6.2.5. «АТЛАНТИЧЕСКАЯ ХАРТИЯ»

Рузвельтовский прагматизм еще не породил того, что будет названо Великий Замысел (Grand Design) американской политики, но вдохновил концепцию перестройки глобальных отношений, основанной на более гибких структурах, в центре которых находились Соединенные Штаты в качестве лидера.

Сверхдержава in fieri вовлекалась в конфликты, становившиеся глобальными, и постепенно ее руководители (не один человек, как в советском случае, а политико-экономическая элита, сложная по составу, но сплоченная) выдвинули цель создания системы международных отношений, основанных на либерально-демократических принципах. Эти принципы выражались, однако, в формулах, предполагавших институты международного сотрудничества, которые теоретически позволяли другим субъектам мировой экономической системы самостоятельно определять достаточно большие пространства для маневра, хотя и функциональные по отношению к системе экономической и финансовой совместимости и взаимозависимости и поэтому предоставляющие возможности для проявления способности к гибкости и адаптации в зависимости от изменения ситуации. Эта система, способная интегрировать разнообразие различных политических форм, строилась в соответствии с логикой капиталистической системы — она подразумевалась в рузвельтовской концепции — и не требовала, как требовал гитлеровский гегемонизм и затем сталинский интернационализм, монолитного единообразия в соответствии с потребностями державы-гегемона.

Сложность американской политики и потенциальные ориентации, которые в ней угадывались, отразились в так называемой Атлантической хартии. Рузвельт и Черчилль, которые с 1940 г. вели постоянную переписку, пока не имели возможности встретиться лично. Хотя они и были знакомы, их первая и единственная встреча состоялась еще в 1918 г., и только в войну между ними сложилось тесное оперативное сотрудничество, которое, несмотря на трудности и разногласия по отдельным вопросам,

Глава 6. Глобальная война

425

сыграло столь большую роль в становлении особых взаимоотношений (special relationship) между Англией и Америкой. Своевременность углубленного обмена мнениями ощущали оба политика, и, наконец, случай представился в начале августа, после возвращения Гопкинса из Москвы, когда два государственных деятеля встретились в водах Ньюфаундленда, в Placentia Bay, на крейсере «Аугуста» и в течение четырех дней с 9 по 13 августа имели возможность обсудить как неотложные вопросы, так и глобальные проблемы политического планирования. Что касается неотложного, то наиболее важное соглашение разрешило проблему «сопровождения» конвоев с помощью для Великобритании. Было решено, что американский военный флот будет теперь «сопровождать», а не только «патрулировать» конвои английских или американских кораблей, доставлявших поставки в британские порты. Рузвельт же, напротив, не поддался на давление, которое оказывал Черчилль в пользу проведения более энергичной политики в отношении Японии.

Встреча на «Аугусте» была важна, прежде всего, поскольку она положила начало выработке Атлантической хартии, опубликованной 14 августа и содержавшей несколько обязывающих программных заявлений в отношении принципов, в сооответствии с которыми оба государственных деятеля понимали свои политические обязательства в данный момент, а также перспективы будущего миропорядка. Это был документ из восьми пунктов, вдохновлявшийся в целом идеями Вильсона. Обе страны, заявлял он прежде всего, не стремятся к территориальным приобретениям. Второй пункт гласил: «Они не согласятся ни на какие территориальные изменения, не находящиеся в согласии со свободно выраженным желанием заинтересованных народов». В третьем — авторы уточняли стремление «к восстановлению суверенных прав и самоуправления тех народов, которые были лишены этого насильственным путем». Далее хартия говорила о стремлении обеспечить всем, победителям или побежденным, свободный доступ на равных основаниях к торговле и источникам сырья, необходимым для экономического процветания этих стран и улучшения условий жизни трудящихся. В шестом пункте Хартии выражалось пожелание, чтобы «после окончательного уничтожения нацистской тирании» родился безопасный, миролюбивый, свободный от страха и нужды мир.

Наконец, в ней высказывалось пожелание отказа от использования силы в качестве средства для решения международных споров.

Хотя документ этот и носил чисто декларативный характер и был обнародован еще до вступления Соединенных Штатов в войну,

426

Часть 2. Вторая мировая война

он выглядел убедительно с точки зрения его политического значения по крайней мере в трех аспектах. Во-первых, он демонстрировал англо-американское сотрудничество в борьбе с нацизмом, фактически ставшее очевидным, но еще не заявленное официально, то есть пока американские государственные органы не приняли решения по данному вопросу. Это был, следовательно, вызов Рузвельта отечественным изоляционистам. Во-вторых, он нес смысл не скрываемого дистанцирования от Советского Союза именно в тот момент, когда были предприняты первые конкретные шаги для оказания ему помощи. Второй и третий пункты декларации не могли не восприниматься также и как неодобрение аннексий, совершенных Советами до 22 июня. В-третьих, Хартия содержала, с американской точки зрения, важную уступку со стороны британцев. То, что Кейнс посчитал за несколько дней до этого «экстравагантным», а именно, признание свободы торговли, было принято Черчиллем, по крайней мере символически, в качестве принципа, вдохновляющего борьбу против нацизма. Это была чисто формальная уступка, принятая, возможно, чтобы не разрушить дружественную атмосферу в напряженный момент, и для того, чтобы не усугублять очевидные трудности, которые преждевременно принятые обязательства создавали для Рузвельта. Однако в ней можно увидеть также и постоянство упорства, с которым американские правители осуществляли свою глобальную экономическую стратегию.

Экономические переговоры, относящиеся к применению закона о ленд-лизе к Великобритании, начатые Кейнсом и прерванные в связи с вознникшим препятствием в виде требований свободы торговли, продолжались также и после встречи в Placentia Bay в духе четвертого пункта Атлантической хартии вплоть до подписания окончательного соглашения 23 февраля 1942 г. На этот раз вариант статьи 7, сделавшей соглашение невозможным в июле 1941 г., был «подслащен» путем превращения ее в пожелание, касающееся всей мировой торговли (но означало ли это действительно «подслащен»?) и добавлением запятой, откладывавшей ее практическое выполнение до технических переговоров, которые должны были состояться на следующем этапе. Однако в ней подтверждалось обязательство Соединенных Штатов и, прежде всего, Великобритании «ликвидировать все формы дискриминационных процедур в международной торговле, снизить таможенные тарифы и всякие другие ограничения торговли» в соответствии как раз с декларацией 14 августа 1941 г., на которую была сделана специальная ссылка. В этих формулировках ничем не ограниченный принцип свободы торговли был определенным образом пе

Глава 6. Глобальная война

427

реформулирован, став предпосылкой системы многостороннего сотрудничества. Другими словами, — системы, в которой абсолютная свобода торговли ориентировалась и направлялась совокупностью многосторонних торговых отношений, способной обеспечить адаптацию экономики отдельных стран к необходимости выравнивания торгового баланса без угрозы для соответствующих конкретных ситуаций. В этом смысле абсолютная свобода торговли растворялась в регламентирующих формулировках, вытекавших также и из самой американской политики New Deal, а тенденция способствовать равному распределению выгод от свободной торговли ограничивалась американским экономическим превосходством. Таким образом, тезисы, содержавшиеся в Атлантической хартии, могут интерпретироваться не только как плод обстоятельств, но и как американский проект, состоявший в навязывании британцам — в обмен на необходимую тогда для сопротивления немцам помощь, а позднее для победы в войне — послевоенного экономического порядка, в котором Великобритания заняла бы место младшего партнера. Отношения между двумя странами были «особыми», но «родственники» не были равны: один брат был старший, другой — младший.

<< | >>
Источник: Эннио Ди Нольфо. История международных отношений. 1918-1999. М.: Логос. - 1306 с. . 2003

Еще по теме 6.2.5. «АТЛАНТИЧЕСКАЯ ХАРТИЯ»:

  1. 9.1. Создание Атлантического пакта. Европеистская составляющая
  2. 9.1.4. ТРУДНЫЕ АТЛАНТИЧЕСКИЕ ПЕРЕГОВОРЫ
  3. 9.3.3. ОТ АТЛАНТИЧЕСКОГО ПАКТА К НАТО. ПЕРЕВООРУЖЕНИЕ ГЕРМАНИИ
  4. РИМСКАЯ ХАРТИЯ (принята на заседании ИКО - Международного комитета ассоциаций ПР-консультантов в Риме в октябре 1991 г.)
  5. 11.3. Атлантическая политика и европейская политика
  6. Названия документов, памятников старины, произведений литературы 1.
  7. Смелые начинания
  8. Документы и литература
  9. Документы и литература
  10. 9.1.5. СЕВЕРОАТЛАНТИЧЕСКИЙ ДОГОВОР
  11. 11.3.3 ДЕ ГОЛЛЬ, СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ, ВЕЛИКОБРИТАНИЯ И ЕЭС
  12. 9.1.2. ПЕРЕПЛЕТЕНИЯ ЕВРОПЕИЗМА
  13. § 4. Государственное управление и административно-территориальные единицы