ГЛАВА IV. Китайское законодательство для Монголии.

В конце XVII ст. северная Монголия—Халха всецело подчинилась Китаю который и ввел здесь свое управление, при чем уже император Канси издал для Монголии особое уложение (1696 г.). В середине XVIII ст. эта же участь постигла и Джунгарию.
Тогда покоритель Джунгарии, император Цянь- Лунь, издал для всей Монголии уложение, так называемое уложение Китайской Палаты внешних сношений (1789 г.), которой была подчинена Монголия, а затем и Джунгария. Это уложение вскоре было переработано заново и вновь издано (в 1815г.). Административное устройство Монголии. Преобразования по управлению Монголией китайцы производили исподволь и постепенно. Так, на Долон-Нурском сейме, закрепившем подчинение северной Монголии Китаю, в управлении Монголией был сохранен военный характер, подтверждено деление Монголии на три аймака (корпуса) и 37 хошунов (дивизий); хошуны, в свою очередь, были разделены на сумуны (эскадроны). Простолюдины должны были заноситься в военные списки и 2:;3 их должны нести военную службу. Монгольские князья разделены на шесть княжеских степеней (ваны — 2 ст., бэйлэ, бэйсэ, и гуны—2 ст.) и четыре степени тайцзиев. В дальнейшем, в интересах ослабления Халхи, китайцы проводили политику дробления уделов. В частности, в 1725 г. из аймака Тушету-хана был выделен особый, четвертый аймак— Саинь-Ноена. К этому времени количество хошунов значительно возросло. При имп. Канси оно дошло до 72. При Цянь-Лу- не число их достигло 83, а затем—86. В 1727 г. была проведена другая реформа: внутреннее управление северной Монголией было передано четырем сеймам, которым был придан организованный характер, но под управлением уже не ханов, а особых, избираемых из князей сейма старшин (даруг). Благодаря этому ханы потеряли свое политическое влияние и ханский титул сохранился лишь, как почетное звание. Каждый из четырех ханов Халхи (Цзасакту-х., Тушету-х., Сэцэн-х, и Са- инь-Ноен) управляет с этого времени лишь своим личным хо- шуном и стоит наравне с прочими князьями Монголии. После покорения Джунгарии китайцы еще более подчинили Монголию своему влиянию. Улясутуйскому Цзянь-Цзюню (главнокомандующему войсками внешней Монголии) были приданы функции надзора за гражданским управлением, в Кобдо и Ур- ге были учреждены должности амбаней. В общем, управление Монголией было организовано в следующем виде. Монголия была разделена на внутреннюю (южная М.) и внешнюю (северная и западная М), с военным устройством. Внутренняя и внешняя Монголия делятся на аймаки (области) и хошуны (чжасаки, княжества). Внутренняя Монголия делится на 24 аймака и 49 хошунов, объединенных в шесть сеймов (Джерим, Джосоту, Джу-уда, Шилин-гол, Улан- цаб, Иеке-дзу), хошуны, в свою очередь, делятся на сумуны. Кроме того, часть монгольских племен, как баргуты, чахары, тумэты—имеют особое управление. Внутренние чжасаки в военном отношении составляют 6 корпусов (чулхань) — по количеству сеймов и 49 дивизий (гуса) — по количеству хошунов. Внешняя Монголия состоит из четырех халхасских аймаков: Тушету-хана, Цэцэн-хана, Цзасакту-хана и Саинь-Ноена, которые, в свою очередь, делятся на 86 уделов (княжеств, хошунов). Объединены в четыре сейма, по аймакам (Хан-ула, Баре-хото, Цэцэр-лик, Бондурья-нор). К внешней Монголии в порядке управления причислены области: Куку-нор, Илийская и Алтайская. Внешние чзасаки в военном отношении делятся на семь корпусов: четыре халхасских корпуса, каждое княжество составляет отдельный корпус, кроме того, один Кукунорский корпус, один Илийский и один из Алтайских племен. Означенные семь корпусов делились на 149 дивизий. Главнокомандующим войсками внешней Монголии и органом надзора за управлением является Улясутуйский Цзянь- Цзюнь. При нем состоят помощники по гражданским и военным делам. Помощниками или советниками по гражданским делам являются амбани (хэбэй-амбани) по два (один—маньчжур, другой монгол) в Улясутуе, Кобдо и Урге. Ургинские амбани пользуются большой самостоятельностью по управлению восточной частью внешней Монголии (Тушету-хановским и Сэцэн- хановским аймаками), имеют право непосредственного сношения с Пекинским двором и инспектрирования вооруженных сил двух указанных аймаков. Только наиболее важные распоряжения, касающиеся всей Монголии, идут через улясутуйского Цзян- Цзюня. Помощниками последнего по военным делам являются тусалакчи Цзян-Цзюнь. Они выбираются из монгольских князей, по одному на аймак. Тусалакчи являются главнокомандующими военными силами аймаков. При тусалакчи Цзянь-Цзюнь состоят советники—хэбэй. Высшим органом внутреннего управления аймака является сейм. Сеймы собираются раз в три года, для решения судебных дел, раскладки натуральных повинностей между хошунами и для переписи народа. Председателем сейма является старшина сейма (чигулгану-даруга), который избирается из князей аймака и утверждается богдыханом. У него есть помощник или заместитель (дэд-чигулгану-даруга). При сеймовом старшине состоит сеймовое управление (ямунь). Сеймовому старшине принадлежит право надзора за состоянием аймака и деятельностью хошунных князей и право обжалования в Ли-фань- юань всех распоряжений маньчжурских властей в Монголии. Во главе хошуна (дивизии) стоит чжасак, управляющий хошу- ном князь. Должность чжасака наследственна, но подлежит утверждению богдыхана. Чжасак имеет одного или двух помощников по гражданским делам—тусалакчи, которые, обычно, назначаются из неслужащих князей или тайдзиев хошуна и являются фактическими управителями хошуна при наследствен- ныв князьях. Военным делом хошуна заведует особый командующий—захиракчи, при нем состоят в больших хошунах два помощника (старший—цзалан,—полковой командир и младший —мейрэн), а в небольших (меньше 6 сумунов) один помощник (мейрэн). 2 тусалакчи, захиракчи, цзалан и мейрэн составляют совет (тамга) управления. Хошуны или дивизии делятся на сумуны (эскадроны), шесть сумунов составляют полк; в эскадроне числится 150 взрослых, из коих 50 должны нести военную службу. В 1793 г. получила особое устройство Барга, разделенная на 17 хошунов (8 хош. баргутов, 6 солонов, 2 чипчинов и 1 олетов) с особым амбанем во главе. Монгольское Уложение имп. Канси 1696 г. Помимо двух известных в науке изданных китайскими властями для Монголии уложений (1789 и 1815 г.г.) встреча лись указания89) на существование еще одного более древнего относящегося к эпохе имп. Канси монгольского уложения. Недавно в Монголии и была найдена рукопись этого уложения. ? Последнее представляет собою сборник законоположений по делам Монголии маньчжурского Тайдзуна и китайских императоров за время с 1629 г. по 1695 г., изданный в окончательной редакции имп. Канси, повидимому, в 1696 г. Сборник имеет 152 ст. Хронологические даты, имеющиеся в этом памятнике: время царствовования Тайдзуна 1627-1644 г., царствование Шун-чжи 1644-1662 и царствование Канси: 1667, 1668, 1672, 1676, 1637, 1690, 1691, 1695 г.г. Какой либо системы или порядка в изложении этого памятника не заметно. Сличение его с уложением 1789 г., приведенным Иакин- фом (см. дальше), указывает, что почти все статьи уложения Канси в той или иной редакции повторяются в Уложении 1789 г. (но не в Уложении 1815 г.) Следовательно, это уложение является основой более полного уложения 1789 г. (210 ст.). Необходимо отметить еще, что Уложение Канси само в значительной степени основывается на монгольских законах и обычаях90). Из приведенных данных можно сделать вывод, что первоначальные законоположения, вошедшие в состав Уложения 1696 г., относились к т. н. внутренней Монголии. Основанием для создания общего Уложения послужило подчинение Халхи Китаю. И это сводное уложение послужило в дальнейшем основой для уложения 1789 г. Уложение Китайской Палаты Внешних Сношений 1789 г. Это Уложение было издано, очевидно, в 1789 г.91) На русский язык оно переведено о. Иакинфом и под заглавием „Монгольское Уложение" составляет четвертую часть его „Записок о Монголии" (изд. 1828 г.). Монгольское Уложение 1789 г. составлено на основании Уложения имп. Канси 1696 г., опиравшегося на действовавшие в Монголии нормы обычного права и затем постановлений китайского правительства относительно Монголии, которые в этом Уложении усилены сравнительно с предыдущим, т. е. имеет в своей основе в известной степени туземный монгольский характер, хотя и приведено в соответствие с положением Монголии в отношении Китая. Содержание Уложения—В переводе Иакинфа Уложение делится на 12 отделений, содержащих 210 статей: отделение I— 0 достоинствах—имеет 24 ст., II—о ревизии и обязанностях, 23 ст., III—о приезде ко двору и представлении дани, 8 (9) ст., IV—о собрании на сейм и отправлении на войну, 13 ст., V—о межах и караулах, 17 ст., VI-—о грабежах и воровстве, 35 ст., VII—об убийстве, 10 ст., VIII—о жалобах, 5 ст., IX—о поимке беглых, 20 ст., X—о разных преступниках, 18 ст., XI—о ламах,, б ст., XII—о решении следственных дел, 29 ст.92). Административные постановления. Повинности, подати и оброки. Воинская повинность. Уложение предписывает у монголов внешних аймаков или чжа- саков (т.н. заграничных) три раза в год проверять число людей, за утайку установлены серьезные наказания (11, 1,2). Воинская повинность носит всеобщий характер, но уложение допускает и льготу: оно предписывает из трех душ (одной) семьи одного увольнять со службы и при отправлении на войну посылать двух, а одного оставлять дома (II, 3). Над десятью домами (юртами) установлен один десятский. Эскадрон состоит из 150 человек, 6 эскадронов составляют полк (II—4,5). Князья и тайджи должны ежегодно производить осмотр войск, воинских доспехов и оружия (IV—4)93). Пр одовольственная повинность. — Князья (владетельные) получают продовольствие натурой с населения в виде особого оброка. Уложение определяет размер этого оброка следующим образом:—с имеющего 5 рогатых скотин и выше берется один баран, с имеющего 20 овец также баран, с имеющего 40 и больше овец—два барана, с имеющего двух рогатых скотин—предписывается брать шесть, а с имеющего одну скотину—3 мерки просяной крупы. При отправлении дани ко двору, при поездке на сейм, при перемене главного стойбища, при женитьбе сына и выдаче замуж дочери, имеющий свыше ста семейств (подданных) вправе брать с каждых десяти семейств 1 лошадь и одну телегу, запряженную быком; с имеющего три дойные коровы и выше—брать одну брюшину молока, с имеющего пять дойных коров и выше—брать один кувшин молочного вина; с имеющего выше ста овец брать войлок. За требование больше положенного предписывается предавать суду (11,19). Князья имеют право на продовольствие во время пути от населения, при чем Уложением установлен и размер его (11, 17); посланный, имеющий подорожную; вправе ехать на почтовых лошадях и получать на станциях путевое довольствие; за отказ в продовольствии штраф: бык, за отказ в подводах: 3 дев. скота (11, 18). В случае же неурожая, владетельные князья и тайдзии, богатые семьи и ламы обязаны принять меры и оказать пособие для продовольствования бедных, если же и их пособия окажется недостаточно, то производится сбор со всего сейма; в случае неурожая нескольких лет и невозможности сейму прокормить голодных предписывается обращаться к государю (11, 21). Постановления относительно духовенства. Ламаизм является господствующей религией в Монголии. Духовенство пользуется почетом, и кадры его пополняются охотно. Так как духовное звание освобождает от воинской повинности и податей, то вследствие слишком большого увеличения ламаитского духовенства (нередко бродячего и не всегда отличающегося строгостью нравов), Уложение принимает ряд мер против указанного явления. Установлен известный комплект (штаты) ламаитского духовенства, ведутся ведомости последнему. Запрещается начальствующим лицам и гэлунам принимать частным образом в ученики, т.е. без записи в ведомости, сверх комплекта, и держать у себя незаписанных лам и учеников, за ослушание начальствующий лама отрешается от должности (начальника) и подлежит штрафу в 3 дев. скота, а гэлун—только указанному штрафу (11,7). За отдачу своего домашнего частным образом в ученики ламе и за укрывательство бродячих лам и учеников Уложение предписывает предавать суду Палаты и налагать тяжкие наказания, а бродячих лам и учеников высылать в собственное знамя к их владельцам. Военнослужащим, кроме стариков и увечных, исключенных из списков, воспрещается частным образом поступать не только в ламы и ученики, но и в убаши (послушники), равным образом воспрещается женщинам поступать в шибаганцы (11,8, 9). Ламам и гэлунам дозволяется (собственно, предписывается) носить одеяние желтого, ярко-желтого, темно-красного цвета, банди—красного цвета; убаши и шибаганцам воспрещается носить платье указанных цветов; за ослушание назначается наказание: для высших дух. лиц—штраф, для низших (банди, убаши, шибаганца)—80 ударов плетей (XI, I). Лама, отданный под суд, лишается сана и суд над ним производится по снятии сана; если по суду такой лама окажется оправданным, ему возвращается сан (XI, 5). Частное право. Вещное и обязательственное право; почти не содержится постановлений в уложении.—Пользование землей. Мон голы обязаны кочевать в пределах отведенных им земель, не заходя на кочевья соседей. Если князья I и II ст. перейдут за свои межи в чужое владение, то за такой переход платят штраф в 10 лошадей; бэйлы, бэйзы и гуны—7 лош,, тайдзи и табу- наны—5 лош., простые люди—одного быка с каждого семейства. Если же перешедшие будут длительно кочевать в чужих владениях, то указанные князья, тайдзи и табунанги, получающие жалованье, штрафуются годичным жалованьем, не получающие жалованья тайдзии и табунанги штрафуются 50 лошадьми, у простых же монголов, как виновных в нарушении чужих кочевий, так и знавших про то, но не донесших, отбирается весь скот в пользу владельца земли (V—I, 2). Торговля возможна лишь с разрешения управляющих князей и генералов и под надзором специального чиновника; если торговцев больше десяти человек, то каждые десять должны составить особое общество—десяток (V, 3). Семейное право. Дары за невесту при сговоре (выкуп, калым) простолюдинов определены Уложением в виде 2-х лошадей, 2-х рогатых скотин, 20 овец; если будет дано больше, излишек отбирается в казну. Если умрет до свадьбы жених, весь скот (выкуп) возвращается обратно, если же умрет невеста, возвращается только половина. Если жених отказывается: от невесты, теряет скот. Если сговоренная невеста достигает 20 лет и жених не женится, то разрешается родителям выдать ее за другого (И, 13)г). Если князь сговорит невесту, а другой князь женится на ней, то взявшего (мужа) и выдавшего (отца) подвергают штрафу: князей первой и второй степени десятью семействами, остальных князей семью сем., тайдзиев и табу- нангов пятью сем., а бывшую невесту предписывается взять от мужа и отдать первому жениху. Если простой монгол возьмет за себя невесту другого, сговоренную другим монголом, то взявший и выдавший, если они имеют чины—штрафуются тремя дев. скота, а нечиновные — одним дев. скота, бывшая невеста отбирается от мужа и отдается за первого жениха (11, 15, 16)94). Развод свободен для мужа. Разведенная жена не имеет права унести из дома мужа его подарков, но имеет право взять свои вещи (приданое) — (11,14). Не имеющим детей и преемников разрешается усыновить постороннего из того же рода или, при отсутствии в своем роде, из чужого, для чего усыновляющий должен донести о своем желании знаменному князю и хошун-чжангину (дивиз. генералу), которые составляют о том протокол и разрешают просителю взять в свой дом приемыша и воспитать его, как сына., причем вписывают последнего в ведомость своего знамени, как сына такого-то. Если же кто-либо возьмет приемыша без разрешения князя и хошун-чжангина и без исполнения указанных формальностей, приемыш отбирается и возвращается в прежнюю семью (п-11). Наследственное право. Преемниками в имуществе умершего являются, прежде всего, сыновья и прямые нисходящие мужск. пола. Если таких преемников не окажется, то наследует усыновленный (приемыш) из своего рода, взятый для усыновления с соблюдением указанных выше формальностей; при отсутствии последнего, имущество переходит к родовичам или к дальним родственникам умершего. Если по неимению сыновей у родовичей был усыновлен приемыш из чужого рода, ему дозволяется наследовать. Если после умершего остались однофамильцы—родовичи, то приемыш из другого рода, воспитываемый его женою, не наследует. Если рожденный от наложницы воспитывается за сына, то мать его нельзя ни продать, ни выдать в замужество—иначе воспитываемый от нея не признается за сына. В случае отсутствия ближайших родовичей и приемыша (усыновленного) из другого рода, имущество считается выморочным и поступает к владетельному князю или тайдзию (11Д2). Уголовное право. Система наказаний. На систему наказаний Монгольского Уложения оказало большое влияние китайское уголовное право. Наказания многочисленны и жестоки, сопровождаются иногда издевательством над личностью преступника и не всегда соответствуют простоте быта монголов и особенностям их степного уклада. Из наказаний, налагаемых Монгольским Уложением, надлежит отметить следующие. 1. Смертная казнь, сопровождаемая конфискацией имущества и отдачей в рабство семьи (IV-10, VI-I, Х-И). 2. Смертная казнь посредством изрезания на куски (VII-7, Х-16). 3. Смертная казнь посредством отсечения головы (IX-6, Х-11,16). Смертная казнь посредством отсечения головы неред- ко сопровождается выставлением головы казненного на показ народу в клетке (VI-1 и др.). 4. Смертная казнь посредством удавления (Х-1). 5. Отдача в рабство с семьей (VI-1, Х-16). 6. Отдача в рабство (11-2, IV-10, VI-1). 7. Ссылка (в провинции Фу-Чжеу-Фу и Гуан-Чжеу-Фу) с отдачей в рабство (IX-19). 8. Ссылка в дальние провинции Хэ-Нань и Шань-Дун для отправления трудных работ по почтовым станциям (VI-6, Х-17 и др.). 9. Ссылка в провинции Юнь-Нань, Гуй-Чжеу, Гуан-дун и Гуан-си в заразительные места (VI-6 и др.). 10. Телесное наказание: кнутом, палками, плетьми (IX-20, Х-11 и др.). 11. Конфискация имущества (IV—-10). 12. Имущественный штраф: скотом, исчисляемый на девятки скота, и жалованием в виде вычета годового, полугодового, трехмесячного жалования. (X—11, 14 и др.). 13. Отрешение от должности (IX—7). 14. Заключение в тюрьме (до окончательного решения, VI — 1 И др.). 15. Заключение в шейную колодку (IX—16, 19). Уложение знает понижение наказания на одну степень (VI—6). В Китае смертная казнь приводилась в исполнение не иначе, как с утверждения богдыхана. Поэтому все уголовные приговоры, по коим назначена смертная казнь (а таковые назначались нередко), вместе с делом препровождались в Государственную Палату Уголовных Дел, где они пересматривались. В случае утверждения приговора, если преступление носило особоважный или экстраординарный характер, напр, отцеубийство, мужеубийство и т.п., и не допускало амнистии, приговор немедленно вносился на утверждение государя и, по утверждении, приводился в исполнение. В том же случае, когда преступление, за которое назначена смертная казнь, носило обычный, ординарный' характер, представление приговоров на утверждение отлагалось до осени. К осени Палата заготовляла краткие выписки из дел и списки приговоренных по всему государству и представляла на окончательное решение богдыхана1). Обычно, наказание понижалось на одну степень: отсечение головы заменялось удавлением, удавление телесным наказанием и ссылкой. После утверждения, списки преступников рассылались по областям Китая для исполнения. Осужденные окончательным решением богдыхана на смерть предавались казни обыкновенно в первых числах декабря, до зимнего поворота солнца. До этого времени преступники, присужденные к смертной казни, содержались в тюрьме. Вот какое значение имел приговор: удавить после заключения в тюрьме или отсечь голову и содержать до повеления, до окончательного решения в тюрьме. Если уголовный преступник, приговоренный к удавлению за убийство, будет прощен, он обязан уплатить родственникам убитого 3 дев. скота (XII—21), О порядке рассмотрения и окончательного решения подробнее сказано дальше, см. Уложение 1815 г.—уголовное право. Если совершивший преступление, за которое полагается смертная казнь, явится в Палату до открытия преступления, раскажет о преступлении и будет ходатайствовать о смягчении наказания и избавления от смертной казни, он наказывается 100 ударами плетей, семейство отдается в рабство, имущество потерпевшему (XII—22). Уложение, как видели выше, знает и общесемейную ответственность за преступления (IV—10, IV'—1,2, X—11,16, XII—22). Монгол, совершивший „уголовное преступление", может откупиться уплатой девяти девятков лошадей; если пожелает выкупить и семейство—разрешается, по соглашению с потерпевшим; при убийстве китайца желающий откупиться обязан выкупить не только себя, но и семейство, уплачивая по два девятка скота за каждого члена семьи старше девяти лет (XII—23). Не достигшие десяти лет не подлежат суду (за воровство —XII—18). Если у преступника не достает скота для уплаты штрафа, последний заменяется телесным наказанием: каждая скотина заменяется 25 ударами плетей, но не свыше ста ударов (XIII—9/ Штрафной девяток составляется: из двух лошадей, двух 'быков взрослых, двух коров, двух бычков трехлетних и одного двухлетнего; пять скотин составляется из одного взрослого быка, одной коровы, одного трехлетнего бычка и двух двухлетних (XII-1). Преступления.—Уложением предусмотрены преступления против религии, духовных обетов и дисциплины, преступления государственные и против порядка управления, против общественной безопасности и нравов, должностные преступления, преступления против личности (убийство, против свободы личности, причинение увечья и нанесение ран, оскорбление действием и словами), имущественные преступления (разбой и грабеж, кража). Мы не будем здесь подробно рассматривать постановления Уложения по данному вопросу1), а остановимся лишь на некоторых наиболее характерных. Так, по смерти человека воспрещается: убивать лошадей, втыкать шесты с значками, загораживать проходы в горах, вешать ходаки (шелковые платки), за нарушение—штраф в 5 скотин в пользу заметившего (Х-11). Здесь так. обр. воспрещается древний (языческий, шаманский) монгольский обычай убивать на могиле лошадей и пр. (ср. Абаканскую писаницу, п. 4 и Цаадзу хоринцев 1759 г.). Бегущие в другое государство подвергаются смерти (IX-I), а перебежчиков из одного знамени в другое воспрещается при- ]) См. более подробно нашу работу „Обычное право монгольских племен", часть I, стр. 89-97, а для уложения 1815 г. стр. 103-110. нимать и предписывается высылать обратно, при чем беглец наказывается 100 ударами плетей (11-10). За прелюбодеяние простых монголов между собою—монгол штрафуется 5 дев. скота в пользу мужа, а монголка отдается мужу, „чтобы убил ее“, а если же не убьет, то штрафной скот отдается князю. Кто „будет ласкаться" к чужой жене, штрафуется 3 дев. скота (Х-14). За прелюбодеяние с женой простого монгола князья I и II степени штрафуются 9 дев. скота, остальные 7 дев., тайдзии и табунаны—5 дев. скота в пользу мужа; за прелюбодеяние с княгинею простой монгол подвергается изрезанию на куски, княгине отрубается голова, семейство прелюбодея отдается в рабство (Х-15,16). За утайку подведомственного народа при переписи управляющие князья, тайдзии и табунаны штрафуются трехмесячным жалованьем (II-1). Если в десятке произойдет воровство, десятский за недосмотр штрафуется лошадью (II-6). За умышленное убийство человека другого знамени князья, тайдзии и табунаны повинны заплатить человека за человека в знамя и штраф в пользу семьи убитого (100-50 лошадей в зависимости от носимого звания), простой монгол подвергается отсечению головы после заключения (VII-I). За умышленное убийство по злобе или в пьяном виде своего подчиненного или раба князья I и II ст. штрафуются 40 лошадьми, остальных степеней—30 лош., тайдзии и табунаны—3 дев. скота, простой монгол—одним девятком скота в пользу братьев убитого, а семейство имеет право выйти из знамени, куда пожелает; в случае неумышленного убийства взыскивается штраф —девятимесячное жалованье и семейство остается в знамени (VII-1). Убийство в драке или смерть тяжело раненого в драке (втечение 50 дней) наказывается удавлением, а неумышленное убийство—'3 дев. скота (VII-3). За умышленное убийство жены —удавление, за неумышленное убийство во время ссоры или в драке—3 дев. скота в дом тещи; тот же штраф, если жена подала повод своим поведением и муж самовольно убил ее (VII-6). Если монгол сманит монгола мужчину или женщину и будет продавать в неволю, наказывается 100 ударами плетей и штрафуется 3 дев. скота, а сманенный — 100 ударами плетей (Х-13). Выколовший другому глаз штрафуется 3 дев. скота, переломивший руку или ногу—одним дев. скота (VIT-5). Выбивший у женщины младенца штрафуется одним девятком скота, выбивший в драке без причины зубы другому—-одним девятком скота, нанесший побои кулаком, вырвавший косу или сорвавший кисть с шляпы—5 скотинами (VII-10). Ограбившие и убившие человека зачинщик и соучастники подвергаются отсечению головы с выставлением ее на показ народу; если при этом только поранят—отсечению головы, а семейства и имущество преступников поступают в пользу потерпевшего (VI-1). Наказание за кражу зависит от количества и ценности украденного. Например, за кражу свыше 30 лошадей зачинщикам и участникам полагается удавление после заточения, от 20 до 30 лош, то же, но наказание может быть смягчено, за кражу 2-х лошадей—зачинщикам ссылка, а участникам 90-100 плетей. При исчислении наказания четыре барана равняются одной рогатой скотине, лошади или верблюду. При краже менее 4-х баранов —наказание от 100 до 80 плетей. Укравший свинью или собаку - штрафуется 5 скот., укравший гуся, утку или курицу—2-х годовалым бычком, кроме возмещения ущерба (VI-35). Судоустройство и судопроизводство. Суд не отделен от управления, а тесно слит с ним. Первою судебною инстанциею является чжасак—князь или тайцзий (управляющий знаменем, дивизией); на решение чжасака можно жаловаться главе сейма, а на решение последнего в Палату Внешних Сношений. Палата же, рассмотрев дело, или поручает главе сейма его пересмотреть, или, в виду важности дела, входит к государю с докладом о посылке высшего чиновника для разбора дела; воспрещается, под угрозой наказания, подавать жалобу в Палату, обойдя чжасака и председателя сейма (VII—5). Монголы, учинившие преступление в Китае, судятся по китайским законам; китайцы, учинившие преступление в Монголии, по монгольским законам (XII—19). Каждый монгол должен сам просить о своем деле. Посторонним запрещается хлопотать за просителя (VIII—1). Воспрещается просить о вторичном разборе дела, рассмотренного князьями. Воспрещается производимое в суде дело кончать частным примирением сторон под угрозой штрафа—для князей в 3 дев. скота, для простых в один девяток. Возможно примирение, совершаемое публичным порядком, через посредников, людей из знамени истца-обвинителя с людьми из знамени ответчика-об- виняемого (XII—13). В качестве доказательств допускается в сомнительных слу- чахх присяга, напр., заставляют принимать присягу подозреваемых в преступлении, против которых нет прямых улик (VI—2, VII—5, XII—16). Для раскрытия виновников преступления употребляется разыскание по следу (VI—27) и обыск, но последний допускается только при наличности свидетелей-очевидцев (VI—30). Из штрафного скота князь получает одну голову из девяти (XII—3), доноситель половину штрафа (XII—4), рассыльные хо- шуна, к которохму принадлежит обвиняемый, получают одного трехлетнего бычка, рассыльные хошуна, к которому принадлежит потерпевший, получают одну голову из десяти, но не свыше трех голов (XII—2), взыскивающие штраф получают с преступника трехлетнего бычка (XII—1). Уложение Китайской Палаты Внешних Сношений 1815 г. Уложение Палаты Внешних Сношений 1789 г. опиралось на уложение имп. Канси 1696 г., а через него на старые монгольские уставы и медленно изменявшиеся обычаи кочевых племен. Естественно, оно мало удовлетворяло требованиям значительно более развитого китайского народа и мало отвечало общим задачам управления китайского двора.
Уже в 1811 году Главноуправляющий Палатою Внешних Сношений и первый министр Цингуй вошел к императору Цзя-Цину с докладом относительно монгольского уложения. В своем докладе Цингуй между прочим писал следующее. „В отношении гражданского устройства и уголовного суда в Монголии, Палата руководствуется существующим ныне Уложением, содержащим 209 статей. Сие Уложение на маньчжурском, монгольском и китайском языках сочинено в 54 лето Абкай Восэхэ (1789), чему ныне более 20 лет. Втечении сего времени открылось между монголами множество таких уголовных преступлений, которые, не подходя ни под одну статью существующего Уложения, требовали Высочайшего разрешения. Из того возникло не малое число министерских докладов, на которые состоялось столько же именных повелений; но оные по сие время еще не внесены в общее Уложение, а потому остаются необнародованными". И Цингуй просит разрешения „собрать указы и правила, кои могут иметь силу закона, начав с 34 года упомянутого царствования, и внести все то в общее Уложение в виде дополнительных статей..." Разрешение было дано, назначена комиссия для работы и установлен трехлетний срок для этого. Но ознакомившись с Уложением комиссия признала его несоответствующим своему назначению и занялась составлением нового Уложения—на что испросила продолжение означенного срока на один год. По окончании работы комиссии новый председатель Палаты Внешних Сношений Тоцзинь в своем докладе писал: „при рассмотрении каждой статьи прежнего Уложения, найдено нами 20 статей, которые когда то могли иметь силу закона, но ныне признаны бесполезными для нового Уложения и исключены из общей росписи. В оставшихся же затем 189 статьях, 178 требовали совершенного изменения, а потому исправлены надлежащим образом. По приведении в порядок означенных статей прежнего Уложения, мы приступили к разбору всех прежних делопроизводств Палаты, начав с цар ствования Ицзисхунь-Дасань (так писались лета правления первого маньчжурского хана в Китае от 1644 до 1662 г.) по настоящий год, и к переводу оных с маньчжурского языка на китайский, для удобнейшего уразумения того, что могло быть извлечено из оных для внесения в состав Уложения. Из сего разбора мы составили 526 статей и проч."95). Таким образом правильнее признать, что составленное в 1815 г. Уложение представляет не просто восполненное издание предыдущего Уложения, а самостоятельное новое Уложение. В подлиннике на маньчжурском языке Уложение не содержит ни делений на отделы, ни особых оглавлений, ни нумерации отдельных статей и самое Уложение распадается на 67 особых тетрадей, совершенно самостоятельных и независимых одна от другой. Переводчик С. Липовцев расположил статьи Уложения в определенной системе, разделил на отделы и главы и придал статьям нумерацию. Содержание Уложения (в издании Липовцева 1828 г.) распадается на введение—о Палате Внешних Сношений и 6 частей. Каждая часть делится на главы, главы на отделения, отделения на параграфы или статьи. Введение—Образование Палаты Внешних Сношений, содержит 6 глав и 56 статей. Часть первая—Уложение Гражданское,96) содержит 21 главу и 494 статьи. Часть вторая—Устав Воинский, содержит 6 глав и 88 статей. Часть третья—Уложение Уголовное, содержит 20 глав и 191 ст. Часть четвертая—Постановления о духовенстве ламского исповедания, содержит 11 глав и 117 статей. Часть пятая—Постановления о Тибете, содержит 13 глав и 66 ст. Часть шестая—Сношения с Россией, содержит 6 глав и 28 ст.97). Второе Монгольское Уложение переиздавалось и дополнялось неоднократно. Так др. Лауфер указывает на издание 1826 (в 63 книгах) и 1832 г.98). Ограничиваясь нашими непосредственными задачами, мы позволим себе остановиться лишь на частном и уголовном праве, а также судопроизводстве, каковые отделы и содержат больше общих с первым Уложением норм, и оставим совершенно в стороне вопросы административного устройства и управления Монголии (общие сведения о них мы уже выше дали), Тибета, воинский устав, положение о духовенстве, сношения с Россией. Частное право. Вещное и обязательственное право.—-Землепользование. Встречающиеся в Уложении нормы направлены на охрану основного промысла монголов—скотоводства. Китайцам воспрещается переходить границу и распахивать поля монголов, а последним воспрещается сдавать под пашню пастбища—за нарушение установлено строгое наказание (ч. I—165-167). Распашка полей монголов, взятых на откуп (в аренду) китайцами, в области, подчиненной главноуправляющему генералу в Жехо, возможна с разрешения и под строгим учетом последнего (I—170). Разрешается распашка арендованных полей под строгим надзором и контролем в Корциньском, Карлосском и Аоханском княжествах (I—171,172,173). Аренда земли возможна только по письменному договору с засвидетельствованием уездного начальника и следственного пристава, сопровождается всенародным объявлением (публикацией), отмечается в журнале, после чего управляющий кочевьями князь выдает удостоверение арендатору на право аренды (I—174). Взятая вперед часть арендной платы называется задатком. В случае неплатежа арендной платы, земля отбирается (1—175). Воспрещается отдавать и брать в залог земли, как обеспечение долговых сделок (I—274). В случае существования таких сделок, заключенных ранее, вопрос разрешается следующим образом. Кто прежде получил землю и пахал ее 3 года, тому разрешается пахать еще четыре, в крайнем случае пять лет с тем, чтобы из причитающейся платы за землю (арендной платы) был уплачен долг и земля возвращена хозяину (I—176)99). Всем китайцам, занимающимся в Монголии хлебопашеством, предписывается платить арендную плату (I— 179)2). Повторяются нормы Первого Уложения о воспрещении заходить за пределы своих, отведенных им кочевий. Совершение торговых сделок.—Никому из монголов не разрешается выезжать из кочевий без разрешения начальства, а приписанным к дивизии—без разрешения дивизионного начальника. Кто желает ехать для торговли, должен подать прошение дивизионному начальнику, последний на товарищество в десять или более человек дает особого чиновника, который едет с ними для надзора (11—76). Китайские купцы могут приезжать в Монголию только с разрешения Палаты Вн. Сн. в определенные места с разрешительными документами. Воспрещается китайцам давать монголам серебро под проценты (деньги в рост) в противном случае заимодавцу возвращается капитал без процентов, и сам он ссылается на родину (11-86). Семейное и наследственное право. Брак.—Китайцам* находящимся в Монголии, воспрещается вступать в брак с монгольскими девицами и вдовами; в случае нарушения, следует расторжение брака и возвращение жены родителям, кроме того, оба подлежат уголовному наказанию: сажаются в шейную колодку на три мес. и подвергаются 1С0 ударам плетей, а китаец высылается на родину; начальство же (тайдзии и полков, начальники) наказываются за слабость надзора (1-483). Между монголами одного поколения браки воспрещаются (1-481). Калым, который должен уплатить монгольский князь, сосватавший маньчжурскую княжну, различается по положению отца невесты: если он князь I ст., то по заключении брачного договора ему уплачивается 1 верблюд, 4 лошади и 4 барана и перед самым браком 6 быков, 6 лошадей и 60 баранов и должно быть устроено брачное пиршество на 36 столов; если отец невесты низшей степени, то калым понижается так, что князья 5 и 6 ст. получают по заключении брачного договора 2 лошади и 7 баранов и перед браком 2 лошади, 2 быка и 20 баранов (1-471). Калым, уплачиваемый прочими чиновными и простыми монголами, должен равняться 2 лош., 2 волам и 20 баранам (1-481/ Если жених после сговора и до брака умрет, весь калым возвращается, если умрет невеста, половина калыма (1-481) За дочерьми маньчжурских и монгольских князей дается приданое: за дочерью князя I ст.—их кормилицы с мужьями, 8 горничных, 5 семей дворовых людей и т. д.; за дочерью князя 6 ст.—кормилицы с мужьями, 3 горничных-де- вушки и 2 семьи, за дочерьми маньчжурских князей 7 ст. и (монгольских) тайдзиев и табунанов—3 семьи дворовых (1-479/ За похищение сговоренной невесты другого, князья I и II ст. должны уплатить обиженному 10 семей подданных, остальные князья—7 семей и возвратить невесту; чиновный монгол уплачивает 3 дев. скота с возвращением невесты, простолюдин— один дев. скота с возвращением невесты (1-482), Если монгол разведется с женой, обязан возвратить ей ее приданые вещи, но если последние прожиты, ничего не возвращается (1-484). Усыновление.—Тайдзии и табунаны, получившие сие достоинство наследственно, и сыновья князей при отсутствии прямых наследников, имеют право избрать достойного из своего рода и усыновить; усыновленный получает достоинство тайдзия и наследство. Допускается усыновление и после смерти жены умершего. Если нет никого для усыновления в роде, разрешается усыновить и из другого рода с разрешения дивизионной канцелярии, но такой усыновленный получает только иму щество, но не достоинство усыновителя (1-61-63). Воспрещается законным женам после смерти мужей продавать побочных жен (1-64). Сыновья побочных жен рассматриваются наравне с законными (1-64). Наследование.—Наследуют сыновья и прямые нисходящие, за ними братья, затем род; выморочное имущество идет в распоряжение дивизионного начальника для употребления на общественные нужды. Допускаются духовные завещания в случае отсутствия прямых нисходящих, но назначение наследника не должно выходить за пределы рода и требуется утверждение начальства. Духовные завещания лиц, не имеющих прямых нисходящих, с назначением наследника из того же рода, должны быть утверждены согласием управляющего дивизией и прочих князей дивизии (1-63). Подкидыши, приемыши и дети рабов ни в коем случае не признаются наследниками (1-63). Уголовное право. Система наказаний. Главные наказания, налагаемые Уложением1100. 1. Смертная казнь с отдачей в рабство семьи (II-1). 2. Смертная казнь посредством изрезания на куски (Ш-76). 3. Смертная казнь посредством отсечения головы (Ш-16,73). Отсечение головы обычно сопровождается выставлением го ловы казненнаго на показ. 4. Смертная казнь посредством удавления (III- 9, 73). Смертная казнь назначается, как объяснено выше, немедленно или после заключения в тюрьму, т. е. с отложением исполнения до окончательного решения осенью. 5. Ссылка в каторжные работы во вредном климате (111-74). I). Ссылка в провинции: Юнь-нань, Гуй-чжеу, Гуан-дун, Гуан- си (III-18). 7. Ссылка в провииции: Цзянь-нань, Чжэ-цзянь, Цзянь-си, Ху-гуан, Фу-цзянь. 8. Ссылка в провинции: Шань-дун и Хэ-нань на тяжелые работы на почтовых станциях (III-73, 74). 9. Ссылка в провинции: Шань-дун и Хэ-нань вместе с семьей (111-19). 10. Заключение в шейную колодку (Ш-78). 11. Наказание плетьми и штраф (III-107). 12. Палки (III-107). 13. Плети (II-4, III-105). 14. Розги (III-105). 15. Заключение в тюрьму (Ш-77). ’) Приведенные ниже цифры указывают части и статьи Уложения., где приведено то или другое наказание, но лишь в виде примера, а не исчерпывающе, как было и выше. 16. Лишение сана для духовных (IV-71, 85), чина или должности (IV-81), достоинства или звания (П-1, 2), 17. Конфискация всего имущества (III-1 б, 183). 18. Конфискация недвижимости (II-1). 19. Отнятие подданных (II-1, III-75). 20. Штраф: скотом (III-180, IV-69), жалованием (III-12Р IV-81). 21. Откуп (11-73/ Если в настоящем Уложении встретится затруднение в определении наказания, предписывается решать дело на основании общего государственного уголовного уложения (III-94). Китайцы, совершившие преступление в Монголии и монголы в Китае, судятся по местным законам (Ш-95).1] При наличности нескольких преступлений дела не соединяются и не выносится единый приговор, а преступник судится за важнейшее преступление: „должно судить по важности преступлений, а не по числу оных“ (111-63). Ребенок до 10 лет, совершивший кражу, не подлежит ответственности; с 10 до 15 лет—наказанию не подлежит, но должен заплатить откуп (IH-65). Приговоренных к смертной казни или ссылке, если они имеют престарелых отца и мать, деда или бабку на своем попечении, и начальники его полка поручаются за его добропорядочное поведение в будущем—разрешается освобождать от смертной казни или ссылки, заменяя их 40 днями заключения в колодке и 100 ударами плетью (III-152), Допускается откуп присужденных к смертной казни вследствие неумышленного убийства: 9 дев. лошадей в казну и 3 дев, родственникам убитого (III-154). Допускается замена наказаний. Палки или розги могут быть заменены плетьми, удар за удар; принудительные работы могут быть заменяемы: 1 год работ—20 днями заключения в кододке, 1 год 4 мес.—30 днями и т, д., по 5 дней на степень; ссылка осужденных в рядовые в пограничные гарнизоны может быть заменена 70 днями заключения в колодке; ссылка в дальние места—75 днями колодки, в приморские—80 днями; в самые отдаленные и вредные для здоровья местности—90 днями колодки (III-107Л Штраф уплачивается; князьями, тайдзиями, табунанами и всеми чиновниками, получающими жалование—в казну жалованием (серебром и тканями), в пользу частных лиц—-скотом; прочие монголы и в казну и частные штрафы уплачивают скотом (III-109). Для лиц несостоятельных штраф заменяется плетями: 1 ско- тина—20 ударами плетей; 2 ск.—50 ударами; 3—75; 4 и боле—100; больше 100 ударов не дается (III-113). Штрафной девяток скота составляется: из двух лошадей, 2-х волов, 2-х коров, 2-х трех-годовалых бычков и 1 годовалого; 7 скотин: 1 лошадь, 1 вол, 1 корова, 1 трех-годов. и 2-х двух-годовалых бычка; 5 скотин: 1 вол, 1 корова, 1 трех- год. и 2 двух-год. бычка; 3 скотины: 1 корова, 1 трех-год. и 1 двух-год. бычек (III-115). Преступления.—Уложением 1815 г. предусмотрены преступления против религии, духовных обетов и дисциплины, преступления государственные и должностные, преступления против личности (против личной свободы, убийство, нанесение ран и увечий, оскорбление словами и действием), преступления имущественные (разбой, грабеж, кража, поджог, повреждение имущества). Остановимся на более характерных из них1). Подробно нормируется разрытие могил; наказание за разрытие могил князей и тайдзиев—смертная казнь, простолюдинов—плети и штраф скотом (III-73). Воспрещается иметь в монастыре лам более положенного штатами и учеников больше указанного в списках, за нарушение отрешение от должности и штраф (IV-1, 8, 76, 82), воспрещается делать бандиями рабов и учениками рядовых под угрозой указанного выше наказания (IV-80). За бегство лам и бандиев из монастыря—лишение сана и 100 ударов плетей (IV-87). Бежавшие в другое государство наказываются смертуой казнью; если при этом не причинили вреда и добровольно возвратились—100 ударов плетью (III-142). Князья и дворяне (тайдзии, табунаны), не отправившиеся при призыве в поход, лишаются чинов и достоинств и отправляются в поход, если удержат от похода подчиненные войска, предаются смерти, опоздавшие явиться штрафуются (II-3). Если кто либо из десятка совершит воровство, десятник штрафуется одной лошадью за слабый надзор, но если десятник сам откроет преступника и донесет-—не отвечает (III-71). Зловредных, нетерпимых людей предписывается ссылать в Шандун и Хэнань для тяжелых работ на почтовых станциях (III-183). Кто не пустит приезжего на ночлег, в особенности в зимнее время, а тот замерзнет, штрафуется 1 дев. скота, если не замерзнет—двухгодовалым бычком (III-488). За прелюбодеяние с женами простолюдинов князья и дворяне наказываются штрафом в пользу мужа (от 9 до 5 дев. скота в зависимости от носимого звания); за прелюбодеяние простолюдина с княгинею по взаимному согласию предписывается первого изрезать на куски, второй отсечь голову; за прелюбодеяние раба с женой тайдзия оба наказываются смертью, с побочной женой—оба подвергаются 100 ударам плетей; за прелюбодеяние с женщиною равного звания—простолюдин наказывается заключением в шейной колодке на 1 мес. и 100 ударами плетей, а женщина—? 100 ударами плетей и откупом; если же кроме того простолюдин подговорит женщину бежать с ним, сажается на 2 мес. в шейную колодку и ссылается в Шан-дун или Хэ-нань (III75, 76, 77, 78). За продажу путем обольщения или обмана монголов свободного состояния в рабы, или в жены, или в наложницы, или вместо детей или внуков по усыновлении наказывается 100 ударами плетей и 3 дев. скота, а также и проданный, если продажа произошла с его согласия (111-79). Воспрещается продавать монголов—подданных (крепостных), состоящих в военных списках, а несостоящих в списках воспрещалось продавать вне своей дивизии (III-81, ср. Улож. 1789 г., II-23). За умышленное убийство человека другой дивизии князья, тайдзии и табунаны—управляющие дивизией, независимо от мотивов убийства наказываются штрафом в 9 дев. скота, из коих 6 идут в пользу семьи убитого, а 3—-в пользу его господина; тайдзии и табунаны, не управляющие, штрафуются 5 дев. скота; простолюдины подлежат смертной казни на основ, общего государств, уложения (III-1). Если князья, тайдзии или табунаны убьют своего подчиненного или раба, то независимо от того—по злобе, запальчивости или в пьяном виде учинено преступление, наказываются князья I и II ст. штрафом в 40 лош., остальные князья в 30 лош., тайдзии и табунаны 3 дев. скота в пользу семьи убитого, при чем последней предоставляется право выйти из полка в другой (III-2). За убийство раба чжасаки штрафуются 3 дев., эскадронные командиры и поручики— 2 дев., простолюдины—1 дев. скота в пользу семьи убитого. За убийство чиновник и простолюдин наказываются удавлением; то же наказание налагается и на мужа за жестокое обращение с женой, послужившее причиной ее смерти (III-5). За неумышленное же убийство жены муж уплачивает 1 дев. скота в пользу ее отца (III-8). За неумышленное убийство подчиненных и своих рабов налагается штраф (от 3 дев. до 5 скотин). За убийство человека по неосторожности—чиновники и простолюдины штрафуются 2 дев. скота (III-6, 7, 10). За смертельное ранение, если смерть последует втечении 50 дней, виновный наказывается удавлением после заключения в тюрьме (III-9). За причинение неопасной раны налагается штраф—6 мес. жалованье, неполучающие жалованья—1 дев. скота, простолюдины—5 скот. Чиновник или простолюдин, неумышленно ли шивший другого зрения, переломивший ему руку или ногу штрафуется 2 дев. скота в пользу потерпевшего, а если раны не опасны—1 лошадью (III-14). За причинение увечья в драке— штраф—3 дев. скота, а если повреждение не опасно—1 дев. скота (III-15). За выбитие зуба, вырывание косы—штраф: 1 дев. скота, за срывание кисти с шапки—3 скотины (III-15). По делам о разбое и грабеже в Монголии, если преступники одни монголы, они судятся по монгольским законам, если одни китайцы—по китайским законам, если и те и другие— судятся по тем законам, которые строже (III-31). Уложение различает кражу казенного (лошадей, скота,, леса и др.) и частного имущества, при чем за кражу первого наказания повышены сравнительно со вторым. Кража частного имущества наказывается в зависимости от количества или ценности украденного: свыше 30 голов крупного скота—главный вор и фактические сообщники педлежат удавлению, идейные (подстрекатели и т. п.) ссылке в дальние провинции и т. д. Что касается мелкого скота, то 4 барана, 4 молодых бычка, жеребенка или верблюжонка приравниваются быку, лошади или верблюду, если похищено менее 4-х голов мелкого скота, то наказание от 100 до 80 уд. плетьми. За кражу серебр. вещи от 1 до 10 лан—наказание главн. вору 90, сообщникам 80 и 70 ударов плетьми, при стоимости вещи от 10 до 40 лан наказание 100, 90 и 80 ударов, при стоимости от 40 до 70 лан главный преступник ссылается, при цене вещей выше 120 лан—главный преступник подвергается удавлению, сообщники—ссылке (Ш-45-50). За поджог по злобе или мести жилища, последствием чего была смерть—смертная казнь, а имущество отдается пострадавшему; если смерти не было, то чиновник лишается чинов, простолюдин получает 100 ударов плетей, имущество отдается пострадавшему (III-183). Судоустройство и судопроизводство. Суд и администрация тесно слиты. Первой инстанцией является чжасак (управляющий дивизией), которому и должна быть принесена жалоба или иск. В случае недовольства его решением или приговором, дело может быть перенесено на разрешение корпусного начальника, который является второй инстанцией *); при недовольстве решением корпусного начальника— может быть подана жалоба в Палату Внешних Сношений с приложением дел чжасака и корпусного командира в копиях101). Палата рассматривает дело и в случае надобности предлагает чжасаку или корпусному командиру вновь пересмотреть дело с указанием, как оно должно быть решено, или же, в виду важности дела, входит с докладом к государю о посылке специального амбаня для рассмотрения дела (Ш-82). За обращение по судебному делу, минуя чжасака и корпусного начальника, непосредственно к Палате, тайдзии и чиновники подвергаются штрафу в 3 дев. скота, простолюдины 100 ударам плетями. Но все же Палата обязана войти в рассмотрение дела, и если оно окажется обыкновенным, передать его соответствующему чжа- саку или корпусному командиру; если же дело окажется особо важным, может ходатайствовать о посылке особого амбаня (III 83). Палате Вн. Сн. принадлежит право не только рассматривать жалобы на приговоры и решения чжасаков и корпусных командиров, но и право судить их, если найдет пристрастие в их решениях (III 84). Дела преступников, приговоренных к смертной казни, препровождаются в Палату Вн. Сн. По особо важным делам, кои не подлежат отложению до осени, Палата Вн. Сн. приглашает членов Государственной Палаты Уголовных Дел и Правления Гражданских Судных дел и совместно пересматривает дело и входит с докладом к государю об исполнении приговора (В Китае смертная казнь исполнялась только по утверждении приговора богдыханом). Дела же, по коим исполнение смертной казни отложено до окончательного решения, препровождаются Палатою Вн. Сн. в Главную Уголовную Палату для рассмотрения общим собранием всех б Палат и Правления Гражданских дел и прочих мест, состоящих в ведении сего приказа—это собрание созывается осенью для рассмотрения дел и вынесения окончательных решений (Ш-93)1). Монголы должны сами за себя ходатайствовать на суде, ходатайство посторонних воспрещается и наказывается в 1 лошадь (Ш'91), За принесение жалобы на начальников, что они решили дело несправедливо, если при пересмотре жалоба окажется „не дельною", жалобщики наказываются штрафом: если жаловались на князей I и II ст. в 1 дев. скота, на остальных князей в 5 скот., на прочих военных чиновников в 1 лошадь с каждого (111-86). Следствие при краже производится путем привода следов (1-93, III-122, 123), при чем если следы приведут на выстрел лука к какому-либо кочевью, то домохозяин кочевья приводится к присяге и дело решается этой присягой; если же следы пойдут дальше выстрела (из лука), подозрение отпадает и присяги не требуется (III-123). Обыск в доме подозреваемого можно производить, но в присутствии свидетелей; не допустивший до обыска, рассматривается, как вор (Ш-65). Большое значение, как доказательству, придается Уложением свидетельским показаниям. В некоторых случаях дело разрешается присягой именно, при отсутствии прямых улик и наличности сомнения подозреваемым может быть предложено дать присягу в своей невинности: если они дадут присягу, освобждаются от обвинения, если же поколеблются или откажутся—признаются виновными (III-116, 117). Не разрешается приводить к присяге князей, тайдзиев и табунанов, кроме дел особой важности (Ш-124). Необходимо отметить еще, что при дознании о преступлениях широко практиковалось применение пыток (девять пыток). Мы рассмотрели два монгольских уложения 1789 и 1815 г. в интересующих нас частях и должны прежде всего отметить, что оба они не являются продуктом правового творчества монгольского народа (сборниками обычного права): на них сильно отразилось китайское влияние. Но, вместе с тем необходимо, однако, отметить, что здесь же (в особенности имеет значение первое уложение, второе в данном вопросе лишь повторяет первое) мы находим и институты монгольского обычного права, которые разъясняют некоторые неясные черты в старых памятниках и в некоторых отношениях дополняют отрывочную и все еще мало знакомую картину монгольского обычного права. Кроме административного права, китайское влияние сказалось, конечно, главным образом на уголовном праве. Вместо сравнительно мягких карательных норм Устава 1640 г. мы находим здесь многочисленные и жестокие наказания, не всегда отвечающие быту и характеру монголов-кочевников (напр., частое лишение свободы), щедрое применение смертной казни, изре- зание на куски, удавление, шейную колодку и разнообразную ссылку, выставление голов казненных на показ и т. д. Но, вместе с тем и здесь выряжены некоторые институты монгольского права, напр., наказание плетью, штраф скотом, исчисляемый на девятки, который встречается уже в Ясе Чингиз-хана, щедро применяется в Уставе 1640 г. и в племенном бурятском праве; усиленные наказания за кражу скота, приравнение смерти от увечья или ранения в драке к убийству, если смерть последовала втечении 50 дней со дня драки, что мы встречаем в, бурятском обычном праве; употребление при гонении следа присяги, если следы приводят на расстояние выстрела от чьего- либо кочевья и т. д. Но, конечно, еще более простора обычному праву завоеватели-китайцы должны были оставить в области частного права. К сожалению, 'Норм частного права в обоих уложениях содержится чрезвычайно мало, значительно меньше нежели в Уставе 1640 г. И это очень показательно. Нормы частного права в обоих уложениях настолько малочисленны, что не охватывают самого необходимого в гражданском обороте. К тому же эти нормы регулируют, главным образом, отношения между китайцами и монголами, оставляя без зако нодательного нормирования частно-правовые отношения монголов между собою. В частном праве не содержится и той нормы, которая находится в уголовном отделе второго уложения, что пробелы монгольского уголовного уложения восполняются общим государ. уголовным уложением, которое таким образом является субсидиарным источником для монгольского уложения. Все это приводит к выводу, что в вопросах частного права монголы попрежнему руководствовались нормами обычного права и своими старыми кодексами. Подтверждение первому мы находим у исследователя Монголии А. М. Позднеева, который отмечает, что „монгольские законоположения Дайцинов обнимают своим содержанием только вопросы об отношениях монголов к правящей династии, да уголовные постановления; никаких предписаний относительно внутренней жизни хошунов эти законоположения в себе не заключают, так как китайцы, подчинив себе монголов, предоставили им жить по их обычаям, и с своей стороны не предначертывали для сего никаких правил... Все это обосновывается у монголов уже не на писанном, а на обычном праве, средством для познания которого являются опять таки только показания монгольских юристов"102). Подтверждение второму мы находим у известного культурного деятеля Монголии Ц. Ж. Жамцарано, который указывает, что монголы Шабинского ведомства до сих пор (т. е. до 1920 г., когда это было написано) руководствуются кодексом Халха-Джиром103). Однако и в немногочисленных нормах частного права уложений мы находим некоторые интересные для нас указания. Так, мы встречаем здесь фиксированный выкуп—калым за невесту и нормы о возвращении его в случае смерти жениха или невесты, а также нормы о выдаче невесты одного жениха замуж за другого, аналогичные с постановлениями Устава 1640 г. и бурятского права. Более точно регламентированы правила об усыновлении, лишь мимоходом отмеченные в Уставе 1640 г. Затем указан порядок наследственного преемства, в общем совпадающий с нормами, принятыми в обычном праве бурят, относительно которого в Уставе 1640 г. лишь сделана ссылка на обычай и т. п.—Таким образом, оба монгольские уложения П. В. С. для нас интересны и в том отношении, что содержат и подтверждают некоторые нормы обычного права, а во вторых и уясняют некоторые институты последнего.
<< | >>
Источник: Рязановский В.А.. Монгольское право (преимущественно обычное). Исторический очерк. 1931

Еще по теме ГЛАВА IV. Китайское законодательство для Монголии.:

  1. ГЛАВА V. Право Автономной Монголии.
  2. ГЛАВА VI. Влияние китайского права на монгольское.
  3. ГЛАВА III. Право северной Монголии (Халхи).
  4. ГЛАВА I. Общее право монголов эпохи Чингиз-хана и его преемников.
  5. ГЛАВА. Дополнения к Монголо-ойратскому уставу, составленные при хане Дондук-Даши.
  6. Глава 1. ОСНОВНЫЕ НАЧАЛА ЖИЛИЩНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА. МЕСТО ЖИЛИЩНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В СИСТЕМЕ ПРАВА
  7. Существующие представительные институты были созданы для нуждправления, а не законодательства
  8. ПОСЛЕДСТВИЯ МОНГОЛО-ТАТАРСКОГО НАШЕСТВИЯ НА РУСЬ
  9. Китайско-тибетская группа
  10. «Китайская лихорадка»
  11. Кейс 15. Китайские машины российской сборки
  12. 9.2.3. ПОБЕДА КИТАЙСКИХ КОММУНИСТОВ
  13. 3.6.5.Особенности китайского менеджмента
  14. Китайский опыт стратегического
  15. 9.2.4. ПОСЛЕДСТВИЯ СОЗДАНИЯ КИТАЙСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ
  16. Китайский взлет: взгляд вблизи
  17. Глава 2. Жилищное законодательство
- Право интеллектуальной собственности - Авторсое право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Гражданский процесс - Гражданское право - Жилищное право - Зарубежное право - Защита прав потребителей - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - Коммерческое право - Конституционное право России - Криминалистика - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоохранительные органы - Правоприменительная практика - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Теория права - Трудовое право‎ - Уголовное право России - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право - Экологическое право‎ - Экономические преступления - Юридическая этика - Юридические лица -