Жизнь капитана Вейна

Чарлз Вейн был одним из тех, кто завладел серебром, поднятым испанцами с затонувших во Флоридском заливе галеонов158, и находился на Провиденсе (как уже упоминалось ранее), когда губернатор Роджерс прибыл туда с двумя военными кораблями.

Все пираты, коих он застал в этом гнезде негодяев, покорились и получили свидетельства о помиловании – кроме капитана Вейна с его шайкою, которые, завидев входящие военные корабли, обрубили якоря, предали огню приз, бывший у них в гавани, и отплыли с поднятыми пиратскими флагами, обстреляв при отходе один из военных кораблей.

Через два дня после того побега они встретили шлюп, принадлежавший Барбадосу, который захватили и удержали для своих нужд, направив на борт сего судна команду в двадцать и пять человек под началом некоего Йитса. День или два спустя они натолкнулись на контрабандерское суденышко под названием «Джон и Элизабет», направлявшееся на Провиденс с большим количеством испанских песо на борту, каковое судно они тоже взяли себе. С теми двумя шлюпами Вейн направился к маленькому островку и почистился; там, поделивши добычу, они проводили какоето время в разгуле, как то в обычае у пиратов.

В самом конце мая 1718 года они пустились в плавание и, поскольку нуждались в провизии, пошли, лавируя, к Наветренным островам, где повстречались с испанским шлюпом, направлявшимся из ПортоРико в Гавану, который они подожгли, погрузили испанцев в шлюпку и предоставили им добираться до острова, освещая путь собственным их горящим судном. Когда же они легли на курс меж СентКристофером и Ангуильей, то наткнулись на бригантину и шлюп с потребным им грузом; на каковых судах взяли провизию, годную для похода.

Какоето время спустя, взявши к северу, на пути, коим следуют корабли Старой Англии, идущие к американским колониям, они захватили несколько кораблей и судов, с которых разграбили все, что сочли для себя подходящим, и отпустили их.

В конце августа Вейн со своим напарником Йитсом, будучи мористее Южной Каролины, захватили корабль, приписанный к Ипсвичу, под командованием некоего Коггерсхолла, груженный кампешевым деревом, который, как им подумалось, был вполне подходящим для их дел, и потому приказали своим пленникам взяться за работу и сбросить весь груз за борт; но когда те очистили корабль более чем наполовину, сия прихоть прошла, и им более того корабля не хотелось. Так Коггерсхолл получил свой корабль обратно, и ему дозволено было продолжить свой путь домой. В том плавании разбойники захватили еще несколько кораблей и судов, среди которых шлюп с Барбадоса шкипера Дилла; суденышко с Антигуа шкипера Кока; шлюп, принадлежавший Кюрасао, шкипера Ричардса; и большую бригантину капитана Томпсона, шедшую из Гвинеи, на борту коей было 90 с лишним негров. Пираты ограбили их все, а затем отпустили, негров же перегрузили с бригантины на борт судна Йитса, благодаря чему они снова вернулись к законным владельцам.

Капитан Вейн обращался с сообщником весьма неуважительно, заявляя свое превосходство над Йитсом и его маленькой командою, и рассматривал его судно не иначе как своего посыльного, и тем отвратил их от себя; ибо онито себя полагали столь же хорошими пиратами и столь же великими негодяями, как и самые лучшие из всех них. Посему они сговорились и решили при первой возможности покинуть ту компанию и принять помилование Его Величества либо действовать самостоятельно, полагая и то, и другое более почетным, нежели быть в услужении у вышеупомянутого; что же до размещения такого множества негров у них на борту, где и так не хватало рук, чтобы еще заботиться об оных, то сие еще усугубило дело, хотя в то время они сочли за лучшее скрывать и подавлять свое возмущение.

День или два спустя, когда пираты стояли на якоре, Йитс в сумерках вытравил якорный канат и поднял паруса на своем судне, взявши курс на берег; Капитан Вейн, увидев сие, был крайне тем раздражен и поднял паруса на своем шлюпе, дабы преследовать напарника, который, как он ясно понял, более не намеревался иметь с ним дел. Бригантина Вейна имела лучший ход, посему он желал принудить Йитса выброситься на берег, и, безусловно, нагнал бы того, будь расстояние немного больше. Но Йитс как раз успел обогнуть отмель, когда Вейн подошел к нему на пушечный выстрел, и дал бортовой залп по своему старому приятелю (каковой залп не нанес тому ущерба), и таким образом с ним распрощался.

Йитс вошел в реку НортЭдисто лигах в десяти южнее Чарлзтауна и послал гонца к губернатору, дабы узнать, смогут ли он и его товарищи воспользоваться помилованием Его Величества, если отдадутся на его милость со шлюпом и неграми. Получив на то дозволение, все они явились туда, и им выданы были свидетельства; капитану же Томпсону, у коего были отняты негры, возвратили их, к пользе его хозяев.

Вейн какоето время крейсировал в море вдоль отмели, в надежде изловить Йитса, когда он снова выйдет, но был в том разочарован. Однако, к несчастью для них, он захватил два корабля из Чарлзтауна, направлявшихся домой в Англию. Случилось так, что как раз в это время были снаряжены два хорошо укомплектованных и вооруженных шлюпа, дабы идти за одним пиратским судном, которое, как известил губернатор Южной Каролины, стало на чистку в реке у мыса Фиар159. Но полковник Рет, который командовал шлюпами, встретился с одним из ограбленных Вейном кораблей, каковой возвращался за отмель возобновить припасы, кои были у него отняты, и с того корабля полковнику сообщили, что захвачены были пиратом Вейном, а также, что ктото из матросов, будучи в плену у них на борту, слышал, как пираты говорили, будто сделают привал в одной из лежащих на юге рек. Рет изменил свое первоначальное намерение, и вместо того, чтобы направиться к северу на поиски пирата в реке у мыса Фиар, поворачивает к югу за Вейном; тот же приказал распустить таковые сообщения, дабы направить погоню, которая могла бы пуститься за ним, по ложному следу; ибо в действительности он взял курс на север, так что преследователи направились в противоположную сторону.

Разговор полковника Рета с тем кораблем был самым неудачным из всего, что могло случиться, ибо он сбил его с пути, который, по всей вероятности, привел бы его к Вейну, а также и к пиратскому кораблю, за коим он направился; таким образом он бы мог уничтожить обоих, тогда как изза того, что полковник пошел другим путем, он не только потерял возможность встретиться с первым, но, если бы второму не взбрело в голову простоять шесть недель кряду у мыса Фиар, упустил бы и его тоже. Однако полковник, несколько дней безуспешно пошарив по рекам и бухтам в тех местах, на кои было ему указано, в конце концов поплыл исполнять свой первоначальный план, и таким образом встретил пиратский корабль, каковой разбил и захватил, как о том уже говорилось в истории майора Боннета.

Капитан Вейн пошел к северу, в бухту160, где повстречался с капитаном Тэтчем, или Тичем, прозываемым иначе Черная Борода, коего приветствовал (когда узнал, кто это) залпом своих больших пушек, заряженных ядрами (как то в обычае у пиратов, когда они встречаются), которые палили вдаль или в воздух. Черная Борода отвечал на салют таким же образом, и взаимный обмен любезностями продолжался несколько дней. Когда же начался октябрь, Вейн распрощался и отплыл далее на север.

23го октября, мористее острова ЛонгАйленд161, он захватил маленькую бригантину, шедшую с Ямайки в Салем (Новая Англия), шкипера Джона Шеттока, и маленький шлюп; обчистивши бригантину, они отпустили ее. Вслед за тем они решили крейсировать между мысом Майси и мысом Николас162, где провели некоторое время, не видясь и не переговариваясь ни с одним судном, и так было до самого конца ноября.

Затем они напали на корабль, ожидая, что тот сдастся, лишь только они поднимут свой черный флаг; но вместо того он дал по пиратам бортовой залп и поднял флаг, по коему стало ясно, что это французский военный корабль. Вейн предпочел не иметь с ним дальнейшей беседы, а вместо того привел паруса к ветру и направился прочь от француза; но месье, желая поближе с ним познакомиться, поднял все паруса и погнался за ним. Пока продолжалась сия погоня, пираты разделились во мнении, как им далее поступить. Вейн, капитан, стоял за то, чтобы убираться как можно скорее, утверждая, что сей военный корабль слишком силен и что справиться с ним не удастся. Но некий Джон Рэкхэм, бывший офицером, имевшим нечто вроде права контроля над капитаном, выступил в защиту противоположного мнения, говоря, что хотя у француза больше пушек и железо его весит больше, они могли бы взять его на абордаж, и тогда пусть продолжат сей день те, кто окажется лучше. Рэкхэм имел сильную поддержку и большинство было за абордаж; Вейн, однако, настаивал, что это слишком необдуманное и отчаянное предприятие, военный корабль кажется вдвое превосходящим их по силе. И что бригантину их могут пустить на дно прежде, чем они смогут забраться к нему на борт. Помощник капитана, некто Роберт Дил, был одного мнения с Вейном, и с ним еще около пятнадцати человек, все же прочие присоединились к старшинерулевому Рэкхэму. В конце концов, дабы разрешить сей спор, капитан применил свою власть, каковая в таких ситуациях абсолютна и неподконтрольна, по пиратским законам, viz.: в битве, погоне или бегстве. Во всех же прочих случаях, каковы бы они ни были, капитан подвластен большинству команды. Так что бригантина, показав французу пятки, как они сие называют, убралась от греха подальше.

Но на следующий день капитан Вейн за таковое поведение принужден был подвергнуться испытанию голосованием, и решение было вынесено против его чести и достоинства, ибо он заклеймен был именем труса, отстранен от командования и исключен из команды, отмеченный позором; и с ним ушли все, кто не голосовал за абордаж французского военного корабля. У них был с собой маленький шлюп, захваченный незадолго до того, и они дали его Вейну и изгнанным с ним товарищам; а чтоб те в состоянии были обеспечить себя собственными прилежными стараниями, дозволили им взять с собою достаточное количество провизии и оружия.

Джон Рэкхэм был избран капитаном бригантины вместо Вейна и направился к Карибским островам163, где мы должны покинуть его, пока не окончим историю Чарлза Вейна.

Шлюп поплыл к Гондурасскому заливу, и Вейн со своею командой по пути привел его в наилучшее состояние, какое только было возможно, дабы продолжить старое ремесло. Они плыли от северозападного берега Ямайки дня два или три и захватили шлюп и два питиагра, и все люди с тех судов перешли к ним. Шлюп они сохранили за собою, и Роберт Дил пошел на него капитаном.

16 декабря два сии шлюпа пришли в залив, где нашли лишь одно стоявшее на якоре судно под названием «Жемчужина», с Ямайки, шкипера Чарлза Роулинга, которое при виде их подняло паруса. Но пиратские шлюпы подошли близко к Роулингу и не поднимали флага, когда же он дал по ним один или два залпа, они подняли черный флаг и дали по «Жемчужине» по три залпа каждый. Она сдалась, и пираты овладели ею, и отбуксировали к островку под названием Барнако, и там устроили стоянку для чистки и починки, по пути же встретили шлюп с Ямайки под командованием капитана Уоллдена, шедший в залив, который также захватили.

В феврале Вейн отчалил с Барнако, намереваясь совершить поход; но не прошло нескольких дней, как тот завершился: Вейна настиг мощный тайфун, который разлучил его с напарником и после двух дней мучений выбросил шлюп на маленький необитаемый остров невдалеке от Гондурасского залива, где тот разбился вдребезги, а большинство людей утонуло. Сам Вейн спасся, но исхудал, словно щепка, ибо нуждался в припасах, не имея возможности выловить хоть чтонибудь среди обломков. Он прожил здесь несколько недель, и силы его поддерживали главным образом рыбаки, кои являлись на тот остров с материка на мелких суденышках, дабы ловить черепах etc.

Пока Вейн пребывал на том острове, к нему пристал за водою корабль с Ямайки, капитан коего, некий Холфорд, старый буканьер164, случайно оказался знакомым Вейна. Тот же подумал, что это хороший случай выбраться отсюда, и обратился к старому приятелю с таковою просьбой. Но тот решительнейшим образом отказал ему, сказавши:

– Чарлз, я не доверю тебе сесть на мой корабль – разве только повезу тебя как пленника; ибо ты затеешь заговор с моими людьми, стукнешь меня по голове и убежишь на моем корабле пиратствовать.

Вейн убеждал его всеми доводами чести, какие только есть на свете. Но, как кажется, капитан Холфорд был слишком близко с ним знаком, чтобы хоть скольконибудь полагаться на его слова и клятвы. Он сказал Вейну, что он мог бы легко найти способ выбраться, если бы захотел.

– Сейчас я иду в залив, – сказал он, – и вернусь сюда примерно через месяц. И если обнаружу тебя на острове, когда приду обратно, то отвезу на Ямайку и повешу.

– Как я могу отсюда выбраться? – спрашивает Вейн.

– Разве нет на побережье рыбачьих плоскодонок? Разве не можешь ты взять одну из них? – отвечал Халфорд.

– Что? – говорит Вейн. – Ты хочешь, чтобы я украл плоскодонку? И твоя совесть это допускает?

Халфорд сказал:

– Украсть плоскодонку, когда ты был обычным разбойником и пиратом, кравшим корабли и грузы и грабившим всех добрых людей, которые попадались тебе на пути? Оставайся же здесь, и д[ьявол тебя забер]и, коли ты такой разборчивый!

И с тем покинул его.

После того, как капитан Холфорд отчалил, другой корабль, возвращаясь домой, также пристал к тому острову за водою; никто из его команды не знал Вейна, и он легко выдал себя за другого человека и таким образом нанят был на корабль на время плавания. Можно бы подумать, что Вейн теперь был в полной безопасности и, похоже, избежал судьбы, коей заслуживал за свои преступления. Но тут произошла неблагоприятная для него случайность, которая все испортила. Холфорд, возвращаясь из залива, встретился с тем кораблем. Поскольку капитаны отлично были знакомы друг с другом, Холфорд был приглашен отобедать на его борту, что он и сделал. И когда он проходил в каюту, ему случилось бросить взгляд вниз, в трюм, и там он увидел Чарлза Вейна за работою. Он немедленно заговорил с капитаном, и сказал ему:

– Знаете ли вы, кто попал к вам на борт?

– Почему вы спрашиваете? – говорит тот. – На такомто острове я нанял человека, торговый шлюп коего выбросило на берег; у него, кажется, проворные руки.

– Говорю вам, – молвил Холфорд, – это Вейн, известный пират.

– Если это он, – отвечал другой, – я бы не хотел его задерживать.

– Ну что ж, – говорит Холфорд, – тогда я пришлю людей, возьму его к себе на борт, а на Ямайке сдам.

На том они и согласились. Капитан Холфорд, вернувшись к себе на корабль, тут же послал в шлюпке своего помощника при оружии, тот же, подойдя к Вейну, показал ему пистоль и объявил, что он его пленник. На что он безропотно позволил доставить себя на борт и заковать в железа. Когда же капитан Холфорд прибыл на Ямайку, то передал старого своего приятеля в руки правосудия. В каковом месте тот был судим, признан виновным и казнен – так же, как незадолго до того сообщник Вейна, Роберт Дил, доставленный туда одним из военных кораблей.

<< | >>
Источник: Даниэль Дефо. Всеобщая история пиратов. 2009

Еще по теме Жизнь капитана Вейна:

  1. Глава V. Политическая жизнь в объективированном измерении
  2. Компьютер и жизнь
  3. Путевка в жизнь
  4. Позволить себе хорошую жизнь
  5. Хотите клиентов на всю жизнь?
  6. § 1. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ КАК ИЗМЕНЯЮЩИЙСЯ ОБЪЕКТ ПОЗНАНИЯ
  7. ПОДСОБНАЯ ЖИЗНЬ МАГАЗИНА
  8. Бюрократизм: искусственно поддерживаемая жизнь
  9. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ В ОБЪЕКТИВИРОВАННОМ ИЗМЕРЕНИИ
  10. Всю жизнь как белка в колесе…
  11. Даниил Гранин: Жизнь — осуществление самого себя
  12. СЕТЬ 2 Ценность № 1: Бизнес-образование, изменяющее жизнь
  13. Жизнь и деятельность К. Маркса и Ф. Энгельса в 40-е годы XIX в
  14. Насколько надежды и ожидания влияют на вашу жизнь?
  15. Рынок капитала. Основной и оборотный капитал. Процентная ставка и инвестиции
  16. Международная мобильность капитала Формы и причины вывоза капитала
  17. Вопрос 1. Сущность международного движения капитала как формы МЭО. Вывоз предпринимательского и ссудного капитала. Прямые и портфельные инвестиции
  18. Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь. Из песни