции-действия компетентных органов государственной власти и их должностных лиц: 1) установление фактических обстоятельств дела (состава правонарушения и др.); 2) выбор и анализ нормы права, подлежащей применению в связи с установленным составом правонарушения, т. е. дача им адекватной правовой квалификации; 3) решение дела по существу, т.е. принятие правоприменительного (юрисдикционного) акта, устанавливающего вид и меру юридической ответственности. Первые две содержательные операции-действия совершаются одновременно. Иными словами, правоприменитель, устанавливая фактические обстоятельства дела, исходит из определенной совокупности составов правонарушений, постепенно сужая те и другие до единственно правильного вывода о совпадении фактических обстоятельств дела и их правовой квалификации, т. е. до установления состава правонарушения.

Применение санкции правовой нормы четко распадается на два этапа: первый этап связан с установлением основания юридической ответственности, второй - с назначением меры юридической ответственности.

Установление правонарушения является основанием назначения меры юридической ответственности. Содержательно правонарушение конкретизируется через категорию состава правонарушения, его элементов.

Состав правонарушения, являясь теоретической моделью структурных элементов правонарушения, их связи между собой, включает следующие элементы: субъект и объект, объективную и субъективную стороны правонарушения <1>. Если нет хотя бы одного из элементов состава правонарушения, то не может быть и юридической ответственности. Исходя из этого не совсем понятно, почему некоторые исследователи объявляют лишь вину, один из элементов состава правонарушения, принципом юридической ответственности, оставляя без внимания другие элементы состава правонарушения. Элементный состав правонарушения помогает компетентным органам и должностным лицам в установлении факта правонарушения в полном его объеме.

<1> Данный вопрос широко освещен в научной и учебной литературе. Из монографических работ см.: Самощенко И.С. Понятие правонарушения по советскому законодательству. М., 1963; Денисов Ю.А. Общая теория правонарушения и ответственности. Л., 1983; Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность; Хачатуров Р.Л., Липинский Д.А. Общая теория юридической ответственности. С. 244 - 255, 265 - 292; и др.

Таким образом, вопрос о юридическом основании может быть рассмотрен с позиций нормативно-правового и сущего (действительного, свершившегося); ответственность конкретного индивида возникает с момента совершения им правонарушения. Поэтому можно говорить о единстве нормативно-правового (на основании чего) и фактического (за что) основания юридической ответственности.

Как отметил Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27 апреля 2001 г. <1>, из ч. 2 ст. 54 Конституции РФ следует, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. Наличие состава правонарушения является, таким образом, необходимым основанием для всех видов юридической ответственности, при этом признаки состава правонарушения, прежде всего в публично-правовой сфере, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами юридической ответственности.

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 г. N 7-П.

В реальной жизни установление состава правонарушения осуществляется в процессе властной организационно-распорядительной и познавательно-оценочной деятельности компетентных органов и должностных лиц. Указанная деятельность является познавательно-оценочной, творческой в своей основе. При этом надо учитывать, что правонарушитель не заинтересован в установлении совершенного им правонарушения, может противодействовать этой деятельности. Процесс установления состава правонарушения начинается с момента обнаружения признаков правонарушения, главными из которых служат общественная опасность (вредность) поведения и его противоправность. Объективный характер общественной опасности правонарушения проявляется в посягательстве на права и свободы граждан и юридических лиц, на общественную и государственную безопасность, правопорядок в различных его проявлениях. Результатом такого рода посягательств является нанесенный вред (ущерб) общественным, корпоративным, личным интересам.

Критериями определения степени общественной опасности поведения (действия или бездействия) служат: значимость регулируемых правом общественных отношений; размер причиненного вреда; способ, время и место совершения противоправного деяния; личность правонарушителя и другие факторы и обстоятельства. При этом указанные критерии действуют во взаимосвязи, каждый из них может усиливать или ослаблять действие другого. При выявлении общественной опасности поведения закон нередко специально указывает на особое значение того или иного критерия установления общественной опасности, например указывает на размер причиненного ущерба либо на рецидивный характер допущенного неправомерного поведения.

Общественная опасность (вредность) конкретного поведения (действия или бездействия) должна быть признана позитивным правом - законом. Поэтому необходимым признаком правонарушения является его противоправность. Противоправность есть юридическое выражение общественной опасности поведения, фиксация ее законом.

Противоправное поведение нарушает норму права независимо от того, знал или не знал правонарушитель о неправомерности своего поведения. Иными словами, в понятии противоправности находит отражение факт объективного несоответствия поведения субъектов общественных отношений требованиям закона. Противоправное поведение выражается в неисполнении юридической обязанности, несоблюдении запретов (административных, уголовных), злоупотреблении правом, создании препятствий для реализации требований правовых норм и т. д.

Мысли, убеждения, намерения, сознание в целом, не выраженное в поведении, не подлежат правовой оценке в качестве правонарушения. Преследование государством за политические, религиозные и иные убеждения есть характерный признак фашистских, тоталитарных и им подобных режимов.

В гражданском обороте противоправное поведение может иметь следующие проявления: злоупотребление правом; осуществление права с нарушением его пределов; совершение сделок, не соответствующих требованиям закона; неисполнение договорных обязательств; ненадлежащее исполнение договорных обязательств; причинение внедоговорного вреда; неосновательное обогащение; причинение морального вреда.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ противоправным признается поведение лица, причиняющее вред личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица. Противоправным является также такое поведение должника, которое не отвечает требованиям, предъявляемым к надлежащему исполнению обязательств. В соответствии с гражданским законодательством требования, предъявляемые к исполнению обязательств, содержатся в законе, иных правовых актах, обычаях делового оборота, самих основаниях возникновения обязательств (на основе административного акта, договора, односторонней сделки и др.). В гражданском праве существует презумпция противоправности поведения, причиняющего вред. Нарушитель может опровергнуть эту презумпцию, представив доказательство того, что был управомочен на совершение вредоносных действий.

В научной литературе раскрытие социальной сущности административного правонарушения одни авторы обычно сравнивают с уголовным преступлением. Различие административного правонарушения и уголовного преступления усматривается в различной степени их общественной опасности. Другие авторы полагают, что административное правонарушение в отличие от преступления является общественно вредным, но не общественно опасным. Терминологическое различие в данном случае при характеристике административного правонарушения и уголовного преступления возможно. В ранее действовавшем КоАП РСФСР терминологическое различие проводилось путем обозначения административного правонарушения в виде проступка (деликта) в отличие от преступления.

Как указывалось выше, административное правонарушение и уголовное преступление по своей социальной природе однородны, а потому и административное правонарушение, и уголовное преступление требуют наказаний, различающихся лишь по остроте негативных последствий для соответствующих правонарушителей. Поэтому закономерно административно-наказательное право и уголовное право рассматривать в качестве подотраслей единого деликтно-наказательного права, которое направлено на охрану общественных отношений, подвергающихся общественно опасным и общественно вредным посягательствам. Наказуемость есть правовое следствие административного правонарушения и уголовного преступления.

В процессе установления состава правонарушения правоприменителю, судье приходится решать сложные вопросы в силу их неочевидности. Прежде всего это касается наличия причинной связи между противоправным поведением правонарушителя и нанесенным им вредом.

Причинная связь есть непосредственная необходимая (а не случайная) связь между противоправным поведением и наступившим вредом. В отдельных случаях решение вопроса о причинной связи может вызвать значительные трудности. Вопрос о причинной связи осложняется еще и тем, что он сопрягается с проблемой вины правонарушителя.

В юридической литературе выдвинуты различные концепции причинной связи. Наиболее распространенными являются теории прямой и косвенной либо необходимой и случайной причинной связи. Согласно этим воззрениям необходимо выявлять непосредственную, прямую либо необходимую связь между противоправным поведением и наступившим вредом. Наличие же косвенной, опосредованной либо случайной связи между противоправным поведением и вредом означает, что данное поведение лежит за пределами конкретного случая, т.е. за пределами юридически значимой причинной связи. Наличие и отсутствие юридически значимых причинно-следственных связей в ряде случаев устанавливается в скрытом виде с помощью вины правонарушителя.

Вина правонарушителя, т. е. психоволевое отношение к противоправному поведению и его вредному результату, а также цели и мотивы противоправного поведения составляют содержание субъективной стороны правонарушения. Вине придается столь большое и важное значение, что виновная ответственность объявляется принципом юридической ответственности.

Вина физического лица имеет форму умысла или неосторожности.

Умысел как форма вины свидетельствует об осознании лицом характера своего поведения, о целевой направленности воли на совершение противоправных действий, об осознании возможности конкретных вредных последствий поведения либо хотя и не полном предвидении последствий, но сознательном допущении любого из возможных. Соответственно, умысел может быть прямым (осознание противоправности поведения, предвидение вредных последствий, желание их наступления и предпринятые в связи с этим волевые усилия) и косвенным (осознание противоправности поведения, волевые усилия к его совершению, допущение любых последствий).

Умысел нарушителя влечет возложение жестких мер воздействия в виде лишения права (например, лишение права наследования гражданина, который своими противозаконными действиями против наследодателя способствовал призванию себя к наследованию), конфискации имущества, штрафных неустоек повышенных размеров.

Кроме того, в законе (п. 4 ст. 401 ГК РФ) установлена ничтожность заключенных заранее (т. е. еще до исполнения обязательства) соглашений, устраняющих или ограничивающих ответственность за умышленное правонарушение.

Неосторожность как форма вины характеризует такое состояние сознания и воли лица в момент действия (бездействия), при котором оно не осознает противоправности деяния, не предвидит его вредных последствий, хотя при определенной степени осмотрительности и заботливости могло и должно было их предвидеть; либо предвидит возможность вредных последствий, но легкомысленно надеется предотвратить их наступление.

Степень заботливости и осмотрительности лица, при которой оно могло и должно было предвидеть вредные последствия либо невозможность их предотвращения, в том числе недостаточность усилий для их предотвращения, определяется характером обязательств, условиями оборота и иными фактическими обстоятельствами, при которых нарушитель действовал (бездействовал).

В гражданском праве различают простую и грубую неосторожность. Чем очевиднее при данных обстоятельствах возможность наступления вреда, которую должен был предвидеть нарушитель, тем более грубую степень неосторожности он проявляет. Простая и грубая неосторожность приобретает значение при так называемой смешанной ответственности, когда учитывается не только вина нарушителя, но и степень вины потерпевшей стороны.

В обязательственном праве п. 1 ст. 401 ГК РФ закрепляет правило об ответственности лица за нарушение обязательств на началах вины, кроме случаев, когда законом или договором установлены иные основания ответственности. Это означает, что в необходимых случаях законодателю предоставляется право избирать основания, в которых наличие или отсутствие вины нарушителя не учитывается. Такое же право предоставлено сторонам в договоре: по своей воле они могут построить взаимную ответственность на началах причинения, а не вины. Однако, если в договоре специально не предусмотрены иные начала ответственности, действует общая форма п. 1 ст. 401 ГК РФ, т.е. ответственность наступает за вину.

В гражданском праве допускается презумпция вины нарушителя (п. 2 ст. 401 ГК РФ). Нарушитель предполагается виновным, пока не докажет отсутствие своей вины. Утверждение презумпции вины основано, во-первых, на общей свободе участия субъекта в гражданском обороте. Такая свобода предполагает принятие на себя рисков (опасностей) возникновения неблагоприятных последствий своих действий, в том числе необходимость доказывать свою невиновность для исключения ответственности. Во-вторых, гражданско- правовая ответственность имеет частноправовой характер. Презумпция вины не ограничивает свободы лица и не умаляет его чести и деловой репутации в обществе. В- третьих, поскольку конфликтная ситуация и отношение притязания возникают в связи с противоправными действиями одного из субъектов, при разрешении конфликта стороны должны быть в равном положении: потерпевшая сторона должна доказать, что ее права и интересы нарушены действиями другого субъекта, а последний - доказать, что действовал невиновно. Невиновность лица исключает его ответственность.

В п. 3 ст. 401 ГК РФ для данной сферы предпринимательства установлено иное общее правило: лицо, не исполнившее обязательство или исполнившее его ненадлежащим образом, отвечает независимо от вины. Исключением его ответственности является непреодолимая сила, т. е. чрезвычайные и непредотвратимые в данных условиях обстоятельства, создавшие невозможность исполнения обязательства (например, стихийные бедствия). Ответственность в сфере предпринимательства строится по общему правилу на началах причинения. Однако законом и договором могут быть установлены иные условия. Предприниматели, вступая в договорные связи, могут прийти к соглашению о взаимной ответственности только на началах вины. Если в указанной сфере случаи ответственности строятся на началах вины, на них распространяется презумпция виновности.

Особенностью вины юридического лица является то, что к степени его заботливости и осмотрительности предъявляются повышенные требования, поскольку с точки зрения пороков воли оцениваются не только действия работников, исполняющих решения, но и сами решения, другие факторы, отражающие состояние дел в коллективе.

Более повышенные требования к осмотрительности и заботливости предъявляются к гражданину-предпринимателю при осуществлении им предпринимательской деятельности. От предпринимателя ожидается высокий профессионализм в делах, поэтому применяются требования иных масштабов к его способности предвидеть последствия своего поведения.

Часть 1 ст. 1.5 КоАП предписывает, что лицо (в данном случае речь идет о физическом лице) подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Согласно ч. 1 ст. 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

В отношении физических лиц при привлечении их к административной ответственности действует презумпция невиновности (ст. 1.5 КоАП РФ) и, следовательно, бремя доказывания вины правонарушителя лежит на уполномоченных органах и должностных лицах, но не на лице, подозреваемом в совершении административного правонарушения. Согласно ч. 2 ст. 1.5 КоАП РФ лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном данным Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением суда, органа, должностного лица, рассматривавших дело. Из презумпции невиновности физического лица как правонарушителя вытекают дополнительные правила. Во-первых, лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность (ч. 3 ст.

1.5); во-вторых, неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (ч. 4 ст. 1.5).

Вина при совершении преступления согласно уголовному закону имеет четкую дифференциацию на умысел - прямой и косвенный - и неосторожность в форме легкомыслия или небрежности (ст. ст. 24 - 26 УК РФ). Применительно к уголовной ответственности Конституция РФ закрепляет в ст. 49 презумпцию невиновности, т.е. возлагает обязанность по доказыванию вины в совершении преступления на соответствующие государственные органы.

Особый интерес представляет проблема вины юридических лиц, которая слабо разработана на доктринальном уровне. Вокруг проблемы юридической ответственности без вины с давних пор ведется непрекращающаяся дискуссия. Не случайно Президент РФ в своих замечаниях по поводу текста КоАП РФ, принятого Государственной Думой 8 декабря 2000 г., указал, что общее определение вины вряд ли применимо к юридическим лицам как к субъектам административных правонарушений, и предложил законодателю раскрыть содержание вины юридических лиц и установить критерии их виновности.

Существенный вклад в разработку теории вины юридического лица внес Конституционный Суд РФ.

Конституционный Суд РФ отметил, что налоговые, валютные правонарушения, нарушения законодательства о контрольно-кассовых машинах являются виновными деяниями.

Также Суд последовательно отмечает, что наличие вины правонарушителя в противоправном поведении является основанием ответственности во всех отраслях права и "всякое исключение должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно". К сожалению, Конституционный Суд РФ в процитированном Постановлении от 25 января 2001 г. N 1-П допустил некорректное определение данного правила как "общего и общепризнанного принципа юридической ответственности во всех отраслях права", что, на наш взгляд, не отвечает научным представлениям о составе правонарушения, включающем вину правонарушителя, как основания наступления и применения юридической ответственности. В других решениях Конституционного Суда РФ более правильно наличие вины увязывается с самим правонарушением, а не с его последствием - юридической ответственностью.

Анализируя положения Таможенного кодекса РФ, Конституционный Суд подчеркнул, что отсутствие вины при нарушении таможенных правил является одним из обстоятельств, исключающих производство по делу о данном нарушении, поскольку свидетельствует об отсутствии самого состава таможенного правонарушения.

К вопросу о вине физического лица и бремени ее доказывания Конституционный Суд РФ обращается в деле о проверке конституционности ст. ст. 230, 231, 291 и 320 ТК РФ с учетом особенностей таможенных правоотношений (Постановление от 27 апреля 2001 г. N 7-П).

Статья 231 ТК РФ закрепляла положение, в соответствии с которым юридические лица несут ответственность за нарушение таможенных правил во всех случаях, за исключением ситуаций, когда правонарушение произошло вследствие действия непреодолимой силы, а физические и должностные лица несут ответственность в том случае, если они совершили противоправное действие или бездействие умышленно или по неосторожности. Указанная статья дополняется двумя другими: ст. 230, в соответствии с которой нарушением таможенных правил признается противоправное действие или бездействие; ст. 320, устанавливающей, что в ходе производства по делу и при его рассмотрении подлежит доказыванию вина физического лица и факт совершения правонарушения юридическим лицом.

Коммерческие организации (ООО "Верность", ОАО "Комбинат Североникель", "АвтоВАЗ" и др.), а также предприниматель без образования юридического лица А.Д. Чулков, привлеченные к ответственности за нарушение таможенных правил, оспаривали в

Конституционном Суде РФ конституционность положения ч. 6 ст. 231 ТК РФ, полагая, что согласно этому положению они были привлечены к ответственности за один только факт нарушения таможенных правил, без установления их виновности. По этим же основаниям они оспаривали конституционность ст. ст. 230, 291 (п. 6), 320 ТК РФ, подтверждающих смысл оспариваемого положения ч. 6 ст. 231. Во всех делах, в которых к заявителям были применены оспариваемые положения, таможенные органы и суды исходили из полной доказанности факта совершения таможенного правонарушения безотносительно к наличию или отсутствию вины юридических лиц, нарушивших таможенные правила.

Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что суд общей юрисдикции не может ограничиться формальной констатацией лишь факта нарушения таможенных правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания. Как далее подчеркнул Конституционный Суд РФ, в процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая при этом особенности соответствующих отношений и их субъектов (в частности, предприятий, учреждений, организаций и лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица), а также требования неотвратимости ответственности и интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 2 ст. 15, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Примером такого рода отношений и являются таможенные отношения.

Правоотношения, возникающие в связи с перемещением товаров и транспортных средств через таможенную границу Российской Федерации, характеризуются множественностью участвующих в них субъектов, разобщенных друг от друга территориально и подпадающих под юрисдикцию разных государств. В связи с этим по отдельным категориям таможенных правонарушений практически невозможно доказать вину российских юридических лиц, поскольку неисполнение ими требований законодательства может быть обусловлено неисполнением своих обязательств иностранным контрагентом. Более того, фактор нахождения юридических лиц за рубежом может быть использован при реализации схем нелегального ввоза товаров в Россию. Иностранные организации формально будут считаться виновными. Однако в правоотношения с таможенными органами Российской Федерации они не вступают, конкретных деяний на территории РФ не совершают и не могут быть реально привлечены к ответственности за нарушение таможенных правил в Российской Федерации ввиду нераспространения административной юрисдикции Российского государства на территории иностранных государств.

Указанные выше юридические лица в своих жалобах аргументировали свою невиновность ненадлежащим исполнением своих обязанностей как зарубежными, так и российскими контрагентами. Конституционный Суд РФ в связи с этим отметил, что предоставленное субъекту таможенных правоотношений правомочие доказывать свою невиновность корреспондирует с его возможностью принимать меры по обеспечению выполнения контрагентами имеющихся перед ними обязательств, с тем чтобы, в свою очередь, не утратить возможность для исполнения своих публично-правовых (таможенных) обязанностей. Это правомочие не должно обеспечиваться в меньшей степени, чем выполнение обязательств в имущественных отношениях: на названном субъекте лежит забота о выборе контрагента и обеспечении выполнения последним принятых обязательств любыми законными способами, он отвечает за неисполнение публичных обязанностей, связанных в том числе с действиями (бездействием) контрагентов. Это, однако, не исключает, что в дальнейшем имущественные права привлеченного к ответственности субъекта таможенных отношений могут быть восстановлены путем предъявления иска контрагенту, действия (бездействия) которого повлекли наложение наказания.

Российская Федерация в своем таможенном законодательстве не может не учитывать эти подходы, поскольку интересы защиты экономической основы суверенитета требуют признания принципа единства и взаимности, согласно которому государство не может ставить себя в невыгодные с точки зрения таможенных режимов правовые условия по сравнению с другими странами. Такая правовая позиция выражена Конституционным Судом РФ в Постановлении от 14 мая 1999 г. N 8-П.

В практическом понимании выявленный Конституционным Судом РФ конституционный смысл оспариваемых положений Таможенного кодекса РФ обязателен для всех правоприменителей и должен исключить имеющий место в практике таможенных органов и судов отказ от оценки представляемых юридическими лицами и гражданами, осуществляющими предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, доказательств их невиновности в нарушении таможенных правил.

Правовые позиции Конституционного Суда РФ по вопросу о вине юридического лица были восприняты КоАП РФ. Согласно ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых названным Кодексом или законами субъектов РФ предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Заключительный этап применения санкции правовой нормы включает определение вида (конституционной, гражданско-правовой, административной и др.) и конкретной меры в зависимости от характера юридической ответственности, является она восстановительно-компенсационной или наказательно-штрафной. Мера того или иного вида юридической ответственности определяется согласно принципам юридической ответственности. Исходными являются принципы справедливости и индивидуализации, предполагающие учет степени общественной опасности противоправного поведения, личности правонарушителя, обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность. Компетентный орган (должностное лицо), определяя меру юридической ответственности, производит своеобразное взвешивание всех указанных выше факторов и обстоятельств, соблюдая при этом принципы юридической ответственности.

Реализация мер юридической ответственности. С момента вступления в силу юрисдикционного акта завершается вторая и начинается заключительная стадия юридической ответственности - стадия реализации меры юридической ответственности.

В литературе подчеркивается особая социально-правовая значимость этой стадии юридической ответственности. Так, Б.Т. Базылев писал: "Стадия реализации ответственности - главная ее стадия, в ней заключается смысл осуществления юридической ответственности" <1>.

<1> Базылев Б.Т. Юридическая ответственность (теоретические вопросы). С. 96.

Такая оценка данной стадии юридической ответственности соответствует правовой позиции Европейского суда по правам человека (см. гл. 7).

Реализация юрисдикционного акта может быть рассмотрена как процесс, включающий доведение содержания акта до адресата, реальные действия обязанного субъекта (в добровольном либо принудительном порядке) по исполнению требований акта применения <1>.

<1> См.: Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов. Казань, 1975. С. 20; Коренев А.П. Нормы административного права и их применение. М., 1978. С. 123; Витрук Н.В. Конституционное правосудие. Судебно-конституционное право и процесс. С. 397 - 405.

Реализация юридической ответственности осуществляется в рамках завершающей стадии судебного процесса исполнительного производства.

Вопрос об исполнительном производстве законодательно был решен в гражданском (разд. V ГПК РСФСР) и административном процессах (разд. 5 КоАП РСФСР). Исполнительное производство в уголовном процессе обособилось в самостоятельную отрасль законодательства (по мнению других ученых, и в самостоятельную отрасль права). Выводы о существовании самостоятельного исполнительного производства во всех видах судебных процессов подтверждаются ныне действующими Федеральными законами от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и "О судебных приставах", а также практикой Европейского суда по правам человека.

Принятие Федеральных законов об исполнительном производстве обусловлено не столько упорядочением процессуальных норм, касающихся исполнительного производства, сколько чрезвычайно острой проблемой реального исполнения постановлений судов и других правоприменительных органов. Так, значительная часть административных штрафов (более 50%) не уплачивается.

Действующее арбитражно-процессуальное законодательство в сфере исполнения судебных решений не соответствует потребностям дня. Оно не может обеспечить своевременное и эффективное взыскание с виновной стороны соответствующих сумм или имущества: этот процесс растягивается на многие месяцы, а то и годы. Проигравшая сторона, удерживая в своем распоряжении не принадлежащие ей средства, извлекает из них доход, а ответственности за это фактически не несет. Нередко в средствах массовой информации стали появляться репортажи и интервью с сообщениями о том, что "не верящие в эффективность судебной системы "истцы" начинают обращаться к "судебным услугам уголовных авторитетов". Последствием подобных разборок частенько является существенное "сокращение продолжительности жизни "сторон".

Стадия реализации юридической ответственности опосредуется специальной деятельностью компетентных органов и должностных лиц, направленной на обеспечение реализации тех мер, которые предусмотрены юрисдикционным актом.

В настоящее время создана специальная служба судебных приставов, призванных обеспечивать реализацию судебных решений в случаях их неисполнения.

Основные виды (формы) судопроизводства не заканчиваются вынесением юрисдикционных актов. Подлинное правосудие должно быть обеспечено обязательным исполнением судебного решения или приговора. Так, в уголовном процессе деятельность уголовно-исполнительных учреждений направлена на реализацию мер наказания, установленных приговором, вступившим в силу.

Критерием эффективности их деятельности является изменение ценностных ориентаций осужденных, перестройку их нравственных ориентиров в направлении законопослушного поведения как неотъемлемого свойства лиц, отбывших уголовное наказание. Важнейшим критерием достижения этой цели служит уровень рецидива, который все еще является очень высоким. До сих пор значительная часть административных штрафов не взыскивается с виновных. Особенно нетерпимым является неисполнение судебных решений, связанных с возмещением ущерба, нанесенного гражданами, на что неоднократно обращал внимание Европейский суд по правам человека. Есть известные сложности и в исполнении ряда решений Конституционного Суда РФ, конституционных (уставных) судов субъектов РФ.

<< | >>
Источник: Витрук Н.В. . Общая теория юридической ответственности. Монография. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Норма, 2009. — 259 с. . 2009

Еще по теме § 2. Возникновение юридической ответственности, назначение меры юридической ответственности и ее реализация:

  1. 40. Виды и меры юридической ответственности. Основания освобождения от юридической ответственности.
  2. § 2. Меры защиты и юридическая ответственность
  3. Лекция 4. Виды юридической ответственности. Освобождение от юридической ответственности
  4. § 1. Обеспечительные меры и юридическая ответственность: сходство и различие
  5. Глава 1. ПОНЯТИЕ И НАЗНАЧЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В КОНТЕКСТЕ ПРАВОМЕРНОГО И ПРОТИВОПРАВНОГО ПОВЕДЕНИЯ
  6. § 3. Ретроспективная юридическая ответственность: сущность, назначение, цели, задачи, функции
  7. Глава 22. Юридическая ответственность.
  8. ПРАВОНАРУШЕНИЯ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  9. § 4. Понятие и виды юридической ответственности
  10. § 1. К вопросу о стадиях юридической ответственности
  11. Глава 4. ВИДЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
  12. Глава 5. ПРИНЦИПЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
  13. Раздел 14 ПРАВОНАРУШЕНИЯ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  14. Понятие и признаки юридической ответственности
  15. § 3. Исключение юридической ответственности
  16. Юридическая ответственность: понятие и признаки
  17. 1. Цели и принципы юридической ответственности
  18. 4. Виды юридической ответственности
  19. § 4. Освобождение от юридической ответственности
  20. § 3. Принципы юридической ответственности
- Право интеллектуальной собственности - Авторсое право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Гражданский процесс - Гражданское право - Жилищное право - Зарубежное право - Защита прав потребителей - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - Коммерческое право - Конституционное право России - Криминалистика - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право Европейского Союза - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Правоприменительная практика - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Теория права - Трудовое право‎ - Уголовное право России - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право - Экологическое право‎ - Экономические преступления - Юридическая этика - Юридические лица -