загрузка...

Глава 6 КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ БЫЛА НЕОБХОДИМА. ГОЛОДНЫЕ ПРИЗРАКИ НЭПА

Антисталинисты постоянно твердят о том, что коллективизация, проведенная Сталиным, была величайшим злом. До конца 20-х гг. в СССР существовали хозяйственные отношения, обусловленные новой эконо— мической политикой (нэпом). При нэпе всем жилось хорошо, говорят антисталинисты, а Сталин взял, да и разрушил это процветание.

Это неправда. Уже во второй половине 20-х годов становится ясно, что нэп не оправдал возлагавшихся на него ожиданий. Даже в 1928 году национальный доход составлял 88% от такового в 1913 году. Именно Сталин понял тупиковость нэпмановского эксперимента в экономике и в течение буквально полугода свернул нэп и перевел экономику на путь плановости.

Да, вроде бы нэп привел к быстрому оживлению экономики. Появившаяся у крестьян экономическая заинтересованность в производстве сельскохозяйственной продукции должна была бы быстро насытить рынок продовольствием и преодолеть последствия голодных лет «военного коммунизма». Вначале так вроде и

произошло. Благосостояние крестьян в целом по сравнению с довоенным уровнем повысилось, число бедных уменьшилось, доля середняков возросла. У многих увеличился земельный надел — основное средство производства. Но это стало результатом не роста сельскохозяйственного производства, а перераспределения доходов, другими словами, ликвидации слоя богатых людей.

С другой стороны, допущение рыночных механизмов, приведшее к восстановлению экономики, позволило политическому режиму укрепиться. В условиях разрухи планировать индустриализацию было нереально. В 1925 г. поголовье скота в крестьянском хозяйстве впервые превысило уровень 1916 г. Существенно улучшилось снабжение городского населения. Значительно возросло потребление рабочими семьями мяса, сала, молока, масла. Ежегодное производство животноводческой продукции в среднем за 1926—1928 гг. возросло по сравнению с 1909—1913 годами на 26%, а потребление мяса в семьях трудящихся увеличилось почти вдвое.

Вместе с тем, как уже говорилось, даже к 1928 году сельское хозяйство Советского Союза так и не вышло на довоенный уровень. Посевные площади под зерновые культуры составили только 94,7%, а валовой продукт сельского хозяйства составил 91,9% от показателей 1913 года. Вместе с тем товарность сельского хозяйства упала, особенно в области зерновых культур. Так в 1926 году городское население возросло на 1,6 миллиона человек по сравнению с 1913 годом, а товар- нал часть зерновых продуктов составила всего лишь 10,3

миллиона тонн против 21,3 миллиона тонн в 1913 году.

Произошли существенные изменения в соотношениях классовых сил в деревне. Теперь, после Октября, 94,5% земли принадлежало бедняцким и середняцким хозяйствам. Однако, хотя кулацким хозяйствам принадлежало 5,5% земли, они все еще имели большую экономическую силу: 20% всей товарной продукции зерновых в стране.

Зажиточные слои деревни, экономическая мощь которых намного превосходила их численность (уже весной 1926 года в руках 6% крестьянских хозяйств было сосредоточено около 60% товарного зерна), фактически прекратили продажу зерна государственным заготовителям и кооперации, придерживая его до весны, когда возникнет более благоприятная рыночная конъюнктура.

Обследование в Сибири того, что читали крестьяне, показало: кулаки покупали преимущественно юридические книги и больше знали о советском Своде законов о земле и Уголовном кодексе, чем большинство местных юристов.

Политика Советской власти в период нэпа была направлена на поддержку бедняков и против кулаков. Первых освободили от продналога, у них были преимущества при получении образования, вступлении в комсомол и партию, им должно было отдаваться предпочтение при поступлении на работу в промышленности и при получении канцелярских и управленческих должностей в сельских Советах. Кулаков же наказывали лишением права голоса и посредством налогов, им было недоступно то, на что бедняки имели преимущественное право.

Почему-то считается, что к концу нэпа политика дискриминации кулаков приняла еще более суровые формы, положившие начало драматическому росту враждебности, кульминацией которого стало решение Сталина о «ликвидации кулачества как класса». На самом деле все было иначе. Крестьяне быстро нашли ответ на внеэкономическое давление властей. Зажиточные крестьяне, опасаясь, что их посчитают за кулаков, часто прибегали к разного рода уверткам, например, нанимались на работу (с лошадью) к безлошадному крестьянину, с тем, чтобы сойти за бедняков. Крупные зажиточные хозяйства дробились на меньшие, чтобы скрыть доходы и уменьшить налоги. Число хозяйств, относимых к кулацким в 1929 году, уменьшилось на 25%. Как подметил один из участников дискуссии 1931 г., «сейчас в зажиточные никто не лезет, а все лезут в бедняки, потому что в деревне это стало выгоднее».

В связи с ростом сельского населения земельные наделы ежегодно уменьшались, то есть продолжался процесс дробления хозяйств. Например, к 1928 году сельское хозяйство Казахстана только достигло довоенного уровня, но продолжался процесс дробления крестьянских хозяйств: 1250 тыс. хозяйств в 1928 году против 800 тыс. хозяйств в 1913 году. Крестьянство работало, по существу, на свой прокорм. Объем товарного зерна, поступающего в промышленные города, также катастрофически уменьшался. Все это привело к возникновению существенных проблем в народном хозяйстве СССР и прежде всего в области продовольственной безопасности.

Почему-то считается, что если в 1925 г.

в городах не было серьезных перебоев со снабжением хлебом, го это потому, что падение централизованных хлебозаготовок компенсировали частные заготовители. Но в конце 1927 г., несмотря на то, что плановые заготовки за 2-е полугодие на 10% превысили уровень 1925 г., хлеба повсеместно не хватало, за ним выстраивались огромные очереди, так как частные заготовки были запрещены.

Почему-то считалось и считается сейчас, что для роста производства зерна надо было материально заинтересовать крестьян, но А. Чаянов показал, что это положение неверно. Материальная заинтересованность работает, если тягость труда не велика, как, например, случилось, когда на село пришла механизация. Однако при ручном труде повышение оплаты за зерно немедленно бы снизило производство зерна, что и было продемонстрировано после революции в годы нэпа, когда производство товарного зерна действительно снизилось. Поднять товарность сельского хозяйства можно было только через увеличение производительности груда, а увеличить производительность труда без механизации было невозможно. С другой стороны, трактора надо было обслуживать. А для их производства нужны рабочие для промышленности. Круг замкнулся.

Поэтому с середины 20-х годов усиливаются иные, неналоговые методы поступления средств в госказну, 129 такие, как принудительные займы, заниженные цены на зерно. Поэтому в 1927—1928 годах частный сектор играл уже меньшую роль в снабжении городов, чем в предыдущие годы.

Денег же на реконструкцию села просто не было. С 1918 по 1949 год на долю сельского хозяйства приходилось капиталовложений менее 1% национального дохода. Надежды на самопроизвольную кооперацию не оправдались. Роль производственных кооперативов в сельском хозяйстве была незначительна (в 1927 г. они давали только 2% всей сельскохозяйственной продукции и 7% товарной продукции).

К тому же отсталость сельского хозяйства была ужасающей. Россия убирала хлеб косами, которые покупала у Германии. Но нужда в зерне была огромная, ибо быстрый рост городского населения во время выполнения первого пятилетнего плана привел к перемещению большого количества людей в города и увеличил число людей, которых обеспечивало продовольствием государство, с 26 млн. человек в 1930 г. до 40 млн. чел в 1932 г.

Промышленность и сельское хозяйство в годы нэпа находились в перманентном кризисе. Это убедительно продемонстрировал в своих работах М. Таугер, который прямо пишет — нэп не был периодом истории СССР, при котором будто бы не было голода. М. Тау- гер указывает, что нэп был периодом хронического отсутствия безопасности в отношении продовольственного снабжения страны.

Особенно тяжелое положение сложилось в 1927 году, когда случилась засуха в Поволжье, на Украине и в ряде других районов, что вызвало резкое уменьшение собранного урожая, буквально до уровня ниже прожиточного минимума. Стихийно возникла «хлебная стачка», в результате которой несмотря на высокий урожай к январю 1928 года было заготовлено менее 300 млн. пудов зерна (менее 2/3 прошлогоднего уровня). Возникли серьезные трудности в снабжении хлебом городов и армии.

Венцом стала сильнейшая засуха и неурожай 1928 года. Архивные материалы КПСС и ГПУ сообщают об очень больших трудностях с продовольствием весной 1928

года, резком увеличении цен на хлеб, в городах зафиксированы огромные очереди за хлебом, имели место забастовки рабочих в Московской и Ленинградской областях, на Украине и на Урале.

Низкий урожай 1927 года привел к недостатку посевного материала. Поэтому весной 1928 года крестьяне стали использовать резервные фонды, и была засеяна только половина обычных площадей. Весна 1928 года была поздняя, холодная и сухая. Пылевые бури сдули почву с посевами во многих областях, что привело к необходимости пересева. В июне и июле 1928 года была засуха, а в августе пошли обильные дожди, которые только испортили все дело. К концу лета стало ясно, что неурожай случится в 8 областях Украины. Урожай оказался в 2,2 раза ниже, чем в 1926 году и одним из самых маленьких за декаду, хотя и больше, чем в 1924 году. Особенно пострадали Одесская, Николаевская и Херсонская области. Эти 9 территорий давали 50% зерна, производимого на Украине.

Как результат голода на Украине во второй половине 1928 года советскому правительству пришлось вве сти нормирование распределения продуктов в крупных городах; одновременно был увеличен импорт зерна.

Летом 1928 года была создана Украинская госко- миссия для помощи жертвам неурожая. Ее работа позволила спасти жизни сотням тысяч взрослых и детей в 1928—1929 годах. В сентябре 1928 года председатель ЦИК Украины опубликовал воззвание, в котором призывал крестьян из областей с хорошим урожаем помочь голодающим в зонах неурожая.

Хороший урожай в 1928 году в Казахстане позволил выделить хлеб в помощь Украине... Украине было выделено 233 тыс.т. зерна. Кроме того было позволено оставить на внутренние нужды 130 тыс.т. зерна из собранного на Украине урожая. 21 августа 1928 года были снижены налоги для крестьян. Наконец, 4 сентября 1928 года Совнарком выделил 10,5 млн. рублей сельскому хозяйству Украины для того, чтобы обеспечить осенний сев. Кроме того, существенная помощь выделялась в рамках Красного Креста. Из этого примера видно, что Советское правительство, несмотря на довольно жесткий характер некоторых его репрессивных мер, на самом деле оказывало огромную помощь своему населению во время неурожаев.

<< | >>
Источник: СИГИЗМУНД МИРОНИН. Голодомор на Руси. 2008

Еще по теме Глава 6 КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ БЫЛА НЕОБХОДИМА. ГОЛОДНЫЕ ПРИЗРАКИ НЭПА:

  1. Глава о Вашем образовании - гарантии чьего-то успеха, или посвящение умно-голодным.
  2. БЫЛА ЛИ ЗАСУХА?
  3. Коллективизация и индустриализация
  4. Оставайся голодным
  5. ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ И КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ
  6. КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ МЕЛКИХ КРЕСТЬЯНСКИХ ХОЗЯЙСТВ
  7. ВОЗМОЖНА ЛИ БЫЛА ТРАНСФОРМАЦИЯ СОВЕТСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ?
  8. ПРАВИЛО 42. НЕДОСТАТОЧНО ПРОСТО НАКОРМИТЬ ГОЛОДНОГО...
  9. 2.Экономическое развитие страны в период «военного коммунизма» и НЭПа.
  10. НЕУРОЖАЙ ВОЗНИК В РЕЗУЛЬТАТЕ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ?
  11. Кодификационная работа и формирование системы нового законодательства в период нэпа
  12. И.В. КАРАВАЕВА, И.В. АРХИПКИН формирование органов местного самоуправления и их финансовой базы в годы нэпа
  13. ГЛАВА 1 ПОЧЕМУ ДОВЕРИЕ НЕОБХОДИМО
  14. ГЛАВА 1. ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ РАЗРАБОТКИ ПРОГРАММЫ
  15. Глава 2. Что необходимо, чтобы рекламная кампания попала в цель
  16. ГЛАВА 2. ДЛЯ ЧЕГО НЕОБХОДИМА СБАЛАНСИРОВАННАЯ СИСТЕМА ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ