8.3.5. РЕЧЬ МАРШАЛЛА И ОТКЛИКИ НА НЕЕ

5 июня 1947 г. Маршалл выступил в Гарвардском университете с речью, в которой обобщил политические и экономические трудности момента и остановился на теме реконструкции: «Совершенно очевидно, — сказал Маршалл, — что оздоровление экономической структуры Европы потребует очень продолжительного периода времени и значительно больших усилий, чем это предусматривалось».

Он описал ситуацию в Европе и отметил, что ей потребуется американская помощь в течение, по крайней мере, трех или четырех лет, чтобы закупить, прежде всего на американском рынке, продукты, необходимые для выживания. Ухудшение положения может вызвать «тяжелейший кризис в экономической, политической и социальной сферах». Необходимо разорвать этот порочный круг, чтобы избежать последствий, грозящих отразиться также и на американской экономике. Необходимо по-новому подойти к проблеме: «Понятно, что Соединенные Штаты делают все, что могут, чтобы осуществить возврат к здоровой экономике, без которой не может быть ни политической стабильности, ни прочного мира. Наша политика направлена не против какой-либо страны или доктрины, а против голода, нищеты, отчаяния и хаоса. Ее целью должно стать возрождение в мире эффективной экономики, чтобы возникли такие политические и социальные условия, в ко

686

Часть 3. Холодная война

торых могли бы функционировать свободные институты». Время паллиативных мер закончилось, настало время подлинной терапии. Все страны, которые восприняли бы эти идеи, могли рассчитывать на американскую помощь; силы, которые, напротив, стремились «сохранить навечно человеческую нищету, чтобы извлечь из нее политическую или какую-либо иную выгоду», натолкнулись бы на противодействие Соединенных Штатов.

Речь шла об обращении общего характера; Маршалл добавил к нему основной политический вывод: «Прежде, чем правительство Соединенных Штатов смогло бы пойти дальше в своих усилиях облегчить ситуацию и оказать поддержку Европе на путях реконструкции, должно быть выработано определенное соглашение между странами Европы. Оно должно определить их потребности и вклад, который каждая из них захочет внести, чтобы придать большую эффективность инициативе, которую наше правительство смогло бы предпринять. Для нас было бы не эффективно и не уместно односторонне представить программу с целью экономического возрождения Европы. Это задача европейцев. Я думаю, инициатива должна прийти из Европы. Роль [Соединенных Штатов] должна заключаться в предоставлении дружеской поддержки в той мере, в какой для нас будет полезно это сделать. Программа должна стать общей программой, результатом соглашения если не всех, то определенного числа европейских стран».

Обычно выделяют два аспекта речи Маршалла: ее расплывчатый характер и призыв к общей европейской деятельности. Неопределенный характер речи рассматривался тогда, как негативная составляющая плана, почти как импровизация. Напротив, это был результат преднамеренного расчета: показать, что у США нет намерения диктовать свои условия европейцам, что они хотят разработать вместе с ними (или с той частью из них, кто примет предложение) программу необходимой помощи. И действительно, в речи было намечено четкое разделение обязанностей. Именно европейцы должны были сказать, в чем они больше всего нуждались, а американцы могли ответить, в какой степени они способны были удовлетворить эти потребности. В конце концов, проект не содержал чудодейственного решения, он выполнял скорее функцию маховика, который раскрутил бы тяжело пыхтящий мотор европейской реконструкции.

Что касается общей европейской программы, то смысл предложения стал ясен через некоторое время, поскольку она содействовала выявлению потенциального расхождения между странами, которые приняли план, и теми, кто от него отказался (страны, находившиеся под советским влиянием); одновременно это доста

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько политик? 687

точно реалистичное предложение наносило первый энергичный удар по утопическому европеизму. Маршалл предлагал европейцам объединить свои усилия с американскими политическими инициативами в целях более эффективной координации, т.е. формировалась первая фаза процесса интеграции Западной Европы. Европеизм выходил из состояния неопределенности и трансформировался в политическую деятельность в ответ на американскую инициативу, предлагавшую комплексное рассмотрение общих проблем, включая и новые предложения по решению германского вопроса. При таком подходе основательно подрывались геге-монистские проекты Сталина, единственной целью которых было укрепление советской безопасности в ущерб другим странам.

Предложения Маршалла сразу же приняли Париж и Лондон. Бевин был прекрасно осведомлен о реальных намерениях американцев. Бидо потребовал немедленно послать Молотову приглашение на предварительную встречу. Французский министр действовал, руководствуясь внутриполитическими соображениями, но и он полностью понимал значение поворота в американской политике. В середине июня оба министра встретились и пригласили Молотова в Париж на трехстороннюю встречу, которая была назначена на 27 июня. Советский министр принял приглашение и прибыл в Париж в сопровождении многочисленной делегации (некоторые свидетельства отмечают около сотни, а другие около 300 экспертов), что, возможно, свидетельствовало об искреннем намерении основательно обсудить американские предложения, как сам Молотов подтверждает в своих мемуарах.

В итоге, в течение нескольких дней, с 27 июня по 2 июля, Молотов участвовал в дискуссии, сочетая стремление к сотрудничеству с элементами резкой критики. Между тем, в течение всех этих дней он пытался заставить англичан и французов отказаться от той формы ответа, на которой настаивал Маршалл: вместо общего европейского проекта предлагалось сформулировать отдельные ответы, касающиеся нужд каждой страны. Этот вопрос поднимался несколько раз в более или менее острой форме, что отражало наличие колебаний и в Москве. Историки той эпохи вспоминают, что советский министр находился в постоянном контакте со Сталиным и Политбюро. Во время этих контактов Молотов получил информацию от советских секретных служб, что план воспринимался англичанами и американцами как защита от советской угрозы.

В этой ситуации любое колебание было объяснимо. На заседании 2 июля Молотов обвинил Бидо и Бевина в стремлении использовать предложения Маршалла как средство для создания новой организации, которая вмешивалась бы во внутренние дела

688

Часть 3. Холодная война

стран-участниц и руководила бы их развитием. Помощь предоставлялась бы только при условии покорности стран-участниц ответственным руководителям этой организации. Это означало бы, в сущности, по оценке Молотова, неприемлемое требование вмешательства в суверенные права других стран. Он заявил, что принятие плана на этой основе привело бы к расколу Европы на два блока, поэтому в таких условиях он не может продолжать участвовать в дискуссиях. Бидо и Бевин решили идти дальше своим путем и сразу же пригласили все европейские правительства, за исключением советского и испанского (тогда подвергавшегося остракизму, потому что в стране господствовал диктаторский режим фашистского типа), принять участие в конференции, которая должна была собраться в Париже десять дней спустя.

Хотя до сих пор не совсем ясны причины поведения Советов, но совершенно очевидно, что они пошли навстречу намерению американцев оказать поддержку реконструкции лишь той части Европы, которая была связана с рыночной экономикой. Страны, находившиеся под советским господством и в той или иной мере зависевшие от Советского Союза, находились в сильном замешательстве: американское предложение представлялось всем как возможность получения эффективной помощи.

Чехословацкое правительство приняло франко-британское приглашение 4 июля, после отъезда Молотова из Парижа. Польское и югославское правительства готовились последовать этому примеру. Тем не менее, 9 июля чехословацкий премьер-министр коммунист Готвальд и министр иностранных дел Масарик в большой спешке прибыли в Москву для встречи со Сталиным, который прямо сказал им, что западные державы в действительности стараются создать блок, нацеленный на «изоляцию Советского Союза». Более того, в качестве «основного вопроса» на карту была поставлена тема советской дружбы: «Если вы поедете в Париж, — сказал Сталин, — то тем самым выразите намерение участвовать в акции, направленной на изоляцию Советского Союза. Все славянские государства отказались от участия, и даже Албания имела смелость отказаться, вот причина, по которой, как мы считаем, вы должны изменить свое решение». При таком обороте дела ситуация становилась безвыходной даже для независимых чехословаков. 10 июля, после напряженного заседания Совета Министров, их согласие на участие в Парижской конференции было отозвано; поляки и югославы в предыдущие дни также отказались от намерения направить своих представителей в Париж. Раздел Европы совершился.

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько политик? 689

Другие приглашенные страны (Австрия, Бельгия, Дания, Греция, Исландия, Ирландия, Италия, Люксембург, Норвегия, Нидерланды, Португалия, Швеция, Швейцария, и Турция, кроме того, само собой разумеется, Франция и Великобритания) были представлены на конференции, которая проходила с 12 июля в Париже. Обсуждались запросы европейких стран, методы и принципы реализации американского предложения. Стремление каждой страны привлечь внимание, прежде всего, к своим проблемам, вело к тому, что план становился простым соединением отдельных предложений (что соответствовало пожеланиям Молотова, так энергично отвергавшимся Бевиным и Бидо на начальном этапе дискуссии) и утрачивал характер единого скоординированного европейского проекта. Суммарная оценка общих потребностей, установленных в соответствии с этими просьбами, составила объединенный запрос на оказание помощи на астрономическую цифру в 29 млрд долларов. Клейтон, который представлял американскую сторону, настаивал на более реалистичном и постепенном методе решения проблем; кроме того, он предложил создать организацию, уполномоченную получать, анализировать и передавать предложения и доклады о реальной ситуации в различных европейских странах.

На этой основе в апреле 1948 г. родилась первая организация европейского сотрудничества: Организация европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), к которой позже присоединились сами Соединенные Штаты и Канада. Соединенные Штаты надеялись, что этой организации будут поручены наднациональные задачи, но именно по этому вопросу США натолкнулись на стойкое сопротивление крупнейших европейских стран, ревностно относившихся к своей независимости и озабоченных тем, чтобы финансовые поступления из Соединенных Штатов аккумулировались бы их специальных счетах.

Поэтому характер новой организации был преимущественно координационно-технический, она начала свою деятельность в тот момент, когда план Маршалла юридически вступил в силу.

Работа конференции в Париже продолжалась до 22 сентября, когда был представлен общий заключительный доклад, который соответствовал предложениям Маршалла и подтвердил предварительный анализ американского государственного секретаря. По крайней мере частично этот документ отразил американские возражения относительно чрезмерных претензий, возникших в ходе конференции. Проблема заключалась не в том, чтобы возложить только на Соединенные Штаты расходы по реконструкции, а в том, чтобы запустить механизм самопомощи, необходимый скорее

690

Часть 3. Холодная война

для восстановления производительности, чем производства в широком смысле. Американцы должны были установить с согласия европейцев размеры и методы их вмешательства на основе общих рекомендаций, представленных в докладе. Европейские страны взяли на себя обязательство содействовать конвертируемости валют и разработке форм таможенного союза. Стоит отметить, что в те же самые месяцы в Женеве обсуждался вопрос о том, чем заменить Международную торговую организацию (International Trade Organization), ее планировалось создать в 1944 г. вместе с Бреттон-Вудскими соглашениями, но она так и не приступила к работе. Поэтому в конце октября было одобрено Общее соглашение по тарифам и торговле (General Agreement on Tariffs and Trade), которое должно было играть роль арбитра в международной торговле, исключая Советы и их сателлитов.

Французы во время конференции неоднократно возвращались к германской проблеме и выдвигали свои условия, касавшиеся интернационализации Рурской области и контроля Франции над Саааром. В итоге было принято компромиссное решение, гласившее, что реконструкция Германии весьма важна для возрождения Европы и должна находиться под контролем (ОЕЭС), чтобы избежать пагубных последствий для экономики и финансов других европейских стран. Проекты реконструкции касались всех отраслей производства и предусматривали разный рост в различных отраслях: от минимального в 33% относительно довоенного уровня до максимального в 250% — это касалось добычи угля, производства электроэнергии и стали и переработки нефти.

Общая сумма, необходимая для достижения этих целей и преодоления европейского дефицита, была в общей сложности оценена в 19,3 млрд долларов, которые были распределены на три года. Сумма эта превышала американские оценки и, тем не менее, была недостаточной, чтобы удовлетворить ожидания европейцев. Однако различие подходов было неизбежным и, в конце концов, полезным, потому что помогало администрации Соединенных Штатов в трудных дебатах с республиканским большинством в конгрессе. Принципы, принятые европейцами, представляли своего рода компромисс с американскими установками, поскольку они признавали целесообразным заменить протекционизм сотрудничеством. Односторонние просьбы о консультациях с Соединенными Штатами трансформировались в многосторонний механизм реализации плана Маршалла. Были заложены основы для превращения плана Маршалла в эффективное законодательство и четко оформленные институты, способные предоставлять помощь.

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько политик? 691

Эта часть процесса касалась почти исключительно Соединенных Штатов. Даже конгресс проявил сочувствие к угрозе экономического кризиса во Франции, Италии и Австрии и одобрил в ноябре 1947 г. программу чрезвычайной помощи, не дожидаясь вступления в силу общего законодательства по плану Маршалла. Зимой 1947/48 г. в эти три страны была направлена чрезвычайная помощь в виде товаров первой необходимости, прежде всего продуктов питания, на общую сумму в 597 млн долларов.

После достаточно продолжительного подготовительного периода, в феврале и апреле 1948 г. в конгрессе начались дебаты, завершившиеся одобрением ряда законодательных мер, которые предусматривали создание Администрации экономического сотрудничества (Economic Cooperation Administration — ECA) — института для руководства в Соединенных Штатах реализацией программ международной помощи. Был создан также институт Программа европейского восстановления (European Recovery Program — ERP), призванный координировать поступление предусмотренных для Европы ежегодных ассигнований в соответствии с запросами в рамках программы помощи по плану Маршалла. Закон, подписанный Трумэном 3 апреля 1948 г., давал право на ассигнования в первый год 4,3 млрд долларов и поставку еще на миллиард долларов товаров через частные коммерческие каналы. Возглавить ECA был приглашен Пол Хоффман, в прошлом предприниматель в области автомобилестроения, президент «Студебе-кер корпорэйшн»; европейское отделение организации в Париже возглавил Аверелл Гарриман. Итак, предоставление помощи должно было быть согласовано по отдельным странам на основе запросов, изложенных в европейской программе. Помощь могла поставляться в виде товаров первой необходимости, прежде всего продуктов питания или оборудования, предоставленных американским правительством в виде дара для распределения между отдельными европейскими странами.

Помощь предоставлялась безвозмездно или же превращалась в субсидии на определенных условиях, которые обязывали страну — получатель поставлять товары на ту же стоимость другой стране ОЕЭС, не требуя оплаты. Товары, поставляемые по частным каналам, должны были потом реализовываться на внутреннем рынке по полной цене, а из полученной прибыли правительства формировали «компенсационный фонд», который использовался для финансирования строительных проектов, реконструкции или переоборудования предприятий, а также для других программ, осуществлявшихся с согласия представителя ERP на месте. Американская политика, направленная на увеличение производства,

692

Часть 3. Холодная война

именно по этому вопросу натолкнулась на разные формы сопротивления в различных европейских странах, каждая из которых требовала приоритетного внимания к собственной экономической ситуации.

С апреля 1948 г. по июнь 1951 г., когда экономическая помощь слилась с поставками, реализуемыми на основе Программы военной помощи( Military Assistance Program), учрежденной в связи с войной в Корее, общая сумма, предоставленная в распоряжение ERP (следует учесть также заем, параллельно выданный Испании) составила 12 млрд 535 млн долларов, почти полностью выплаченных до конца июня 1951 г.

Некоторые американские историки «ревизионисты» утверждают, что, в общем, план Маршалла вылился в стимулирование роста европейской экономики на основе низкой заработной платы (и параллельном подавлении профсоюзного движения), и что в некоторых случаях, как в Италии, привел к экономическому застою. Эти утверждения лишены оснований, так же как пропагандистские тезисы, которые восхваляют план Маршалла как восхитительный результат американской гуманитарной политики, благодаря которой европейской экономике удалось избежать угрозы краха.

В действительности, план Маршалла, если отбросить наивную веру в чудеса, смог почти везде внести решающий вклад в преодоление острого кризисного момента (наиболее трудной ситуация была зимой 1947/48 г.) и способствовал возрождению, которое частично началось с 1948 г. В период функционирования плана Европа завершила послевоенную реконструкцию и вступила в период такого экономического роста (включая Италию), какого раньше не знала. Стоит напомнить, что в 1951г. промышленное производство в ведущих европейских странах, получавших содействие по программе ERP, выросло (если приять производство в 1938 г. за базовый индекс 100) в Бельгии до 142, во Франции до 136, в Западной Германии до 115, в Италии до 133, в Голландии до 145, в Великобритании до 155. Платежное сальдо отдельных стран почти повсюду было уравновешено и получило значительную поддержку после создания (осенью 1949 г.) Европейского платежного союза (UEP). Создание общего центрального института обеспечило систему межевропейских компенсаций, сократило движение капиталов между странами и позволило осуществлять движение товаров без непосредственной оплаты в соответствующей валюте, что помогло смягчить кризисные моменты.

Цель плана Маршалла заключалась в том, чтобы содействовать, благодаря экономической реконструкции Западной Европы,

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько политик? 693

возрождению группы государств, которые разделяли ценности и цели Соединенных Штатов. Поэтому, как отмечает Милворд, он сопровождался желанием распространить во всем мире американские принципы социально-экономических отношений. Не следует удивляться тому, что план сопровождался активной пропагандой в пользу «свободного предпринимательства», восхвалением его духа, эффективности и конкуренции: типичные элементы рыночной экономики, составляющие стимулы ее роста. В плане была изложена концепция производительности труда как самодостаточной экономической цели и как косвенного средства смягчения классовой борьбы. Американский историк Чарльз Майер отметил значение этого элемента концепции, который очень ярко характеризует смысл американского вмешательства, даже если не принимать во внимание результаты, исторически достигнутые в каждой стране.

Кроме этого, американское вмешательство содействовало распространению в Европе стремления к сотрудничеству в решении проблем, что служило альтернативой конфликтам, а также отражало возможность преодоления вековых барьеров, которые негативно влияли на жизнь европейцев и продолжали сдерживать развитие континента. Ныне, когда основной мировой потенциал сместился за пределы Старого Света, анахроничными представлялись конфликты, типа противостояния Франции и Западной Германии. США добивались того, чтобы Западная Европа рассматривала подобные конфликты как внутренние проблемы собственной системы и искала бы решения, отвечающие взаимозависимости, которую пытались создать институты типа Европейского платежного союза и Организации европейского экономического сотрудничества. Кстати, пример Германии был более, чем очевиден. Но столь же очевиден был и тот факт, что план Маршалла оказал решающее влияние на углубление характера конфликта, который разделил страну на два государства, что осложнило поиски решения германского вопроса.

<< | >>
Источник: Эннио Ди Нольфо. История международных отношений. 1918-1999. М.: Логос. - 1306 с. . 2003

Еще по теме 8.3.5. РЕЧЬ МАРШАЛЛА И ОТКЛИКИ НА НЕЕ:

  1. 4.5. Балканские отклики на германский ревизионизм
  2. План Маршалла
  3. Лекция 32 Маршалл
  4. 8.3.4. К ИСТОКАМ ПЛАНА МАРШАЛЛА
  5. 1.План Маршалла. Возрождение хозяйства стран Западной Европы.
  6. Лекция 33 Деньги: Фишер, Маршалл, Виксель
  7. Основное содержание плана Маршалла
  8. Маршалл Альфред Marshall Alfred (1842 — 1924)
  9. Глава 13 ЗАЩИТА ИНФОРМАЦИИ С ОГРАНИЧЕННЫМ ДОСТУПОМ И ПРАВ НА НЕЕ
  10. Это ваша карьера, и вы за нее в ответе
  11. V. «Реклама безбожно дорога, а толку от нее почти никакого!»
  12. 26.4. Всемирная торговая организация и проблемы вступления в нее России
  13. «Речь идет не о доверии»
  14. Речь и личность
  15. Как развивать свою речь
  16. О чем здесь пойдет речь
  17. О чем пойдет речь далее?
  18. 3.1.8. Речь перед враждебно настроенной аудиторией
  19. Речь как главное средство общения